Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Татаренко В.А. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП-19/2021(1)) на определение от 14.12.2020 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-6146/2019 (судья Казарин И.М.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стэлл» (634014, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными и применении последствий недействительности договора купли-продажи спецтехники от 15.08.2018, заключенного между ООО «Стэлл» и ФИО2, договора купли-продажи крана от 17.10.2018 № 17/10-1, заключенного между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «КранСервис НСК», и договора купли-продажи башенного крана от 16.10.2018 № 16/10-1, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «КранСервис НСК» и обществом с ограниченной ответственностью «МехМаш».

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: ФИО4 по доверенности от 08.12.2020, паспорт;

от ФНС России: ФИО5 по доверенности от 27.01.2021, служебное удостоверение.

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Стэлл» (далее - ООО «Стэлл», должник), его конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Томской области с заявлением (с учетом уточнения) о признании недействительными и применении последствий недействительности взаимосвязанных сделок по отчуждению должником башенного крана QTZ 105, выраженных в договоре купли-продажи от 15.08.2018, заключенном между ООО «Стэлл» и ФИО2 (далее - ФИО2), в договоре купли-продажи от 17.10.2018 № 17/10-1, заключенном между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «КранСервис НСК» (далее - ООО «КранСервис НСК»), и в договоре купли-продажи от 16.10.2018 №16/10-1, заключенном между ООО «КранСервис НСК» и обществом с ограниченной ответственностью «МехМаш» (далее- ООО «МехМаш»).

Определением от 14.12.2020 Арбитражного суда Томской области заявление конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворено частично. Признан недействительным договор купли-продажи спецтехники от 15.08.2018, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Стэлл» и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки. Взыскано с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стэлл» 6 795 401 руб. В остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 отказано. Взыскано с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стэлл» 10 000 рублей расходов на проведение экспертизы. Взыскано с ФИО2 в доход федерального бюджета 9 000 рублей государственной пошлины. Отменены принятые определением Арбитражного суда Томской области от 23.03.2020 по настоящему обособленному спору обеспечительные меры. Перечислено с депозитного счета Арбитражного суда Томской области в пользу общества с ограниченной ответственностью Региональный центр «Профоценка» оплата за проведение судебной экспертизы в размере 10 000 рублей.

В поданной апелляционной жалобе ФИО2 просит определение Арбитражного суда Томской области от 14.12.2020 в части признания недействительным договора купли-продажи спецтехники от 15.08.2018, заключенного между ФИО2 и ООО «Стэлл», применения последствий недействительности сделки отменить, вынести по делу новый судебный акт по существу спора, которым в удовлетворениизаявления конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи спецтехники от 15.08.2018, заключенного между ФИО2 и ООО «Стэлл», применении последствий недей-

ствительности сделки отказать, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобе, с учетом дополнений к ней, ее податель приводит следующие доводы: вывод суда о совершении ФИО2 сделки в отсутствие встречного предоставления не подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, делая вывод об отсутствии финансовой возможности предоставления займа должнику в сумме 4 840 000 рублей, суд исходил лишь из её заработной платы в ООО «Стэлл» в июле и августе 2015 в размере 20 358 рублей ежемесячно, которая отражена в банковской выписке, однако, вопрос о финансовой возможности ФИО2 в предоставлении ООО «Стэлл» денежных средств по представленным в дело договорам займа в судебном заседании не исследовался; исходя из выписки по банку следует, что 30.11.2015 платежным поручением №588 осуществлен возврат в сумме 300 000 рублей по договору займа от 31.08.2015 получатель ФИО2, далее 03.12.2015, 07.12.2015, 08.12.2015, 24.12.2015 был произведен возврат денежных средств в сумме 680 220 рублей также на лицевой счет ФИО2 по договору займа от 15.09.2015 , таким образом, ссылка суда на поведение ФИО2 по непринятию мер по возврату денежных средств в течение трех лет несостоятельна; не доказан факт наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества ООО «Стэлл» как на 2016 год, так и на момент совершения оспариваемой сделки, ни в период заключения договора займа, ни в период сделки 15.08.2018 ФИО6 учредителем должника не являлся; не обоснованы вывода суда о фактической аффилированности ООО «Стэлл» и ФИО2, последняя являлась лишь работником общества, не влиявшим на его хозяйственную и финансовую деятельность, суд первой инстанции, признавая сделку недействительной, и взыскивая с ФИО2 сумму в размере 6 795 401 рублей, основывался на отчете оценщика построенного на предположении об удовлетворительном состоянии оцениваемого объекта, без фактического осмотра оценщиком спорной техники, признавая недействительным договор купли-продажи спецтехники от 15.08.2018 судом не дана правовая оценка соглашению о зачете встречных однородных требований от 15.08.2018 , по которому со стороны конкурсного управляющего самостоятельного требования не заявлялось.

Конкурсный управляющий должника, ФНС России в представленных отзывах возражают относительно доводов апелляционной жалобы.

ООО «КранСервис НСК» в представленном отзыве не возражает против проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части, разрешение апелляционной жалобы оставляет на усмотрение суда.

05.02.2021 от ФИО2 поступило заявление о передачи дела, принятого ар-

битражным судом к своему производству из одного суда в другой суд, поддержанное представителем в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 39 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ) в удовлетворении заявления о передаче дела, принятого арбитражным судом к своему производству, из одного суда в другой суд, отказал, в настоящем случае обстоятельств, предусмотренных статьей 39 АПК РФ (содержит исчерпывающий перечень оснований для передачи дела на рассмотрение другого арбитражного суда), судом апелляционной инстанции не установлено; кроме того, такое заявление в суде первой инстанции не заявлялось; конфликта интересов сторон на момент рассмотрения апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции (ФИО7, не числится в штате Седьмого арбитражного апелляционного суда), не усматривается.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ФИО2, уполномоченного органа каждый поддержали свои доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статье 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Проверив в соответствии с положениями статьи 266, части 5 статьи 268 АПК РФ правильность применения судом норм материального права и соблюдение процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам применительно к доводам апелляционной жалобы (в отсутствие соответствующих возражений пункт 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»), изучив доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней, поступивших на нее отзывов, заслушав явившихся представителей, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене.

Как следует из материалов дела, 15.10.2018 между ООО «Стэлл» и ФИО2 заключен договор купли-продажи спецтехники, по условиям которого ООО «Стэлл» передало в собственность ФИО2 башенный кран QTZ 105, заводской номер: 105-14-16, 2014 года выпуска, максимальной грузоподъемностью 8 т.

Цена имущества установлена в размере 4 500 000 рублей, которая в силу пункта 3.2 договора должна была быть уплачена ФИО2 в течение 5 банковских дней с мо-

мента подписания договора.

ФИО2 пояснила, что условие договора об оплате имущества было исполнено ею путем совершения зачета, в подтверждение чего представила соглашение о зачете встречных однородных требований от 15.08.2018.

В соглашении указано, что ООО «Стэлл» по состоянию на 15.08.2018 имело неисполненное перед ФИО2 обязательство по возврату 4 840 000 рублей заемных денежных средств; обязательство ООО «Стэлл» в части 4 500 000 рублей зачтено в счет обязательства ФИО2 из договора купли-продажи башенного крана.

В обоснование наличия заемных отношений с должником ФИО2 представила договоры займа от 24.08.2015, от 31.08.2015, от 04.09.2015, квитанции к приходным кассовым ордерам на сумму 4 840 000 рублей, выписку по счету ООО «Стэлл» в ПАО «Томскпромстройбанк».

Конкурсный управляющий полагая, что имеются основания для признания договора купли-продажи от 15.10.2018 недействительным по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования в части признания недействительным договора купли-продажи спецтехники от 15.08.2018, суд первой инстанции исходил из наличия оснований , предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: во исполнение договора отчуждено имущество в пользу заинтересованного лица, в условиях неплатежеспособности должника, следовательно, при преследовании двумя сторонами цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в результате совершения сделки такой вред причинен.

Из положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве следует, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). При этом предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или долж-

на была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данная презумпция является опровержимой и применяется, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как разъяснено в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления №63 ).

Согласно правовому подходу, изложенному в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710 (4), из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Из установленных по данному обособленному спору обстоятельств следует, что оспариваемая сделка совершена в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, дело о банкротстве ООО «Стэлл» возбуждено определением арбитражного суда от 11.06.2019, договор заключен 15.08.2018, при наличии неисполненных обязательств перед ООО «Сибирь» и ФИО8 в сумме 20 549 000 руб-

лей, включены в реестр требований кредиторов ООО «Стэлл» (определения арбитражного суда от 26.07.2019, от 16.10.2019 по настоящему делу).

Согласно позиции, изложенной в Определениях Верховного суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6) доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Условия оспариваемой сделки (стоимость техники, установленная в договорах, значительно ниже ее рыночной стоимости) являются недоступными обычным (независимым) участникам рынка.

Разумные экономические мотивы совершения оспариваемой сделки на предусмотренных в ней условиях при очевидном занижении цены, с явным причинением ущерба, а также мотивы поведения сторон в процессе их исполнения отсутствуют и не могут быть объяснены с точки зрения такой цели коммерческого юридического лица как извлечение прибыли от деятельности.

Вопреки доводам ФИО2, суд по результатам исследования представленных в материалы доказательств: выписки по счету ООО «Стэлл», согласно которой ФИО2 получала заработную плату в ООО «Стэлл» в июле и августе 2015 года в размере 20 358 рублей (за каждый месяц), установил отсутствие у ФИО2 финансовой возможности для приобретения спецтехники.

Так судом учтено, что договоры займа и квитанции к приходным кассовым ордерам не являются достаточными доказательствами реальности получения ООО «Стэлл» заемных денежных средств от ФИО2 (пункт 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Относительно выписки по счету ООО «Стэлл» суд исходил из того, что в ней действительно отражено внесение на счет должника его бухгалтером наличных денежных средств в сумме, соответствующей сумме займов по представленным договорам; в назначении платежных операций указано на внесение заемных денежных средств от физического лица, между тем, из данной выписки не следует, что денежные средства были предварительно получены именно от ФИО2, а не от иного физического лица; помимо суммы иные сведения, идентифицирующие заемные отношения, в выписке не фигуриру-

ют, исключение составляет процентная ставка по заемным денежным средствам, внесенным на счет 24.08.2015, - 8,5%, что расходится с условиями договора займа от 24.08.2015 с ФИО2 (процентная ставка по займу - 7%).

Установив, что получаемый в спорный период доход ФИО2 явно недостаточен для сбережения денежных средств и выдачи займа в размере, на который указывает ответчик, в отсутствие иных документов, подтверждающих наличие в распоряжении ФИО2 денежных средств в необходимой сумме, приняв во внимание последующее предполагаемой выдаче займов поведение ФИО2, которая, несмотря на существенный размер задолженности перед ней, в течение трех лет не предъявляла должнику каких-либо претензий о возврате денежных средств и уплате процентов, не обращалась в суд с исковым заявлением об их взыскании, суд счел недоказанным факт передачи ФИО2 должнику денежных средств и, соответственно, о наличии у ООО «Стэлл» задолженности перед ней, зачтенной в счет оплаты стоимости отчужденного башенного крана.

Ссылки ФИО2 на многократное направление претензий в адрес ООО «Стэлл», отклонены судом с учетом документальной неподтвержденности.

Отсутствие намерения ООО «Стэлл» получить от ФИО2 взамен отчужденного башенного крана соразмерную ему плату при отсутствии денежного обязательства перед ФИО2 в соответствующей плате сумме, расценено судом как безвозмездный характер рассматриваемого обязательства.

Возражения ФИО2 относительно того, что обязательства перед ООО «Сибирь» и ФИО8 не могут свидетельствовать о наличии у ООО «Стэлл» признаков неплатежеспособности по состоянию на 15.08.2018, поскольку судебные акты, вынесены в 2019 году, не влияют на периоды возникновения обязательства ООО «Стэлл» перед ООО «Сибирь» и ФИО8 в 2016 году, то есть, до совершения оспариваемой в рамках настоящего спора сделки.

Договор купли-продажи был заключен между аффилированными лицами, поскольку директором ООО «Сибирь» являлся ФИО6 - отец ФИО2, в соответствии с представленными в материалы дела справками по форме 2-НДФЛ у ООО «Стэлл» и ООО «Сибирь» имелись общие работники: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, а также ФИО2; на участие ФИО6 в судьбе имущества ООО «Стэлл» после формального прекращения отношений с должником указывает ООО «КранСервис НСК», которое вело с ним переговоры относительно приобретения спорного имущества у ФИО2, наличие у ООО «Стэлл» номинальных руководителей, обстоятельства и харак-

тер взаимодействия между ООО «Стэлл», ФИО6, ФИО2 и иными аффилированными с ними лицами, период возникновения у должника признаков неплатежеспособности и осведомленность об этом ФИО2 в совокупности позволили суду сделать вывод о преследовании ФИО2 и ООО «Стэлл» цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Судом также принято во внимание, что участниками ООО «Стэлл» являлись: ФИО17 (с 12.04.2006 по 25.07.2012 с долей 100%, с 26.07.2012 по 02.10.2012 с долей 50%), ФИО18 (с 26.07.2012 по 02.10.2012 с долей 50%, с 03.10.2012 по 29.06.2015 с долей 100%, с 30.06.2015 по 14.07.2015 с долей 10%, с 15.07.2015 по 15.05.2016 с долей 100%), ФИО6 (с 30.06.2015 по 14.07.2015 с долей 90%), ФИО19 (с 16.05.2016 по 16.02.2017 с долей 100%), ФИО20 (с 17.02.2017 по 10.05.2017 с долей 100%), ООО «Управком» (с 11.05.2017 по настоящее время с долей 100%), ФИО21 и ООО «Управком» участия в хозяйственной деятельности ООО «Стэлл» фактически не принимали, в период руководства ООО «Управком» в ЕГРЮЛ вносились записи о недостоверности сведений об ООО «Стэлл», о принятии ФНС России решения о предстоящем исключении ООО «Стэлл», как недействующего юридического лица, что свидетельствует о неосуществлении должником деятельности в данный период.

Кроме того, ООО «Стэлл» являлось участником дела №А40-34337/2018 в Арбитражном суде г.Москвы, в рамках рассмотрения которого интересы ООО «Стэлл» представляла ФИО22, в том числе, подписывала от имени ООО «Стэлл» мировое соглашение, впоследствии ФИО22 подписывала от имени ООО «Стэлл» акт перехода права собственности на башенный кран ООО «Стэлл», последующее отчуждение которого оспаривается в рамках настоящего дела, интересы ООО «Стэлл» в деле о банкротстве ООО «Сибирь» представлял ФИО4 (определения Арбитражного суда Томской области от 11.09.2019, от 27.11.2019, от 24.12.2019, от 25.12.2019 по делу №А67-597/2017), в рамках этого же дела ФИО22 представляла интересы ФИО6, являющегося бывшим руководителем ООО «Сибирь» и участником ООО «Стэлл», а также интересы ООО «Регион Девелоп Групп», являющегося аффилированным по отношению ООО «Стэлл» лицом (ФИО23 - руководитель ООО «Стэлл» и ООО «Регион Девелоп Групп») (определения от 28.07.2017, от 23.01.2019, 26.02.2019, 24.04.2019), ФИО22 представляла интересы ООО «Стэлл» и ООО «Регион Девелоп Групп» и в рамках иных дел (решение Арбитражного суда Томской области от 25.01.2017 по делу №А67-6264/2016, определение Арбитражного суда Томской области от 17.02.2017 №А67-6544/2016, определение Арбитражного суда Томской области от 26.11.2018 по делу №А67-10550/2018); ФИО4 является директором ООО «Консул», учредитель кото-

рого - ФИО22

Таким образом, ФИО22 и ФИО4 представляли интересы должника и аффилированных с ним лиц, в том числе ФИО6, приходящегося отцом ФИО2 (данное обстоятельство подтверждено ФИО2 в своих возражениях), что свидетельствует помимо сохранения за группой лиц контроля над ООО «Стэлл» после смены руководителя и участника ООО «Стэлл» на ФИО21 и ООО «Управком», также и о фактической аффилированности ООО «Стэлл» и ФИО2

В условиях наличия у должника признаков неплатежеспособности отчуждение последним имущества в пользу аффилированного лица привело к выбытию из конкурсной массы ликвидного актива без встречного предоставления, что не является разумным и экономически обоснованным поведением всех участников данных правоотношений, влечет причинение вреда имущественным правам кредиторов, рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет имущества ООО «Стэлл».

Установив вышеперечисленные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно признал договор купли-продажи недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве правильно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств ввиду отсутствия отчужденного имущества у нее в натуре.

В целях определения действительной стоимости башенного крана определением арбитражного суда от 29.09.2020 назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению эксперта ООО РЦ «Профоценка» от 10.11.2020 № 5372-РЦ стоимость бывшего в эксплуатации башенного крана при высоте подъема крюка 46 м составляет 5 697 435 рублей, 58 м - 6 795 401 рублей.

Из материалов дела следует, что ООО «Стэлл» приобрело спорный башенный кран у ООО «Элемент Лизинг», высота подъема крюка на тот момент составляла 46 м, при передаче крана ООО «КранСервис НСК» - 58 м.

С учетом пояснений участвующих в споре лиц, а также отсутствия в деле доказательств произведения со стороны ФИО2 улучшений крана, суд пришел к выводу о том, что достройка крана произведена ООО «Стэлл».

В связи с этим, определяя размер подлежащей взысканию с ФИО2 действительной стоимости имущества на момент его приобретения в качестве последствия признания недействительной сделки должника с ФИО2, арбитражный суд исходил из стоимости башенного крана при высоте подъема крюка 58 м. (6 795 401 рублей).

Доводы ФИО2 о недостоверности заключения эксперта, в котором отсутст-

вуют сведения о физическом состоянии исследуемого объекта, доказательства проведения экспертом осмотрам объекта, о наличии расхождений между рыночной стоимостью, указанной в отчете от 04.08.2018 , представленного ФИО2 и экспертном заключении от 10.11.2020, носят предположительный характер, представляют собой субъективную оценку ответчиком фактических обстоятельств дела; из отчета, представленного ФИО2 следуют отсутствие крюковой подвески основного подъема (максимальная грузоподъемность 32,0 т.) (описание объекта оценки), кран не исправен, то есть, конкретные параметры башенного крана - высота подъема крюка, не указаны, в то время, как, исходя из пояснений ООО «КранСервис НСК» и «МехМаш», не возражавших против назначения судебной экспертизы, башенный кран ранее был в эксплуатации, высота подъема во время эксплуатации ООО «Стэлл» составляла 46 м., на момент передачи ООО «МехМаш» - 58м., максимальная грузоподъемность крана- 8 т., доказательств модернизации крана ФИО2 не представлено (основаны на предположении), в экспертном заключении отсутствуют неясности и противоречия, и подлежат отклонению.

Суд первой инстанции, признал представленное в материалы дела заключение эксперта соответствующим требованиям, предусмотренным частью 2 статьи 86 АПК РФ, принял во внимание рыночную стоимость башенного края бывшего в эксплуатации установленную экспертом.

Ответчиком не представлено надлежащих и достоверных доказательств, которые могли бы поставить под сомнение выводы эксперта и послужить достаточным основанием для непринятия судом выводов эксперта по назначенной судебной экспертизе.

Приведенные заявителем апелляционной жалобы доводы относительно отсутствия совокупности доказательств для признания оспариваемой сделки недействительной, поведения сторон оспариваемой сделки, реальности займа и финансовой возможности ФИО2 по предоставлению ООО «Стэлл» денежных средств, относительно признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки, не могут быть приняты во внимание, как не опровергающие выводов суда и противоречащие положениям примененных судом норм Закона о банкротстве, касающихся особенностей оспаривания подозрительных сделок должника.

При проверке законности принятого определения нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению, а обжалуемый судебный акт отмене - не подлежат.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 14.12.2020 Арбитражного суда Томской области по делу №А67-6146/2019 в обжалуемой части составить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Председательствующий Н.А. Усанина

Судьи О.А. Иванов

ФИО1