Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Суровой А.С., при ведении протокола секретарем судебного заседания Кузнецовым А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление заявления общества с ограниченной ответственностью «Сургутинтерстрой» (ИНН <***>, адрес: 628403, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра <...>, оф. 2.3) о включении в реестр требования кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Северстройрент» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 628403, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>, офис 3.3) задолженности в размере 18 956 922 руб.,

в отсутствие иных, участвующих в деле лиц,

установил:

решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «Северстройрент» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим должником утвержден член союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» ФИО1 (350012, Краснодарский край, г. Краснодар, а/я 4677)

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства – конкурсного производства опубликованы в издании «Коммерсант» (объявление № 77010352313№ 231 (7193) от 18.12.2021).

Дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением суда от 21.12.2020.

Общество с ограниченной ответственностью «Сургутинтерстрой» (далее – кредитор, ООО «Сургутинтерстрой») 27.05.2021 обратилось в суд заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 18 956 922 руб., вытекающей из договора купли-продажи от 30.04.2018 № 30/04-КП.

Временный, а затем конкурсный управляющий представил письменный отзыв и дополнения к нему с возражениями относительно удовлетворения заявления в полном объеме.

Определением суда от 16.05.2022 судебное разбирательство отложено до 05.07.2022.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили; о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,
в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте суда.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов обособленного спора, между кредитором (продавец) и должником (покупатель) заключен договор купли-продажи от 30.04.2018 № 30/04-КП (далее - договор), по условиям которого продавец принял обязательство по поставке строительной и иной техники и оборудования (приложение к договору № 1), а покупатель обязался осмотреть товар, принять и оплатить его стоимость (пункт 1 договора).

Согласно пункту 4.1. договора цена товара составляет 18 956 52 руб. 70 коп.

Исполнение договорных обязательств кредитором и поставка должнику предмета договора подтверждается подписанными сторонами актами приема-передачи основных средств от 30.04.2018, подписанными сторонами без возражений и замечаний.

Конкурсный управляющий, возражая против удовлетворения заявления, указывает, что обе компании (должник и кредитор) на момент заключения договора подчинялись единому центру (учредителю компаний Нестору Б.Е.), отчуждение имущества кредитора в пользу должника совершено с противоправной целью (вывода активов в преддверии банкротства кредитора), длительное не истребование оплаты по договору свидетельствует о мнимости сделки и создании фиктивной кредиторской задолженности, которая не может быть включена в реестр требований кредиторов.

Уполномоченный орган представил отзыв, возражает по аналогичным мотивам, полагает действия перераспределением активов внутри группы аффилированных юридических лиц.

Кредитор представил письменные дополнения и документы в поддержку заявления, настаивает на удовлетворении требования в полном объеме.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ статей 71,100 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) материалы обособленного спора, суд находит заявление кредитора подлежащим частичному удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 100 Закона о банкротстве при рассмотрении требования кредитора
в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность
и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Как следует из разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенных
в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012
№ 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением
дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона
о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того,
что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса РОссйиской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

Суд находит доказанным возникновение на стороне должника обязательства по оплате переданного товара в рамках договора купли-продажи от 30.04.2018 № 30/04-КП, принимая во внимание: представленные первичные документы о передаче имущества и налогового учета (том № 8 л.д. 16-131), представленные договоры купли-продажи о предшествующем приобретении кредитором данного имущества и его постановки на учет (том № 10 л.д. 105 - 123), данных бухгалтерского учета кредитора, в котором проданное имущество нашло свое отражение (том 11 л.д. 65 - 75), а также факт отражения данной хозяйственной операции в налоговому учете должника, что также подтверждает в своих пояснениях конкурсный управляющий.

В рамках судебного разбирательства установлено, что конкурсный управляющий не имеет возможности представить первичные и косвенные документы должника, детально подтверждающие, например, вовлечение приобретенного имущества в производственный процесс должника в результате нарушения бывшим руководителем своей обязанности по передаче конкурсному управляющему всей финансово-хозяйственной документации должника.

Однако поведение бывшего руководителя должника и отсутствие первичных документов (каких бы то ни было, а не только в части рассматриваемой сделки), само по себе не является доказательством порочности такой сделки.

Кроме того, конкурсный управляющий, заявляя о наличии объективных затруднений в доказывании (ввиду того, что не являлся участником сделки и документы не переданы), не опроверг факт того, что полный объём документов не передан и ликвидатору общества «Сургутинтерстрой» его бывшим руководителем, и учитывая, что ликвидатор кредитора назначен в 2021 году (договор заключен в 2018 году), спорящие стороны в контексте возможности несения бремени доказывания находятся в равном положении.

Суд отмечает, что довод уполномоченного органа о снижении в балансе должника размера основных средств сам по себе также не свидетельствует о не совершении должником сделки-купли продажи.

Уполномоченный орган и конкурсный управляющий акцентируют внимание на неразумном экономическом поведении сторон сделки, их аффиллированность.

Вместе с тем несоответствие поведения участников сделки стандарту поведения экономических субъектов в схожей ситуации (заключение экономически нецелесообразных сделок) может свидетельствовать об оптимизации, таким образом, налогообложения, наличии общности экономических интересов, внутрикорпоративных связях, но само по себе не является доказательством мнимости сделки.

Кроме того, конкурсный управляющий и уполномоченный орган заявили убедительные доводы о внутрикорпоративном распределении активов, передаче ликвидного имущества должнику в преддверии банкротства самого кредитора
(общество «Сургутинтерстрой»), учитывая, что обе стороны сделки находились под руководством единого центра.

Указанные доводы объясняют мотивы заключенного договора купли-продажи, которые являются неправомерными по отношению к кредиторам в случае наступления банкротства, однако не исключают факт передачи имущества и возникновения обязанности по его оплате и влекут соответствующие правовые последствия (признание сделки недействительной, субординация требования в реестре).

Устанавливая размер задолженности (основного долга), суд руководствуется спецификацией (приложение № 1 к договору) и расчетом, представленным кредитором.

Поскольку требование не основано на судебном акте подлежал проверке его размер.

Конкурсным управляющим, уполномоченным органом контррасчет не представлен.

Таким образом, с учетом имеющихся в деле доказательств следует признать, что имущество передано должнику, доказательств его оплаты должником материалы дела не содержат.

Следовательно, требование является обоснованным.

Определяя очередность удовлетворения требования, суд руководствуется разъяснениями, отраженными в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020).

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, изложенные в настоящем обзоре, применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, т.е. они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Как следует из материалов дела о несостоятельности должника в целом и настоящего обособленного спора в частности, до возбуждения арбитражным судом дела о несостоятельности (банкротстве) должника и возбуждения процедуры добровольной ликвидации в отношении кредитора, обе компании входили в группу юридических лиц, находящихся под единым центром управления и имеющих общие экономические интересы.

Данное подтверждается: вхождением в состав учредителей, а также органов управления должника и кредитора одних и тех же физических лиц (Нестор Б.Е.).

Соответствующие факты формально-юридического участия подтверждаются учредительными документами, учет которых ведет Федеральная налоговая служба.

При этом довод кредитора о совершении хозяйственных операций нотариально поверенными лицами, а не самим Нестором Б.Е. отклоняется, как не свидетельствующий об отсутствии формально-юридической связи компаний.

Вместе с тем, в судебной практике в сфере несостоятельности (банкротства) устоялся подход о допустимости доказывания в деле о банкротстве факта общности экономических интересов не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Из материалов дела следует, что на момент заключения договора купли-продажи, на котором основано требование кредитора, должник обладал признаками неплатежеспособности.

В первую очередь об этом свидетельствует неисполнение денежного обязательства по данному договору.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Указанная презумпция участвующими в деле лицами не опровергнута.

Из финансового анализа, проведенного временным управляющим в период наблюдения следует, что объективные факторы, повлиявшие на платежеспособность предприятия и динамику изменения экономических показателей за период c 01.01.2016 по 01.01.2021, характеризующие платежеспособность и финансовую устойчивость предприятия, свидетельствуют о том, что общество «Северстройрент» в течение всего анализируемого периода не имело достаточных оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств.

В связи с чем баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами.

Учитывая, что договор купли-продажи заключен в пределах проверяемого периода, в соответствующий период времени должник имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем не могло быть неизвестно аффилированному с ним обществу «Сургутинтерстрой».

Экономическая целесообразность договора купли-продажи участниками спора не раскрыта, в том числе с учетом того, что по данной сделке кредитор продал большую часть своего имущества (в результате стало невозможным удовлетворение требований кредиторов, дело о банкротстве прекращено), длительное время не принимались меры по истребованию задолженности, не предъявлены финансовые санкции.

Тем не менее кредитор находится в процедуре добровольной ликвидации, что в качестве обязательного условия предполагает сдачу в налоговый орган ликвидационного баланса с отражением кредиторской задолженности и сведений о её погашении перед извещенными публично кредиторами, в том числе обязательного погашения задолженности по налогам, сборам и иным обязательным платежам.

Таким образом, общество «Сургутинтерстрой» в настоящий момент не избегает имущественной ответственности перед собственными кредиторами, в связи с чем, суд не может отказать в защите права на основании статьи 10 ГК РФ.

Учитывая, что право и размер предъявленной задолженности подтверждаются представленными в материалы дела первичными документами – кредитор вправе требовать исполнения обязательства покупателем (должником), так как убыточность сделки, либо несоблюдение при её заключении требований законодательства о бухгалтерском и (или) налоговом учете влекут иные правовые последствия, но не лишение права требовать исполнения обязательства.

Вместе с тем, как указано судом ранее, анализ условий, на которых заключен и исполнен договор купли-продажи от 30.04.2018 свидетельствует о недоступности таких условий для независимых участников оборота, что указывает на аффилированность участников сделки.

Данные обстоятельства при одновременном наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника свидетельствуют о компенсационном финансировании должника путем выполнения предоставления ему производственных активов.

По результатам оценки установленных судом обстоятельств и представленных в материалы обособленного спора доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ суд пришел к выводу о том, что требование кредитора подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Руководствуясь статьями 100, 142, Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры

определил:

признать требование общества с ограниченной ответственностью «Сургутинтерстрой» обоснованным в размере 18 956 922 руб. основного долга и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, то есть после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, и требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Определение может быть обжаловано в течение десяти дней со дня его вынесения
в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд разъясняет, что в соответствии со статьями 177,
186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебный акт, выполненный в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим
в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»
в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено настоящим Кодексом.

По ходатайству указанных лиц копии судебного акта на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении
или вручены им под расписку.

Судья А.В. Сурова