Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4544/2017) общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Сервисная НефтеГазовая компания» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 31 января 2017 года по делу № А70-11846/2016 (судья Соловьев К.Л.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Комплекс» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Сервисная НефтеГазовая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 300 000 руб., при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «РН-Юганскнефтегаз»,

при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Комплекс» представителя ФИО2 (паспорт, по доверенности № 2 от 20.01.2017, сроком действия до 31.12.2017); представителя ФИО3 (паспорт, по доверенности № 8 от 13.12.2016, сроком действия до 31.12.2017);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Комплекс» (далее – ООО «Комплекс», истец) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Сервисная НефтеГазовая компания» (далее – ООО НПО «СНГК», ответчик) о взыскании 354 000 руб. убытков, причиненных ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору от 10.02.2015 № Д/05/01-15 на производство геофизических исследований и работ.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 31.01.2017 по делу № А70-11846/2016 иск удовлетворен, с ООО НПО «СНГК» в пользу ООО «Комплекс» взыскана сумма убытков в размере 300 000 руб., расходы на оплату госпошлины в размере 9 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб. В остальной части заявления о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя, отказано. ООО «Комплекс» из федерального бюджета возвращена государственная пошлина в размере 1080 руб.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ООО НПО «СНГК» (далее – заявитель) обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что полагает представленный истцом акт-наряд недопустимым доказательством. Также ответчик полагает недоказанным факт оплаты истцом штрафов по чек-листу от 02.12.2016 путем уменьшения объемов реализации за декабрь 2015 года. Кроме того, заявитель ссылается на необоснованность выводов суда первой инстанции о признании требований в размере 200 000 руб., поскольку электронная переписка является недопустимым доказательством. Также податель жалобы указывает, что правила поведения истца во взаимоотношениях с ООО «РН-Юганскнефтегаз» не являются обязательными для исполнения ответчиком в рамках его взаимоотношений с истцом, поскольку заключенным ими договором это не предусмотрено.

От ООО «РН-Юганскнефтегаз» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором третье лицо указало, что оставляет рассмотрение апелляционной жалобы на усмотрение суда.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, истец представил отзыв, в котором просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

До начала заседания суда апелляционной инстанции от ООО «РН-Юганскнефтегаз» поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

В заседании суда апелляционной инстанции представители ООО «Комплекс» поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просили оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на нее, заслушав представителей истца, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда Тюменской области от 31.01.2017 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, 01.01.2014 ООО «РН-Юганскнефтегаз» (заказчик) и ООО «Комплекс» (подрядчик) заключен договор № ГМЩП2014, согласно которому подрядчик принял на себя обязательства на производство работ по гидромеханической щелевой перфорации на скважинах территории деятельности ООО «РН-Юганскнефтегаз».

Стоимость работ по указанному договору составила 604 132 440 руб. 47 коп.

В соответствии с пунктом 4.3.12 договора от 01.01.2014 № ГМЩП2014 подрядчик несет полную ответственность перед заказчиком за работы, выполненные субподрядчиком и за выполнение субподрядчиком всех условий указанного договора.

Пунктом 4.3 договора от 01.01.2014 № ГМЩП2014 стороны согласовали обязанности подрядчика, в том числе:

подрядчик обязан доводить до работников своей организации политику компании в области промышленной безопасности, охраны труда и окружающей среды и обеспечить ими знание (пункт 4.3.19);

подрядчик обязан доводить до работников своей организации и неукоснительно соблюдать стандарт ООО «РН-Юганскнефтегаз» «Порядок планирования, организации, проведения тематических совещаний «Час безопасности» и мониторинга реализации принятых на совещании решений (пункт 4.3.20);

письменные указания представителя заказчика по организации производственного контроля, технологии ведения работ, промышленной и экологической безопасности являются для подрядчика и субподрядчиков обязательными для исполнения (пункт 4.3.21);

подрядчик обязан доводить до работников своей организации и неукоснительно соблюдать Стандарт заказчика «Порядок производства работ на территории лицензионного участка приобского региона нефти и газа» (пункт 4.3.22);

подрядчик обязан доводить до работников своей организации и неукоснительно соблюдать Стандарт заказчика «Требования по согласованию и размещению подрядными организациями сооружений и оборудования, включая временные здания и сооружения на эксплуатируемых ООО «РН-Юганскнефтегаз (пункт 4.3.23);

подрядчик за свой счет организует вывоз и утилизацию любых отходов, полученных в результате выполнения работ ((пункт 4.3.24);

подрядчик обязан обеспечить в ходе выполнения работ на площадке соблюдение необходимых мероприятий по технике безопасности, рациональному использованию территории, охране труда и окружающей среды и «Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности (ПБ 08-624-03), утвержденных постановлением Госгортехнадзора Российской Федерации от 05.06.2013 № 56 (пункт 4.3.25).

В соответствии с пунктом 7.18 договора нарушение требований, указанных в пунктах 4.3.19 – 4.3.25 договора, а также при нарушении требований локальных нормативных документов заказчика или ненадлежащее их соблюдение рассматривается как серьезное нарушение или невыполнение условий договора и дает право заказчику взыскать с подрядчика штраф в размере до 50 000 руб., за нарушение пункта 4.3.23 договора – 100 000 руб.

Пунктом 3.1.5 Положения ООО «РН-Юганскнефтегаз» «Требование в области промышленной и пожарной безопасности, охраны труда и окружающей среды к организациям, привлекаемым к работам и оказанию услуг на объектах общества и арендующим имущество общества» № П3-05 Р-0016 ЮЛ-099 (приложение № 7 к договору от 01.01.2014 № ГМЩП2014) предусмотрено, что нарушение подрядчиком (субподрядчиком) как государственных требований по ПБОТОС, так и локальных документов заказчика будет рассматриваться как серьезное нарушение или невыполнение условий договора и дает право заказчику взыскать с подрядчика штраф в размере 50 000 руб.

10.02.2015 ООО «Комплекс» (подрядчик) и ООО «СНГК» (субподрядчик) заключен договор № Д-05/01-15, согласно которому субподрядчик принимает на себя обязательства по выполнению следующих геофизических исследований и работ: определение глубины установки подземного оборудования (пакера); спуско-подъемные операции геофизического оборудования; обработка интерпретации геофизического материала и выдача заключений.

В пункте 3.1 указанного договора стороны установили, что при проведении геофизических исследований и работ на скважине стороны руководствуются нормами действующего законодательства Российской Федерации, регулирующими отношения в области охраны окружающей среды и природопользования, а также Правилами безопасности в нефтяной и газовой промышленности, правилами геофизических исследований и работ в нефтяных и газовых скважинах, утвержденными отраслевыми министерствами и ведомствам Российской Федерации.

Согласно пункту 8.1.4 договора от 10.02.2015 № Д-05/01-15 при производстве геофизических исследований и работ по настоящему договору субподрядчик обязан обеспечивать выполнение необходимых мероприятий по охране труда, существующих экологических требований, законодательства о недропользовании и минеральных ресурсах, природоохранное законодательство, санитарные нормы, правила безопасности труда и пожарной безопасности, а также соблюдать действующие регламенты, инструкции, технические условия подрядчика, направленные на обеспечение и использование работниками субподрядчика необходимых средств индивидуальной защиты, иметь необходимые лицензии, сертификаты и разрешения государственных органов, требующихся для выполнения работ по договору.

В соответствии с пунктом 10.1 договора от 10.02.2015 № Д-05/01-15 субподрядчик самостоятельно несет ответственность за допущенные им при производстве работ нарушения законодательства в области охраны труда, охраны окружающей среды и природопользования, пожарной безопасности, Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности и т.п.

В случае нарушения субподрядчиком законодательства по охране недр, окружающей среды и природных ресурсов, субподрядчик обязан компенсировать подрядчику все уплаченные последним штрафные санкции и возместить ущерб при наличии установленной вины субподрядчика (пункт 10.2 договора).

ООО НПО «СНГК» приступило к выполнению принятых на себя обязательств по договору № Д05/01-15 в ноябре 2015 года, в подтверждение чего представлен акт от 31.11.2015 № 115 выполненных геофизических исследований и работ в скважинах.

02.12.2015 ООО «РН-Юганскнефтегаз» была проведена выборочная проверка партии ООО «Комплекс» (начальник партии ФИО4) на скважине 425 (куст 20) Мамонтовского месторождения, работы на которой в соответствии с договором № Д-05/01-15 выполнял субподрядчик. В результате проверки был выявлен ряд замечаний, которые зафиксированы в чеке-листе по проверке монтажа оборудования и каротажного подъемника при проведении геофизических исследований и работ от 02.12.2015, в том числе:

1) расстановка каротажного подъемника и расстановка оборудования выполнены с нарушением утвержденной схемы, ПБ в НГП, РД 153-39.1-072-01;

2) не установлены противооткатные упоры;

3) акт промышленной экспертизы для подъемника, отработавшего срок эксплуатации по паспортным данным (нарушение пункта 67 ПБ в НГП);

4) отсутствует трос вспомогательной лебедки;

5) отсутствует кабелеукладчик (нарушение пунктов 1073, 1090 ПБ в НГП);

6) отсутствует защитный кожух цепного привода лебедки;

7) отсутствует сертифицированный искрогаситель ДВС;

8) расстановка каротажного подъемника и расстановка оборудования выполнены с нарушением утвержденной схемы, ПБ в НГП, РД 153-39.1-072-01;

9) электрораспределительные шкафы не имеют запорных устройств;

10) в партии отсутствует план локализации и ликвидации последствий аварий на кустовых площадках ЦДНГ главного управления добычи нефти и газа;

11) не проведен инструктаж работников (журнал регистрации инструктажа не заполнен).

На основании Положения ООО «РН-Юганскнефтегаз» № ПЗ-05 Р-0016 ЮЛ-099, являющего приложением к договору №ГМЩП2014, истцу по пунктам 1, 3, 5, 7, 8, 10, 11 нарушений начислен штраф в общей сумме 350 000 руб., по 50 000 руб. за каждое выявленное нарушение правил безопасности.

Письмом от 17.12.2015 № 07/01-07-2557 третье лицо предложило истцу оплатить штрафные санкции, по итогам согласования с ООО «РН-Юганскнефтегаз» сумма штрафа была снижена до 300 000 руб.

В соответствии с актом-нарядом от 02.12.2015 общая стоимость работ, подлежащая оплате истцу по договору №ГМЩП2014 в размере 425 242 руб. 97 коп., была снижена на сумму штрафных санкций.

Ссылаясь на то, что в результате произведенного зачета истцу за выполнение работ по гидромеханической щелевой перфорации произведена оплата данных работ за исключением начисленной суммы штрафа по вине ООО НПО «СНГК», в связи с чем ООО «Комплекс» понесло убытки в сумме оплаченного штрафа, истец обратился в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковое заявление, суд первой инстанции исходил из доказанности возникновения на стороне истца убытков по вине ООО НПО «СНГК».

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса, согласно которой к ним относятся расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление ВС РФ № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Поэтому на ООО «Комплекс» лежит бремя доказывания наличия вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 21.07.1997г. №116-ФЗ «О промышленной безопасности производственных объектов» к требованиям промышленной безопасности относятся условия и ограничения и другие обязательные требования, содержащиеся в названном законе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а также в нормативных технических документах, которые принимаются в установленном порядке и соблюдение которых обеспечивает промышленную безопасность.

Требования промышленной безопасности к организациям и работникам, осуществляющим деятельность в области промышленной безопасности на опасных производственных объектах нефтегазодобывающих производств бурения и добычи: опорных, параметрических, поисковых, разведочных, эксплуатационных, нагнетательных, контрольных (пьезометрических, наблюдательных), специальных (поглощающих, водозаборных), йодобромных, бальнеологических и других скважин, которые закладываются с целью поисков, разведки, эксплуатации месторождений нефти, газа и газового конденсата, газа метаноугольных пластов, теплоэнергетических, промышленных и минеральных вод, геологических структур для создания подземных хранилищ нефти и газа, захоронения промышленных стоков, вредных отходов производства, а также скважин, пробуренных для ликвидации газовых и нефтяных фонтанов и грифонов, обустройства месторождений для сбора, подготовки, хранения нефти, газа и газового конденсата установлены Правилами безопасности в нефтяной и газовой промышленности, утвержденными приказом Федеральной службы по технологическому, экологическому и атомному надзору от 21.03.2013 № 101 (далее - Правила безопасности в нефтяной и газовой промышленности).

Таким образом, ответчик, осуществляя геофизические исследования и работы на скважине обязан был принять меры по соблюдению правил промышленной безопасности.

Факт наличия нарушений правил безопасности партии ООО «Комплекс» (начальник партии ФИО4) на скважине 425 (куст 20) Мамонтовского месторождения, работы на которой в соответствии с договором № Д-05/01-15 выполнял субподрядчик, подтвержден представленным в материалы дела чеком-листом по проверке монтажа оборудования и каротажного подъемника при проведении геофизических исследований и работ от 02.12.2015, составленном в присутствии представителей истца (ФИО5), ответчика (ФИО4) и третьего лица (ФИО6).

Полномочия ФИО4 действовать от имени ООО НПО «СНГК» ответчиком не оспорены.

Поскольку в чеке-листе от 02.12.2015 приведен перечень обнаруженных нарушений, указание на необходимость устранить выявленные замечания до начала работ и подпись представителя ответчика в отсутствие возражений относительно указанных в чеке листе замечаний, у суда первой инстанции отсутствовали основания полагать, что подписанный представителем ответчика чек-лист не фиксирует нарушения ООО НПО «СНГК» положений договора.

Доводы подателя жалобы о том, что правила поведения истца во взаимоотношениях с ООО «РН-Юганскнефтегаз» не являются обязательными для исполнения ответчикам в рамках его взаимоотношений с истцом, поскольку заключенным ими договором это не предусмотрено, судом апелляционной инстанции во внимание не принимаются, поскольку обязанность по соблюдению ответчиком норм действующего законодательства, регулирующими отношения в области охраны окружающей среды и природопользования, в том числе Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности, нарушение которых установлено при проведении проверки монтажа оборудования от 02.12.2015, предусмотрена пунктом 3.1 договора №Д-05/01-15.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что нарушение ответчиком правил безопасности при проведении работ является ненадлежащим исполнением договорного обязательства, за которое предусмотрена ответственность в виде возмещения убытков.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что письмом от 24.12.2015, направленным в адрес истца посредством электронной почты, ООО НПО «СНГК» признало допущенные нарушения и сумму штрафных санкций в размере 200 000 руб., в том числе по позициям: отсутствие сертифицированного искрогасителя ДВС, отсутствие акта промышленной экспертизы для подъемника, отсутствие кабелеукладчика, не проведение инструктажа с работниками, высказав возражения в отношения нарушений по установке каротажного подъемника и отсутствия плана локализации и ликвидации последствий аварий.

Доводы подателя жалобы о том, что электронная переписка является недопустимым доказательством, поскольку условиями договора от 10.02.2015 № Д-05/01-15 предусмотрено осуществление электронного документооборота, а не электронной переписки, откланяются.

Как следует из материалов дела, пунктом 14.9 договора от 10.02.2015 № Д-05/01-15 предусмотрено, что заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения направляются сторонами почтовыми отправлениями по адресам, указанным в разделе 15 настоящего договора, а также могут направляться посредством электронной почты по адресу подрядчика m_yakushevskiy@mail.ru.

Именно с указанного адреса было направлено письмо о признании 4 нарушений на общую сумму штрафа в размере 200 000 руб. (т. 1, л.д. 86).

Документы, переданные посредством электронной почты, имеют для сторон надлежащее юридическое значение, при условии их направления / приёма надлежащими лицами по электронным адресам, указанным в договоре. Документы, переданные посредством электронной почты, должны в течение 5 (пяти) рабочих дней заменены на подлинные.

Ссылка подателя жалобы на то, что формально направленное им электронное письмо документом не является, а факт признания допущения 4 нарушений впоследствии направленным по почте письмом не подтвержден, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Факт принадлежности вышеуказанного адреса электронной почты лицу, уполномоченному от имени ответчика осуществлять электронный документооборот, подтверждается пунктом 14.9 договора от 10.02.2015 № Д-05/01-15 и подателем жалобы не оспаривается. О наличии несанкционированного доступа в указанную почту ответчиком не заявлено.

При таких обстоятельствах, даже в отсутствие у вышеуказанного электронного письма необходимых для документов ООО НПО «СНГК» реквизитов (подписи, даты составления и т.д.) оснований полагать, что оно было отправлено не от имени ответчика, не имеется.

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель). Таким поведением является в частности поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Учитывая отмеченный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400 повышенный стандарт поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями (статья 10 ГК РФ), которым является ООО НПО «СНГК», суд апелляционной инстанции полагает, что ответчик утратил возможность ссылаться на презумпцию собственной добросовестности в отношение непризнания им обнаруженных нарушений.

Возражения ответчика в части отказа в признании нарушений по установке каротажного подъемника и отсутствия плана локализации и ликвидации последствий аварий, обоснованно отклонены судом первой инстанции со ссылкой на пункты 1072 и 1073 Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности геофизические работы в нефтяных и газовых скважинах, а также на пункт 2 постановления Правительства Российской Федерации от 26.08.2013 № 730 «О разработке планов мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий на опасных производственных объектах».

Отсутствие вины ответчика в допущенных нарушения в нарушение требований пункта 2 статьи 401 ГК РФ не доказано.

Доводы подателя жалобы о том, что чек-лист не является основанием для оплаты каких-либо штрафов, а им является претензия от 17.12.2015 № 07/01-07-2557, судом апелляционной инстанции во внимание не принимается, поскольку не опровергает ни факт нарушения ООО НПО «СНГК» принятых по договору от 10.02.2015 № Д-05/01-15 обязательств. Факт оплаты истцом штрафных санкций не оспорен.

Вопреки доводам жалобы, в материалы дела представлен акт-наряд 02.12.2015 (т. 1, л.д. 84), согласно которому при расчете стоимости выполненных работ по гидромеханической щелевой перфорации третьим лицом произведено удержание с истца суммы штрафных санкций в размере 354 000 руб.

Доводы подателя жалобы о том, что из акта-наряда усматривается, что уменьшение стоимости выполнения работ ООО «Комплекс» произведено за нарушение ПБОТОС на Приразломном месторождении во время выполнения гидромеханической щелевой перфорации, в то время как ответчик подобные работы для истца не выполнял, судом апелляционной инстанции во внимание не принимаются.

В данном акте указан характер работ, выполненных истцом в рамках сложившихся с ООО «РН-Юганскнефтегаз» отношений по договору от 01.01.2014 № ГМЩП2014, из оплаты стоимости которых третьим лицом удержана сумма штрафа.

Указанное обстоятельство зафиксированный чеком-листом факт нарушения именно ООО НПО «СНГК» правил безопасности не опровергает.

Оплата выполненных истцом работ по гидромеханической щелевой перфорации произведена за исключением начисленной суммы штрафа, что помимо акта-наряда от 02.12.2015 подтверждается также письмом от 06.12.2016 № 07/01-07-1955, в котором ООО «РН-Юганскнефтегаз» указало на то, что сумма штрафа по чек-листу от 02.12.2016 года в размере 354 000 руб. с учетом НДС, была оплачена ООО «Комплекс» путем уменьшения объемов реализации ООО «Комплекс» за декабрь 2015 года (акт – наряд от 02.12.2015, уменьшена оплата по ГМЩП на скв. 3562/143 Приразломного месторождения).

Поскольку материалами дела подтверждается оплата данного штрафа истцом в адрес ООО «РН-Юганскнефтегаз», суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности возникновения на стороне ООО «Комплекс» убытков в размере 354 000 руб., причиненных в связи с ненадлежащим исполнением ООО НПО «СНГК» принятых по договору от 10.02.2015 № Д-05/01-15 обязательств.

Ссылка заявителя на привлечение к двойной ответственности за одно и то же нарушение, а именно за расстановку каротажного подъемника и за расстановку оборудования с нарушением утвержденной схемы, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку из письма ООО «РН-Юганскнефтегаз» от 17.12.2015 № 07/01-07-2557, из которого следует, что за данные нарушения истец привлечен к ответственности в виде штрафа в размере 50 000 руб., то есть к однократному минимальному размеру ответственности.

Следовательно, при привлечении истца к ответственности за данные замечания, третье лицо исходило из того, что они представляют собой одно нарушение, в связи с чем доводы апелляционной жалобы являются необоснованными.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком принятых по договору от 10.02.2015 № Д-05/01-15 обязательств, повлекших возникновение на стороне истца убытков в размере 354 000 руб., в связи с чем исковые требования правомерно удовлетворены.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб.

Удовлетворяя данное требование в размере 40 000 руб., суд первой инстанции исходил из того, что расходы на оплату услуг представителя в указанной сумме являются разумными и обоснованными.

Несогласие подателя жалобы с принятым судом первой инстанции решением в части распределения судебных расходов обусловлено исключительно наличием, по его мнению, оснований для отказа в удовлетворении заявленных ООО «Комплекс» исковых требований о взыскании убытков.

Самостоятельных доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения в части распределения судебных расходов, лицами, участвующими в деле, не заявлено.

В связи с данным обстоятельством у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Тюменской области от 31 января 2017 года по делу № А70-11846/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

М.В. Смольникова

Судьи

О.В. Зорина

Н.А. Шарова