Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гойник А.В. без использования средств аудиозаписи в рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№07АП-11118/2020(1)), ФИО3 (№07АП-11118/2020(2)) на определение от 12.10.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-19031/2019 (судья Лазарева М.В.) о банкротстве должника-гражданина ФИО4 (город Кемерово, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН <***>), принятое по заявлению финансового управляющего о признании недействительной ничтожную сделку по выходу ФИО4 из состава участников ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>), отчуждению его 50 % доли участия номинальной стоимостью 10 000 рублей в пользу общества и ее распределению в пользу ФИО2 и ФИО3.

В судебном заседании приняли участие: без участия.

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве умершего гражданин ФИО4 (далее- ФИО4, должник), его финансовым управляющим ФИО5 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) о приззнании недействительными сделок по уменьшению 100% доли участия ФИО4

Валерьевича в уставном капитале ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 10 000 рублей путем увеличения уставного капитала и введения в состав участников ФИО2 и ФИО3, оформленную решением №2 от 21.05.2018, и сделку по выходу ФИО4 из состава участников ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>) с отчуждением его 50 % доли участия номинальной стоимостью 10 000 рублей в пользу общества и ее распределению в пользу ФИО2 и ФИО3, оформленную протоколом №1 от 25.06.2018, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права ФИО4 на долю в размере 100% уставного капитала ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>), обязании Межрайонную ИФНС России №12 по Кемеровской области аннулировать запись в Едином государственном реестре юридических лиц от 31.05.2018 государственный регистрационный номер 2184205304336, аннулировать запись в Едином государственном реестре юридических лиц от 05.07.2018 государственный регистрационный номер 2184205354276.

Определением от 12.10.2020 Арбитражного суда Кемеровской области заявление финансового управляющего удовлетворено.

ФИО2, ФИО3 поданы апелляционные жалобы на состоявшийся по делу судебный акт, в которых просят отменить определение суда от 12.10.2020 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

В обоснование апелляционных жалоб их податели ссылаются на отсутствие доказательств того, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, о том, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели, об их неосведомленности о долгах ФИО4 на момент его выхода из общества.

Апелляционные жалобы, как поданные на один судебный акт, приняты к совместному рассмотрению (абзац 2 пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Отзывы на апелляционную жалобу к моменту ее рассмотрения в материалы дела не представлены.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 156 АПК РФ.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ изучив доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

Как следует из заявления, финансовым управляющим оспариваются последовательно совершенные должником сделки по уменьшению 100% доли участия должника в уставном капитале ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>) номинальной стоимостью 10 000 рублей путем увеличения уставного капитала и введения в состав участников ФИО2 и ФИО3, оформленная решением №2 от 21.05.2018, и сделка по выходу должника из состава участников названного общества с отчуждением его 50 % доли участия номинальной стоимостью 10 000 рублей в пользу общества и ее распределению в пользу ФИО2 и ФИО3, оформленная протоколом №1 от 25.06.2018.

Протоколом №1 общего собрания участников от 15.10.2014 создано ООО «Эко-Лэнд», уставный капитал составляет 10 000 рублей, учредителями общества являются ФИО6, доля участия 50% номинальной стоимостью 5 000 рублей, и ФИО4, доля участия 50% номинальной стоимостью 5 000 рублей (л. 131-132 т. 6). Доли в уставном капитале указанными лицами оплачены, что подтверждается актами приемки-передачи от 15.10.2014 (л. 129-130 т.6).

Судом установлено, что 05.12.2017 ФИО6 заявил о выходе из состава участников общества, заявление получено директором общества ФИО4 07.12.2017 (л.81 т.6).

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля ФИО6 перешла к обществу.

Решением №1 от 18.05.2018 единственным участником общества ФИО4 распределена доля, принадлежащая обществу.

В результате распределения доля единственного участника общества ФИО4 составила 100% уставного капитала, номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Решением №2 от 21.05.2018 единственный участник общества ФИО4 принимает в состав участников общества ответчиков ФИО2 и ФИО3 на основании заявлений указанных лиц, за счет вкладов новых участников в размере 5 000 рублей от каждого увеличивает уставной капитал общества с 10 000 рублей до 20 000 рублей. Тем же решением изменены доли участия каждого участника составили: доля ФИО4 50% уставного капитала, номинальной стоимостью 10 000 рублей, доля ФИО2 25%

уставного капитала номинальной стоимостью 5 000 рублей, доля ФИО3 25%

уставного капитала номинальной стоимостью 5 000 рублей. Тем же решением утвержден устав общества в новой редакции (л. 47 т. 6).

В материалы дела представлены копии приходных кассовых ордеров №24 от 21.05.2018 и № 25 от 21.05.2018, подтверждающих внесение вклада новыми участниками общества (л. 44, л. 46 т.6).

25.06.2018 участник ФИО4 направил в общество заявление о выходе из состава его участников, заявление получено директором ФИО2 25.06.2018 (л. 110 т.3).

Протоколом №1 общего собрания участников общества от 25.06.2018 участник ФИО4 выведен из состава участников общества, доля общества в размере 50% номинальной стоимостью 10 000 рублей распределена между оставшимися участниками общества ФИО2 и ФИО3, пропорционально их долям в уставном капитале общества. В результате распределения доля ФИО2 составляет 50% уставного капитала общества номинальной стоимостью 10 000 рублей, доля ФИО3 составляет 50% уставного капитала номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, запись о государственной регистрации изменений на основании решения №1 единственного участника ООО «Эко-Лэнд» внесена Инспекцией ФНС России по г. Кемерово 31.05.2018 ГРН 2184205304336, а запись о государственной регистрации изменений на основании протокола №1 от 25.06.2018 внесена Инспекцией ФНС России по г. Кемерово 05.07.2018 ГРН 2184205354276.

В результате принятия в состав участников ООО «Эко-Лэнд» ФИО2 и ФИО3, и распределения долей между тремя участниками общества, последними приобретены доли в уставном капитале по 25% номинальной стоимостью 5 000 рублей. Доли оплачены по их номинальной стоимости.

При этом, вне зависимости от того, что номинальная стоимость доли ФИО4 10 000 рублей в результате принятия в состав новых участников не претерпела изменений, действительная стоимость доли уменьшилась в два раза.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что уменьшение и последующее отчуждение доли ФИО7 в течение незначительного промежутка времени, заинтересованным по отношению к должнику лицам, в отсутствие встречного предоставления с последующим продолжением деятельности в ООО «Эко-Лэнд» на руководящей должности исполнительного директора, свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки имели целью отчуждение ликвидного актива должника в виде доли в уставном капи-

тале, действительная стоимость которой до совершения первой сделки составляла более 2

миллионов рублей, для последующего обращения ФИО4 в суд с заявлением о собственном банкротстве и выведения ликвидного актива из под исполнительного производства, так и потенциально возможной процедуры реализации имущества в рамках дела о банкротстве, поэтому являются ничтожными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, как прикрывающие одну сделку по отчуждению ликвидного актива должника с целью предотвращения её реализации в рамках исполнительного производства по иску ПАО «Банк Уралсиб», а также потенциально возможной реализации в ходе процедуры банкротства.

При этом суд первой инстанции усмотрел наличие оснований для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделки совершены в период подозрительности (производство по делу о банкротстве умершего должника - гражданина ФИО4 возбуждено определением суда от 13.08.2019), между заинтересованными лицами, на момент заключения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только

на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных

им обстоятельств.

В пункте 5 Постановления №63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При этом закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции не исключают прямого доказывания обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по этому основанию. В частности, может быть в общем порядке доказана вредоносная цель сделки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4)).

Более того, сама по себе недоказанность наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможности квалификации такой сделки в качестве подозрительной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2)).

Как следует из пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №25), цепочка из нескольких сделок может фактически прикрывать единую сделку, маскируя изначально предполагаемую ее истинную цель, охваченную умыслом сторон, таким образом, чтобы затруднить проведение реституции между подлинными сторонами сделки, находящимися на крайних звеньях притворной цепи формально совершенных сделок.

Суд первой инстанции, руководствуясь указанными законоположениями и разъяснениями, данными высшей судебной инстанцией, в полной мер изучили представленные доказательства, и установил обстоятельства, свидетельствующие о прикрытии спорными сделками, совершенными в установленный Законом о банкротстве период подозрительности, единой сделки по отчуждению ликвидного актива должника с целью предотвращения реализации доли должника в уставном капитале ООО «Эко-Лэнд» в рамках исполнительного производства по иску ПАО «Банк Уралсиб», а также потенциально возможной реализации в ходе процедуры банкротства.

Как следует из материалов дела, должник ФИО4 на даты совершения оспариваемых сделок состоял в браке с ответчиком ФИО3, согласно справкам органа ЗАГС брак зарегистрирован 13.11.2015, расторгнут 30.10.2018 (л. 3 т. 7).

Ответчик ФИО2 является дочерью ФИО8 (л.1 т. 7), предоставившей помещения и адрес для государственной регистрации ООО «Эко-Лэнд» (л 128 т.6) в свою очередь, ФИО8 состоит в браке с ФИО6 (до регистрации брака - ФИО9) (л. 2 т.7).

Должник ФИО4 и ФИО6 до 05.10.2017 являлись партнерами, владельцами равных долей в уставном капитале ООО «Эко-Лэнд». После выхода ФИО6 из состава участников общества, с января 2018 ФИО2 трудоустроена в ООО «Эко-Лэнд» (л.5 т.6), до июня 2018 года (выхода ФИО4 из состава участников) занимала должность из категории руководителей - исполнительный директор.

Приказом от 27.06.2018 №3 ФИО2 на основании протокола №1 общего собрания участников от 25.06.2018 переведена на должность директора (л. 19 т.6), одновременно ФИО4, не покинул общества в результате своего выхода из состава участников, а приказом от 26.06.2018 №4 был переведен на должность исполнительного директора (л.20 т. 6).

Установленные обстоятельства позволили суду сделать выводы о том, что ФИО3 на момент совершения оспариваемых сделок являлась заинтересованным по отношению к должнику лицом, а должник ФИО4 и ответчик ФИО2 имели общий экономический интерес в деятельности ООО «ЭкоЛэнд», что в совокупности с родственными связями ФИО2, ФИО8 и ФИО6 свидетельствует о наличии фактической заинтересованности ответчика ФИО2 по отношению к должнику по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Исходя из положений статьи 128 ГК РФ, статей 213.25, 223.1 (пункт 7) Закона о банкротстве, доля в уставном капитале общества является имуществом должника - учредителя и подлежит включению в конкурсную массу в деле о его банкротстве.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 14 Закона об ООО действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Из материалов дела следует, что в результате заявления ФИО4 у ООО «Эко-Лэнд» с момента получения его заявления, т.е. с 25.06.2018, возникла обязанность выплатить ему действительную стоимость доли.

В соответствии с пунктом 5.2. устава общества, утвержденного решением №2 единственного участника от 21.05.2018 (л. 78- 83 т. 3), общество обязано выплатить участнику действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из состава участников общества, или, с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости, либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев с даты подачи заявления участника о выходе из состава участников.

С учетом даты заявления должника о выходе из состава участников ООО «ЭкоЛэнд» и даты получения заявления должника обществом, трехмесячный срок для выплаты должнику действительной стоимости его доли истекал 26.09.2018.

Из бухгалтерского баланса ООО «ЭКО-Лэнд» за 2017 год следует, что на отчетную дату общество имеет основные средства стоимость 1 502 тыс.руб., 81 тыс.руб. запасы, нераспределенную прибыль в размере 2 089 тыс.руб., кредиторская задолженность составляет 1 407 тыс.руб. Стоимость чистых активов общества на конец 2017 года составила 2 099 тыс.руб. (л. 116-126 т.3).

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 14 Закона об ООО, действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Таким образом, действительная стоимость доли ФИО4 до её уменьшения составила 2 099 000 рублей.

Между тем, в результате принятия в состав участников ООО «Эко-Лэнд» ФИО2 и ФИО3, и распределения долей между тремя участниками общества, последними приобретены доли в уставном капитале по 25% номинальной стоимостью 5 000 рублей. Доли оплачены по их номинальной стоимости.

При этом, вне зависимости от того, что номинальная стоимость доли ФИО10

И.В. 10 000 рублей в результате принятия в состав новых участников не претерпела изменений, действительная стоимость доли уменьшилась в два раза.

Принимая во внимание, что размер причитающегося кредиторам удовлетворения от имущества должника определяется не номинальной, а рыночной стоимостью доли участия должника, учитывая прибыльную деятельность общества, высокую стоимость его чистых активов, внесение новыми участниками ФИО2 и ФИО3 вкладов размере 5 000 рублей каждой, суд пришел к выводу о неравноценном встречном предоставлении, поскольку в результате таких действий уменьшилась в два раза обеспеченность доли должника в уставном капитале общества имуществом этого общества.

Доказательств целесообразности вхождения в состав участников общества с минимальной оплатой доли за вхождение, доказательств компенсации такой минимальной оплаты путем реализации прибыльных бизнес проектов или иными принесшими обществу прибыль действиями новых участников ответчиками не предоставлено, последующий выход ФИО4 из состава участников и распределение доли общества между оставшимися участниками - ответчиками ФИО2 и ФИО3 совершается в незначительный промежуток времени, в отсутствие доказательств выплаты ФИО4 действительной стоимости его доли в размере 1 049 500 рублей (2 099 000х50%) в установленный уставом общества срок, что свидетельствует о безвозмедности совершенных сделок по уступке доли.

Предоставленные ответчиком ФИО2 копии чеков по операции Сбербанк на сумму 280 000 рублей (л. 38-47 т.7), получателем в которых указана Рахиля ФИО11, не приняты судом в качестве надлежащего доказательства выплаты должнику действительной стоимости его доли ввиду отсутствия в копиях сведений о счетах, с которых производилось перечисление, сведений об отправителе и назначении платежа.

Кроме того, учитывая положения статей 68, 71 АПК РФ, а также тот факт, что обязанным лицом при выплате действительной стоимости доли является общество, а не его участники, копии чеков не могут являться достоверными и допустимыми доказательствами выплаты должнику действительной стоимости его доли.

Исследовав и оценив материалы дела, приняв во внимание заинтересованность должника, ФИО2 , ФИО3 (статья 19 Закона о банкротстве), учитывая установленную безвозмездность последующего распределения доли в уставном капитале общества при выходе должника, перешедшей обществу, между оставшимися участниками, суд пришел к верному выводу о направленности сделок на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника путем вывода ликвидного актива из имущественной массы должника.

Указанные выводы судов согласуются с правовой позицией, содержащейся в пункте 88 Постановления №25, а также Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 №305-ЭС15-11230, из которой следует, что цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества собственником последнему приобретателю.

Доводы апелляционных жалоб о недоказанности финансовым управляющим факта причинения вреда имущественным правам кредиторов являются несостоятельными, так как любое незаконное уменьшение конкурсной массы не может не затрагивать прав кредиторов, заинтересованных в максимальном погашении своих требований.

При этом, материалами дела о банкротстве подтверждается, что в период совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Банк Уралсиб» в размере 1 648 015, 23 руб. по кредитному договору №3221-№83/01684 от 22.12.2016, и по кредитному договору №3221- №83/01948 от 31.05.2017, задолженность взыскана решением Ленинского районного суда г. Кемерово 19.11.2018 по делу №2-1754/2018, требования Банка включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением от 16.01.2020.

Как установлено решением суда о признании умершего должника - гражданина ФИО4 от 20.09.2019 по настоящему делу, у должника имеется имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, а именно, квартира, расположенная по адресу <...>, общей площадью 68,9 кв.м., обладающей исполнительским иммунитетом в силу статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Наличие иного имущества судом не установлено

Впоследствии определением суда от 05.06.2020 в настоящем деле о банкротстве, указанное имущество по ходатайству наследницы должника - ФИО12 - исключено из конкурсной массы.

Относительно осведомленности ответчиков о цели причинения вреда кредитором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума №63, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что заинтересованность ФИО3 ввиду зарегистрированного брака с должником на момент совершения

сделок, презюмировала ее осведомленность, ФИО2, будучи заинтересованным по

отношению к должнику лицом, объединенным с ним одним экономическим интересом, вытекающим из совместной деятельности в ООО «Эко-Лэнд», не опровергла указанные презумпции.

Суд, верно, квалифицировал спорные правоотношения, обоснованно признал недействительными сделки, опосредующие отчуждение имущества должником, должным образом применив последствия недействительности в виде восстановления права ФИО4 на долю в размере 100% уставного капитала ООО «Эко-Лэнд» (ИНН <***>), обязании Инспекцию Федеральной налоговой службы по г. Кемерово аннулировать записи в Едином государственном реестре юридических лиц от 31.05.2018 государственный регистрационный номер 2184205304336, от 05.07.2018 государственный регистрационный номер 2184205354276.

Обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судом первой инстанции правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, выражают несогласие их подателей с выводами суда об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом положений законодательства об оспаривании сделок должника в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены обжалуемого судебного акта не имеется, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 12.10.2020 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-19031/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий Н.А. Усанина

Судьи О.А. Иванов

ФИО1