Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лисьих Д.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании заявления финансового управляющего о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок

к ответчикам: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО22 (ИНН <***>, место регистрации: 347939, <...>),

при участии в судебном заседании:

финансового управляющего ФИО23 (после перерыва), представителя ФИО24 по доверенности от 01.08.2018,

ответчиков: ФИО19, ФИО17, ФИО16, ФИО8, ФИО5, ФИО15,

от ответчиков: ФИО13, ФИО7, ФИО4 - представителя ФИО25 по доверенностям от 29.08.2018, от 03.09.2018, от 01.10.2018, от ФИО10 - представителя ФИО26 по доверенности от 15.09.2017, от ФИО20 (до перерыва) – представителя ФИО27,

определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.03.2018 (резолютивная часть определения объявлена 13.03.2018) в отношении ФИО22 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО23 (ИНН <***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных

управляющих 16708, адрес для направления корреспонденции: 347900, Ростовская область, г. Таганрог, ул. Петровская, д. 6/пер. Гарибальди, д. 25, кв. 18) из числа членов ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих» (101000, г. Москва, а/я 820).

Объявление о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете Коммерсантъ № 50 от 24.03.2018.

В Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление финансового управляющего должника - ФИО23 о признании недействительными договоров купли-продажи нежилых помещений от 25.08.2015, от 18.11.2015, от 20.11.2015, от 24.11.2015, от 27.11.2015, от 30.11.2015, от 07.12.2015, от 14.12.2015, заключенных ФИО22 с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21.

В порядке статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» указанные граждане привлечены к участию в деле в качестве ответчиков.

В отзыве на заявление финансового управляющего ответчик ФИО2 указывает, что на основании договора № 18 от 06.03.2012 должник предоставил ему место № 18 для строительства гаража, за что был внесен вступительный взнос; после осуществления строительства собственными силами договор купли-продажи заключен формально с целью оформления права собственности на построенный объект, а сумма в 20 000 руб. оплачена должнику за юридические услуги, связанные с оформлением прав на построенный объект.

В судебном заседании по ходатайству ответчика ФИО17 суд допросил свидетелей - ФИО28, ФИО29, ФИО30, которые пояснили, что осуществляли для ответчика строительство гаража и иные работы на данном объекте.

Представитель финансового управляющего поддержал заявленные требования. В части требований к ФИО17, ФИО19, ФИО20 ходатайствовал об отказе от заявленных требований.

Ответчики и их представители возражали против удовлетворения требований финансового управляющего, ссылаясь на то обстоятельство, что гаражи строили за счет собственных средств, а договоры купли-продажи заключены с целью оформления прав на данные объекты.

В судебном заседании 14.11.2018 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 21.11.2018. После перерыва судебное заседание продолжено.

Представитель финансового управляющего поддержал заявленные требования. В части требований к ФИО16 и ФИО15 ходатайствовал об отказе от заявленных требований.

Ответчики и их представители возражали против удовлетворения требований финансового управляющего.

Фирсова Е.В. пояснила, что заключала договор купли-продажи от имени несовершеннолетней дочери, гараж строил супруг за счет собственных средств, документы по строительству не сохранились, 06.06.2018 гараж продан Григорьеву Г.Г.

Представитель финансового управляющего в отношении требования к ФИО5 просил применить последствия в виде взыскания в конкурсную массу 20 000 руб.

Ответчики ФИО14, ФИО18, ФИО21, ФИО12, ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО11 явку в судебное заседание не обеспечили, судебную корреспонденцию по адресам регистрации (подтверждены справкой Управления по вопросам миграции ГУ МВД по Ростовской области) не получают, в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются надлежащим образом уведомленными о дате, времени и месте судебного заседания.

Определением суда от 21.11.2018 заявления финансового управляющего об оспаривании сделок должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

В ходе рассмотрения заявлений финансовым управляющим заявлены ходатайства об отказе от заявлений о признании недействительными сделок должника, заключенных с гражданами: ФИО16, ФИО17, ФИО20, ФИО19, ФИО15. Ходатайства мотивированы тем, что ответчиками представлены документы, подтверждающие факт строительства объектов на основании инвестиционных договоров, за счет собственных средств, в связи с чем, злоупотребление со стороны ответчиков при совершении оспариваемых сделок отсутствует.

Рассмотрев ходатайства представителя финансового управляющего об отказе от заявления с учетом наличия соответствующего полномочия в доверенности от 01.08.2018, суд считает их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, указанными в федеральных законах, регулирующих вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Поскольку оснований, предусмотренных частью 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, препятствующих принятию отказа от заявления, арбитражный суд не усматривает, ходатайства финансового управляющего подлежат удовлетворению.

В судебном заседании 21.11.2018 представитель финансового управляющего поддержал заявленные требования в отношении 17 сделок должника, просил признать их недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчики против удовлетворения заявленных требований возражали, ссылаясь на то обстоятельство, что строительство гаражей осуществлялось за счет их собственных средств. Спорные договоры заключены с должником с целью оформления прав на построенными ими объекты.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ФИО22 заключены договоры купли- продажи нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>:

- от 25.08.2018: № 28 с ФИО13 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4681; № 10 с ФИО14 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4629; № 11 с ФИО15 в отношении нежилого помещения площадью 27,8 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4639; № 26 с ФИО16 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4635; № 27 с ФИО16 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4633; № 6 с ФИО17 в отношении нежилого помещения площадью 30,4 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4648; с ФИО18 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4626; № 20 с ФИО19 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4637;

- от 18.11.2015: № 31-32-33 с ФИО20 в отношении нежилого помещения площадью 100,9 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4534; № 30 с ФИО20 в отношении нежилого помещения площадью 27,3 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4625;

- от 20.11.2015 № 17 с ФИО21 в отношении нежилого помещения площадью 28,1 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4630;

- от 24.11.2015 № 68 с ФИО1 в отношении нежилого помещения площадью 26,1 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4617; № 22-23-24 с ФИО12 в отношении нежилого помещения площадью 85,4 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4644;

- от 27.11.2015 № 18 с ФИО2 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4636;

- от 30.11.2015 № 67 с ФИО6 в отношении нежилого помещения площадью 28,5 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4616;

- от 07.12.2015: № 16 с ФИО32 в отношении нежилого помещения площадью 27,9 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4649; № 29 от 07.12.2015 с ФИО3 в отношении нежилого помещения площадью 27,9 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4628;

- от 14.12.2015: № 25 с ФИО12 в отношении нежилого помещения площадью 27,9 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4645; № 14 с ФИО11 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4634; № 21 с ФИО10 в отношении нежилого помещения площадью 28 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4643; № 15 с ФИО9 в отношении нежилого помещения площадью 27,9 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4632; № 9 с ФИО8 в отношении нежилого помещения площадью 31,1 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4640; № 8 с ФИО7 в отношении нежилого помещения площадью 26 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4642; № 7 с ФИО4 в отношении нежилого помещения площадью 27,7 кв.м с кадастровым номером: 61:58:0005281:4641;

В пункте 3 договоров стоимость нежилых помещений определена в размере 20 000 руб.

Полагая, что договоры купли-продажи от 25.08.2015, от 18.11.2015, от 20.11.2015, от 24.11.2015, от 27.11.2015, от 30.11.2015, от 07.12.2015, от 14.12.2015 являются недействительными сделками, финансовый управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на причинение данной сделкой вреда имущественным интересам кредиторов ввиду неравноценного встречного предоставления по сделкам.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (абзац третий пункта 9 постановления № 63).

В пункте 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Производство по делу о банкротстве ФИО22 возбуждено определением суда от 09.11.2017, следовательно, сделки, совершенные 25.08.2015 могут быть оспорены

только по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а сделки: от 18.11.2015, от 20.11.2015, от 24.11.2015, от 27.11.2015, от 30.11.2015, от 07.12.2015, от 14.12.2015 попадают в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалами дела о банкротстве ФИО22 подтверждается факт наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности и неисполненных обязательств перед бюджетом по обязательным платежам, ПАО Национальный банк «ТРАСТ», АО КБ «Пойдем!», ПАО «Сбербанк России», Комитетом по управлению имуществом города Таганрога, ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк».

Между тем, финансовым управляющим не представлено в материалы дела доказательств того, что ответчики по сделкам, совершенным в период - ноябрь-декабрь 2015 года являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, либо им было заведомо известно о наличии у должника на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности.

Таким образом, финансовый управляющий не доказал наличия совокупности условий, необходимых для признания договоров купли-продажи от 18.11.2015, от 20.11.2015, от 24.11.2015, от 27.11.2015, от 30.11.2015, от 07.12.2015, от 14.12.2015 недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: не представил доказательств, подтверждающих заинтересованность ответчиков, их осведомленность о наличии признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества.

В отношении договоров, заключенных должником 25.08.2015, а также в отношении иных сделок, совершенных в период - ноябрь-декабрь 2015 года, финансовый управляющий ссылается на то обстоятельство, что при их заключении сторонами допущено злоупотребление правом, поскольку договоры заключены в короткий промежуток времени; цена договоров вне зависимости от площадей объектов составила 20 000 руб.; цена, по которой реализованы объекты в 25 раз ниже их реальной стоимости; на момент совершения сделок должник обладал признаками неплатежеспособности.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, действия которого направлены на извлечение преимущества из своего недобросовестного поведения.

Применительно к настоящему спору для установления факта недействительности сделок на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.

Из материалов дела следует, что 14.10.2011 между ФИО22 и администрацией г. Таганрога Ростовской области заключен договор аренды № 11-430 в отношении земельного участка с кадастровым номером 61:58:0005281:446 с видом разрешенного использования - для размещения многоуровневых стоянок (т. 2 л.д. 2-8).

Из представленных ответчиками в материалы дела документов следует, что после приобретения права аренды на вышеназванный земельный участок, ФИО22 условно разделил его на участки (места под строительство), которые предоставил ответчикам под строительство гаражей.

Предоставление мест под строительство гаражей оформлялось договорами с взиманием должником соответствующей платы и выдачей квитанций к приходным кассовым ордерам (т. 2 л.д. 89-93, т. 9 л.д. 56-57).

Ответчикам выданы паспорта гаражей, в которых отражен факт получения должником от ответчиков денежных средств (взносы, оплата аренды земельного участка, взносы на дорогу, оплата за электричество – т. 1 л.д. 31-35, т. 3 л.д. 52-55, 57-59, т. 5 л.д. 126-129, т. 6 л.д. 74-76, т. 9 л.д. 49-51, 58, 98-101).

Должником 05.12.2014 получено разрешение № RU61311000-367 на строительство гаражей на земельном участке по адресу: <...> (т. 4 л.д. 93).

Как следует из материалов дела и пояснений ответчиков, после завершения строительства гаражей с рядом граждан оформлены договоры инвестирования с целью оформления прав граждан на построенные ими объекты. Однако государственная регистрация была приостановлена в связи с сомнениями регистрирующего органа в наличии оснований для регистрации, поскольку право аренды на участок зарегистрировано за ФИО22, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию также выдано данному лицу (т. 7 л.д. 53-55, т. 6 л.д. 72-73).

В связи с тем, что инвестиционные договоры не приняты регистрирующим органом в качестве оснований для регистрации права, ФИО22 зарегистрировано право

собственности на гаражи на основании разрешений на ввод объектов в эксплуатацию (выписка из ЕГРН от 11.04.2018 – т. 1 л.д. 28-42; т. 4 л.д. 95-96, т. 5 л.д. 24-25).

При этом договоры купли-продажи от 07.12.2015, от 14.12.2015, от 27.11.2015, от 24.11.2015, 18.11.2015, от 20.11.2015 оформлены в день регистрации за ФИО22 права собственности на объекты недвижимости, договор купил-продажи от 30.11.2015 заключен после регистрации прав должника 24.11.2015.

Договоры купли-продажи с гражданами ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО18 заключены 25.08.2015, тогда как права на объекты недвижимости оформлены за ФИО22 14.09.2015, 28.09.2015, 26.10.2015, 12.11.2015.

После регистрации права собственности на объекты надвижимости ответчики оформили права аренды путем заключения соглашений о присоединении к договору аренды № 16-364 от 29.12.2016 в отношении земельного участка с кадастровым номером 61:58:0005281:446 и оплачивали арендную плату в соответствии с расчетами, произведенными администрацией г. Таганрога.

В оспариваемых договорах купли-продажи, оформленных в период с августа 2015 года по декабрь 2015 года, стоимость объектов по каждому договору установлена в размере 20 000 руб.

Из пояснений ответчиков следует, что указанная сумма была оплачена ФИО22 за оказание юридических услуг по оформлению права собственности граждан на гаражи.

Аналогичным образом оформлялись права ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО19, ФИО37 В отношении указанных граждан финансовым управляющим заявлен отказ от требований о признании заключенных с ними договоров недействительными в связи с представлением указанными гражданами соглашений с должником о предоставлении мест под строительство, инвестиционных договоров и доказательств осуществления строительства гаражей за счет собственных средств.

Вышеназванные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемые договоры заключены с целью оформления прав ответчиков на объекты недвижимости, которые возводились ими за счет собственных средств.

Отсутствие у ответчиков ФИО13, ФИО10, ФИО8, ФИО7, ФИО4, ФИО32, ФИО2, ФИО6 соглашений о предоставлении им мест под строительство, заключенных с должником, а также доказательств, в полном объеме подтверждающих осуществление строительства за счет собственных средств, в связи с утратой данных документов, не может служить безусловным основанием для удовлетворения требований финансового управляющего в отношении совершенных с указанными гражданами сделок.

Так, из пояснений указанных лиц следует, что аналогичным образом данным гражданам должником предоставлялись места под строительство гаражей, выдавались паспорта гаражей, они вносили соответствующие взносы должнику, строительство гаражей осуществляли за счет собственных средств, после осуществления строительства оформлены оспариваемые договоры.

В материалы дела ответчиками ФИО7, ФИО4, ФИО13, ФИО10, ФИО8 представлены товарные чеки, накладные, подтверждающие приобретение строительных материалов в период с 2011 по 2016 годы, договор подряда, акты выполненных работ, квитанции к приходным кассовым ордерам, расписки о получении денежных средств лицами, фактически осуществлявшими строительство для ответчиков.

При этом чеки, подтверждающие закупку строительных материалов после заключения оспариваемых договоров купли-продажи, также признаны судом относимыми

к настоящему спору, поскольку подтверждают доводы ответчиков о необходимости завершения строительных работ после приобретения прав на объекты недвижимости на основании оспариваемых сделок.

В судебном заседании 14.11.2018 свидетель ФИО29 пояснил, что с 2012 года со строительной бригадой осуществлял строительные работы на спорном земельном участке по возведению гаражей, в том числе, гражданам ФИО10, ФИО18, ФИО7, ФИО12 При этом строительные материалы приобретались свидетелем за счет денежных средств граждан, договоры подряда не заключались. Свидетель также пояснил, что ФИО13 осуществлял строительство гаража самостоятельно.

Свидетель ФИО38 в судебном заседании 15.10.2018 пояснил, что помогал ФИО10 в строительстве гаража, строительство осуществлял ФИО10 лично.

Непредставление ответчиками ФИО14, ФИО18, ФИО21, ФИО12, ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО11, которые судебную корреспонденцию по адресу регистрации не получают, документов, подтверждающих строительство гаражей за счет собственных средств, также не может служить безусловным основанием для удовлетворения требований финансового управляющего в отношении совершенных с указанными гражданами сделок.

Доказательств того, что объекты, права на которые зарегистрированы на основании оспариваемых договоров за ФИО13, ФИО14, ФИО18, ФИО10, ФИО8, ФИО12, ФИО9, ФИО7, ФИО4, ФИО32, ФИО3, ФИО2, ФИО6, ФИО21, ФИО1 и ФИО12, должник строил за счет собственных средств в материалы дела не представлено.

Таким образом, оформление ответчиками прав на спорные объекты недвижимости (гаражи), строительство которых они осуществляли за счет собственных средств, путем заключения договоров купли-продажи с ФИО22, не свидетельствует о том, что данными лицами допущено злоупотребление правом.

Поскольку доказательств осуществления строительства ФИО22 за счет собственных средств и последующей реализации ответчикам данных объектов по заниженной цене материалы дела не содержат, следовательно, цель совершения оспариваемых сделок в виде причинения вреда кредиторам финансовым управляющим не доказана.

Учитывая, что финансовым управляющим не доказана необходимая совокупность обстоятельств для признания спорных договоров недействительными сделками, а именно: совершение сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и при злоупотреблении правом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Суд также учитывает правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, согласно которой установленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Этот запрет не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их

правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

Исходя из пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о недоказанности факта недобросовестности ответчиков по сделкам и необходимости в связи с этим соблюдения вытекающих из Конституции Российской Федерации установленных законодателем гарантий защиты прав и законных интересов добросовестных приобретателей.

Суд также учитывает, что в силу части 3 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации задачей судопроизводства в арбитражных судах является справедливое судебное разбирательство, и руководствуется позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 03.02.1998 № 5-П, от 17.11.2005 № 11-П, от 05.02.2007 № 2-П, от 04.06.2007 № 423-О-П, согласно которой судебные акты должны отвечать критериям справедливости.

Учитывая изложенное, правовые основания для удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований у суда отсутствуют.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 102 000 руб. за подачу заявлений о признании 17 сделок недействительными (6 000 рублей за оспаривание каждой сделки, в отношении которых не заявлен отказ) в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ФИО22 и подлежат взысканию с него в доход федерального бюджета, ввиду предоставленной конкурсному управляющему при подаче заявления отсрочки.

Определениями суда от 09.08.2018 и от 10.08.2018 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области совершать регистрационные действия, связанные с переходом права собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу: <...>.

Поскольку в удовлетворении требований финансового управляющего отказано, обеспечительные меры подлежат отмене.

На основании изложенного, и, руководствуясь главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

принять отказ и прекратить производство по заявлению финансового управляющего о признании недействительными сделок должника – договоров купли-продажи, заключенных ФИО22 с ФИО16, ФИО17, ФИО20, ФИО19, ФИО15.

В остальной части в удовлетворении заявлений финансового управляющего об оспаривании сделок должника – договоров купли-продажи нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>, отказать.

Отменить обеспечительные меры, принятые определениями суда от 09.08.2018 и от 10.08.2018 в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области совершать регистрационные

действия, связанные с переходом права собственности на недвижимое имущество, расположенное по адресу: Ростовская область, г. Таганрог, ул. Чучева, д. 50.

Взыскать с ФИО22 в доход федерального бюджета 102 000 руб. государственной пошлины по заявлениям.

Определение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения.

Определение суда по настоящему делу может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок в порядке статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражные суды апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд Ростовской области.

Судья С.И. Яицкая