Гражданский кодекс часть 1

установил: в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник, ФИО3) рассматривается уточнённая в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба супруги должника ФИО1 (далее – заявитель, ФИО1) на действия финансового управляющего ФИО2 (далее – финансовым управляющий, арбитражный управляющий), в которой заявитель просит:

1.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за март 2019 в сумме 19 936,57 рублей, незаконными.

2.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за апрель 2019 в сумме 10 345,18 рублей, незаконными.

3.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за июль 2019 в сумме 12 037,09 рублей, незаконными.

4.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за август 2019 в сумме 12 198,19 рублей, незаконными.

5.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за сентябрь 2019 в сумме 9 961,61 рублей, незаконными.

6.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за ноябрь 2019 в сумме 12 336,32 рублей, незаконными.

7.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за декабрь 2019 в сумме 21 677,6 рублей, незаконными.

8.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за январь 2020 в сумме 20 864,26 рублей, незаконными.

9. Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за март 2020 в сумме 17 153,19 рублей, незаконными.

10.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за апрель 2020 в сумме 17 090,75 рублей, незаконными.

11.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в несвоевременной выплате алиментов за май 2020 в сумме 13 088,63 рублей, незаконными.

12.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за май 2019 в сумме 11 866,5 рублей, незаконными.

13.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за июнь 2019 в сумме 13 557,62 рублей, незаконными

14.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за август 2019 в сумме 3 948,16 рублей, незаконными

15.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за октябрь 2019 в сумме 14 270,20 рублей, незаконными

16.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за февраль 2020 в сумме 16 222,43 рублей, незаконными

17.Признать действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за июнь 2020 в сумме 13 796,33 рублей, незаконными

18.Обязать финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2 производить алиментные платежи в пользу ФИО1 ежемесячно не позднее 13го числа месяца.

19.Обязать финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2 погасить задолженность по алиментным платежам в сумме 73 661,24 рубль в пользу ФИО1

В судебное заседание лица, участвующие в деле, своих представителей не направили.

Финансовый управляющий представил возражение на заявление с приложением документов, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании 01.02.2021 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 15:00 08.02.2021, после чего судебное заседание продолжено по правилам статьи 156 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 15.01.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждён ФИО2 (ИНН:<***>, почтовый адрес арбитражного управляющего: 344112, <...>) из числа членов Ассоциации СОАУ «Меркурий». Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ №9(6489) от 19.01.2019.

Обращаясь с заявленными требованиями, ФИО1 указывает, что 18.09.2017 мировым судьёй Таганрогского судебного района выдан судебный приказ № 2-10-1402-17 о взыскании с ФИО3 в её пользу алиментов на содержание несовершеннолетних детей. Данный судебный приказ направлен для исполнения в организацию по месту работы должника – Муниципальное унитарное предприятие «Похоронно-ритуальных услуг».

Как указывает ФИО1, а финансовый управляющий не оспаривает, исполнение судебного приказа прекращено работодателем в феврале 2019 года в связи с признанием должника банкротом решением 15.01.2019. Полученный от работодателя судебный приказ направлен в адрес финансового управляющего для исполнения.

Заявитель считает, что финансовый управляющий после получения судебного приказа допустил нарушение её прав по своевременному и полному получению суммы присужденных ей алиментов, которые должны перечисляться в трёхдневный срок после получения денежных средств от работодателя должника. Также ФИО1 считает, что арбитражным управляющим допущено образования задолженности по алиментам в отдельных периодах на сумму 73 661, 24 рубля.

Кроме того, заявитель жалобы просит возложить на финансового управляющего обязанность осуществлять алиментные платежи не позднее 13-го числа каждого месяца, а также погасить образовавшуюся задолженность.

В возражениях финансового управляющего указывается на отсутствие в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) правил о сроке перечислении алиментов. Кроме того, арбитражный управляющий указывает на недоказанность наличия задолженности по алиментам и возражает против возложения на него обязанности осуществить ей возврат, а также указывает на необоснованность требования по перечислению денежных средств в определенную дату.

Исследовав материалы дела по правилам статей 71 АПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

При рассмотрении соответствующих жалоб лицо, обратившееся с суд, должно доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушение этими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

Основанием для удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий законодательству о банкротстве и нарушения такими действиями прав и законных интересов кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.4 Закон о банкротстве неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3 и 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) арбитражного управляющего незаконными. Предусмотренный в названных нормах Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности;

- или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Действия (бездействие) арбитражного управляющего могут быть обжалованы. При этом лицо, подающее жалобу, исходя из статьи 65 АПК РФ, должно доказать незаконность, неразумность и недобросовестность действий арбитражного управляющего, а также нарушение данными действиями своих прав и законных интересов.

Действительно, действующая редакция Закона о банкротстве не предусматривает срока выплаты супруге должника алиментов на содержание несовершеннолетних детей.

Однако суд приходит к выводу, что отсутствие в Законе о банкротстве прямого регулирования данного вопроса, не означает возможность произвольного определения приемлемого срока на выплату алиментов, что означало бы игнорирование прав детей, являющихся в соответствии с частью 4 стати 67.1 Конституции Российской Федерации важнейшим приоритетом государственной политики России.

Суд полагает, что приоритет прав детей перед правами, вытекающими из предпринимательской и иной экономической деятельности, следует из признанных в международном праве, общепризнанные принципы и нормы которого являются составной частью правовой системы Российской Федерации (часть 4 статьи 15 Основного Закона), особых статуса и состава прав ребёнка и одновременно обязанностей общества и государства по их защите и обеспечению.

Данный вывод делается арбитражным судом на основании следующего.

Согласно принципу 8 Декларации прав ребенка (Принята 20.11.1959 Резолюцией 1386 (XIV) на 841-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН) ребенок должен при всех обстоятельствах быть среди тех, кто первыми получают защиту и помощь.

В соответствии с частью 2 статьи 2 Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989) (далее - Конвенция) государства - участники принимают все необходимые меры для обеспечения защиты ребенка от всех форм дискриминации или наказания на основе статуса, деятельности, выражаемых взглядов или убеждений ребенка, родителей ребенка, законных опекунов или иных членов семьи.

Согласно части 1 статьи 3 Конвенции, во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

В силу статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей; порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно; родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 СК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) ребенок имеет право на получение содержания от своих родителей и других членов семьи в порядке и в размерах, которые установлены разделом V настоящего Кодекса. Суммы, причитающиеся ребенку в качестве алиментов, пенсий, пособий, поступают в распоряжение родителей (лиц, их заменяющих) и расходуются ими на содержание, воспитание и образование ребенка. Суд по требованию родителя, обязанного уплачивать алименты на несовершеннолетних детей, вправе вынести решение о перечислении не более пятидесяти процентов сумм алиментов, подлежащих выплате, на счета, открытые на имя несовершеннолетних детей в банках.

В соответствии с пунктом 1 статьи 80 СК РФ родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно. Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 настоящего Кодекса. В случае, если родители не предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства на содержание несовершеннолетних детей (алименты) взыскиваются с родителей в судебном порядке.

На основании указанных положений международных и национальных норм арбитражный суд приходит к выводу, что невозможность исполнения одним из родителей своих обязанностей по выплате алиментов в силу возбужденного в отношении него дела о банкротстве, отсутствие соответствующих правовых норм, регулирующих рассматриваемый вопрос, не должно означать произвольное принятие решения о сроке выплаты алиментов.

Разрешая вопрос об определении приемлемого срока выплаты супруге должника алиментов, необходимо соотнести две правовые категории: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и определяющие обязанности арбитражного управляющего положения Закона о банкротстве по осуществлению текущих платежей, - и установления между ними баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как де-факто кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Судом учитывается, что срок выплаты перечисления алиментов установлен в семейном законодательстве.

Так, в соответствии со статьёй 109 СК РФ администрация организации по месту работы лица, обязанного уплачивать алименты на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или на основании исполнительного листа, обязана ежемесячно удерживать алименты из заработной платы и (или) иного дохода лица, обязанного уплачивать алименты, и уплачивать или переводить их за счет лица, обязанного уплачивать алименты, лицу, получающему алименты, не позднее чем в трехдневный срок со дня выплаты заработной платы и (или) иного дохода лицу, обязанному уплачивать алименты.

Следовательно, нормы отечественного семейного права закрепляют принцип выплаты получателю удержанных алиментов в трёхдневный срок, который, как можно предположить, соответствует категории разумного кратчайшего срока, когда работодатель в лице своих органов управления и структурных подразделений может объективно осуществить расчёт, удержание из дохода должника и выплату соответствующей суммы алиментов.

В данном случае тезис арбитражного управляющего об отсутствии правового регулирования срока выплаты алиментов соответствует действительности, однако, по своей сути, является несостоятельным.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть признаны соблюденными при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют деятельность по осуществлению процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В связи с чем, суд соглашается с аргументом заявителя о том, что алименты, полученные на основной счёт должника, объективно могли быть выплачены в срок, не превышающий три рабочих дня.

При этом судом не исключается применение положений статьи 109 СК РФ по аналогии к данным правоотношениям. Иной подход означал бы невозможность определения хоть сколько-нибудь приемлемого срока перечисления алиментов.

В отношении доводов о пропуске срока и наличию непогашенной задолженности судом установлено следующее.

Как указывает ФИО1, за февраль и март 2019 года выплата алиментов финансовым управляющим должна была составить 37 780, 38 рублей и произведена не позднее 13.04.2020. Однако фактически финансовый управляющий осуществил перечисление в размере 43 472, 41 рублей только 29.04.2019. При этом ФИО1 полагает, что поскольку за февраль и март 2019 года ей полагалось получить сумму алиментов в размере 37 780, 38 рублей, то денежные средства в размере 5 692, 03 рубля являются переплатой, которая не подлежит зачету и возврату на основании пункта 2 статьи 116 СК РФ и статьи 1109 ГК РФ.

Возражая против доводов заявителя, финансовый управляющий сообщает, что за период с 04.03.2019 по 19.04.2019 на счет должника поступило 86 945, 72 рублей, из которых 50% или 43 472, 41 рубля 29.04.2019 переведены на счёт ФИО1 При этом арбитражный управляющий обращает внимание, что в данную сумму включены алименты за февраль, марта и часть апреля 2019 года.

Как установлено судом, за период с 04.03.2019 по 19.04.2019 на основной счёт должника от работодателя поступили следующие платежи: 28 687, 65 рублей с назначением платежа «перечисление з/п ФИО3 за февраль 2019…», 1 800 рублей с назначением платежа «перечислен аванс ФИО3 за март 2019…», 2 735, 87 с назначением платежа «перечислен больничный ФИО3 за март 2019», 6 384,03 рубля с назначением платежа «пособия, компенсации, меры социальной поддержки», 35 337,28 рублей с назначением платежа «перечислена з/п ФИО3 за март 2019…», 12 000 рублей с назначением платежа «перечислен аванс ФИО3 за апрель 2019 …».

Общая сумма данных поступлений равна 43 472, 41 рубля, 50% от которой перечислено ФИО1 29.04.2019 с назначением платежа «На основании судебного приказа от 18.09.2017 по делу № 2-10-1402-17», что заявителем не оспаривается.

Суд приходит к выводу, что в данном случае допущен пропуска только по выплате алиментов в размере 6 000 рублей или 50% от полученного 19.04.2019 аванса в размере 12 000 рублей. В части довода о пропуске срока за февраль и март 2019 года требования заявлены необоснованно.

В данном случае судом учитываются установленные Управлением Росреестра по Ростовской области обстоятельства в определении от 13.05.2019 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. В данном акте органа контроля установлено, что оригинал судебного приказа получен финансовым управляющим 04.03.2019, что указывает на отсутствие правовых оснований для перечисления алиментов ФИО1, зачисленных на основной счёт должника.

Определение Управления Росреестра по Ростовской области от 13.05.2019 вступило в силу, что заявителем не оспаривалось.

Следовательно, поскольку денежные средства в размере 12 000 рублей в виде аванса за апрель 2019 года поступили 19.04.2019 (пятница), то 6 000 рублей должны были быть перечислены не позднее 24.04.2019 (среда), а не 29.04.2019, что свидетельствует о пропуске трёхдневного срока.

Поскольку в сумму перечисленных 29.04.2019 алиментов в размере 43 472, 41 рублей включена сумма за апрель, то оснований согласится с тезисом заявителя о том, что образовалась переплата, не имеется.

Далее ФИО1 указывает, что за апрель 2019 года алименты составили 10 345, 18 рублей и должны были быть перечислены финансовым управляющим 13.05.2020.

Финансовый управляющий указывает, что данная сумма перечислена 04.06.2019 и включала в себя остаток алиментов за апрель и часть за май 2019 года.

Как установлено судом, на основной счёт должника поступили следующие денежные средства от работодателя: 8 690, 35 рублей 08.05.2019 с назначением платежа «перечислена з/п ФИО3 за апрель 2019 года», 12 000 рублей 20.05.2019 с назначением платежа «перечислен аванс ФИО3 за май 2019 год». Общая сумма перечислений за этот период составила 20 690,35 рублей.

Финансовый управляющий 04.06.2019 осуществляет перечисление ФИО1 алиментов в сумме 10 345, 17 рублей с назначением платежа «на основании судебного приказа…», что соответствует 50% от поступивших денежных средств 08.05.2019 и 20.05.2019 в общей сумме 20 690, 35 рублей.

Следовательно, финансовым управляющим допущен пропуск трёхдневного срока на перечисление суммы алиментов за апрель в размере 4 345, 17 рублей (50% от зачисленных 08.05.2019 на счёт 8 690, 35 рублей - пятница), перечисление которых должно было быть произведено не позднее 15.05.2019 (среда), равно как и в случае с частью алиментов за май в размере 6 000 рублей (50% от зачисленных 12 000 рублей 20.05.2019 - понедельник), перечисление которых должно было быть произведено не позднее 23.05.2019 (четверг).

Следовательно, доводы ФИО1 о пропуске срока выплаты алиментов за апрель 2019 (10 345, 18 – перечисления от 19.04.2019 и 08.05.2019) являются обоснованными.

При этом ФИО1 указывает на наличие задолженности по алиментам за май 2019 года в размере 11 866, 5 рублей.

Однако данный довод является несостоятельным.

Как указано выше, первая часть алиментов за май 2019 года перечислена заявителю 04.06.2019 в размере 6 000 рублей.

При этом остаток задолженности по алиментам за май 2019 года в размере 5 866, 50 рублей, как это пояснено финансовым управляющим и не опровергнуто заявителем, перечислено платёжным поручением 24.10.2019 в составе суммы 19 476, 27 рублей, которая включала в себя следующее:

- 5 866, 50 рублей или 50% от 11 733 рублей зачисленных работодателем 10.06.2019 с назначением платежа «перечисление з/п ФИО3 за май 2019 года…»;

- 9 961, 61 рубля, зачисленного работодателем 10.10.2019 с назначением платежа «перечисление з/п ФИО3 в части алиментов (доход 19923, 22 рубля) за сентябрь 2019 года»;

- 3 648, 16 рублей или 50% от зачисленной работодателем на счёт 03.09.2019 суммы в размере 7 296, 32 рублей с назначением платежа «пособия, компенсации, меры социальной поддержки».

Таким образом, алименты за 2019 года в размере 11 866, 5 рублей (6 000 рублей + 5 866, 50 рублей) фактически перечислены ФИО1, однако с пропуском срока.

Далее заявитель указывает, что алименты за июнь 2019 года в размере 13 557, 62 рублей фактически не выплачены.

Однако данный факт не соответствует действительности.

Как следует из выписки по основному счёту должника, алименты за июнь 2019 год в размере 13 557, 62 рублей зачислены работодателем 10.06.2019 на основной счёт должника с назначением платежа «Перечисление з/п ФИО3 в части алиментов (доход 27 115, 23 рублей) за июнь 2019 года».

Данные денежные средства переведены ФИО1 12.08.2019 в составе суммы 25 594, 71 рублей, включающей также в себя алименты за июль 2019 года, зачисленные работодателем на основной счёт ФИО3 09.08.2019 в сумме 12 037, 09 рублей с назначением платежа «Перечисление з/п ФИО4 в части алиментов (доход 24 074, 185 рублей) за июль 2019».

Данный факт свидетельствует о пропуске финансовым управляющим срока на перечисление алиментов за июнь 2019 года, однако не означает их фактическое не перечисление и необоснованное удержание финансовым управляющим.

При этом ФИО1 не просит признать незаконным пропуск срока по перечислению алиментов за июнь 2019 года, но требует признать их в качестве задолженности, что не может быть признано судом обоснованным.

Далее заявитель указывает, что выплата алиментов за июль в размере 12 037, 09 рублей должна была быть произведена 13.08.2019, однако выплата поступила 12.08.2019 в размере 25 594, 71 рублей

При этом заявитель указывает, что поскольку за июль 2019 года ей поступило от финансового управляющего денежных средств в большем размере, то переплата (разница) в размере 13 557, 62 рублей не подлежит зачету или возврату.

Однако данные аргументы несостоятельны.

Как установлено выше, в перечисленные 12.08.2019 на счёт ФИО1 денежные средства размере 25 594, 71 рубля финансовым управляющим включены алименты за июнь 2019 года в размере 13 557, 62 рублей и за июль 2019 года в размере 12 037, 09 рублей.

При этом, поскольку зачисление на основной счёт должника алиментов произведено работодателем 09.08.2019, а их перечисление финансовым управляющим в адрес ФИО1 произведено 12.08.2019, то пропуск срока выплаты алиментов за июль не доказан.

Далее заявителем указывается, что за август 2019 года сумма алиментов составила 12 198, 19 рублей, перечисление которых должно было быть осуществлено не позднее 13.09.2019, однако денежные средства поступили 18.09.2019 в размере 8 250, 03 рубля, оставшаяся часть в размере 3 948, 16 рублей не перечислена.

В связи с чем, ФИО1 просит признать незаконными пропуск срока по выплате алиментов за август 2019 года и непогашение задолженности в размере 3 948, 16 рублей.

Судом установлено, что на основной счёт должника работодателем платёжными поручениями от 10.09.2019 зачислены денежные средства в суме 8 250, 03 рублей с назначением платежа «перечислена з/п Бабкин в части алиментов (доход 16 500, 06 рублей) за август 2019 года….», от 10.09.2019 в сумме 287, 12 рублей с назначением платежа «остаток заработной платы за август 2019 года…». Кроме того, 03.09.2019 на основной счёт должника зачислены денежные средства в размере 7 296, 32 рубля с назначением платежа «пособия, компенсации, меры социальной поддержки».

Как обоснованно указывает финансовый управляющий, алименты за август перечислены ФИО1 следующими платёжными поручениями: от 18.09.2019 на сумму 8 250, 03 рубля, что соответствует зачисленной 10.09.2019 работодателем сумме в размере 8 250, 03 рублей; от 24.10.2019 на общую сумму 19 476, 27 рублей, в которую, как указывалось выше, включены 5 866, 50 рублей или 50% от 11 733 рублей зачисленных работодателем 10.06.2019 с назначением платежа «перечисление з/п ФИО3 за май 2019 года…»; 9 961, 61 рубля, зачисленного работодателем 10.10.2019 с назначением платежа «перечисление з/п ФИО3 в части алиментов (доход 19923, 22 рубля) за сентябрь 2019 года»; 3 648, 16 рублей или 50% от зачисленной работодателем на счёт 03.09.2019 суммы в размере 7 296, 32 рублей с назначением платежа «пособия, компенсации, меры социальной поддержки».

Таким образом, доводы ФИО4 о том, что сумма в размере 3 948, 16 рублей ей не перечислена, является необоснованной. При этом такая сумма и не должна была ей перечисляться, поскольку корректной является сумма 3 648, 16 рублей.

Однако поскольку алименты за август действительно перечислены с пропуском трёхдневного срока, а именно: сумма в размере 8 250, 03 рублей, зачисленная работодателем 10.09.2019, перечислена ФИО1 только 18.09.2019, а сумма 3 648, 16 рублей, зачисленная работодателем 03.09.2019, перечислена ФИО1 24.10.2019, - то требование заявителя о признании незаконным несвоевременного перечисления алиментов за август подлежат удовлетворению в части суммы 12 041, 75 рубля. В удовлетворении заявления в части признания несвоевременной выплаты в размере 156, 44 рублей необходимо отказать, поскольку данные денежные средств перечислены ей не могли, заявителем допущена очевидная опечатка.

Далее ФИО1 указывается, что за сентябрь 2019 года алименты в размере 9 961, 61 рубль подлежали выплате не позднее 13.10.2019. При этом ФИО1 утверждает, что из перечисленных 24.10.2019 денежных средств в размере 19 476, 27 рублей сумма в размере 9 514, 66 рублей является переплатой и не подлежит зачету или возврату.

Судом установлено, что работодателем зачислены алименты за сентябрь 2019 года 10.10.2019 в размере 9 961, 61 рубль. Данные денежные средства, как это дважды указывалось выше, перечислены только 24.10.2019 в составе суммы 19 476, 27 рублей, которая состоит из следующего:

Следовательно, признавая обоснованным требования жалобы о пропуске срока на перечисление алиментов за сентябрь 2019 года, подлежит отклонению довод о том, что разница в размере 9 514, 66 рублей подлежит квалификации как переплата, не подлежащая зачету или возврату, поскольку в данную сумму включены алиментные платежи за более ранние периоды, о чём указано выше.

Далее заявитель указывает, что алименты за октябрь 2019 года в размере 14 270, 20 рублей, выплата которых должна была состояться 13.11.2019, не выплачены, имеется задолженность.

Признавая данный аргумент несостоятельным, суд руководствуется следующим.

Как справедливо указывает финансовый управляющий, доводы которого соответствуют выписке по основному счёту должника, алименты за октябрь 2019 года перечислены ФИО1 26.12.2019 в составе суммы 26 607, 02 рублей, в которую также включена сумма алиментов за ноябрь 2019 года в размере 12 336, 82 рублей.

Действительно, при выплате алиментов за октябрь 2019 года финансовым управляющим допущена просрочка, поскольку на основной счёт должника сумма в размере 14 270, 20 рублей зачислена работодателем 08.11.2019 с назначением платежа «перечислена з/п ФИО4 в части алиментов (доход 28 540, 39 рублей) за октябрь 2019 год».

Однако ФИО1 не просит суд признать незаконным пропуск срока, требуя при этом признать факт наличия задолженности по уплате алиментам за данный период, что не может быть удовлетворено, поскольку не соответствует действительности.

Далее заявитель указывает, что за ноябрь 2019 года сумма алиментов должна был составить 12 336, 32 рублей, которые подлежали перечислению не позднее 13.12.2019. При этом ФИО4 считает, что зачисленные на её счёт 26.12.2019 денежные средства в размере 26 607,02 рублей включали не только алименты за ноябрь, но и образовавшуюся переплату в размере 14 270, 70 рублей, которая на основании статей 116 СК РФ и 1109 ГК РФ не подлежит зачёту и возврату.

Как следует из выписки по основному счёту должника, 11.12.2019 работодатель перечислил денежные средства в размере 12 336, 32 рублей с назначением платежа «перечислена з/п ФИО4 в части алиментов (доход 24 672, 64 рубля) за ноябрь 2019 г….».

Поскольку, как указано выше, алименты за ноябрь 2019 года фактически перечислены только 26.12.2019 в составе суммы 26 607, 02 рубля, включающей в себя также алименты за октябрь 2019 года в размере 14 270, 20 рублей, требование о признании незаконной просрочку выплаты алиментов за ноябрь 2019 года является обоснованным.

Далее ФИО1 указывает, что за декабрь 2017 года алименты в сумме 21 677, 60 рублей должны были быть произведены не позднее 13.01.2020. Однако поскольку выплата алиментов за декабрь 2019 произведена 29.01.2020 в сумме 25 177, 09 рублей, то заявитель просит признать незаконным просрочку выплаты алиментов, а образовавшуюся переплату в сумме 3 499, 49 рублей считает не подлежащей зачёту и возврату.

Как следует из выписки по основному счёту должника, 10.01.2020 на основной счёт должника работодателем зачислена сумма в размере 21 677, 60 рублей с назначением платежа «перечисление з/п ФИО4 в части алиментов (доход 43 355, 20 рублей)».

Финансовый управляющий не оспаривает факт перечисления ФИО1 алиментов за декабрь 2019 года в составе суммы 25 177, 09 рублей, однако не пояснил причин перечисления за декабрь 2019 года алиментов в большем размере, а именно на 3 499, 49 рублей.

С учётом того, что алименты перечислены работодателем на основной счёт должника 10.01.2020, а ФИО1 они переведены только 29.01.2020, требования о признании несвоевременной выплаты алиментов за декабрь 2019 года являются обоснованными.

Далее заявитель указывает, что выплата алиментов за январь в сумме 20 864, 26 рублей должна была быть произведена не позднее 13.02.2020, однако фактически перечислена 28.02.2020.

Данный факт финансовым управляющим не оспорен, подтверждается выпиской по счёту, что указывает на обоснованность заявленного требования о признании несвоевременности произведённой выплаты.

Далее заявитель указывает, что за февраль 2020 года алименты в размере 16 223, 43 рубля должны были быть перечислены не позднее 13.03.2020. Однако данная сумма не выплачена и является задолженностью.

Финансовый управляющий возражает и указывает, что алименты за февраль 2020 года фактически выплачены 20.04.2020 в составе суммы 39 848, 91 рублей.

Как следует из выписки по основному счёту должника, платёжным поручением от 10.03.2020 работодателем перечислено 16 223, 43 рублей с назначением платежа «перечислена з/п бабкина в части алиментов (доход 32 444, 85 рубля) за февраль 2020…».

При этом из выписки по основному счёту должника следует, что алименты за февраль 2020 года фактически выплачены только 24.04.2020 в составе суммы 39 848, 91 рублей, в которую входят также суммы алиментов за март 2020 года в размере 17 153, 19 рубля и апрель 2020 года в размере 6 473, 29рубля.

Поскольку данное обстоятельство не учтено ФИО1, то её требование о непогашении задолженности по алиментам за февраль 2020 года является необоснованным.

Далее ФИО1 указывает, что за март 2020 года алименты в размере 17 153, 19 рублей должны были быть перечислены не позднее 13.04.2020, поскольку работодатель осуществил зачисление денежных средств на основной счёт должника 10.04.2020. Однако фактически алименты за март 2020 года перечислены ей 24.04.2020 в размере 39 848, 91 рублей. При этом разницу между подлежащими выплате и фактически перечисленными алиментами в размере 22 695, 72 рублей заявитель считает не подлежащей зачёту или возврату переплатой.

Как следует из выписки по основному счёту должника, работодатель осуществил зачисление алиментов за март 2020 года в размере 17 153, 19 рублей 10.04.2020 (пятница). В связи с чем, финансовый управляющий должен был осуществить перечисление данной суммы в адрес заявителя не позднее 15.04.2020 (среда – третий рабочий день).

Следовательно, финансовым управляющим допущена просрочка выплаты алиментов за март 2020 года, доводы заявителя являются обоснованными.

Однако поскольку алименты за март 2020 года выплачены финансовым управляющим 24.04.2020 в составе суммы 39 848, 91 рублей, в которую входят также суммы алиментов за февраль 2020 года в размере 16 223, 43 рубля и апрель 2020 года в размере 6 473, 29 рубля, то квалифицировать разницу между подлежащими выплате и фактически перечисленными алиментами в размере 22 695, 72 рублей как переплату является необоснованным.

Заявитель просит признать несвоевременной выплату алиментов за апрель 2020 года в размере 17 090, 75 рублей, которая должна была быть произведена 13.05.2020. Кроме того, ФИО1 считает, что поскольку ей перечислена 02.06.2020 сумма в размере 10 617, 45 рублей, то на настоящее время образовалась задолженность в размере 6 473, 3 рубля.

Как следует из выписки по основному счёту должника, работодателем 08.05.2020 произведено зачисление 10 617, 45 рублей с назначением платежа «перечислена з/п бабкина в части алиментов (доход вместе с отпускными 34 181, 47 рубля) за апрель 2020 года». Однако фактически данная сумма выплачена 02.06.2020, т.е. с пропуском трёхдневного срока.

При этом, как уже указывалось выше, сумма в размере 6 473, 29 рублей как алименты за апрель выплачены ФИО1 24.04.2020 в составе суммы 39 848, 91 рублей, в которую входят также суммы алиментов за февраль 2020 года в размере 16 223, 43 рубля и март в размере 17 153, 19 рублей

Следовательно, вопреки доводам заявителя, формирование задолженности не допущено, алименты за апрель выплачены в полном объёме в общем размере 17 090, 74 рублей, однако с пропуском срока, что указывает на обоснованность требований заявителя о несвоевременности выплаты алиментов за апрель 2020 года.

Далее заявитель просит признать несвоевременной выплату алиментов за май 200 года в размере 13 088, 63 рублей, которая должна была быть произведена не позднее 13.06.2016, однако фактически осуществлена только 06.07.2020.

Далее заявитель указывает, что за июнь 2020 года алименты не выплачены, задолженность составляет 13 796, 33 рублей.

Как указывает финансовый управляющий, доводы которого подтверждается выпиской по основному счёту должника, 12.08.2020 арбитражный управляющий осуществил перечисление в адрес ФИО1 денежных средств в сумме 38 376,30 рублей, в которую входили алименты за июнь 2020 года в размере 13 796,33 рублей, за июль 2020 года в размере 14 222, 78 рубля и за август в размере 10 357, 19 рублей.

Следовательно, финансовым управляющим допущен пропуск трёхдневного срока для выплаты алиментов за июнь 2020 года, однако доказательств того, что сформировалась задолженность материалы дела не содержат.

ФИО1 указывает на пропуск срока по выплате алиментов за август 2020 года в размере 10 957, 19 рублей, которые должны были быть перечислены ей не позднее 06.08.2019.

Как установлено судом, алименты за август 2020 года фактически выплачены финансовым управляющим 12.08.2020 в составе суммы 38 376,30 рублей, в которую входили алименты за июнь 2020 года в размере 13 796,33 рублей, за июль 2020 года в размере 14 222, 78 рубля и за август в размере 10 357, 19 рублей.

Поскольку зачисление работодателем алиментов за август на основной счёт должника произведено 06.08.2020 (четверг), то они должны были быть перечислены ФИО1 не позднее 11.08.2020 (вторник), что действительно указывает на пропуск срока. Однако поскольку просительная часть заявления ФИО1 соответствующего требования не содержит, то оснований для признания судом действий финансового управляющего незаконными путём включения в резолютивную часть определения соответствующего текста не имеется.

Таким образом, финансовым управляющим допущен пропуск срока на выплату алиментов за март 2019 года в сумме 17 668, 64 рублей, за апрель 2019 года в сумме 10 345,18 рублей, за июль 2019 года в сумме 12 037,09 рублей, за август 2019 года в сумме 12 041, 75 рубль, за сентябрь 2019 года в сумме 9 961,61 рубль, за ноябрь 2019 года в сумме 12 336,32 рублей, за декабрь 2019 года в сумме 21 677,6 рублей, за январь 2020 года в сумме 20 864,26 рублей, за март 2020 года в сумме 17 153,19 рублей, за апрель 2020 года в сумме 17 090,75 рублей, за май 2020 года в сумме 13 088,63 рублей.

В связи с чем, данные действия подлежат признанию незаконными.

Однако заявителем не доказано и материалами дела не подтверждается, что финансовым управляющим допущена невыплата алиментов ФИО1 Данные доводы не основаны на представленных в дело доказательствах: выписке по основному счёту должника, представленных работодателем сведениях.

Вследствие чего, в удовлетворении требований заявителя о признании незаконными действия (бездействия) финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2, выразившиеся в непогашении задолженности по алиментам за май 2019 в сумме 11 866,5 рублей, июнь 2019 в сумме 13 557,62 рублей, за август 2019 в сумме 3 948,16 рублей, за октябрь 2019 в сумме 14 270,20 рублей, за февраль 2020 в сумме 16 222,43 рублей, за июнь 2020 в сумме 13 796,33 рублей, а также в возложении обязанности финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2 погасить задолженность по алиментным платежам в сумме 73 661,24 рубль в пользу ФИО1, - необходимо отказать.

Относительно требований заявителя о возложении на финансового управляющего должника ФИО3 ФИО2 производить алиментные платежи в пользу ФИО1 ежемесячно не позднее 13го числа месяца, суд приходит к следующим выводам.

Поскольку вопрос об определении разумного и предельного срока для перечисления алиментов необходимо разрешать по аналогии с нормами семейного законодательства, определяющем обязанность работодателя перечислять алименты в адрес получателя не позднее чем в трехдневный срок со дня выплаты заработной платы и (или) иного дохода лицу, обязанному уплачивать алименты, то требования ФИО1 подлежат удовлетворению в части, а именно путём возложения на финансового управляющего должника ФИО2 обязанности производить алиментные платежи в пользу ФИО1 ежемесячно на протяжении всей процедуры банкротства ФИО3 не позднее трёх рабочих дней после получения от работодателя денежных средств в виде алиментов.

Доводы финансового управляющего о том, что им допущены нарушения сроков выплаты алиментов в период с февраля по март 2020 года по причине введенных на территории Ростовской области ограничений судом отклоняется.

Поскольку финансовый управляющий является профессиональным участником правоотношений в сфере банкротства и в рассматриваемом случае знал о наличие алиментных обязательств ФИО3, то перечисление работодателем должника на доступный ему счёт денежных средств в качестве алиментов не предполагало совершение дополнительных действий (расчёт, удержание из дохода должника), кроме как перечисление их непосредственно в адрес ФИО1

Доступом к основному счёту должника обладал только финансовый управляющий, что не может предполагать наличие каких-либо сложностей в управлении финансовыми потоками.

Введённые на территории региона ограничения не приостанавливали работу кредитных организаций. При этом финансовым управляющим не представлено каких-либо документальных доказательств наличия сложностей в доступе к соответствующим подразделениям банка для проведения транзакций.

Каких-либо иных доводов и возражений сторонами настоящего обособленного спора не заявлено, доказательств, которым бы не дана была оценка при принятии судебного акта, в материалы дела не представлено.

Оценив в совокупности и взаимной связи все имеющимся в материалах настоящего обособленного спора доказательства и установленные по нему обстоятельства, суд приходит к выводу об удовлетворения заявления в части.

Руководствуясь статьями 20, 20.3, 60, 145, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

1. Заявление удовлетворить частично.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за март 2019 года в сумме 17 668, 64 рублей незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за апрель 2019 года в сумме 10 345,18 рублей незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за июль 2019 года в сумме 12 037,09 рублей незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за август 2019 года в сумме 12 041, 75 рубль незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за сентябрь 2019 года в сумме 9 961,61 рубль незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за ноябрь 2019 года в сумме 12 336,32 рублей, незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за декабрь 2019 года в сумме 21 677,6 рублей, незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за январь 2020 года в сумме 20 864,26 рублей, незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за март 2020 года в сумме 17 153,19 рублей, незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за апрель 2020 года в сумме 17 090,75 рублей, незаконными.

Признать действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2 по несвоевременной выплате алиментов за май 2020 года в сумме 13 088,63 рублей, незаконными.

Обязать финансового управляющего должника ФИО2 производить алиментные платежи в пользу ФИО1 ежемесячно на протяжении всей процедуры банкротства ФИО3 не позднее трёх рабочих дней после получения от работодателя денежных средств в виде алиментов.

В оставшейся части заявление ФИО1 оставить без удовлетворения.

2. Определение может быть обжаловано в течение десяти дней со дня его вынесения в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Ростовской области.

Судья Д.С. Гамов