Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Камчатского края апелляционные жалобы Камчатской таможни, Федеральной таможенной службы,

апелляционные производства № 05АП-9396/2018, № 05АП-9398/2018

на решение от 18.10.2018

судьи Д.Н. Довгалюка

по делу № А24-4307/2018 Арбитражного суда Камчатского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Роскамрыба» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Камчатской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>), Федеральной таможенной службе (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконным решения об отказе в выпуске судовых эксплуатационных припасов, заявленных в пунктах 21-27 ИМО декларации эксплуатационных судовых припасов от 20.04.2018, о взыскании убытков в сумме 1178014,07 руб.,

при участии:

от Камчатской таможни: ФИО1 по доверенности от 24.12.2018 сроком действия до 31.12.2019; ФИО2, по доверенности от 25.12.2018 сроком действия до 31.12.2019;

от ФТС России: ФИО1, по доверенности от 18.01.2019 сроком действия до 31.12.2019;

от ООО «Роскамрыба»: ФИО3, по доверенности от 17.09.2018 сроком действия на 1 год;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Роскамрыба» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) с заявлением о признании незаконным решения Камчатской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 20.04.2018 об отказе в выпуске судовых эксплуатационных припасов, заявленных в пунктах 21-27 ИМО декларации эксплуатационных судовых припасов и о взыскании с Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы (далее – таможенная служба, ФТС) убытков в сумме 1178014,07 руб. (с учетом принятых судом уточнений).

При этом таможенная служба привлечена к участию в деле в качестве соответчика определением арбитражного суда от 21.08.2018.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 18.10.2018 заявленные требования удовлетворены в полном объёме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, таможенный орган и ФТС обратились с апелляционными жалобами в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которым просят отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Полагают ошибочными выводы суда о правомерности отнесения декларантом к судовым эксплуатационным припасам тароупаковочных материалов, указанных в пунктах 21-27 ИМО декларации эксплуатационных судовых припасов СРТМ «Солборг» от 20.04.2018. Отмечают, что тароупаковочный материал является элементом упаковки, представляющей собой изделие для размещения продукции, и не предназначен для обеспечения нормальной эксплуатации рыбопромыслового судна. По мнению заявителей жалоб, понесенные обществом расходы по спорным декларациям на товар имеют статус таможенных платежей, порядок возврата которых урегулирован законодательством в области таможенного дела, в то время как порядок взыскания убытков относится к сфере регулирования гражданского законодательства. Считают также необоснованным отнесение к убыткам общества расходов на оценку соответствия продукции, поскольку представление при декларировании товара об оценке (подтверждении) соответствии требованиям Технического регламента является обязательным условием для помещения товара под заявленную таможенную процедуру. Кроме того, отмечают, что понесенные обществом расходы по уплате налога на добавленную стоимость не могли быть взысканы обжалуемым решением за счет казны Российской Федерации в составе убытков, так как были возмещены заявителем в составе налоговых вычетов за 2 квартал 2018 года.

В судебном заседании представители таможенных органов поддержали доводы апелляционных жалоб.

Общество по тексту представленного в материалы дела отзыва, поддержанного в судебном заседании, с доводами апелляционных жалоб относительно несогласия с выводами суда о незаконности отказа в выпуске судовых эксплуатационных припасов не согласилось, считая, судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства дела, и им дана надлежащая правовая оценка. Относительно выводов арбитражного суда о наличии правовых оснований для взыскания убытков заявитель также указал на обоснованность обжалуемого судебного акта, за исключением решения суда в части взыскания НДС в сумме 787336,32 руб., предъявленного к вычету по уточненной налоговой декларации за 2 квартал 2018 года. В указанной части общество полагает судебный акт подлежащим изменению.

В обоснование своих пояснений по апелляционной жалобе декларант ходатайствовал о приобщении налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2018 года, выписки из книги покупок за период с 01.04.2018 по 30.06.2018 и решения №4013 от 10.10.2018 о возмещении полностью суммы по НДС.

Данное ходатайство было судом апелляционной инстанции рассмотрено и на основании статей 159, 268 АПК РФ удовлетворено, в результате чего указанные дополнительные документы были приобщены в материалы дела, как связанные с обстоятельствами настоящего спора и устраняющие неполноту материалов дела.

Из материалов дела коллегией установлено следующее.

20.04.2018 при оформлении на приход рыболовного судна СРТМ «Солборг» в порт Петропавловск-Камчатский капитаном данного судна от имени судовладельца (общества) в таможенный орган были поданы ИМО генеральная (общая) декларация и ИМО декларация судовых эксплуатационных припасов, в которой в качестве товаров №21 - №27 были заявлены следующие тароупаковочные материалы: прокладка икорная - 30926 пач.; косынка - 291751 шт.; мешок полипропиленовый 260х1050х150 - 162612 пач.; коробки из гофрированного картона (мастер-картон) – 25000 пач.; интер-блок – 45137 пач.; вкладыш рыбный 950х350 – 268000 пач.; вкладыш под икру – 22740 пач.

Посчитав, что поименованные в пунктах №21 - №27 ИМО декларации судовых эксплуатационных припасов товары не относятся к категории припасов, в связи с чем в отношении данных товаров не подлежат применению нормы главы 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс), таможенным органом было принято решение от 20.04.2018 об отказе в выпуске указанных товаров, о чем должностным лицом таможенного органа на декларации проставлена соответствующая отметка. Декларанту предложено задекларировать данные товары в соответствии с таможенной процедурой, предусмотренной ТК ЕАЭС.

В целях таможенного оформления указанных товаров обществом по таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» были поданы декларации на товары №10705030/230418/0000281 и №10705030/230418/0000282, которыми тароупаковочные материалы иностранного происхождения, а именно: коробка из гофрированного картона (мастер-картон); ящики из нагофрированного картона с покрытием (интерблок), прокладка из нагофрированного картона с покрытием; мешки полипропиленовые; мешки (пакеты) из полимеров этилена для упаковки мороженой рыбопродукции были помещены под процедуру импорт (40 ЭД).

Часть тароупаковочных материалов российского производства, а именно: мешки полипропиленовые, коробка (ящик) из нагофрированного картона (интерблок), мешок (вкладыш) из полимеров этилена, пакет (вкладыш) из полимеров этилена, прокладка из нагофрированного картона икорная, пленка (косынка) из полимеров, была помещена под процедуру реимпорта (60 ЭД), в связи с чем была подана ДТ №10705030/230418/0000283.

В результате помещения тароупаковочных материалов под таможенные процедуры обществом уплачены таможенные сборы, пошлины, а также расходы по сертификации продукции, в общей сумме 1178014,07 руб., в том числе: по ДТ №10705030/230418/0000281 – таможенный сбор в сумме 4125 руб., таможенная пошлина в сумме 96645,17 руб., НДС в сумме 357227,76 руб., по ДТ №10705030/230418/0000282 – таможенный сбор в сумме 4125 руб., таможенная пошлина в сумме 216171,58 руб., НДС в сумме 430108,56 руб., по ДТ №10705030/230418/0000283 – таможенный сбор в сумме 5625 руб., по сертификации продукции – 63996 руб.

Не согласившись с действиями таможни об отказе в выпуске судовых эксплуатационных припасов, и, полагая, что данные действия таможни возложили на декларанта непредусмотренные законом обязанности, связанные с несением дополнительных расходов, что является убытками, общество обратилось с настоящим иском в арбитражный суд.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции посчитал, что деятельность общества по эксплуатации судна СРТМ «Солборг» включает в себя, в том числе деятельность по обращению с водными биоресурсами, в процессе обработки которых осуществляется потребление тароупаковочных материалов, что является частью единого процесса эксплуатации рыболовного судна по его прямому назначению, в связи с чем признал ошибочными выводы таможни о невозможности отнесения спорных тароупаковочных материалов к припасам. Кроме того, арбитражный суд заключил, что понесенные обществом расходы в связи с необходимостью помещения товара под таможенные процедуры являются убытками лица, возникшими вследствие неправомерный действий таможенного органа, в связи с чем имеются правовые основания для их взыскания в пользу декларанта.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 270 АПК РФ, правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах и отзыве на них, суд апелляционной инстанции считает, что обжалуемое решение подлежит частичной отмене в силу следующего.

В силу статьи 104 ТК ЕАЭС товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 258, пунктом 4 статьи 272 и пунктом 2 статьи 281 настоящего Кодекса.

Согласно подпункту 30 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС припасами являются товары, необходимые для обеспечения нормальной эксплуатации и технического обслуживания водных судов, воздушных судов и поездов в местах их стоянки и пути следования, за исключением запасных частей и оборудования, а также предназначенные для потребления и (или) использования пассажирами и членами экипажей водных, воздушных судов или пассажирами поездов и работниками поездных бригад, а также для раздачи или реализации таким лицам.

В силу положений пункта 1 статьи 281 ТК ЕАЭС припасы перемещаются через таможенную границу Союза и используются на таможенной территории Союза или за пределами таможенной территории Союза в порядке, установленном настоящей главой, а в части, не урегулированной настоящей главой, - в порядке, установленном иными главами настоящего Кодекса.

Как указано в пункте 2 статьи 281 ТК ЕАЭС, припасы, перемещаемые через таможенную границу Союза для нахождения и использования на таможенной территории Союза либо вывоза с таможенной территории Союза и использования за пределами таможенной территории Союза, подлежат таможенному декларированию и выпуску в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящей главой, без помещения под таможенные процедуры.

Припасы перемещаются через таможенную границу Союза без уплаты таможенных пошлин, налогов и соблюдения мер защиты внутреннего рынка при условии использования в соответствии со статьей 283 настоящего Кодекса с соблюдением запретов и ограничений в соответствии со статьей 7 настоящего Кодекса (пункт 7 статьи 281 ТК ЕАЭС).

Декларантами припасов могут выступать перевозчик, а также лица, указанные в абзацах втором - пятом подпункта 1 пункта 1 статьи 83 настоящего Кодекса, за исключением случая, указанного в абзаце втором настоящего пункта (пункт 8 статьи 281 Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 283 ТК ЕАЭС припасы, необходимые для обеспечения нормальной эксплуатации и технического обслуживания водных судов, могут потребляться и использоваться на этих судах во время их нахождения на таможенной территории Союза, в том числе во время ремонта водных судов в доке, на верфи или судоремонтном заводе, в количестве, соответствующем численности пассажиров, членов экипажей и (или) продолжительности стоянки.

На основании пункта 9 этой же статьи иностранные товары, выпущенные в качестве припасов, могут использоваться на таможенной территории Союза в целях, не предусмотренных настоящей главой, при условии их помещения под таможенные процедуры, предусмотренные настоящим Кодексом.

В соответствии с подпунктом «е» пункта 2 Положения о таможенном оформлении и таможенном контроле судов, используемых в целях торгового мореплавания, а также товаров, перемещаемых через таможенную границу РФ этими судами, утвержденного приказом ГТК России от 12.09.2001 №892, под судовыми припасами понимаются товары, предназначенные для потребления на судне, в том числе продовольственные товары, товары, подлежащие продаже пассажирам и членам экипажа судна, топливо и смазочные материалы, за исключением предметов судового снаряжения и судовых запасных частей.

Согласно пункту 9 статьи 125 ТК ЕАЭС таможенный орган отказывает в выпуске товаров, если при проведении таможенного контроля товаров таможенными органами были выявлены нарушения таможенного законодательства, за исключением случаев, если выявленные нарушения, не являющиеся основаниями для возбуждения административного или уголовного дела, устранены; выявленные нарушения устранены, декларируемые товары не изъяты, и на них не наложен арест в соответствии с законодательством государств-членов.

Как подтверждается материалами дела, обществом в качестве судовых эксплуатационных припасов задекларированы следующие тароупаковочные материалы: прокладка икорная, косынка, мешок полипропиленовый, коробки из гофрированного картона, интер-блок, вкладыш рыбный, вкладыш под икру.

Согласно материалам дела эксплуатируемое обществом судно СРТМ «Солборг» относится к судам рыбопромыслового флота, что таможенным органом не оспаривается. Основной целью эксплуатации судна «Солборг» является осуществление промысловой деятельности по добыче водных биологических ресурсов.

Представленные в материалы дела коносаменты за декабрь 2017 года – апрель 2018 года подтверждают, что в указанный период на борту СРТМ «Солборг» осуществлялось производство различной рыбопродукции (сельдь, минтай, молоки минтая), упакованной в тароупаковочные материалы (мастер-картон, сэндвич-мешок, ламинированный мешок).

При этом расходование тароупаковочных материалов на борту судна в период рыбопромысловой деятельности подтверждается справкой по таре и тарным материалам с 06.12.2017 по 20.04.2018, а также справкой о расходовании тароупаковочных материалов за период промыслового рейса с 06.12.2017 по 20.04.2018.

Таким образом, спорные тароупаковочные материалы применялись исключительно в производственных целях и по своему прямому назначению - для упаковки производимой на борту судна продукции.

В статье 2 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее – КТМ РФ) указано, что под торговым мореплаванием в названном Кодексе понимается деятельность, связанная с использованием судов, в том числе, для рыболовства.

На основании пункта 2 статьи 7 КТМ РФ под судами рыбопромыслового флота в данном Кодексе понимаются обслуживающие рыбопромысловый комплекс суда, используемые для рыболовства, а также приемотранспортные, вспомогательные суда и суда специального назначения.

Под промышленным рыболовством в силу пункта 10 части 1 статьи 1 Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» понимается предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов.

С учетом вышеприведенных положений законодательства суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что с учетом предназначения судна невозможна нормальная эксплуатация рыболовного судна без наличия тароупаковочных материалов, указанные материалы правомерно отнесены судом к припасам в смысле, придаваемом этому понятию статьями 2, 281 ТК ЕАЭС.

При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в процессе обработки водных биоресурсов осуществляется потребление тароупаковочных материалов, что является частью единого процесса эксплуатации рыболовного судна по его прямому назначению.

В свою очередь таможенный орган в нарушение части 5 статьи 200 АПК РФ не представил достаточных, мотивированных и основанных на нормах действующего законодательства доказательств того, что спорные тароупаковочные материалы не являются частью единого процесса эксплуатации рыболовного судна по его прямому назначению, то есть, не являются припасами в смысле статьи 2 ТК ЕАЭС.

На основании изложенного коллегия считает, что в рассматриваемом случае установлена совокупность предусмотренных статьями 198, 201 АПК РФ обстоятельств, а оспариваемое решение таможни от 20.04.2018 об отказе в выпуске судовых эксплуатационных припасов не соответствует закону и нарушает права и законные интересы общества на надлежащее таможенное оформление судовых припасов.

Оценивая доводы апелляционных жалоб в части несогласия с обжалуемым решением о взыскании убытков, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 352 ТК ЕАЭС таможенные органы несут в соответствии с законодательством государств-членов ответственность за вред, причиненный неправомерными решениями, действиями (бездействием).

Убытки, причиненные лицам неправомерными решениями, действиями (бездействием) таможенных органов или их должностных лиц, подлежат возмещению в соответствии с законодательством государств-членов (пункт 2 статьи 352 Кодекса).

По правилам части 2 статьи 25 Федерального закона от 27.11.2010 №311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее – Закон №311-ФЗ) вред, причиненный лицам и их имуществу вследствие неправомерных решений, действий (бездействия) должностных лиц таможенных органов при исполнении ими служебных обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из положений статей 16, 1069 ГК РФ следует, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. При этом в соответствии со статьей 65 АПК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт противоправности действий, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между правонарушением и убытками.

Как следует из материалов дела, требование общества о взыскании убытков в сумме 1178014,07 руб. обусловлено незаконностью действий таможенного органа по отказу в выпуске товара, что побудило декларанта заявить товары к таможенному оформлению с уплатой таможенных сборов, таможенных пошлин, налогов и несением расходов по сертификации продукции.

Таким образом, учитывая, что факт неправомерности действий таможенного органа подтвержден материалами дела, и такие действия таможни привели к декларированию судовых эксплуатационных припасов в качестве импортируемых товаров, подлежащих обложению таможенными платежами и обязательной сертификации, судебная коллегия поддерживает вывод арбитражного суда о наличии причинно-следственной связи между понесенными расходами общества и действиями таможенного органа.

Между тем суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для квалификации в качестве убытков, подлежащих взысканию за счет казны Российской Федерации, уплаченного обществом при декларировании спорных судовых припасов налога на добавленную стоимость в сумме 787336,32 руб. исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 указанного Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Согласно подпункту 1 пункта 2 названной статьи вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с данной главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Соответственно заявитель, являясь плательщиком НДС, в силу прямого указания в законе в пункте 1 статьи 171 НК РФ имеет право компенсировать понесенные им расходы, связанные с уплатой НДС, путем предъявления соответствующих сумм НДС к вычету.

В свою очередь наличие права на вычет сумм налога на добавленную стоимость исключает уменьшение имущественной сферы лица и, как следствие, исключает применение статьи 15 ГК РФ.

Иное толкование положений названной статьи во взаимосвязи со статьей 171 НК РФ позволило бы создавать условия, при которых потерпевшие могли неоднократно получать одни и те же суммы возмещения, что могло привести к неосновательному обогащению налогоплательщика посредством получения сумм, уплаченных в качестве НДС, дважды.

Из материалов дела усматривается, что обществом при декларировании эксплуатационных припасов иностранного производства по ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282 исчислен и уплачен налог на добавленную стоимость по ставке 18% в общей сумме 787336,32 руб., что нашло отражение в графе 47 спорных деклараций.

Операции по ввозу на таможенную территорию Евразийского экономического союза товаров стоимостью 1865766,76 руб. и 2253870,56 руб. по ДТ №10705030/230418/0000281 и №10705030/230418/0000282 с исчислением и уплатой таможенных платежей в сумме 357227,76 руб. и 430108,56 руб., соответственно, были отражены заявителем в книге покупок за 2 квартал 2018 года.

Указанная сумма НДС была предъявлена к вычету в уточненной налоговой декларации за 2 квартал 2018 года, по результатам камеральной налоговой проверки которой решением ИФНС России по г. Петропавловску-Камчатскому №4013 от 10.10.2018 сумма налога на добавленную стоимость, заявленная к возмещению, была возмещена полностью.

С учетом изложенного следует признать, что предъявленные обществом в составе убытков суммы исчисленного и уплаченного НДС в размере 787336,32 руб. были предъявлены к налоговому вычету и полностью возвращены последнему по результатам камеральной налоговой проверки.

В этой связи исковое требование о взыскании указанных расходов в составе убытков с таможенной службы, которое суд первой инстанции счел обоснованным и подтвержденным документально, фактически привело к нарушению баланса прав участников рассматриваемых отношений и к неосновательному обогащению заявителя. Таким образом, обжалуемое решение в указанной части принято при отсутствии на то правовых оснований, в связи с чем подлежит частичной отмене.

При этом, определяя размер убытков, необоснованно взысканных с Российской Федерации в лице ФТС, судебная коллегия установила, что общий размер убытков, предъявленных ко взысканию в сумме 1178014,07 руб., содержит арифметическую ошибку в размере 10 руб., поскольку общий размер убытков согласно всем количественным показателям составляет 1178024,07 руб., нежели заявлено обществом.

Соответственно размер убытков, не подлежащих взысканию, составляет 787326,32 руб. (в отличие от суммы исчисленного НДС – 787336,32 руб.), а размер убытков, подтвержденных обществом документально и арифметически, составляет 390687,75 руб.

Делая указанный вывод, суд апелляционной инстанции отмечает, что в состав указанных убытков обществом включены таможенные сборы по трем таможенным декларациям – 13875 руб., таможенные пошлины по двум декларациям - 312816,75 руб. и расходы по сертификации продукции – 63996 руб., что в итоге составляет 390687,75 руб.

Факт несения указанных расходов в данном размере подтверждается имеющимися в материалах дела декларациями на товары №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282, №10705030/230418/0000283, платежными поручениями на перечисление ввозных пошлин и авансовых платежей, договором от 23.04.2018 №107/1 на выполнение робот по оценке (подтверждению) соответствия продукции в форме декларирования, актом сдачи-приема работ от 23.04.2018, счетом на оплату от 23.04.2018 №137 и платежным поручением от 14.05.2018 №364.

Учитывая, что материалами дела подтверждается вся совокупность обстоятельств, являющихся основанием для применения мер гражданско-правовой ответственности в сумме 390687,75 руб., судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для взыскания убытков в спорном размере.

Довод заявителей апелляционных жалоб о том, что судом первой инстанции неверно определена правовая природа заявленных ко взысканию денежных средств, апелляционная коллегия находит несостоятельным в силу следующего.

По правилам статьи 123 Закона №311-ФЗ таможенный сбор представляет собой обязательный платеж, взимаемый таможенными органами за совершение ими действий, связанных с выпуском товаров, таможенным сопровождением товаров, хранением товаров.

Согласно подпунктом 37 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС таможенными операциями являются действия, совершаемые лицами и таможенными органами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Из изложенного следует, что оплата таможенного сбора в рассматриваемом случае является необходимым условием осуществления таможенными органами таможенных операций, связанных с таможенным оформлением и выпуском товаров. При этом основополагающей чертой данных действий таможенных органов является их соответствие действующему законодательству таможенного союза.

В этой связи установленный судом факт незаконности действий таможни по отказу в выпуске судовых эксплуатационных припасов, по сути, означает, что результатом инициированных таможенным органом таможенных операций при подаче ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282, №10705030/230418/0000283 с внесением необходимых таможенных сборов явилось совершение таможней незаконных действий.

Осуществление в приведенной ситуации таможенным органом указанных неправомерных действий, не меняя правомерной публично-правовой природы сумм таможенных сборов на момент их внесения, по существу привели к возникновению у общества убытков в связи с такими незаконными действиями, равных размеру внесенной суммы таможенных сборов, что обосновывает наличие причинной связи ретроспективного характера между противоправным действием причинителя вреда (убытков) и наступившим вредом (убытками).

Материалами дела подтверждается, что при декларировании спорных припасов, первоначально заявленных к таможенному оформлению без помещения под таможенные процедуры и без уплаты таможенных пошлин, налогов, обществом уплачены таможенные сборы в общей сумме 13875 руб.

Следовательно, действия декларанта по таможенному оформлению спорных припасов в режиме импорта и реимпорта посредством подачи таможенных деклараций, сопровождающейся уплатой обязательных сборов, не могут расцениваться как добровольные действия заявителя, поскольку необходимость подачи ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282, №10705030/230418/0000283 и несения расходов по уплате таможенных сборов в указанном размере повлекли за собой именно неправомерные действия таможни.

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании убытков в размере 13875 руб. обоснованно признаны судом первой инстанции подлежащими удовлетворению.

Что касается утверждения таможни и таможенной службы о том, что уплаченные обществом таможенные пошлины имеют статус излишне уплаченных таможенных платежей, возврат которых урегулирован таможенным законодательством, в связи с чем данные расходы не могут быть квалифицированы в качестве убытков, то суд апелляционной инстанции, не находя его обоснованным, исходит из следующего.

Как предусмотрено статьей 66 ТК ЕАЭС, излишне уплаченными или излишне взысканными таможенными пошлинами, налогами являются уплаченные или взысканные в качестве таможенных пошлин, налогов денежные средства (деньги), идентифицированные в качестве конкретных видов и сумм таможенных пошлин, налогов в отношении конкретных товаров и размер которых превышает размер таможенных пошлин, налогов, подлежащих уплате в соответствии с настоящим Кодексом и (или) законодательством государств-членов.

Между тем в спорной ситуации таможенные платежи, уплаченные заявителем при декларировании спорных припасов в режиме импорта по ДТ №10705030/230418/0000281 и №10705030/230418/0000282, не превысили размер таможенных пошлин, подлежащих уплате в соответствии действующим таможенным регулированием, поскольку они в принципе не подлежали исчислению и уплате в отношении спорных товаров, не являющихся товарами, подлежащими таможенному оформлению в режиме импорта.

При этом возможность в спорной ситуации изменить сведения, заявленные в спорных таможенных декларациях, посредством уменьшения исчисленных таможенных пошлин в соответствии с Порядком внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденным Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 №289, судом апелляционной инстанции не установлена, поскольку в спорной ситуации декларации на товары не подлежали подаче, а спорные припасы декларированию.

Соответственно уплаченные обществом таможенные пошлины в сумме 312816,75 руб. в спорной ситуации являются убытками, возникшими вследствие незаконных действий таможенного органа по отказу в выпуске судовых эксплуатационных припасов.

При этом размер данных убытков соответствует размеру исчисленных и уплаченных обществом таможенных пошлин при декларировании спорных припасов в режиме импорта, указанных в графе 47 ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282, а факт их несения вследствие незаконности действий таможни об отказе в выпуске судовых припасов, побудивших общество осуществить декларирование тароупаковочных материалов в качестве импортируемых товаров, нашёл подтверждение материалами дела.

С учетом изложенного доводы заявителей жалоб о том, что спорные расходы являются излишне уплаченными таможенными платежами, возврат которых осуществляется в административном порядке, урегулированном Кодексом и Законом №311-ФЗ в соответствующей редакции, подлежат отклонению, как необоснованные.

Оценивая доводы апелляционных жалоб об отсутствии оснований для включения в состав убытков расходов, понесенных обществом для проведения оценки соответствия продукции, ввиду наличия соответствующей обязанности по сертификации ввозимого иностранного товара, коллегией учитывает следующее.

Подтверждение соответствия ввозимых на территорию Российской Федерации товаров обязательным требованиям осуществляется в целях соблюдения запретов и ограничений.

Обязанность проведения сертификации тароупаковочных материалов при их таможенном декларировании в качестве товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, установлена статьей 135 ТК ЕАЭС и Положением о порядке ввоза на таможенную территорию Таможенного союза продукции (товаров), в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Таможенного союза, утвержденным Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 25.12.2012 №294.

Согласно подпункту «а» пункта 2 данного Положения обязательные требования устанавливаются к товарам, которые включены в Единый перечень продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Таможенного союза, утвержденный Решением Комиссии Таможенного союза от 28.01.2011 №526 (далее – Единый перечень), и в отношении которых законодательством Российской Федерации установлены обязательные требования.

Как следует из пункта 36 Единого перечня, тара и упаковка относятся к продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования в рамках Таможенного союза.

Таким образом, учитывая, что принятие должностным лицом таможни решения от 20.04.2018 об отказе в выпуске судовых эксплуатационных припасов, незаконность которого подтверждена материалами дела, послужило основанием для оформления спорных упаковочных материалов как товара, суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод арбитражного суда о том, что несение расходов по обязательной сертификации находится в причинно-следственной связи с указанными действиями таможни и обусловлено их совершением.

Следовательно, спорные затраты декларанта имеют признаки убытков.

В спорной ситуации для проведения работ по оценке соответствия продукции обществом был заключен договор от 23.04.2018 №107/1 с ООО «Камчатский центр соответствия», по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства по оценке (подтверждению) соответствия продукции в форме декларирования.

По результатам выполненных работ заказчиком и исполнителем подписан акт сдачи-приема работ от 23.04.2018, выставлен счет на оплату №137 от 23.04.2018 на сумму проведенных работ по оценке 63996 руб., оплаченных платежным поручением №364 от 14.05.2018.

В свою очередь результаты указанных работ послужили основанием для представления обществом при подаче ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282 деклараций о соответствии от 23.04.2018, сведения о которых были заявлены в графе 44 спорных таможенных деклараций.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно заключил, что затраты на сертификацию тароупаковочного материала, помещенного под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» вследствие незаконных действий таможенного органа, привели к возникновению у общества убытков в спорном размере.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб о том, что действия декларанта по таможенному оформлению тароупаковочного материала в режиме импорта и реимпорта содействовали увеличению убытков, судебная коллегия учитывает, что данный способ таможенного оформления спорного материала был выбран общество не добровольно, а вследствие принятого таможней решение об отказе в выпуске судовых припасов.

В этой связи указанное поведение заявителя не может быть признано неразумным и способствующим увеличению убытков, поскольку необходимость подачи ДТ №10705030/230418/0000281, №10705030/230418/0000282, №10705030/230418/0000283 была продиктована действиями таможенного органа.

Подводя итог изложенному, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемое решение таможенного органа не соответствует закону и нарушает права и законные интересов общества, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 2 статьи 201 АПК РФ признал его незаконным. При этом противоправность действий таможенного органа привела к несению заявителем убытков, наличие и размер которых нашёл подтверждение материалами дела, только в сумме 390687,75 руб.

Вместе с тем выводы арбитражного суда о наличии правовых оснований для взыскания убытков в сумме 787326,32 руб. были сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, что повлекло принятие неправильного судебного акта в указанной части.

Таким образом, обжалуемое решение на основании пункта 2 статьи 269, части 1 статьи 270 АПК РФ подлежит отмене только в части взыскания с Российской Федерации в лице ФТС за счет казны Российской Федерации убытков в сумме 787326,32 руб. с принятием по делу в указанной части нового судебного акта об отказе в удовлетворении данных требований. В остальной части решение арбитражного суда подлежит оставлению без изменения.

Соответственно апелляционные жалобы таможни и таможенной службы подлежат частичному удовлетворению.

Нарушения норм процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения апелляционных жалоб подлежат перераспределению судебные расходы по уплате госпошлины по исковому требованию о взыскании убытков в сумме 1178014,07 руб., которые на основании статьи 110 АПК РФ относятся судом апелляционной инстанции на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям, в том числе: 8217 руб. подлежат отнесению на ФТС (33,16% от уточненной суммы иска) и 16563 руб. – на общество.

Что касается судебных расходов по апелляционным жалобам, то на основании статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не имеется оснований для отнесения на общество каких-либо расходов, поскольку таможенные органы освобождены от уплаты государственной пошлины при подаче апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 18.10.2018 по делу №А24-4307/2018 отменить в части взыскания с Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы за счет казны Российской Федерации убытков в сумме 787326,32 руб. и судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 16563 руб. В удовлетворении иска в указанной части отказать.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы за счет казны Российской Федерации в пользу общества с ограниченной ответственностью «Роскамрыба» убытки в сумме 390687,75 руб. (триста девяносто тысяч шестьсот восемьдесят семь рублей 75 копеек) и судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8217 руб. (восемь тысяч двести семнадцать рублей).

Арбитражному суду Камчатского края выдать исполнительный лист.

В остальной части решение Арбитражного суда Камчатского края от 18.10.2018 по делу №А24-4307/2018 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.Н. Анисимова

Судьи

А.В. Гончарова

Г.Н. Палагеша