Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Быстровой А.Д. без использования средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП-13412/2019(3)) на определение от 10.09.2020 Арбитражного суда Республики Алтай по делу №А02-1626/2019 (судья Борков А.А.) о банкротстве должника-гражданина ФИО3 Уулы (649000, <...>), принятое по заявлению ФИО2 (<...>) об установлении требований кредитора в сумме 17 004 576 руб. и включении их в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие: без участия

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве гражданина ФИО3 Уулы (далее - ФИО4, должник), ФИО2 (далее - ФИО2, кредитор) обратилась в Арбитражный суд Республики Алтай с заявлением об установлении требований кредитора в сумме 240 000 евро, в том числе 120 000 евро - задолженность по договору займа, 120 000

евро- проценты, и включении их в реестр требований кредиторов должника.

ФИО2 уточнила требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просила включить задолженность в общей сумме 17 004 576 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 10.09.2020 Арбитражного суда Республики Алтай в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 в поданной апелляционной жалобе просит определение Арбитражного суда Республики Алтай от 10.09. 2020 по делу №А02-1626/2019 отменить, принять новый судебный акт, которым включить в реестр требований кредиторов 17 004 576 рублей.

В обоснование апелляционной жалобе ее податель ссылается на представление доказательств в подтверждение реальности долга, его наличия и размера, при этом не Законом о банкротстве, ни иными актами не предусмотрено обязанность доказывания дальнейшее распоряжение средств должником, при доказанности факта, наличия задолженности, факта перечисления денежных средств по просьбе должника в компанию InvestLTD 102258902 Арбитражный суд Республики Алтай пришел к необоснованному выводу о мнимости сделки; при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, однако, экспертизы по изготовлению договора 27.12.2017 Арбитражным судом Республики Алтай назначено не было.

Отзывы на апелляционную жалобу к моменту ее рассмотрения не поступили.

Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

Определением от 21.11.2019 суд признал заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 обоснованным и ввел в отношении ФИО4 процедуру реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6

В обоснование заявленных требований ФИО2 представлен рукописный договор займа от 27.12.2017, по условиям которого ФИО2 (займодавец) передает

ФИО4 (заемщик) денежные средства в сумме 120 000 Евро, заемщик обязуется возвратить сумму займа до 30.12.2019 и уплатить проценты в размере 100% от суммы займа одновременно с его возвратом.

Согласно пункту 2.7 договора он считается заключенным с момента перевода денежных средств компании INVEST LTD ETF 102258902.

В договоре имеется письменное указание, выполненное от имени должника, о получении денежных средств в размере 120 000 Евро путем перечисления на указанные реквизиты.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что у сторон договора займа не было реального намерения достижения результата по нему.

Проверка обоснованности и установление размера требований кредиторов в процедуре реструктуризации долгов гражданина осуществляется, согласно пункту 2 статьи 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в порядке, установленном статьей 71 настоящего Закона.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце третьем пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Необходимость учета вышеперечисленных обстоятельств при проверке обоснованности требования кредитора, основанного на договоре займа, направлена, прежде всего, на защиту прав и законных интересов других кредиторов, требования которых признаны обоснованными на основании достоверных доказательств.

Так, от заимодавца суд вправе истребовать документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со

своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

При наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе об их расходовании.

Таким образом, в силу специфики дел о банкротстве при наличии сомнений в правомерности требования согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами.

Согласно статье 808 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2).

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами, в том числе об их расходовании.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В статье 170 ГК РФ закреплено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действитель-

ного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон

сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Судом установлено, что заявитель является родной дочерью ФИО7, который совместно с должником является участником в ООО «Алтайские инновационные технологии» и ООО «Алтайвит», где ФИО4 занимает должность генерального директора.

Из анализа выписок по счетам ФИО2 усматривается, что 28.12.2017 с её расчетным счетом, открытым в зарубежном банке Swissquote проведена операция с денежными средствами в сумме 120 000 Евро выгодоприобретателем по которой является INVEST LTD ETF 102258902 (инвестиционный фонд).

Ссылки ФИО2 на доказанность факта наличия задолженности и перечисления денежных средств по просьбе должника в компанию InvestLTD 102258902, признаются несостоятельными, поскольку доказательств наличия каких-либо взаимоотношений должника с инвестиционным фондом INVEST LTD ETF, как и наличие у ФИО4 счета в указанной компании, в материалы дела не представлено.

Тот факт, что договор от 27.12.2017 содержит указание выполненное от имени должника рукописным способом о получении денежных средств в размере 120 000 Евро путем перечисления по реквизитам INVEST LTD ETF 102258902, правового значения не имеет, поскольку платеж с расчетного счет ФИО2 был осуществлен лишь 28.12.2017, тогда как договор датирован 27.12.2017, при этом в материалы дела не представлены доказательства возможности подписания договора в соответствующую дату, с учетом проживания заемщика в г. Горно-Алтайске, а займодавца в г. Москве.

Также судом принято внимание, что ФИО7, обращался в суд с заявлением об установлении требований кредитора, включая проценты, в общей сумме 12 412 500 руб., в том числе 7 500 000 руб. - задолженность по договору займа от 22.03.2017, 4 912 500 руб. - задолженность по договору займа от 10.10.2017, и включении их в реестр требований кредиторов ФИО4

Определением суда от 21.08.2020 в удовлетворении требований ФИО7 отказано, в указанном обособленном споре суд пришел к выводу о недействительности представленных договоров займа, наличие умысла у участников данных сделок, их сознательное, целенаправленное поведение, направленное на причинение вреда кредиторам долж-

ника, которое носит явный и очевидный характер, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае, единственной целью подписания спорных сделок по передаче денежных средств явилось искусственное наращивание дебиторской задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства «дружественным» должнику кредитором, а также «размывание» конкурсной массы.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии разумного экономического обоснования действий как со стороны заявителя, фактически выразившихся в предоставлении займа ФИО4 без какого-либо обеспечения и с возвратом заемных средств и единовременной уплатой процентов лишь через два года, так и со стороны самого должника, осуществившего заем денежных средств в иностранной валюте со ставкой 100% от суммы займа.

Кроме того, должником не приведено обоснования необходимости получения денежных средств с процентной ставкой за их использование, значительно превышающей средний процент по кредитам, выдаваемым банками в рассматриваемый период, а равно как не представлены доказательства невозможности получения заемных денежных средств в кредитных учреждениях на более выгодных условиях.

При этом список кредиторов гражданина, подписанный представителем должника 23.12.2019, не содержит сведений о наличии задолженности перед ФИО2

Учитывая изложенное, поскольку заявителем, должником не представлено достаточных доказательств реальности заемных правоотношений, не устранены обоснованные сомнения суда и конкурирующих кредиторов относительно обоснованности предъявленного требования (наличии долга), суд первой инстанции правильно отказал в удовлетворении заявления ФИО2

Вопреки позиции ФИО2, оснований для назначения экспертизы времени изготовления договора от 27.12.2017 со ссылкой на пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве, у суда первой инстанции не имелось, с учетом, того, что в ходе судебного разбирательства, именно ФИО2 представлялись доказательства, подтверждающие по её мнению заявленные требования, в том числе, документы по взаимоотношениям с должником, происхождение которых не раскрыто.

Кроме того, наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Злоупотребление правами как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 №306-ЭС19-3574).

Использование формальных правовых механизмов для достижения результата, который сторонами сделки не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления правом, которое не может быть признано добросовестным поведением участников гражданского оборота и не подлежит судебной защите (статья 10 ГК РФ).

На основании изложенного, установив порок воли сторон при совершении договора займа, наличие умысла у участников данной сделки, их сознательное, целенаправленное поведение, направленное на причинение вреда кредиторам должника, которое носит явный и очевидный характер, суд пришел к выводу, что в рассматриваемом случае, единственной целью подписания спорной сделки явилось искусственное наращивание дебиторской задолженности с целью получения контроля над процедурой банкротства «дружественным» должнику кредитором, а также «размывание» конкурсной массы, что свидетельствует о недействительности сделок по основаниям, предусмотренным, в частности, статьей 10, пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По существу доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о неправильном применении судом норм Закона о банкротстве о проверке обоснованности требований кредиторов в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемое определение суда отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению - не подлежат.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 10.09.2020 Арбитражного суда Республики Алтай по делу №А02-1626/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Республики Алтай.

Председательствующий Н.А. Усанина

Судьи О.О. Зайцева

ФИО1