Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ликвидатора общества с ограниченной ответственностью «Банк развития бизнеса» – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (апелляционное производство № 07АП-7497/2015)

на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 19 июня 2015 года (судья В.М. Турлюк) по делу № А27-3718/2015

по заявлению ликвидатора общества с ограниченной ответственностью «Банк развития бизнеса»(650060, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

к ФИО4 (город Кемерово)

о признании недействительным договора купли-продажи векселей от 04.03.2014 № 001В-14 и применении последствий его недействительности,

УСТАНОВИЛ:

Арбитражным судом Кемеровской области принято решение от 12.01.2015 о принудительной ликвидацииобщества с ограниченной ответственностью «Банк развития бизнеса» (далее – ООО «Банк РБ», Банк). Ликвидатором ООО «Банк РБ» назначена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «Агентство по страхованию вкладов»).

Ликвидатор ООО «Банк РБ» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи векселей от 04.03.2014 № 001В-14 и применении последствий его недействительности.

Заявление, с учетом уточнения основания в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обосновано статьями 10, 166, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что оспариваемая сделка совершена в результате злонамеренного сговора Банка и продавца векселей за один день до отзыва у Банка лицензии, в результате сделки Банк приобрел необеспеченные материальными активами векселя на заведомо невыгодных условиях. О невыгодных условиях свидетельствует приобретение векселей, срок предъявления которых к оплате наступит не ранее декабря 2016 года, в случае размещения денежных средств, потраченных на приобретение векселей, на межбанковском рынке под существующий на тот момент процент Банк получил бы прибыль, превышающую размер предусмотренного договором дисконта с вексельной суммы (т. 1, л.д. 8-13; т. 2, л.д. 88-90).

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19 июня 2015 года в удовлетворении заявления ГК «Агентство по страхованию вкладов» отказано.

Не согласившись с состоявшимся решением, ликвидатор ООО «Банк РБ» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить полностью и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления об оспаривании сделки, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильное применение судом норм материального права.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам ликвидатора относительно того, что при совершение оспариваемой сделки председателем правления Банка и ФИО4 было допущено злоупотребление правом, а также имелся сговор на совершение сделки с целью вывода активов и получения ФИО4 денежных средств в обход других кредиторов. Выводы суда о том, что проданные векселя обеспечены активами векселедателя, являются ошибочными и сделаны без учета того обстоятельства, что в соответствии со статьей 20 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банковской деятельности) требования Банка к векселедателю не могут быть удовлетворены путем зачета встречных требований векселедателя как кредитора по договору субординированного депозита, а досрочный возврат субординированного депозита не допускается. Суд не учел, что оспариваемая сделка является для Банка убыточной, поскольку в случае размещения денежных средств на межбанковском рынке под обычный процент Банк получил бы прибыль, превышающую дисконт с вексельной суммы при приобретении векселей. Выводы суда о неприменении к отношениям сторон статьи 61.2 Закона о банкротстве не соответствуют статье 23.2 Закона о банковской деятельности и статье 189.78 Закона о банкротстве. Обстоятельства совершения оспариваемой сделки свидетельствуют о неравноценном встречном предоставлении со стороны контрагента Банка.

ФИО4 представил в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу, в котором считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. Ликвидатор Банка не доказал недобросовестность сторон при совершении оспариваемой сделки, в частности, того, что Банку и его контрагенту было известно о предстоящем отзыве лицензии, что при приобретении векселей Банком не было проверено финансовое состояние векселедателя. Судом сделан правильный вывод о том, что векселя обеспечены активами векселедателя, а именно субординированными депозитами на сумму 22 млн. рублей (без учета процентов), размещенными в Банке. Доводы ликвидатора об убыточности сделки не основаны на доказательствах, расчеты полученной прибыли сделаны не на дату совершения сделки, а на будущее время. Суд правомерно указал на неприменение статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку у Банка отсутствуют признаки банкротства.

В судебном заседании представитель ликвидатора ООО «Банк РБ» - ГК «Агентство по страхованию вкладов» настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы по изложенным в ней основаниям. Представители ФИО4 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, поддержали доводы письменного отзыва.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения, суд апелляционной инстанции считает его подлежащим оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между гражданином ФИО4 (продавцом) и ООО «Банк РБ» (покупателем) в лице Председателя Правления ФИО3 заключен договор купли-продажи векселей от 04.03.2014 № 001В-14, в соответствии с которым продавец обязался передать, а покупатель принять в собственность и оплатить 2 простых векселя общества с ограниченной ответственностью «Губернский долговой центр» (векселедателя), дата составления 10.12.2013, на сумму 18 825 000 рублей со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 16.12.2016, и на сумму 9 380 000 рублей со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 16.12.2017 (т. 1, л.д. 19-21).

Согласно пунктов 1.3, 2.2 договора от 04.03.2014 № 001В-14 цена продажи векселей согласована сторонами в сумме 24 600 000 рублей. Оплата производится безналичным путем на счет продавца, открытый в ООО «Банк РБ».

Указанные векселя переданы покупателю по акту приема-передачи векселей от 04.03.2014 № 1 (т. 1, л.д. 22)

ФИО4 являлся единственным участником и генеральным директором векселедателя – общества «Губернский долговой центр» (т. 2, л.д. 65).

В день заключения указанного договора денежные средства в размере 24 600 000 рублей перечислены на текущий счет продавца и получены им из кассы банка, что подтверждается расходным кассовым ордером от 04.03.2014 № 369 (т. 1, л.д. 25).

Приказом Банка России от 05.03.2014 № ОД-222 у ООО «Банк РБ» отозвана лицензия на осуществление банковских операций. В связи с отзывом лицензии назначена временная администрация по управлению данной кредитной организацией, признаки банкротства временной администрацией не выявлены (т. 1, л.д. 36, 37-42).

Арбитражным судом Кемеровской области принято решение от 12.01.2015 о принудительной ликвидации ООО «Банк РБ». Ликвидатором назначена ГК «Агентство по страхованию вкладов».

Полагая, что договор купли-продажи векселей от 04.03.2014 № 001В-14 заключен сторонами в преддверии отзыва лицензии и без надлежащей проверки финансового положения векселедателя, в целях вывода активов Банка в пользу заинтересованного лица и в целях нарушения прав кредиторов, а также указывая, что сделка совершена при неравноценном встречном предоставлении со стороны продавца векселей, ГК «Агентство по страхованию вкладов» обратилась на основании статей 10, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве с настоящим заявлением об оспаривании сделки.

Отказывая в удовлетворении заявления ликвидатора, суд первой инстанции исходил из недоказанности злоупотребления правом со стороны Банка и/или ФИО4 при совершении сделки и недоказанности неравноценного встречного предоставления, указал на обеспеченность обязательств векселедержателя его активами в виде субординированных депозитов, размещенных на счетах Банка. Суд также посчитал, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как ООО «Банк РБ» не признано банкротом и не имеется доказательств того, что какие-либо условия сделки или ее цена на момент заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий аналогичных сделок.

Суд первой инстанции принял правильный по существу судебный акт.

Согласно статье 23.4 Закона о банковской деятельности ликвидация кредитной организации осуществляется в порядке и в соответствии с процедурами, которые предусмотрены параграфом 4.1 главы IX Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для конкурсного производства, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу статьи 23.2 данного Закона ликвидатор кредитной организации в процессе ликвидации кредитной организации обязан действовать добросовестно и разумно и учитывать права и законные интересы кредиторов кредитной организации, общества и государства. Ликвидатор кредитной организации в процессе ликвидации кредитной организации имеет права и исполняет обязанности, предусмотренные настоящим Федеральным законом, а в не урегулированной им части - параграфом 4.1 главы IX Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для конкурсного управляющего кредитной организации.

Статьей 189.78 Закона о банкротстве установлено, что конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя кредитной организации и иных органов управления кредитной организации в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим параграфом. Конкурсный управляющий вправе направлять заявления о признании недействительными или применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных кредитной организацией, в том числе в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, об истребовании имущества кредитной организации у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных кредитной организацией, и совершать другие действия по защите прав и законных интересов кредитной организации и ее кредиторов, предусмотренные федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсного управляющего обращаться с заявлениями об оспаривании подозрительных сделок должника (статья 61.2) и сделок, влекущих оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами (статья 61.3).

Целью проведения принудительной ликвидации кредитной организации является обеспечение соразмерного удовлетворения требований кредиторов такой организации в условиях, когда она не может продолжать свою деятельность вследствие отзыва лицензии на осуществление банковской деятельности и при этом у нее отсутствуют признаки банкротства. Следовательно, цели принудительной ликвидации схожи с целями открытия конкурсного производства (статья 2 Закона о банкротстве), поэтому и основания недействительности совершенных ликвидируемой кредитной организацией оспоримых сделок, направленных на нарушение прав кредиторов и на нарушение очередности, схожи с основаниями недействительности сделок, совершенных лицами, признанными банкротом.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Достоверные доказательства наличия сговора либо совершения иных совместных действий руководства Банка и ФИО4 в ущерб интересам Банка ликвидатор в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил. Тот факт, что оспариваемый договор заключен сторонами за один день до отзыва у Банка лицензии и в тот же день Банком осуществлено денежное предоставление по сделке, сам по себе не свидетельствует ни о наличии сговора, ни о явной недобросовестности сторон сделки и злоупотреблении ими правом на совершение сделки.

Поэтому о недействительности договора от 04.03.2014 № 001В-14 по приведенным ликвидатором основаниям может свидетельствовать только явная убыточность сделки и совершение ее на значительно невыгодных для Банка условиях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Пунктом 8 названного Постановления предусмотрено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

По смыслу статьи 61.2 Закона о банкротстве и приведенных разъяснений обстоятельства, указанные в названной статье в качестве признаков подозрительных сделок, свидетельствуют о совершении таких сделок в целях причинения ущерба должнику и его кредиторам. В частности, по общему правилу о наличии такой цели при совершении сделки свидетельствует совершение сделки по существенно заниженной цене или на иных явно невыгодных условиях.

Таким образом, для признания сделки недействительной как по основанию пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и применительно к основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ликвидатором Банка должны быть представлены доказательства неравноценности и явной убыточности сделки для Банка, то есть что размер осуществленного Банком в пользу продавца платежей денежного исполнения существенно превышает рыночную стоимость проданных векселей.

Согласно представленному ФИО4 отчету от 25.05.2015 № Б-01/05-2015 об оценке рыночной стоимости векселей, выполненному оценщиком – индивидуальным предпринимателем ФИО5, рыночная стоимость проданных Банку векселей по состоянию на дату совершения сделки составляла 23 643 000 рублей, то есть была лишь незначительно (на 3,89 %) меньше цены, по которой векселя были приобретены Банком (т. 2, л.д. 1-28).

Судом также установлено, что векселедатель не является сомнительной организацией, зарегистрирован 08.04.1999, осуществляет финансово-хозяйственную деятельность более 15 лет, имеет уставный капитал 7 000 000 рублей.

Доказательства недостоверности представленного заключения оценщика ликвидатор Банка не представил, результаты оценки рыночной стоимости векселей не оспорил, ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости векселей не заявил.

Учитывая, что векселя приобретены Банком по цене, приближенной к их рыночной стоимости, не имеется оснований полагать, что оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном предоставлении и что она может быть признана недействительной в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что об убыточности сделки свидетельствует недополучение Банком прибыли, которую он мог бы получить в случае размещения на межбанковском рынке денежных средств, потраченных на покупку векселей, следует признать предположительными и документально не подтвержденными. Предполагаемая неэффективность распоряжения имеющимися денежными средствами не является основанием для признания совершенной сделки недействительной; об убыточности сделки должны свидетельствовать ее конкретные условия или обстоятельства ее совершения (в случае если лицу при совершении сделки было известно об отсутствии реальной возможности получить встречное исполнение от контрагента), а не возможное более эффективное использование предмета сделки. При этом ликвидатором не приведено убедительное обоснование реальной возможности размещения денежных средств на межбанковском рынке и получения предполагаемой прибыли с учетом отзыва у Банка лицензии на следующий день после совершения оспариваемой сделки.

Условия оплаты проданных векселей (в том числе срок платежа) также не свидетельствуют о недействительности сделки, поскольку Банк не лишен возможности распорядиться принадлежащими ему ценными бумагами, в том числе в ходе процедуры ликвидации.

Иные указанные ликвидатором Банка – ГК «Агентство по страхованию вкладов» в апелляционной жалобе обстоятельства, связанные с тем, что активами векселедателя являются субординированные депозиты в Банке, не подтверждают недействительности сделки по указанным ликвидатором основаниям.

Между тем данные обстоятельства могут являться основанием для оспаривания сделки по мотиву нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов ликвидируемого банка (статья 61.3 Закона о банкротстве), поскольку общество «Губернский долговой центр» является кредитором по субординированным депозитам и, соответственно, инвестором в субординированный капитал Банка (в «капитал второго уровня»), требования которого при принудительной ликвидации Банка подлежат удовлетворению после удовлетворения требований всех иных кредиторов (пункт 6 части 1 статьи 25.1 Закона о банковской деятельности, пункты 4.2 представленных депозитных договоров – т. 1, л.д. 43-47, 48-52), а в результате совершения оспариваемой сделки единственному учредителю и руководителю кредитора по субординированным депозитам могли быть выданы денежные средства, соответствующие сумме депозитов и процентов по ним. В рамках настоящего дела ГК «Агентство по страхованию вкладов» об оспаривании сделки применительно к статье 61.3 Закона о банкротстве не заявляла, доказательства наличия у Банка иных кредиторов, требования которых подлежали удовлетворению преимущественно перед требованиями общества «Губернский долговой центр», не представляла.

Принимая во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не свидетельствуют о наличии оснований, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения, апелляционная инстанция считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – неподлежащей удовлетворению.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Кемеровской области от 19 июня 2015 года по делу № А27-3718/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев.

Председательствующий Е.В. Афанасьева

Судьи К.Д. Логачев

Н.Н. Фролова