Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Дегтярёвой Е.Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Лукашовой А.А., рассмотрев в судебном онлайн-заседании с перерывом с 21.10.2021 по 27.10.2021 заявление финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 к ФИО1, ФИО3 (место жительства: 368000, Республика Дагестан, Хасавюртский район, с. Османюрт) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

и заявления ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела по заявлению ФИО4 (место жительства: Псковская область, Себержский район, д.Томсино) к ФИО1 (место жительства: Псковская область, г. Себеж) о признании несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного кредитора ФИО4 – ФИО5, представитель, доверенность от 31.01.2020;

от ФИО3 – ФИО6, ФИО7, представители по доверенности от 11.02.2020 (в режиме онлайн);

финансовый управляющий, должник, иные лица, участвующие в деле о банкротстве: не явились, извещены,

установил:

определением Арбитражного суда Псковской области от 25.06.2019 (резолютивная часть решения объявлена 18.06.2019) признано обоснованным заявление ФИО4 (далее – кредитор) о признании ФИО1 (далее - должник) несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2.

Решением суда от 30.12.2019 (резолютивная часть решения объявлена 24.12.2019) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утверждена ФИО2. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «КоммерсантЪ» 11.01.2020.

Финансовый управляющий должника ФИО2 (далее – заявитель) обратилась в суд с заявлением о признании недействительной сделки должника по перечислению 14.03.2018 денежных средств в размере 2500000 рублей с расчетного счета ФИО1 на счет ФИО3 (далее – ответчик), а также применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанной суммы в конкурсную массу должника. Заявитель ходатайствует об отсрочке уплаты государственной пошлины за рассмотрение настоящего заявления в размере 6000 рублей. Заявитель полагает, что спорный платеж является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением суда от 13.01.2020 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание, которое впоследствии неоднократно откладывалось по ходатайству участвующих в рассмотрении обособленного спора лиц, а также в связи с неблагоприятной эпидемиологической обстановкой.

ФИО3 также обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника его требования в размере 3095780 рублей, в том числе 2600000 рублей основного долга и 495780,82 рублей процентов по договору займа от 28.07.2017.

Определением суда от 24.03.2020 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание, которое впоследствии неоднократно откладывалось по ходатайству участвующих в рассмотрении обособленного спора лиц, а также в связи с неблагоприятной эпидемиологической обстановкой.

В судебном заседании 14.07.2020 ФИО3 заявил об увеличении размера заявленных требований в связи с увеличением суммы процентов за пользование займом и просит включить в реестр требований кредиторов должника требование в размере 3352382 рубля, в том числе 2600000 рублей основного долга и 752382 рубля процентов по договору займа от 28.07.2017. Увеличение размера требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято судом.

Учитывая, что требование ФИО3 о включении в реестр основано на договоре займа от 28.07.2017, а финансовый управляющий должника просит признать недействительной сделкой перечисление ФИО1 денежных средств ФИО3 со ссылкой на указанный договор, взаимосвязь предметов споров, представленных доказательств, наличие общего состава лиц, суд, протокольным определением от 14.07.2020 объединил вышеуказанные обособленные споры в одно производство.

Федеральная налоговая служба (далее - ФНС России, уполномоченный орган) в письменных объяснениях от 18.03.2020 поддерживает заявление финансового управляющего должника, в объяснениях от 13.05.2020 - возражает против удовлетворения требования ответчика о включении в реестр.

Ответчик требования не признает по мотивам, изложенным в отзывах и дополнении к ним, пояснил, что спорные денежные средства были возвращены должником частично по условиям договора займа от 28.07.2017 двумя платежами, представил в материалы обособленного спора оригинал договора займа от 28.07.2017 в подтверждение передачи должнику займа в размере 6100000 руб., расписку ФИО1 от 20.06.2017, в подтверждение частичного возврата займа платежные поручения от 29.12.2017 № 169 на 1000000 руб., от 14.03.2018 на 2500000 рублей, а также договор займа от 05.05.2017 с ФИО8, платежные поручения, расписку в подтверждение финансовой возможности выдачи займа.

Должник поддерживал заявление ФИО2 в полном объеме по мотивам, изложенным в отзыве на заявление. Пояснил, что был заключен инвестиционный контракт от 06.03.2017 с инвестором ФИО9, последним к его исполнению были привлечены ФИО8 и ФИО3. С ответчиком лично не знаком, выплачено ответчику в общем размере 3500000 руб., договор займа не заключал, не подписывал, расписку не составлял, представил заявление о фальсификации договора от 28.07.2017, расписки от 20.06.2017 и ходатайствовал о назначении почерковедческой экспертизы по делу, однако в процессе рассмотрения спора от указанных заявлений отказался, сообщил, что последствия такого отказа ему известны. Кроме того, в последующем сообщил, что получал спорные наличные денежные средства, но не по договору займа, затем подтвердил подписание спорного договора и получение денежных средств.

Конкурсный кредитор должника ФИО4 поддерживает заявление финансового управляющего должника в полном объеме, сообщила о наличии сомнений в реальности представленного договора займа от 28.07.2017, расписки от 20.06.2017 с учетом противоречивой позиции должника заявила о фальсификации доказательств и назначении почерковедческой экспертизы.

ФИО3 поддерживает заявление о включении своих требований в реестр требований кредиторов должника; не согласен с позицией финансового управляющего, отказался от исключения представленных им документов (договора от 28.07.2017 и расписки от 20.06.2017) из числа доказательств по спору, настаивал на достоверности доказательств. Не возражает против назначения экспертизы.

Определением суда от 11.02.2021 (резолютивная часть определения объявлена 04.02.2021) удовлетворено ходатайство конкурсного кредитора ФИО4 о назначении судебной почерковедческой экспертизы в рамках дела №А52-390/2019 по данному обособленному спору для установления подлинности подписи ФИО1 в договоре займа от 28.07.2017, а также составлении рукописной расписки от 20.06.2017. Проведение экспертизы поручено эксперту Союза «Торгово-промышленная палата Псковской области» ФИО10, стоимость проведения экспертизы - 20000 рублей; срок проведения экспертизы - 20 рабочих дней с момента предоставления эксперту документов согласно перечню, указанному в определении суда. Производство по обособленному спору приостановлено до получения экспертного заключения.

В связи с поступлением в суд заключения эксперта от 19.03.2021 №16, определением суда от 29.03.2021 производство по заявлению возобновлено, судебное заседание назначено на 04.05.2021.

По результатам проведенной экспертизы экспертом сделан вывод о том, что подпись на договоре займа от 28.07.2017 в графе «Заемщик» выполнена, вероятно, ФИО1; подпись от имени ФИО1 в рукописной расписке от 20.06.2017 о получении денежных средств в размере 4100000 руб. и 2000000 руб. выполнена ФИО1, рукописная расписка от 20.06.2017 о получении ФИО1 денежных средств в указанном выше размере выполнена ФИО1 Эксперт указал, что выявленные совпадающие признаки устойчивы, существенны и образуют индивидуальную совокупность, достаточную для вывода о выполнении рукописной записи самим ФИО1

С учетом представленного экспертного заключения ФНС России в письменной позиции от 26.05.2021 № 2.15-106/0279 оставила на усмотрение суда разрешение спора о недействительности сделки и требования ФИО3 о включении в реестр, ходатайствовала о рассмотрении спора в отсутствие своего представителя.

Финансовый управляющий в дополнительных позициях от 07.06.2021 № 99, от 02.07.2021 № 117 поддерживает свое требование, полагает, что вероятное суждение эксперта носит предположительный характер, представленный заявителем договор займа от 28.07.2017 не является допустимым и достоверным доказательством по делу применительно к статьям 68, 71 АПК РФ, поскольку должник является индивидуальным предпринимателем, а поступление денежных средств от ФИО3 не подтверждается выписками банка и книгами учета доходов и расходов ИП ФИО1 за 2017 год; имеются сомнения в реальности расписки от 20.06.2017, поскольку в ее распоряжении отсутствуют документы, свидетельствующие об операциях должника с указанными денежными средствами; при этом уточнила, что имеются существенные расхождения сведений, указанных должником как индивидуальным предпринимателем в налоговых декларациях за 2017, 2018 годы, книге учета доходов и расходов за указанный период, а также в банковских выписках; основным источником поступления денежных средств на счет должника являются денежные средства, перечисленные Администрацией Печорского района Псковской области в размере 78807892,07 руб. (58814936,47 руб. в 2017, 19992955,60 руб. в 2018 году).

ФИО4 полагает, что в рамках настоящего спора необходимо установить, действительно ли спорный договор займа от 28.07.2017 был заключен в указанную дату или был изготовлен позже (как полагает кредитор, не ранее декабря 2019), в связи с чем заявила ходатайство о назначении экспертизы для установления срока давности изготовления договора от 28.07.2017 и просит поручить ее проведение экспертам ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы. Кроме того, внесла денежные средства на депозит суда.

Исходя из достаточного объема доказательств, имеющихся в материалах дела, для их исследования, оценки и сопоставления с договором займа, срока производства экспертизы (от четырех месяцев до полугода), длительного срока рассмотрения данного обособленного спора и отсутствие объяснений невозможности постановки данного вопроса перед экспертом при назначении судебной экспертизы, при отсутствии доказательств, подтверждающих необходимость назначения судебной экспертизы (статья 65 АПК РФ), протокольным определением от 27.10.2021 в удовлетворении заявления отказано.

В судебном заседании 27.10.2021 представитель кредитора ФИО4 поддержал требования управляющего в полном объеме, полагает, что ответчик не представил доказательства возможности передачи займа должнику, в том числе критически относится к договору займа от 05.05.2017, которым ФИО8, являясь аффилированным лицом по отношению к ответчику, получил займ от ФИО3, а затем возвратил часть займа наличными денежными средствами по расписке, не подтвердил наличие заемных правоотношений с должником, в договоре займа от 28.07.2017 отсутствуют условия о целевом займе, отсутствуют сведения о расходовании должником денежных средств, указанных в договоре займа; доводы ответчика свидетельствуют о наличии между должником и ответчиком правоотношений, вытекающих из инвестиционной деятельности, в этом случае должны быть переданы квартиры, а не возвращаться денежные средства. Договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства, следует расценивать как договор купли-продажи будущей недвижимой вещи, а при отсутствии сведений о согласованном предмете договора такой договор является незаключенным.

Представители ФИО3 поддерживают ранее представленные в суд 20.09.2021 возражения по доводам кредитора и финансового управляющего. Указывают на то, что заемные средства предоставлялись должнику для реализации его проекта по строительству и последующей продажи многоквартирных жилых домов в Печорском районе Псковской области, представили договор купли-продажи земельного участка и аварийного жилого дома от 27.02.2017, заключенный между должником и администрацией Печорского района Псковской области, согласно условиям которого ФИО1 должен был выплатить администрации Печорского района Псковской области за проданные участок и аварийный дом сумму в размере 1064000 рублей в срок до 29.03.2017. Впоследствии строительство вышеуказанных домов осуществлялось за счет именно заемных средств, предоставленных должнику ФИО8, ФИО9 и ФИО3 Затем, не сообщая займодавцам о вводе объекта в эксплуатацию, должник заключил контракты с администрацией Печорского района, продал все квартиры, получив лично всю выручку, и, благодаря заемным средствам, сверхприбыль, при этом, не соблюдая в дальнейшем устные договоренности о заключении дополнительных соглашений к договорам займов, о погашении займов путем передачи квартир. В феврале 2018 года займодавцы обращались в администрацию Печорского района с просьбой приостановить выплаты денежных средств ФИО1, однако просьба была оставлена без удовлетворения. Все займы должнику предоставлялись займодавцами в период с марта по август 2017 года, в том числе ФИО3 20.06.2017 в размере 6,1 млн. руб., первый платеж по возврату денежных средств был возвращен 29.12.2017 на сумму 1 млн. руб., и 14.03.2018 – на сумму 2,5 млн. руб., то есть задолго до того, как кредитор ФИО4 обратилась в суд в 2018 году за взысканием долга перед ней; должнику были переданы именно наличные денежные средства, что подтверждается распиской и частичным возвратом денежных средств по займу, у заявителя была финансовая возможность предоставить такой займ, что подтверждается представленными в дело договором купли-продажи земельных участков на общую сумму 105 млн. руб., договором займа от 05.05.2017 с ФИО8, платежными поручениями о передаче денежных средств и их частичном возврате, и иными документами; ссылка кредитора на подписание договора позже фактической передачи денежных средств не свидетельствует о безденежности договора или невозможности распространения действия условий договора на предыдущие отношения. Полагает также, что финансовый управляющий ошибочно считает источником финансирования строительства денежные средства по муниципальным контрактам, поскольку они поступили позже переданных должнику займов и после передачи готовых квартир (за исключением одного контракта), сведений о том, что у ФИО1 имелись иные (не заемные) средства для завершения строительства, материалы дела не содержат; по состоянию на 2017-2018 у ФИО1 отсутствовали признаки неплатежеспособности; в спорный период у должника отсутствовали кредиторы, которым мог бы быть причинен вред.

Должник, иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения заявления в порядке части 1 статьи 123 АПК РФ, в судебное заседание не явились, отзывы по существу и размеру заявленных требований не представили. Информация о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Псковской области в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ заявление рассмотрено в отсутствие вышеуказанных лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей конкурсного кредитора и ответчика, суд установил следующее.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX, и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования кредиторов подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В силу пункта 6 статьи 16, статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Согласно статье 100 Закона о банкротстве требования кредиторов направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований. Установленными могут быть признаны только те требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротства, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63).

Таким образом, законодатель приравнивает отдельное действие (в частности, безналичный платеж должником кредитору) к понятию сделки, для целей оспаривания, и прямо указывает на возможность данного оспаривания.

Заявитель просит признать недействительной сделкой безналичный платеж должника ФИО3 14.03.2018 на сумму 2500000 руб. по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагая, что отсутствует встречное обеспечение со стороны ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (абзац пятый пункта 8 Постановления №63).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу указанной нормы в соответствии с разъяснениями пункта 5 Постановления №63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

На основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие двух оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 4 Постановления №63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Как следует из материалов дела, 28.07.2017 между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (заемщик) и ФИО3 (займодавец) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого заявитель предоставляет должнику заем в размере 6100000 рублей путем передачи заемщику наличных денежных средств до дня заключения настоящего договора в полном объеме, а должник обязался возвратить сумму займа и уплатить начисленные проценты (пункты 1.1., 2.1., 3.1. договора). В пункте 2.1. договора указано, что заем предоставляется для начала строительства многоквартирных домов в г. Печоры Псковской области по ул. Сельская, д. 1 или 1а, а также для завершения строительства домов по ул. ФИО11, д. 18 в г. Печоры. В соответствии с пунктом 1.2. договора процентная ставка за пользование займом составляет 10% годовых. В соответствии с пунктом 1.3 договора заемщик обязался возвратить сумму займа и проценты в срок до 15.01.2018.

Согласно пунктам 2.2., 3.2. договора, денежные средства, указанные в пункте 1.1. договора переданы займодавцем заемщику до подписания настоящего договора 20.06.2017, указано также, что подтверждением указанного факта передачи денежных средств является факт подписания настоящего договора займа; заемщик подписанием договора подтверждает факт получения денежных средств до дня заключения договора займа, что исключает безденежность настоящего договора.

В соответствии с пунктом 2.3. договора возврат суммы займа и процентов осуществляется путем передачи наличных денежных средств либо путем перечисления заемщиком денежных средств на банковский счет займодавца. Должник обязуется возвратить сумму займа и проценты, указанные в пункте 1.2. договора не позднее следующего дня после истечения срока займа; заемщик вправе вернуть сумму займа досрочно (пункты 3.3., 3.4.).

Денежные средства в сумме 4,1 млн. руб. и 2 млн. руб. были переданы ФИО1 20.06.2017, что подтверждается распиской должника о получении денежных средств. Датой передачи денежных средств в договоре указана именно дата расписки как день передачи займа, подписание договора после передачи денежных средств не свидетельствует о безденежности, о несоблюдении письменной формы договора и не противоречит законодательству. Ответчик подтвердил возврат должником части займа в размере 1000000 рублей - 29.12.2017, что подтверждается платежным поручением от 29.12.2017 № 169, 2500000 руб. - 14.03.2018, что подтверждается платежным поручением от 14.03.2018 № 45 (оспариваемый платеж).

В материалы данного обособленного спора ответчиком представлены оригиналы договора займа от 28.07.2017, расписки от 20.06.2017, платежных поручений № 169 от 29.12.2017, №45 от 14.03.2018.

Финансовый управляющий должника указал, что поступление денежных средств ФИО1 от ФИО3 по договору займа от 28.07.2017 не подтверждается выписками банка за 2017 год, книгой учета доходов и расходов индивидуального предпринимателя ФИО1 за 2017 год. В выписке отражено только поступление должнику 13.06.2017 от ФИО3 415000 руб. по договору займа от 08.06.2017. При этом согласно банковской выписке с расчетного счета ФИО1 в ПАО Сбербанк на счет ответчика в ПАО «Мин Банк» были перечислены денежные средства в сумме 1000000 руб., 2500000 руб., с назначением платежа «возврат денежных средств согласно договора займа от 28.07.2017 г. НДС не облагается».

Учитывая, что доказательств поступления от ответчика должнику спорных денежных средств выписка банка, книга учета доходов и расходов предпринимателя не содержит, финансовый управляющий полагает, что договор займа 28.07.2017 (указанный в назначении спорного платежа от 14.03.2018 на сумму 2500000 руб.), не заключался и не исполнялся ответчиком.

Вместе с тем, не заявляя о признании недействительным договора займа от 28.07.2017, не оспаривая первый платеж должника на 1000000 руб. с тем же назначением платежа (возврат по договору займа от 28.07.2017), просит признать недействительной сделкой только действие должника по перечислению 14.03.2018 ответчику денежных средств в размере 2500000 рублей (второй платеж) без наличия встречного обеспечения по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кредитор ФИО4, поддерживая доводы управляющего в полном объеме (недействительность безналичного платежа от 14.03.2018), самостоятельных требований не заявляла. При этом полагает, что договор займа от 28.07.2017 является притворной сделкой, поскольку из объяснений ответчика следует, что его ожиданием при предоставлении денежных средств было получение встречного представления в форме передачи 66,6% от квартир в построенных должником домах, что свидетельствует о намерении сторон заключить договор купли-продажи будущих недвижимых вещей с условием о предварительной оплате, а не договор займа.

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно статье 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы (пункт 1). В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2).

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заёмщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определённых договором (пункт 1 статьи 809 ГК РФ).

Обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента исполнения кредитором соответствующей обязанности по передаче денежных средств заёмщику.

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу статьи 812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности от заимодавца им не получены или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункт 1).

Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с заимодавцем или стечения тяжелых обстоятельств (пункт 2).

Вместе с тем, для возникновения обязательств именно на условиях договора займа, в случае спора, при наличии возражений относительно природы возникшего обязательства, на кредиторе лежит обязанность доказывать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части 1 статьи 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно представленной рукописной расписки от 20.06.2017 должник получил «финансы 4100000 руб. для начала строительства двух многоквартирных домов в <...> и 1а и для завершения ФИО11 18 получил 2000000 руб.» Эксперт указал, что расписка составлена лично ФИО1, выявленные совпадающие признаки устойчивы, существенны и образуют индивидуальную совокупность, достаточную для вывода о выполнении рукописной записи самим ФИО1 Из буквального содержания пункта 2.2. договора от 28.07.2017 следует, что «денежные средства переданы займодавцем заемщику до подписания настоящего договора 20.06.2017», заемщик «подтверждает факт получения денежных средств до даты заключения договора, что исключает безденежность договора». Указанная фраза в совокупности с распиской на туже сумму и для тех же целей позволяет сделать вывод о получении должником 20.06.2017 указанной в договоре займа суммы 6100000 руб.

Как предусмотрено в пункте 2 статьи 425 ГК РФ, стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Должник, согласно пункту 1.3 договора обязался возвратить заемные средства и проценты за пользование займом в срок до 15.01.2018, однако возвратил займ частично, двумя платежами – 29.12.2017 в размере 1000000 руб., 14.03.2018 – 2500000 руб. с указанием в платежных документах назначения платежа - по договору займа от 28.07.2017.

Кредитор ФИО4 заявила о фальсификации договора займа и расписки, полагая, что должник указанный договор не подписывал, расписку не составлял, денежные средства от ответчика не получал.

С целью проверки заявления о фальсификации представленного доказательства назначена экспертиза, на разрешение эксперта поставлен вопрос – кем подписан договор от имени заемщика, ФИО1 или иным лицом с подражанием подписи ФИО1; кем, ФИО1 или иным лицом выполнена рукописная расписка от 20.06.2017 о получении ФИО1 денежных средств в размере 4100000 руб., 2000000 руб.?

Согласно экспертному заключению, подпись от имени ФИО1 в графе заемщик в договоре от 28.07.2017 выполнена, вероятно, ФИО1 Рукописная расписка от 20.06.2017 о получении ФИО1 денежных средств в указанном выше размере выполнена ФИО1 Эксперт указал, что выявленные совпадающие признаки устойчивы, существенны и образуют индивидуальную совокупность, достаточную для вывода о выполнении рукописной записи самим ФИО1

ФИО1 также не подтвердил, что подпись на договоре проставлена не им лично. Напротив, отказываясь от ранее заявленного ходатайства о фальсификации доказательств, подтвердил получение денежных средств, составление расписки, подписание и оформление договора после получения денежных средств. Иного обоснования перечисления ответчику денежных средств, кроме возврата займа, не привел, о наличии иных гражданских правоотношений с ответчиком не заявил.

Какие-либо сомнения относительно выводов судебной экспертизы отсутствуют. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Оценив заключение эксперта в порядке статьи 71 АПК РФ, суд, учитывая, что оно соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, статье 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», признает его в качестве допустимого доказательства по делу.

На основании изложенного, приняв соответствующие меры для проверки заявления о фальсификации доказательств, суд приходит к выводу о том, что доводы кредитора о том, что ФИО1 договор не подписывал, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены, и не усматривает оснований для сомнения в достоверности спорного договора, в связи с чем в силу статей 159, 161 АПК РФ отклоняет заявление о фальсификации доказательств.

Суд также рассмотрел заявление кредитора ФИО4 о необходимости назначении экспертизы по давности изготовления документа, отклонил заявление как необоснованное, при этом счел возможным проверить данный довод путем сопоставления договора от 28.07.2017, расписки, с доказательствами, имеющимися в деле. С учетом объяснений сторон и приведенных ими сведений о взаимоотношениях, обстоятельствах заключения должником договоров займа с ответчиком и иными займодавцами, возврата суммы займа должником, приняв во внимание наличие заключения по результатам почерковедческой экспертизы, а также то обстоятельство, что участвующие в обособленном споре лица не оспаривали подлинность оттиска печати на договоре, суд пришел к выводу, что назначение экспертизы в данном конкретном случае является нецелесообразным и необоснованным.

В случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 13970).

В данном случае ни один из участвующих в рассмотрении данного спора лиц, не представил доказательства того, что договор займа от 28.07.2017 сторонами не заключался, не подписывался. Должник частично возвратил указанные в договоре денежные средства в размере 1000000 руб. и 2500000 руб.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что под спорным договором займа стороны имели в виду другую сделку – в том числе договор купли-продажи будущей недвижимой вещи, как полагает кредитор ФИО4

Как разъяснено в абзацах 2, 4 пунктов 2 и 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 №54 «О некоторые вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» (далее – Постановление № 54), если сторонами заключен договор купли-продажи будущей недвижимой вещи, то индивидуализация предмета договора может быть осуществлена путем указания иных сведений, позволяющих установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору (например, местонахождение возводимой недвижимости, ориентировочная площадь будущего здания или помещения, иные характеристики, свойства недвижимости, определенные, в частности, в соответствии с проектной документацией). В случае возникновения между сторонами договора купли-продажи будущей недвижимой вещи спора по поводу того, какая именно недвижимая вещь подлежит передаче покупателю во исполнение договора купли-продажи, суд на основании статьи 431 ГК РФ устанавливает действительную волю сторон, исходя из положений подписанного сторонами договора, иных доказательств по делу, а также принимая во внимание практику, сложившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

В материалы обособленного спора представлен инвестиционный контракт от 06.03.2017, заключенный между ФИО1 (инициатор проекта) и ФИО9 (инвестор), предметом которого является реализация инвестиционного проекта по осуществлению сторонами деятельности по инвестированию средств для строительства объекта недвижимого имущества, - жилой многоквартирный трехэтажный дом с планируемой общей (жилой) площадью 1065 кв.м, по адресу Псковская область, Печорский район, ГП Печоры, ул. ФИО11, д. 18 (л.д. 18-19 том 22), а также обращение ФИО9 20.02.2018 в Администрацию Печорского района с требованием о приостановлении платежей по заключенным с должником муниципальным контрактам с указанием на то, что объекты (многоквартирные дома), расположенные по адресу Псковская область, Печорский район, ГП Печоры, ул. ФИО11, д. 18 и ул. Сельская, д. 1, являются предметом инвестиционных контрактов.

Однако каких-либо доказательств того, что ответчиком понесены расходы в рамках указанного контракта, в том числе предусмотренных разделом 4 контракта, материалы дела не содержат. Указанное обращение в Администрацию не подтверждает и не опровергает факта передачи денежных средств ответчиком должнику именно в качестве займа.

Представленные ответчиком «ряд документов» - копии листов «доходы и расходы», содержащие рукописные записи о расходах, о работах, со ссылками на вышеуказанные адреса (Сельская, 1, ФИО11,18), по словам ответчика, передаваемые лично ФИО1 займодавцам, не содержат подписи должника, в связи с чем соотнести данные документы с предметом спора не представляется возможным.

Кредитор, руководствуясь разъяснениями Постановления № 54, в позиции от 19.10.2021 указывает на то, что ни ответчиком, ни должником «каких-либо документов, позволяющих индивидуализировать приобретенное ответчиком имущество, не приведено, что свидетельствует о незаключенности договора купли-продажи будущей недвижимости».

Однако сведений о том, что ответчик приобрел какое-либо имущество в домах, построенных должником, либо намеревался приобрести конкретную недвижимую вещь (квартиры), материалы дела не содержат; о наличии спора о том, какая именно недвижимая вещь (квартира) в указанных домах подлежала бы передаче ответчику и во исполнение какого договора, не заявлено. ФИО3 в объяснениях указывал, что мотивом предоставления заемных денежных средств должнику являлась возможность получения прибыли, в том числе, возможно, путем передачи должником части квартир в построенном доме в счет погашения займа, их продажи в дальнейшем, заключения соответствующих дополнений к договору займа. Однако каких-либо дополнительных соглашений материалы обособленного спора не содержат.

Должник, финансовый управляющий должника также не раскрыли соответствующую информацию, не дали последовательных пояснений относительно условий той сделки, которую стороны, по утверждению ФИО4, прикрыли спорным договором займа, не указали, какое именно имущество (конкретные квартиры) собирался приобрести ответчик.

При этом суд отмечает, что последствием установления факта притворной сделки является применение к ней условий прикрываемой сделки (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), а не освобождение должника от принятых на себя обязательств.

Для договора займа имеет значение факт передачи денежных средств, который в данном обособленном споре подтвержден и документально не опровергнут. На кредитора - заимодавца не возложена обязанность контролировать то, как заемщик распорядился займом, не являвшимся согласно договору целевым, включая проверку расходования заемщиком денежных средств на строительство многоквартирных домов, независимо от доводов ответчика о мотивах предоставления займа.

То обстоятельство, что должником ненадлежащим образом велся учет доходов и расходов при ведении предпринимательской деятельности, при выявлении финансовым управляющим должника несоответствия сведений, представляемых индивидуальным предпринимателем в налоговый орган, и указанных в книге учета доходов и расходов, также не свидетельствует о безденежности займа.

Представленные в материалы дела доказательства, совершение должником действий по возврату займа, свидетельствуют о фактическом возникновении между сторонами именно заемных правоотношений. Согласно объяснениям ответчика, у сторон имелись устные договоренности о переоформлении заемных средств в инвестиции в будущем, однако доказательств их реализации не имеется. Доводы о том, что денежные средства передавались должнику не по договору займа, а например, в качестве выплат по инвестиционному договору, не подтверждены документально, представленные в материалы обособленного спора документы не позволяют определить, во исполнение какого иного договора могли быть переданы, а потом возвращены ответчику спорные денежные средства. С учетом изложенного суд признает договор займа от 28.07.2017 в совокупности с распиской об 20.06.2017 достоверным доказательством по делу.

Кроме того, при рассмотрении настоящего спора суд учитывает, что договор займа от 28.07.2017, а также безналичный платеж от 29.12.2017, которым возвращена часть займа, в установленном законом порядке недействительными не признаны, а управляющий и кредитор оспаривают лишь один из двух платежей, которыми заемные средства возвращались.

Довод кредитора о том, что финансовое положение ФИО3 не позволяло предоставить денежные средства должнику в заявленном объеме, не принят судом в силу следующего.

В качестве подтверждения своей финансовой возможности как займодавца ФИО3 представил договор купли-продажи недвижимого имущества от 27.03.2017 № 27.03-17, согласно которому он продал обществу с ограниченной ответственностью «Региональное развитие» принадлежащие ему на праве собственности 24 земельных участка в Московской области по цене 105000000 руб.; договор займа от 05.05.2017, по которому денежные средства в размере 67000000 руб. передал ФИО8 под проценты 6,2% годовых со сроком возврата согласно графику: по 10000000 руб. до 05.06.2017, до 05.09.2017, 7000000 руб. до 05.11.2017, 15000000 руб. до 05.03.2018, 15000000 руб. в срок до 05.07.2018; платежное поручение от 05.05.2017 № 7 на сумму 67000000 руб., а также расписку от 07.06.2017 о получении от ФИО8 10000000 руб. как возврат по графику договора займа. Ранее вопрос финансовой состоятельности ФИО8 в иных обособленных спорах в деле о банкротстве ФИО1 был также предметом рассмотрения (определение суда от 19.07.2021).

Кредитор указывал, что ответчик не представил доказательства получения им денежных средств за проданные земельные участки, а сам факт заключения такого договора не является источником прибыли для ответчика, вместе с тем не принял во внимание, что с учетом даты заключения договора (27.03.2017), а затем даты договора займа с ФИО8 (05.05.2017), согласно которому ответчик перечислил безналичным путем 67000000 рублей, что подтверждается платежным поручением №7, а затем получил по расписке от 07.06.2017 возврат части займа в сумме 10000000 руб.

Оценив в совокупности представленные в материалы обособленного спора документы, с учетом разъяснений пункта 26 Постановления № 35, суд приходит к выводу, что представленные доказательства содержат достаточные сведения о том, что финансовое положение ФИО3 с учетом вышеизложенных обстоятельств позволяло ему предоставить заемные средства в размере 6100000 руб. должнику.

Отражение получения заемных средств по договору займа от 28.07.2017 в бухгалтерском, налоговом учете и отчетности должника финансовый управляющий не обнаружил, при этом пришел к выводу о наличии недостоверной информации в отчетности должника. Ответчик полагает, что денежные средства были истрачены должником на строительство двух многоквартирных домов.

В период с 22.03.2017 по 26.12.2018 должник был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основной вид деятельности – разборка и снос зданий. Как уточнил управляющий, фактически предпринимательская деятельность должника была прекращена со второго квартала 2018 года.

Как следует из имеющихся в материалах дела о банкротстве ФИО1 документов, выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся у него объекты недвижимости, по договорам купли-продажи № 3 от 27.02.2017, №18 от 31.07.2017 между муниципальным образованием «Печорский район» в лице Администрации Печорского района Псковской области и должником, ФИО1 приобрел аварийные, непригодные для проживания и подлежащие сносу жилые дома и земельные участки, расположенные по адресу: <...> (договор №3) и <...> (договор № 18). Государственная регистрация права собственности ФИО1 на указанные объекты произведена 23.03.2017 и 10.08.2017 соответственно. После получения должником разрешений на строительство многоквартирного жилого дома, их постройки и сдачи в эксплуатацию: разрешение на ввод объекта в эксплуатацию №60-ru60515101-175-2017 многоквартирного жилого дома выдано 25.08.2017 (ФИО11, 18), разрешение на ввод объекта в эксплуатацию №60-ru60515101-178-2017 многоквартирного жилого дома выдано 23.11.2017 (Сельская, д.1) соответственно, за ФИО1 20.09.2017 и 08.12.2017 были зарегистрированы права собственности на квартиры в доме по ул. ФИО11, 18 и по ул. Сельской, д.1, а затем – все квартиры (61 жилое помещение) были проданы должником в период с 04.10.2017 по 31.05.2018.

Сведений о наличии какой-либо иной предпринимательской деятельности должника материалы дела о банкротстве не содержат.

Из имеющихся в материалах дела письменных доказательств установить какой-либо конкретный источник доходов ФИО1, который позволил бы ему начать, а затем и завершить строительство многоквартирных домов, исполнять муниципальные контракты, не представляется возможным. Согласно выписке по счету должника, самое раннее поступление денежных средств от Администрации Печорского района по муниципальному контракту от 17.08.2017 датировано 18.08.2017 с указанием в назначении платежа «оплата за жилые помещения, счет 1 от 18.08.2017», при этом разрешение на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома выдано 25.08.2017. При сопоставлении информации, представленной финансовым управляющим должника о доходах и расходах ФИО1, отражении движения денежных средств в выписках по расчетным счетам должника, видно, что собственных доходов у должника было недостаточно для осуществления строительства, в связи с чем доводы ответчика о привлечении должником для этих целей заемных средств как ФИО3, так и иных займодавцев, не противоречат сведениям, представленным управляющим, и материалам дела.

При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия доказательств наличия у должника какого-либо иного не отраженного в вышеуказанных документах дохода от сделок с контрагентами, реализации имущества, оказания услуг, достаточных для осуществления строительства, совершения иных платежей, суд приходит к выводу, что ответчиком фактически вносились заемные денежные средства, которые могли быть направлены должником на строительство жилых домов.

Учитывая данные обстоятельства, принимая во внимание, что кредитором последовательно защищались свои права; позиция кредитора по обстоятельствам передачи займа, в том числе по способу передачи денежных средств не изменялась, как не изменялись пояснения о мотивах предоставления заемных денежных средств с учетом намерений в последующем заключить дополнительные соглашения к договору, при этом позиция должника, напротив, являлась противоречивой и непоследовательной, должником убедительных пояснений относительно целесообразности оформления договора займа, а не предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости, инвестиционного договора или договора долевого участия в строительстве, стороной которого являлся бы ответчик, не представлено, как и обстоятельств возврата денежных средств со ссылкой договор займа от 28.07.2017, установив, что в материалы дела представлен оригинал договора займа от 28.07.2017, расписка от 20.06.2017 о передаче денежных средств должнику, подлинность подписания которых должником подтверждена заключением эксперта №16 от 19.03.2021, признав, что должник, собственноручно подписавший договор, составивший расписку, и принявший на себя обязательства по возврату денежных средств, возвративший сумму займа частично, осознавал все юридические последствия такого действия, суд приходит к выводу, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается факт передачи ответчиком должнику денежных средств в сумме 6,1 млн. руб. в рамках возникших между ответчиком и должником заемных правоотношений, оформленных договором от 28.07.2017, что не противоречит положениям статьи 808 ГК РФ.

Исходя из презумпции добросовестности, данные доказательства являются достаточными для подтверждения ответчиком факта передачи денежных средств, принятие их ФИО1, которые, в дальнейшем, должником возвращены ответчику, в том числе спорным платежом.

Как следует из материалов дела, определением суда от 11.02.2019 по заявлению ФИО4 в отношении ФИО1 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве); 18.06.2019 – введена процедура реструктуризации долгов гражданина; 24.12.2019 - должник признан несостоятельным, в отношении него введена процедура реализации имущества.

Оспариваемая финансовым управляющим сделка – действия должника по перечислению денежных средств по договору займа от 28.07.2017 – совершена 14.03.2018, то есть в пределах одного года до возбуждения дела о банкротстве и подпадают под действие пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Решением Себежского районного суда Псковской области от 06.07.2018 по делу №2-173/2018, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Псковского областного суда от 02.10.2018, удовлетворены исковые требования ФИО4 к ФИО1 В состав наследства, открывшегося после смерти 25.11.2016 ФИО12, включено право на получение от ФИО1 денежных средств в размере 2050000 рублей от продажи трех квартир в г. Себеже по договорам от 23.11.2016, заключенным между ФИО12 в лице ФИО1 и ФИО13, с должника в пользу ФИО4 взыскано 2050000 рублей неосновательного обогащения, 272228 руб. 17 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.11.2016 по 04.06.2018, 27546 рублей расходов по уплате государственной пошлины. Постановлением судебного пристава-исполнителя ОСП Себежского и Пустошкинского районов от 20.11.2018 в отношении должника возбуждено исполнительное производство.

Именно с указанным долгом ФИО4 обратилась в суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

На дату рассмотрения спора в реестр требований кредиторов должника включены требования трех кредиторов:

- ФИО4 - в размере 2511833 руб. 42 коп. по вышеуказанным обязательствам (определение суда от 25.06.2019, от 01.11.2019);

- ФНС России - в размере 41746 руб. 13 коп. (116636,16 руб. во вторую очередь реестра в связи с наличием долга по уплате страховых взносов за 2018 год, 41746,13 руб. обязательных платежей в бюджет за 2017-2018, определение суда от 29.10.2019);

- ФИО8 – в размере 1893260 руб. по договору займа от 16.08.2017.

Требования иных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, на дату рассмотрения спора не имеется.

По итогам проведения процедуры реструктуризации долгов финансовым управляющим выявлены признаки преднамеренного банкротства.

Как указал финансовый управляющий, должник, имея задолженность перед ФИО4, реализовал недвижимое имущество и транспортные средства, в настоящее время за должником зарегистрирована одна квартира, иного имущества у должника не имеется. При этом из анализа движения денежных средств по счетам должника в 2018 году, финансовый управляющий пришел к выводу о наличии в 2017, 2018 году у должника возможности рассчитаться перед своими кредиторами в полном объеме, в то же время установлены действия, которые повлекли существенное уменьшение активов должника (реализация движимого и недвижимого имущества в значительном объеме после получения займов, до и после наступления сроков на их возврат). Согласно анализу платежеспособности должника (в том числе уточненной налоговой декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2017 год), сумма полученных доходов должника составила 56151820 руб., сумма расходов – 64569556 руб., сумма убытка за налоговый период – 8417736 руб. Указанные обстоятельства также ранее были исследованы в деле о банкротстве должника.

В деле о банкротстве были рассмотрены заявления о признании сделок должника по отчуждению имущества недействительными.

Определением суда от 20.02.2020 отказано в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО4 о признании недействительными договора дарения квартиры от 26.04.2017, расположенной по адресу: г. Себеж, ул. Ленинская, д.1а, кв.9, заключенного между ФИО13 и ФИО14; договора дарения квартиры от 26.04.2017, расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО13 и ФИО15, и применении последствий недействительности сделок в виде возврата квартир в общую совместную собственность ФИО1 и ФИО13

При этом в указанном определении было установлено, что ФИО13 являлась супругой должника, брак между ними расторгнут в 2014, но в декабре 2016 ФИО1 выдал ФИО13 нотариально удостоверенное согласие на отчуждение любого нажитого в браке имущества. Ранее (28.12.2015) ФИО12 в лице его представителя ФИО1 продал ФИО13 две квартиры по адресу: <...>, № 10, а затем по договорам дарения от 26.04.2017 ФИО13 подарила в собственность своим дочерям вышеуказанные квартиры, в качестве законного представителя детей выступал ФИО1

Определением суда от 19.03.2020 признан недействительным договор от 26.04.2017 купли-продажи квартиры общей площадью 42,3 кв.м, расположенной по адресу: <...>, заключенный между ФИО1 и ФИО16 (братом бывшей супруги). Применены последствия недействительности сделки в виде возложения на ФИО16 обязанности вернуть в конкурсную массу ФИО1 указанную квартиру. В настоящее время судебный акт не исполнен.

Определением суда от 21.04.2021 признан недействительным заключенный между ФИО1 и ФИО13 договор от 30.05.2018 купли-продажи четырех квартир, расположенных по адресу: <...>: квартира №25 площадью 31,2 кв.м., №30 площадью 31,2 кв.м., №38 площадью 33,2 кв.м., №39 площадью 36,1 кв.м., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО13 в конкурсную массу ФИО1 1909010 рублей в возмещение стоимости утраченного имущества, проданного ФИО13 по договору купли-продажи квартир от 27.03.2019 ФИО17.

Что касается признака неплатежеспособности должника, суд в данном случае полагает, что наличие имеющихся у должника неисполненных обязательств перед ФИО4 не может быть принято как доказательство несостоятельности должника на дату оспариваемого платежа, поскольку обязательство перед указанным кредитором должник оспаривал, решение суда по делу по делу №2-173/2018 вступило в законную силу 02.10.2018. Кроме того, даже после вступления в законную силу данного судебного акта должник категорически отрицает его наличие. Учитывая, что ФИО3 не является заинтересованным по отношению к должнику лицом, что на 14.03.2018 у должника, согласно выписке по счету, имелись достаточные денежные средства как для возврата всех займов, так и для выплаты ФИО4, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчику было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату спорного платежа – 14.03.2018, с учетом обстоятельств образовавшегося перед основным кредитором ФИО4 долга, и вынесенного решения Себежского районного суда 06.07.2018, которое вступило в силу 02.10.2018.

ФИО1 не указал иные причины возврата спорных денежных средств, кроме как возврат займа. Договор займа от 28.07.2017 не оспорен ни должником, ни финансовым управляющим, как и безналичный платеж 29.12.2017 на 1 млн. руб., которым частично погашен указанный займ. Доказательства неравноценного встречного исполнения обязательств отсутствуют, доказательств совершение сделки с противоправной целью причинения вреда интересам кредиторам не имеется.

Тем самым в действиях сторон спорных заемных отношений по частичному возврату должником заемных денежных средств 14.03.2018 отсутствуют признаки как обстоятельств, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и признаки злоупотребления правом. Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 11.02.2019, а оспариваемый платеж совершен 14.03.2018, то есть, более чем за шесть месяцев до принятия к производству заявления о признании должника банкротом, при отсутствии доказательств осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности должника, соответственно платеж не может быть оспорен и на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве. Также в рассматриваемом случае платеж, как сделка, по статьям 10, 168 ГК РФ не может быть оспорен, поскольку отсутствуют доказательства злоупотребления правом получателя платежа - ответчика.

Учитывая изложенное, основания для признания недействительным платежа в размере 2500000 руб., осуществленного ФИО1 в адрес ответчика 14.03.2018 по договору займа от 28.07.2017 и применения последствий недействительности сделок, отсутствуют.

В силу норм статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Стороны в соответствии со статьями 8,9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

С учетом вышеперечисленных доказательств, материалами дела подтверждается, что передача денежных средств по договору займа состоялась, договор займа является реальным, срок возврата заемных средств - наступившим. Денежные средства возвращены ФИО1 ответчику частично, в размере 3500000 руб. Доказательств возврата остальной части задолженности по договору займа и процентов не представлено. Наличие признаков аффилированности между заемщиком и займодавцем не имеется.

На основании изложенного суд считает требования ФИО3 законными, обоснованными, подтвержденными материалами дела и в силу статей 307, 309, 809, 810 ГК РФ подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника в сумме 3352382 руб. 00 коп., в том числе 2600000 рублей основного долга и 752382 рублей процентов по договору займа от 28.07.2017, начисленных на сумму долга из расчета 10% годовых за период с 21.06.2017 по 17.06.2019, с учетом возврата 29.12.2017 – 1 млн. руб. и 14.03.2018 части займа на 2,5 млн. руб. Расчет проверен и принят судом. В соответствии с пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве требование относится к третьей очереди.

В связи с проведением экспертизы бухгалтерии Арбитражного суда Псковской области следует произвести выплату со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от ФИО4 по чеку ПАО Сбербанк от 10.11.2020 (№ операции 1534106) Союзу «Торгово-промышленная палата Псковской области» в счет оплаты за проведение судебной экспертизы по делу №А52-390/2019 (заключение эксперта №16) денежные средства в сумме 20000 руб. 00 коп. по реквизитам, указанным в счете от 19.03.2021 № 267.

Денежные средства, перечисленные ФИО4 по чеку ПАО Сбербанк от 07.07.2021 (№ операции 4990) в сумме 75018 руб. на проведение экспертизы по давности изготовления документа (чек представлен в четыре обособленных спора), ранее возвращены ФИО4 в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы определением суда от 19.07.2021.

Руководствуясь статьями 61.2, 61.6, 61.8, статьей 100, пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 184, 186, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

признать обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Гвардейское Надтеречного района, ЧИАССР, место жительства: Псковская область, Себежский район, Г. Себеж, ул. Новая, д.59 «б», кв. 9; ИНН <***>) требования ФИО3 в размере 3352382 руб. 00 коп. основного долга и процентов за пользование займом.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 ФИО2 о признании недействительной сделки ФИО1 по перечислению 14.03.2018 денежных средств в размере 2500000 рублей с расчетного счета должника на счет ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата 2500000 рублей в конкурсную массу должника, отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 6000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Бухгалтерии Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от ФИО4 по чеку ПАО Сбербанк от 10.11.2020 (№ операции 1534106) перечислить Союзу «Торгово-промышленная палата Псковской области» в счет оплаты за проведение судебной экспертизы по делу №А52-390/2019 (заключение эксперта №16) денежные средства в сумме 20000 руб. 00 коп. по реквизитам, указанным в счете от 19.03.2021 № 267.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области в срок, не превышающий десяти дней со дня его вынесения.

Судья Е.Ф. Дегтярёва