Гражданский кодекс часть 1

о признании недействительным договора залога недвижимости от 02.10.2019, заключенного между ФИО2, г.Чебоксары, и ФИО3, г. Чебоксары, и о применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела по заявлению

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца гор. Зеленодольск Татарской АССР, зарегистрированного по адресу: Чувашская Республика, г. Чебоксары, ст. «Волжанка», 22, ИНН <***>,СНИЛС <***>,

при участии:

от заявителя – ФИО4 по доверенности от 25.05.2021,

от должника – ФИО5 по доверенности от 09.06.2021,

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, должник) обратился в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 29.12.2020 (резолютивная часть определения объявлена 22.12.2020) в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6 (далее – финансовый управляющий).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» 16.01.2021 № 6.

24.03.2021 ФИО1 обратилась в суд с заявлением в рамках дела о банкротстве ФИО2 о признании недействительным договора залога недвижимости от 02.10.2019, заключенного между ФИО2 и ФИО3 и о применении последствий недействительности сделки.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, определением от 16.06.2021 привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике, судебный пристав-исполнитель Московского РОСП УФССП по ЧР ФИО7, ПАО «Сбербанк России».

В обоснование заявления заявитель указывает, что земельный участок и жилой дом, переданные должником в залог ФИО3, являются совместной собственностью ее и ФИО2 Нотариально удостоверенного согласия на передачу имущества в залог ФИО1 не давала. На момент совершении сделки действовал запрет на совершение регистрационных действий на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 11.10.2019 по исполнительному производству №178795/19/21005-ИП. Согласие на передачу имущества в залог от 05.10.2019 выдано позднее, чем совершена сделка по выдаче займа 24.09.2019, что свидетельствует об отсутствии первоначально намерения передавать имущество в залог. О наличии такого намерения не свидетельствует и подписание предварительного договора залога от 24.09.2019. Оспариваемый договор имеет признаки мнимой сделки, заключен в течение года до возбуждения производства по делу о банкротстве и имеет целью причинить вред имущественными правам кредиторов. ФИО3 принудил должника подписать договор залога. В случае обращения взыскания на предмет залога имущество будет выведено по заниженной цене. О договоре залога ФИО1 узнала из претензии ФИО8 примерно в феврале-марте 2020 года.

В судебном заседании представитель заявителя требование поддержала.

Представитель должника поддержала доводы, изложенные ранее, в соответствии с которыми при заключении договора займа должник не имел намерения отдавать имущество в залог. В согласии супруги не указано на согласие на передачу в залог от физических лиц. Договор был заключен под давлением, ФИО3 оказывал психологическое давление, надеялись, что договор не будет зарегистрирован, так как не было согласия на его заключение (судебное заседание от 20.08.2021).

Иные лица, участвующие в обособленном споре, представителей в суд не направили.

Ранее представитель ФИО3 указала, что поведение супруги должника недобросовестно и направлено на вывод имущества из-под залога.

Согласно отзыву на заявление, представленному Управлением Росреестра по ЧР, 02.10.2019 ФИО2 подано заявление о государственной регистрации ипотеки в пользу ФИО3 на вышеуказанные объекты недвижимости. 05.10.2019 в регистрирующий орган представлено, удостоверенное ФИО9, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО10, согласие ФИО1 на передачу в залог имущества, приобретенного в браке. В связи с отсутствием оснований для отказа в проведении государственной регистрации, 14.10.2019 осуществлена такая регистрация ипотеки на земельный участок с кадастровым номером 21:01:011109:208, жилой дом с кадастровым номером 21:01:011109:1630. На момент регистрации залога сведения об ограничениях (обременениях) на спорные объекты недвижимости отсутствовали.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 14.06.2022 по 21.06.2022 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы обособленного спора, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

27.07.2012 между ФИО2 и ФИО11 ФИО12 заключен брак, в связи с чем жене присвоена фамилия ФИО13, о чем представлено свидетельство I-РЛ №664124.

По договору купли-продажи от 18.08.2015, заключенному с ФИО14, ФИО2 приобрел в собственность земельный участок с кадастровым номером 21:01:01 11 09:0208 общей площадью 500 кв.м, расположенный по адресу: г. Чебоксары, СТ «Волжанка», участок №22.

Земельный участок с кадастровым номером 21:01:01 11 09:0208 оформлен в собственность ФИО2, о чем представлено свидетельство о государственной регистрации права от 27.08.2015.

19.10.2015 ФИО2, ФИО1, ФИО15 (созаемщики) и ПАО «Сбербанк» (кредитор) заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №26265-НКЛ, по которому предоставлен кредит «Загородная недвижимость» в размере 2 907 445 руб. 89 коп.

ФИО2 и ПАО «Сбербанк» заключен договор ипотеки от 19.10.2015 №26265-НКЛ/19527, по которому передан в залог банку земельный участок с кадастровым номером 21:01:011109:208 в обеспечение обязательства по договору №26265-НКЛ от 19.10.2015.

Для строительства жилого дома на земельном участке по адресу: г.Чебоксары, СТ «Волжанка», участок №22, ФИО2 заключен договор подряда от 20.10.2015.

Согласно имеющейся в материалах дела выписке из ЕГРН на земельном участке с кадастровым номером 21:01:011109:208 расположен жилой дом с кадастровым номером 21:01:011109:1630, 2016 года постройки.

24.09.2019 между ФИО3 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа, по которому займодавец передает в долг заемщику денежные средства в размере 5 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа в срок до 25.12.2019 и уплатить проценты из расчета 60% годовых.

О передаче денежных средств по договору от 24.09.2019 его сторонами оформлена расписка от 24.09.2019.

02.10.2019 между ФИО3 (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель) заключен договор залога недвижимости, по которому залогодержателю передано в залог имущество залогодателя:

- земельный участок с кадастровым номером 21:01:01 11 09:0208, расположенный по адресу: г. Чебоксары, СТ «Волжанка», участок №22,

- двухэтажный жилой дом с кадастровым номером 21:01:011109:1630, расположенный по адресу: г. Чебоксары, СТ «Волжанка», участок №22.

Согласно пункту 1.3. договора залога предмет залога оценивается сторонами в 5 750 000 руб.

По акту приема-передачи и описи имущества от 02.10.2019 предмет залога передан залогодержателю.

В пункте 3.1.2 договора залога недвижимости от 02.10.2019 стороны договора предусмотрели, что на дату его заключения предмет залога находится в обременении и под залогом ПАО «Сбербанк» на основании договора ипотеки от 19.10.2015 №26265-НКЛ/19527, заключенного между ФИО2 и ПАО «Сбербанк», остаток суммы задолженности составляет 2 700 000 руб. Залогодатель обязуется внести в банк за счет заемных средств залогодержателя и снять обременение с залогового имущества в течение 1 дня со дня заключения настоящего договора.

Договор залога зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Чувашской Республики 14.10.2019 №21:01:011109:208-21/051/2019-2, №21:01:011109:1630-21/051/2019-4.

В связи с неисполнением ФИО2 обязательств по возврату займа, ФИО3 обратился в Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики.

Заочным решением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 07.07.2020 по делу №2-2518/2020 с ФИО2 в пользу ФИО3 взыскан долг в размере 5 000 000 руб. по договору займа, 1 912 059 руб. 29 коп. процентов за пользование денежными средствами за период с 24.09.2019 по 13.05.2020 и далее по день фактического возврата долга, а также обращено взыскание на жилой дом, общей площадью 243,9 кв.м с кадастровым номером 21:01:011109:1630 и земельный участок, общей площадью 500 кв.м. с кадастровым номером 21:01:011109:208, установив начальную продажную цену имущества в размере 7 433 600 руб.

ФИО2 обратилась в Московский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики с требованием о признании недействительным договора залога от 02.10.2019 и применить последствия недействительности сделки.

Определением Московского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 29.01.2021 по делу №2-371/2021 названное исковое заявление оставлено без рассмотрения в связи с введением процедуры банкротства в отношении ФИО2

Решением Московского районного суда г. Чебоксары Чувашской Республики от 25.10.2021 по делу №2-268/2021 брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут, в связи с чем произведен раздел совместно нажитого имущества, в собственность ФИО1 выделена ? доля земельный участок с кадастровым номером 21:01:011109:208, ? доля на жилой дом с кадастровым номером 21:01:011109:1630, аналогичные доли выделены ФИО2

Полагая, что договор залога от 02.10.2019 заключен должником и ФИО3 с нарушением норм Семейного кодекса РФ и Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (статья 61.2) и под принуждением, а также, что сделка является мнимой ФИО1 обратилась в суд с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает заявление подлежащим отклонению по следующим основаниям.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу абзаца 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Порядок, субъекты и основания, по которым могут быть оспорены сделки должника-гражданина, предусмотрены в нормах главы X Закона о банкротстве, в частности в абзаце 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, в пункте 7 статьи 213.9 и в статье 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 Постановления №63, по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Таким образом, оспариваемый договор не может быть признан недействительной сделкой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве как не предусматривающий встречное исполнение.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления №63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В реестр требований кредиторов ФИО2 с удовлетворением в третью очередь включены требования

- ФИО16 в размере 9 300 000 руб., возникшие из договора займа от 19.04.2017; о взыскании задолженности имеется вступившее в законную силу заочное решение Московского районного суда г. Чебоксары от 27.10.2020 по делу № 2-4375/2020,

- ПАО «Сбербанк» в размере 3 736 976 руб. 56 коп., в том числе: 3 514 639 руб. 44 коп. основного долга, 164 681 руб. 95 коп. процентов за пользование кредитом, 29 211 руб. 21 коп. неустойки, 28 443 руб. 96 коп. расходов по уплате государственной пошлины. Задолженность возникла на основании кредитных договоров от 25.12.2018 № 042/8613/20799-6653, от 13.06.2018 № ККК-(2)/042/8613/20399-12349, от 08.06.2018 № 042/8613/20199-26975, от 04.02.2014; имеются вступившие в законную силу судебные акты: решения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 26.11.2019 по делу №А79-10322/2019 и от 17.10.2019 по делу №А79-9950/2019, решение Московского районного суда г.Чебоксары от 18.03.2020 по делу № 2-1613/2020, судебный приказ от 04.09.2019 по делу № 2-1746-19/9,

- ИП ФИО17 в размере 1 021 785 руб. 03 коп., в том числе: 800 000 руб. основного долга, 188 563 руб. 03 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 33 222 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. Задолженность возникла на основании договора займа от 29.08.2018 и подтверждена также решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 11.04.2019 по делу №А79-1584/2019,

- ООО «Арбат Ломбард» в размере 1 605 000 руб., в том числе: 500 000 руб. основного долга, 1 105 000 руб. процентов за пользование займом, основанные на залогового билета от 13.12.2017 №008304 и договоре залога от 13.12.2017,

- ООО «Промметалл» в размере 207 492 руб. 90 коп., в том числе: 103 626 руб. 79 коп. основного долга, 98 985 руб. 11 коп. неустойки, 4 881 руб. расходов по уплате государственной пошлины, основанные на договоре поставки от 07.06.2017 №126/2017 и подтвержденные решением Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 14.05.2019 по делу №А79-1218/2019,

- КБ «РенессансКредит» (ООО) в размере 61 075 руб. 74 коп., в том числе: 54 243 руб. 72 коп. основного долга, 3 067 руб. 49 коп. процентов за пользование кредитом, 3 764 руб. 53 коп. неустойки, основанные на договоре от 25.08.2018 №6175565648,

- уполномоченного органа в размере 202 043 руб. 35 коп., в том числе: 184 216 руб. 29 коп. основного долга, 17 827 руб. 06 коп. пеней, на основании требований об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов от 18.07.2019 № 192101, от 16.10.2020 № 89095, от 20.08.2020 № 81379, от 11.08.2020 № 78990, от 14.12.2020 № 130035, от 14.12.2020 № 130035, судебных приказов мирового судьи судебного участка № 1 Московского района г. Чебоксары, Чувашской Республики от 16.09.2020 по делу № 2а-2377, от 30.09.2020 по делу № 2а-2492/2020.

Таким образом, подтверждается наличие у должника обязательств в значительном размере на момент совершения оспариваемой сделки.

Вместе с тем в настоящем случае не усматривается совокупность обстоятельств, необходимых для признания договора от 02.10.2019 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, сам факт выдачи займа на сумму 5 млн. руб., в обеспечение исполнения обязательств по которому недвижимое имущество передано в залог, не оспаривается.

В пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Из объяснений ФИО18, отобранных 24.11.2020 оперуполномоченным ОЭБиПК УМВД Росси по г. Чебоксары, следует, что денежными средствами, полученными от ФИО3, должник распорядился следующим образом:

- 24.09.2019 погашена задолженность перед в ПАО «Сбербанк» на сумму 2 693 551 руб., требования которой обеспечены ипотекой, в связи с чем представлен приходный кассовый ордер на сумму 2 693 551 руб. о внесении денежных средств ФИО3 в пользу ФИО2 от 24.09.2019 (т.3, л.д. 93),

- 24.09.2019 погашена задолженность перед ПАО «Сбербанк» в размере 33 157 руб. 66 коп., в связи с чем представлен приходный кассовый ордер на сумму 33 157 руб. о внесении денежных средств ФИО3 в пользу ФИО2 (т. 3, л.д. 92),

- 30.09.2019 погашена задолженность перед ИП ФИО17 по договору займа от 29.08.2018 в размере 1 200 000 руб., в связи с чем представлены приходные кассовые ордеры от 30.09.2019 на сумму 800 000 руб., от 30.08.2019 на сумму 400 000 руб. (т. 3, л.д. 90),

- погашена задолженность перед ФИО16 в размере 400 000 руб.,

- 11.10.2019 погашена задолженность за машину перед ООО «Арбат Ломбарт» в размере 500 000 руб., 25 000 руб. проценты за пользование денежными средствами, о чем имеется квитанция на сумму 500 000 руб. (т.3, л.д. 91)

Таким образом, исходя из пояснений должника и представленных им доказательств расходования денежных средств, полученных от ФИО3, суд находит доказанным факт получения должником денежных средств по расписке от 24.09.2019.

Таким образом, спорное недвижимое имущество передано в залог в обеспечение реальных обязательств должника перед ФИО3

Предоставление имущества в залог при выдаче займа на столь крупную сумму является обычной практикой, обеспечивающей исполнение обязательств перед займодавцем. Более того, отсутствие такого обеспечения является существенным фактором, способным повлиять на само решение займодавца о выдаче займа.

На данное обстоятельство также указывает заключение должником и ФИО3 предварительного договора залога недвижимости 24.09.2019, то есть в день выдачи займа, содержащего обязательства сторон заключить основной договор не позднее 08.10.2019.

Доказательств информированности ФИО3 о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами в материалы обособленного спора не представлено, равно как не представлено доказательств наличия у сторон договора залога специальной цели – причинения вреда интересам кредиторов.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявитель также указывает, что договор залога от 02.10.2019 заключен должником под влиянием принуждения и является мнимой сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В настоящем случае заключению оспариваемого договора предшествовало заключение предварительного договора залога от 24.09.2019 с указанием имущества, аналогичного поименованному в качестве предмета залога в договоре от 02.10.2019.

Оспариваемый договор заключен 02.10.2019, то есть в пределах срока, установленного в пункте 3.1 предварительного договора от 24.09.2019 для заключения основного договора (08.10.2019), и передан на регистрацию; после приостановления регистрации должником представлены необходимые для регистрации документы.

Таким образом, стороны договора от 02.10.2019 совершили ряд последовательных действий по оформлению залога.

Заявителем не представлено доказательств того, что заключая договор залога от 02.10.2019, его стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия и указанные выше действия носили лишь формальный характер.

Вопреки доводу заявителя отсутствие указания в предварительном договоре от 24.09.2019 и договоре от 02.10.2019 сведений о согласии супруги должника на передачу имущества в залог само по себе не свидетельствует об отсутствии намерения у ФИО2 и ФИО3 такой залог оформлять.

Равно не свидетельствует об этом и оформление нотариального согласия от 05.10.2019 после подписания договора от 02.10.2019, поскольку согласие оформлено после приостановления регистрации договора залога.

Заявителем также не представлено доказательств в обоснование довода о совершении оспариваемой сделки под принуждением, в том числе, под влиянием насилия или угрозы применения насилия (статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявитель также указывает, что ею не было дано согласие на совершение сделки по передаче в залог совместно нажитого с должником имущества.

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 16 июля 1998 г. №102-ФЗ №Об ипотеке (залоге недвижимости)» предусмотрено, что на имущество, находящееся в общей совместной собственности (без определения доли каждого из собственников в праве собственности), ипотека может быть установлена при наличии согласия на это всех собственников. Согласие должно быть дано в письменной форме, если федеральным законом не установлено иное.

Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (часть 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки (абзац второй данного пункта).

Сделка, требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная супругом в отсутствие нотариально удостоверенного согласия другого супруга, является оспоримой, поскольку указанная сделка недействительна в силу признания ее таковой судом.

Исходя из вышеприведенных положений действующего законодательства, ключевым фактором для квалификации сделки как недействительной является отсутствие воли одного из супругов на распоряжение общим имуществом.

При разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, суду кроме установления полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом следует установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности. Также в настоящем случае следует установить наличие нотариально удостоверенного согласия заявителя на совершение сделки.

Из положений Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», следует, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом по взаимному согласию супругов предполагается, при этом, если один из супругов ссылается на отчуждение в период брака другим супругом общего имущества или его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство.

В материалах обособленного спора не имеется доказательств того, что ФИО8 должен был знать о несогласии ФИО1 на передачу ему в залог спорного здания и земельного участка. Отсутствие прямого указания на наличие такого согласия само по себе не является свидетельством о несогласии.

Должником в целях государственной регистрации договора ипотеки от 02.10.2019 представлено нотариально удостоверенное согласие ФИО1 от 05.10.2019, по тексту которого заявитель дает согласие

- должнику на передачу в залог земельного участка и жилого дома по адресу: Чувашская Республика, г. Чебоксары, садоводческое товарищество «Волжанка», участок 22 в обеспечение исполнения любых обязательств по любому кредитному договору , заключаемому должником с любым юридическим лицом, в том числе, с любым банком РФ или его филиалом, заключив необходимые при этом договор о залоге вышеуказанного недвижимого имущества и дополнительные соглашения к нему, в случае необходимости, определяя цену и условиях заключаемого договора и дополнительных соглашений к нему по своему усмотрению,

- на государственную регистрацию органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ним, заключаемого должником договора о залоге и дополнительных соглашений к нему.

Согласие ФИО1 представлено супругом ФИО2 в МФЦ 05.10.2019, о чем имеется расписка в получении документов, договор залога зарегистрирован.

Заявитель указывает, что о заключении договора залога она узнала в феврале марте 2020 года. При этом о заключении договора займа она узнала в октябре 2019 года, с установленной в договоре процентной ставкой она была не согласна. Поскольку у должника имелись неисполненные обязательства в значительном размере, после того, как заявитель узнала о передаче недвижимости в залог ФИО3, ФИО1 предложила супругу рефинансировать кредиты в одном банке под залог недвижимости под более низкий процент, в связи с чем ею и было оформлено согласие от 05.10.2019. Однако ФИО2 без ведома супруги представил данный документ в Управление Росреестра по ЧР.

Согласно заключению эксперта АНО ДПО «Центр независимой экспертизы» от 16.11.2020 №12/Л-20 по итогами лингвистической экспертизы, свидетельским показаниям эксперта ФИО19 вывод лингвистической экспертизы по вопросу смысла данного заявителем согласия от 05.10.2019 в части заключения договоров залога следует понимать так: согласие дано на передачу имущества в залог юридическому лицу, однако если для заключения сделки по передаче в залог с юридическим лицом необходимо совершение иных сделок, такие необходимые сделки могут быть совершены и с физическим лицом.

Действительно, заявителем в материалы обособленного спора представлены сведения о заявлениях на выдачу кредита, из которой следует, что в период с 18.01.2014 по 20.03.2020 подавались заявки на получение кредита либо выдачу кредитной карты, последнее заявление одобрено 11.09.2018, Начиная с 05.11.2018 и по состоянию на дату заключения договора займа от 24.09.2019 было направлено 5 заявок, с 30.09.2019 по 20.03.2020 направлено 7 заявок, одобрения не последовало. Сведений о направлении заявок на выдачу кредита под залог недвижимости из данной информации не усматривается.

Должником 04.10.2019 была подана заявка на ипотечный кредит. Сведения об одобрении заявки не представлены.

В настоящем случае усматривается следующая последовательность действий должника: получение в заем денежных средств от ФИО3 с оформление предварительного договора залога недвижимости; погашение задолженности перед ПАО «Сбербанк» по обязательству, обеспеченному ипотекой снятие залогового обременения с недвижимого имущества; подача заявки на получение ипотечного кредита в АО «Банк ДОМ.РФ»; представление согласия супруги от 05.10.2019 в регистрирующий орган.

В объяснениях от 24.11.2020 должник также указал, что его супруга была против передачи имущества в залог. Согласие она оформила для рефинансирования кредитов, а ФИО18 подумал, что она взяла его по просьбе должника, поэтому взял согласие и приложил к залогу.

Однако данные объяснения противоречат позиции должника, о том, что согласие от 05.10.2019 было получено для обеспечения одобрения заявки, поданной 04.10.2019, поскольку из указанных выше объяснений следует вывод, что должник своей супруге сообщил лишь о залоге в пользу ФИО3, сомнения относительно целей получения согласия у него не возникли.

Сведений о наличии заявок на получение каких-либо иных кредитов под залог недвижимости в спорный период, в целях обеспечения обязательствам по которым заявителем было оформлено согласие от 05.10.2019, не представлено.

Текст согласия передан в регистрирующий орган в день его подписания (время приема документа– 14:39), то есть в непродолжительный период времени после получения документа.

Денежные средства, полученные ФИО2 от ФИО8 потрачены в том числе в интересах семьи, на погашение кредита на строительство жилья.

О получении займа в размере 5 000 000 руб. заявитель была извещена, ей также должно было быть известно о погашении ее супругом задолженности по ипотечному кредиту ПАО «Сбербанк» непосредственно после заключения предварительного договора залога с ФИО3

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об информированности заявителя о намерении должника передать имущество в залог ФИО3 и о составлении согласия на регистрацию договора залога в целях представления его должником в регистрирующий орган в связи с данной сделкой.

При этом из текста согласия от 05.10.2019 следует, что заявитель согласна на передачу недвижимого имущества в залог как таковой, а также на государственную регистрацию договора залога. Суть ее возражений относительно передачи имущества в залог именно ФИО3, выдвинутых в период возникновения риска обращения взыскания на заложенное имущество, сводится к величине процентной ставки по займу. Вместе с тем, доказательства оспаривания договора займа в части условий о размере процентной ставки заявитель не представила. Действия Управления Росреестра по внесению записи об ипотеке в ЕГРН также не оспорены, доказательства обратного отсутствуют.

Из пояснений регистрирующего органа следует, что сведения об ограничениях (обременениях) прав на объекты недвижимости в ЕГРН на момент регистрации залога по договору от 02.10.2019 отсутствовали.

При таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленного требований.

Государственную пошлину суд относит на заявителя в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 32, 61.2, 213.32, Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

в удовлетворении заявления отказать.

Определение подлежит немедленному исполнению, может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья Н.Ю. Трофимова