Гражданский кодекс часть 1

председательствующего судьи Верстовой М.Е.,
судей: Сергеевой А.С., Мартыновой Е.Е.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Кулиш А.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО «Фонд посевных инвестиций Российской венчурной компании»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от «17» июня 2022г.

по делу № А40-58748/2022, принятое судьёй ФИО1

по иску ООО «Фонд посевных инвестиций Российской венчурной компании» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к ООО «Тонап-Венчур» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании суммы убытков

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2 по доверенности от 08.06.2022 №Д29;
от ответчика - Дикий И.Н. по доверенности от 12.04.2022 б/н;

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Фонд посевных инвестиций Российской венчурной компании» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Тонап-Венчур» (далее – ответчик) о взыскании 218 175 937 руб. 49 коп. убытков (с учетом уточнения исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2022 в иске отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение Арбитражного суда города Москвы и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование доводов апелляционной жалобы, заявитель указал, что решение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, иск удовлетворить.

Представитель ответчика возражал по доводам апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, представил письменный отзыв на жалобу.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав и оценив представленные доказательства, не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Между ООО «Тонап-Венчур» (управляющий товарищ), ООО «ФПИ РВК» (товарищ 2), заключен Договор инвестиционного товарищества «Инвестиционное товарищество Посевной фонд высоких технологий», удостоверенный нотариусом города Москвы ФИО3 18 декабря 2013 года, регистрационный номер в реестре нотариальных действий: № 1С-1001 (в редакции Договора инвестиционного товарищества «Инвестиционное товарищество Посевной фонд высоких технологий» (редакция № 2), удостоверенного ФИО4, временно исполняющей обязанности нотариуса города Москвы ФИО3 3 декабря 2015 года, регистрационный номер в реестре нотариальных действий: 1С-2810) .

В соответствии с пунктом 4 Инвестиционной декларации (Приложение 1 к Договору инвестиционного товарищества) совершение Управляющим товарищем сделок, связанных с ведением общих дел Товарищей, должно осуществляться разумно и добросовестно, исходя из необходимости обеспечения следующих принципов:

- сбалансированность риска и доходности;

- диверсификация;

- отсутствие конфликта интересов.

В соответствии с положениями ДИТ, конфликт интересов - ситуация, при которой, в том числе, у Управляющего товарища, при осуществлении совместной инвестиционной деятельности возникает интерес или существуют основания для возникновения интереса, не соответствующего и (или) противоречащего интересам остальных Товарищей в рамках осуществлении совместной инвестиционной деятельности. Такой интерес может касаться как условий совершения сделки, так и самого факта совершения сделки. В частности, конфликт интересов может быть установлен, когда: сделка, совершаемая в рамках совместной инвестиционной деятельности, является сделкой с заинтересованностью для Управляющего товарища.

Истец утверждает, что Управляющим товарищем допущены недобросовестные действия (злоупотребление полномочиями), повлекшие убытки для ООО «ФПИ РВК».

13.01.2015 в соответствии с решением Инвестиционного комитета Инвестиционного товарищества (далее - инвестиционный комитет) (протокол № 3 от 30.10.2014 года) Инвестиционным товариществом была приобретена доля в размере 30% номинальной стоимостью 5 409 руб. в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» (далее - инвестиционный актив) за 7 930 000 руб.

30.12.2015 Инвестиционный актив в соответствии с принятым решением Инвестиционного комитета (протокол № 7 от 30.12.2015) был продан Управляющему Товарищу - ООО «Тонап - Венчур» по цене 9 550 761 руб.

Таким образом, доходность актива на дату отчуждения составила 1 620 761 руб., что составляет 20,4 %.

По мнению истца, при совершении вышеуказанной сделки по отчуждению Инвестиционного актива Управляющим товарищем были допущены нарушения положений ДИТ (сделка была совершена без соблюдения установленных ДИТ процедур по принятию решения об отчуждении инвестиционного актива), в результате чего стало возможным заключение сделки, повлекшей убытки для Инвестиционного товарищества, и, как следствие, для ООО «ФПИ РВК».

Истец считает, что Управляющим товарищем была нарушена его обязанность, установленная пунктом 4.4 ДИТ (совершать действия, направленные на достижение максимальной доходности активов, составляющих общее имущество товарищей), а именно - в портфеле ДИТ было шесть активов.

Выходы из всех активов кроме ООО «ТермоЛазер» были осуществлены Управляющим товарищем в соответствии с положениями ДИТ.

По факту единственный прибыльный актив, который бы обеспечил бы справедливую доходность для товарищей был ООО «ТермоЛазер», который Управляющий товарищ в нарушение положений о конфликте интересов и в нарушение положений о действии в интересах всех товарищей, и достижения максимальной доходности (ранний выход), выкупил на себя.

В этой связи ООО «ФПИ РВК» требует возместить убытки, возникшие вследствие вышеуказанных нарушений в размере справедливой стоимости соответствующей доли в ТермоЛазере и недополученных дивидендов за весь период в размере, исходя из следующего расчета.

Согласно данным бухгалтерской отчетности ООО «ТермоЛазер» за 2020 год, чистые активы Общества (сумма финансовых показателей (раздел III «капитал и резервы», строка 1300 ) в размере 889 311 тыс. руб. в совокупности с показателями доходов будущих периодов (раздел V «краткосрочные обязательства», строка 1530) в размере 15 000 тыс. руб. составили 904 311 тыс. руб., что фактически является стоимостью отчужденного Инвестиционного актива на 31.12.2020.

Соответственно, стоимость доли Инвестиционного товарищества в размере 30% от чистых активов ООО «ТермоЛазер» = 30% * 904 311 тыс. руб. = 271 293 300 руб.

Также в соответствии с данными бухгалтерской отчетности ООО «ТермоЛазер» в период с 2018 по 2019 год обществом осуществлялось распределение прибыли между участниками.

Так, в указанный период обществом были выплачены дивиденды в общем размере 59 984 тыс. руб.

Соответственно, на долю в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» в размере 30 %, ранее принадлежавшую Инвестиционному товариществу, сумма дивидендов составляет: 59 984 тыс. руб. * 30% = 17 995 200 руб.

Таким образом, сумма убытков Инвестиционного товарищества от сделки по продаже 30% доли в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» составила: 271 293 300 руб. (30% от чистых активов ООО «ТермоЛазер») - 9 550 761 руб. (цена сделки по продаже инвестиционного актива) + 17 995 200 (недополученные дивиденды) = 279 737 739 руб.

В соответствии с пунктом 2 Приложения 2 к Договору инвестиционного товарищества «Инвестиционные обязательства и вклады товарищей в общее дело», доля ООО «ФПИ РВК» - Товарища 2, составляет 74,85% в праве собственности на Общее имущество Товарищей.

Соответственно, расчет убытков (неполученной выгоды) Товарища 2, причиненных в результате действий Управляющего товарища по отчуждению инвестиционного актива, составляет: 279 737 739 руб./100% *74,85% = 209 383 697 руб. 64 коп.

Истец настаивает, что исключительно действиями Управляющего товарища, направленными на ранний выход из перспективной портфельной компании Инвестиционного товарищества (спустя одиннадцать месяцев с момента инвестирования), посредством отчуждения Инвестиционного актива в своих интересах, без соблюдения установленных ДИТ положений, причинен ущерб ООО «ФПИ РВК» в размере 209 383 697 руб. 64 коп.

Также после прекращения ДИТ 3 декабря 2021 года (пункт 1.5 ДИТ) было установлено, что управляющим товарищем не достигнута доходность, установленная положениями ДИТ, а именно минимальная доходность на вложенный капитал в размере 5% годовых.

Инвестиционный вклад ООО «ФПИ РВК» составил 36 224 311 руб. 39 коп., в то время как инвестиционный вклад управляющего товарища составил 12 171 428 руб. 61 коп.

Согласно расчету ООО «ФПИ РВК», минимальная доходность ДИТ должна была составить: 36 224 311 руб. 39 коп. (инвестиции ООО «ФПИ РВК» в течение трехлетнего инвестиционного периода) * 25% (5% годовых в течение пятилетнего постинвестиционного периода) = 9 056 077 руб. 85 коп.

Фактически при распределении прибыли после завершения ДИТ в пользу ООО «ФПИ РВК» было перечислено 36 488 149 руб.

При этом доходность составила: 36 488 149 руб. (финансовый результат после завершения ДИТ) - 36 224 311,39 руб. (инвестиции ООО «ФПИ РВК» в течение трехлетнего инвестиционного периода) = 263 838 руб.

При этом, вознаграждение управляющему товарищу во исполнение ДИТ регулярно выплачивалось и составило 22 153 087,41 руб.

Кроме того, управляющий товарищ, помимо вознаграждения, многократно превышающего доходность по ДИТ, полученную ООО «ФПИ ПВК», также приобрел себе доли во всех портфельных компаниях по номинальной стоимости, финансированных за счет общего имущества товарищей по ДИТ, то есть фактически управляющий товарищ ненадлежащим образом, недобросовестно выполняя обязанности по управлению инвестиционными активами, получил финансовую выгоду, многократно превышающую доход ООО «ФПИ РВК», при минимальном вложении собственных денежных средств.

Соответственно, расчет убытков (неполученной выгоды) товарища 2 причиненных в результате действий управляющего товарища: 9 056 077 руб. 85 коп. минимальная расчетная доходность на вложенные инвестиционные средства – 263 838 руб. (фактическая доходность ООО «ФПИ РВК») = 8 792 239 руб. 85 коп.

Таким образом, согласно расчету истца, общая сумма недополученных доходов составила 218 175 937 руб. 49 коп.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Истец, как лицо, требующее возмещения убытков, в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В рамках осуществления совместной инвестиционной деятельности истца и ответчика инвестиционным товариществом 13.01.2015 была приобретена доля в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» за 7 930 000 рублей, которая впоследствии 30.12.2015 была продана за 9 550 761 рубль.

По итогам сделок инвестиционным товариществом была получена прибыль.

Возникновение упущенной выгоды истец связывает с совершением ответчиком сделки при наличии, по мнению истца, конфликта интересов.

Однако факт заключения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, в отсутствие необходимого одобрения, не образует необходимый состав для взыскания убытков.

Указание истцом на конфликт интересов не свидетельствует о наличии в действиях ответчика интереса, противоречащего интересам другого товарища при совершении сделки.

30.10.2014 решением инвестиционного комитета инвестиционного товарищества, оформленного протоколом № 3 от 30.10.2014, была одобрена сделка по приобретению доли в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» в размере 30% путем внесения вклада в счет увеличения уставного капитала на сумму 7 930 000 руб., которая была исполнена 13.01.2015.

При этом существенным условием инвестирования предписывалось заключение предварительного договора, которым предусматривалось условие по обязательному обратному выкупу указанной доли у инвестиционного товарищества по фиксированной цене 9 516 000 руб. (для получения доходности не менее 20% годовых) не позднее одного года с момента финансирования проекта.

Предварительный договор заключен 04.12.2014.

Во исполнение условий решения инвестиционного комитета (протокол № 3 от 30.10.2014) решением инвестиционного комитета инвестиционного товарищества, оформленного протоколом № 7 от 30.12.2015, была одобрена сделка по продаже инвестиционным товариществом доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» за цену 9 550 761 руб. 64 коп.

Итогом совершения сделок по приобретению и отчуждению доли в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» была достигнута цель деятельности инвестиционного товарищества по получению запланированной доходности.

Заключение договоров не выходило за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Сделки совершались после их непосредственного одобрения представителями истца, публично, по заранее согласованным условиям.

Результат совершенных сделок принес экономическую выгоду инвестиционному товариществу, в том числе истцу.

При этом факт выкупа доли у инвестиционного товарищества не обществом «ТермоЛазер», а обществом «Тонап-Венчур» совершен в интересах инвестиционного товарищества по заранее установленным условиям по сроку и цене выкупа актива.

Договор инвестиционного товарищества Посевной фонд высоких технологий от 18.12.2013, с учетом изменений 03.12.2015 (редакция № 2) по своей правовой природе является договором простого товарищества.

Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 28.11.2011 № 335-ФЗ «Об инвестиционном товариществе» (далее - Закон об инвестиционном товариществе), по договору инвестиционного товарищества двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и осуществлять совместную инвестиционную деятельность без образования юридического лица для извлечения прибыли.

Согласно пункту 1.7 договора инвестиционного товарищества товарищи пришли к соглашению, что ООО «Тонап-Венчур» является управляющим товарищем.

В соответствии с пунктом 5.2 договора инвестиционного товарищества участие товарищей в принятии решений, касающихся общих дел товарищей, за исключением вопросов, прямо отнесенных настоящим договором к компетенции общего собрания товарищей, осуществляется посредством создания инвестиционного комитета.

Пунктом 7.2 договора инвестиционного товарищества установлено, что инвестиционный комитет состоит из 3 членов. Формирование инвестиционного комитета осуществляется в следующем порядке: управляющий товарищ назначает одного члена инвестиционного комитета, товарищ 2 назначает двух членов инвестиционного комитета. Назначенный таким образом член инвестиционного комитета является представителем назначившего его товарища. Каждый товарищ выдает своему представителю в инвестиционном комитете соответствующую доверенность.

В соответствии с положениями договора инвестиционного товарищества конфликт интересов - ситуация, при которой, в том числе у управляющего товарища при осуществлении совместной инвестиционной деятельности возникает интерес, не соответствующий и (или) противоречащий интересам остальных товарищей в рамках осуществления совместной инвестиционной деятельности.

Пунктом 8.2 инвестиционной декларации (приложение № 1 к договору инвестиционного товарищества) установлено, что для принятия инвестиционным комитетом решения об оценке конфликта интересов в соответствии с подпунктом 6 пункта 7.1 настоящего договора, управляющий товарищ по запросу инвестиционного комитета направляет в течение 10 рабочих дней с момента получения запроса информацию о наличии конфликта интересов, участии в сделке аффилированных лиц управляющего товарища.

На основе предоставленной информации инвестиционный комитет может принять решение о наличии конфликта интересов.

В случае принятия решения о наличии конфликта интересов в отношении инвестиционного актива, находящемся в составе общего имущества товарищей, инвестиционный комитет доводит свое решение до сведения товарищей и созывает общее собрание товарищей с вынесением на решение вопроса о выходе из Инвестиционного актива, в отношении которого был установлен конфликт интересов.

В случае принятия решения о наличии конфликта интересов в отношении потенциального инвестиционного актива (планируемого к приобретению) инвестиционный комитет вправе:

(А) принять решение об одобрении планируемой к заключению сделки, подлежащей одобрению в соответствии с договором, либо

(Б) отказать в одобрении соответствующей сделки.

Учитывая, что запрос ответчику инвестиционным комитетом не направлялся, решение о наличии конфликта интересов инвестиционным комитетом не принималось, а инвестиционный актив в виде доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» был реализован (осуществлен выход из инвестиционного актива) на условиях, предусмотренных протоколами заседаний инвестиционного комитета № 3 от 30.10.2014, № 7 от 30.12.2015 и предварительным договором от 04.12.2014, то право истца на принятие решения о необходимости выхода из инвестиционного актива не может считаться нарушенным.

Ранее инвестиционным комитетом принималось решение по приобретению доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер», оформленное протоколом № 3 от 30.10.2014.

При принятии решения инвестиционный комитет анализировал информацию об условиях вхождения инвестиционного товарищества в состав участников ООО «ТермоЛазер», в том числе информацию о составе участников общества до начала процедуры инвестирования.

Тем более состав участников юридического лица размещен в публичном пространстве в составе Единого государственного реестра юридических лиц, свободном для неограниченного просмотра в сети Интернет.

На момент приобретения инвестиционного актива и на момент его продажи состав участников ООО «ТермоЛазера» (за исключением участника инвестиционного товарищества) не менялся.

Факт принятия инвестиционным комитетом решений об одобрении сделок осуществлен в рамках предоставленных инвестиционному комитету полномочий и явно указывает на отсутствие конфликта интересов при совершении сделок с указанным активом, так как участие товарищей в принятии решений, касающихся общих дел товарищей, осуществляется посредством создания инвестиционного комитета (п. 5.2 договора об инвестиционной деятельности).

Кроме того, наличие заинтересованности одного из товарищей при совершении сделки, исходя из буквального содержания формулировки в договоре инвестиционного товарищества термина - конфликт интересов, не является безусловным основанием для созыва общего собрания товарищей с вынесением на разрешение вопроса о выходе из инвестиционного актива.

Таким образом, факт одобрения инвестиционным комитетом сделок по приобретению и продаже актива исключает нарушение прав и законных интересов истца, что указывает на отсутствие противоправности действий ответчика при осуществлении сделки по продаже доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер».

Истцом не доказана причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями, а также то обстоятельство, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду и все остальные необходимые меры для недопущения неблагоприятных последствий для его предпринимательской деятельности, которая в силу статьи 2 ГК РФ осуществляется на свой страх и риск, истцом были сделаны.

Сделка по продаже инвестиционным товариществом доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» одобрена инвестиционным комитетом, заключена сторонами 30.12.2015, исполнена, на настоящий момент не оспорена, является действительной.

По результатам инвестиционной деятельности с указанным активом инвестиционным товариществом получена прибыль. Заключение сделки с нарушением положений договора инвестиционного товарищества по порядку её заключения влечет ее оспоримость.

Срок исковой давности по оспариванию сделки истек.

Истец, имея право на ознакомление со всей документацией инвестиционного товарищества, право на назначение независимого аудитора для целей ежегодной проверки финансового результата, право на обращение в суд от своего имени / от имени всех товарищей по вопросам, связанным с ведением общих дел товарищей (пункты 3.2, 6.1 договора инвестиционного товарища) не может считаться действовавшим разумно, сделавшим необходимые приготовления в обычных условиях гражданского оборота с целью получения выгоды.

На момент совершения сделок истец не ставил под сомнение несоответствие стоимости актива - доли ООО «ТермоЛазер» его продажной цене, не совершал каких- либо конкретных действий направленных на недопущение убытков, в том числе путем назначения независимого аудитора для целей ежегодной проверки финансового результата (п/п 6 п. 6 договора инвестиционного товарищества), инициирования проведения общего собрания для принятия решения о выходе из инвестиционного актива (п/п 7 п. 6 договора инвестиционного товарищества), оспаривания сделок по приобретению и продаже доли ООО «ТермоЛазер» (ст. 166 ГК РФ), расторжения договора инвестиционного товарищества с требованием получения с управляющего товарища штрафной компенсации (п. 11.6 договора инвестиционного товарищества).

Следовательно, истец не может получить возмещение убытков, которые он мог избежать, если бы предпринял разумные усилия к тому, чтобы убытки не возникли.

Кроме того, по итогам 2016 г. финансовое положение ООО «ТермоЛазер» ухудшилось, что подтверждается бухгалтерской отчетностью.

Последующее увеличение размера чистых активов ООО «ТермоЛазер» (через пять лет после совершения сделки) связано со сменой участников общества, действиями новых участников по инвестированию в общество, увеличению его уставного капитала, не подтверждает реальную возможность получения инвестиционным товариществом рассчитанного истцом дохода и не может быть квалифицировано в качестве убытков истца.

Аналогичным образом в отношении заявленных дополнительных убытков на сумму 8 792 239 руб. 85 коп., истцом не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненными убытками, а также доказательства с учетом пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации принятия иных мер или приготовлений, что является основанием для отказа в иске о возмещении убытков.

Расчет убытков основан на предположительных доводах и на событиях неизбежность наступления, которых материалами дела не подтверждена.

Таким образом, материалами дела не подтверждается причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и требованиями истца по возмещению ему убытков в виде упущенной выгоды, при этом истец не подтвердил допустимыми и достоверными доказательствами наличие вины в действиях ответчика, а также не доказан факт того, что истец предпринял разумные меры к уменьшению своих возможных убытков.

Кроме того, ответчиком в суде первой инстанции было заявлено о пропуске срока исковой давности.

К требованиям о взыскании убытков применяется общий срок исковой давности, течение которого начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 196 ГК РФ, п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Инвестиционным комитетом на заседаниях 30.10.2014 и 30.12.2015 было принято решение об одобрении сделок по приобретению и, соответственно, продаже инвестиционного актива.

Сделки были совершены 13.01.2015 и 30.12.2015.

Два члена инвестиционного комитета из трех являлись представителями истца, действующими от него по доверенностям, анализировали информацию об условиях вхождения инвестиционного товарищества в состав участников ООО «ТермоЛазер» и выхода из него.

О потенциальном конфликте интересов истец должен был узнать не позднее даты одобрения инвестиционным комитетом сделки по приобретению доли ООО «ТермоЛазер» 30.10.2014.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что требования о взыскании убытков поданы с пропуском трехгодичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Девятый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Довод истца о том, что сделки с инвестиционным активом не были надлежащим образом одобрены органами управления товарищества, опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Принятие решений об одобрении планируемой к заключению сделки, об отказе ее одобрения, о наличии конфликта интересов в отношении приобретаемого или приобретенного, актива, о созыве общего собрания товарищей при наличии конфликта интересов с вынесением на решение вопроса о выходе из инвестиционного актива находилось исключительно в компетенции инвестиционного комитета (пункт 7.1 договора).

Все совершенные инвестиционные сделки были одобрены инвестиционным комитетом, состоящим из трех членов, действующих на основании доверенностей, два из которых являлись представителями истца.

В рамках осуществления совместной инвестиционной деятельности 30.10.2014 решением инвестиционного комитета, оформленного протоколом № 3 от 30.10.2014, была одобрена сделка по приобретению доли в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» в размере 30% путем внесения вклада в счет увеличения уставного капитала на сумму 7 930 000 рублей, которая была исполнена 13.01.2015.

При этом условием инвестирования в ООО «ТермоЛазер» был предусмотрен обязательный последующий обратный выкуп указанной доли у инвестиционного товарищества по цене 9 516 000 руб. не позднее одного года с момента финансирования проекта, для чего 04.12.2014 был заключен предварительный договор между инвестиционным товариществом и ОOO «ТермоЛазер».

Решением инвестиционного комитета, оформленного протоколом № 7 от 30.12.2015, была одобрена сделка по обратному выкупу доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» за цену 9 550 761 руб. 64 коп., заключенная 30.12.2015 между инвестиционным товариществом и ООО «Тонап-Венчур».

Таким образом, сделки по приобретению и распоряжению инвестиционным активом были одобрены соответствующим органом управления товарищества.

Довод истца о не представлении ответчиком членам инвестиционного комитета информации о потенциальном инвестиционном активе, аффилированных лицах противоречит представленным в дело доказательствам.

В соответствии с пунктом 8.4 Положения об инвестиционном комитете при рассмотрении вопроса по приобретению доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» инвестиционному комитету, что подтверждается материалами дела, была представлена презентация, отражающая условия предполагаемой сделки и содержащая сведения о составе участников ООО «ТермоЛазер», в том числе о том, что ООО «Тонап-Венчур» являлось участником ООО «ТермоЛазер», а так же на заседании был заслушан генеральный директор ООО «ТермоЛазер» об особенностях реализации проекта, что отражено в протоколе № 3 от 30.10.2014, подписанным представителем истца председателем инвестиционного комитета ФИО5

При одобрении указанной сделки инвестиционный комитет действовал в рамках предоставленных ему полномочий, анализировал информацию об условиях вхождения инвестиционного товарищества в состав участников ООО «ТермоЛазер».

На момент совершения перечисленных сделок ООО «Тонап-Венчур» являлось участником ООО «ТермоЛазер» с долей в размере 33,4 %.

Решение о наличии конфликта интересов инвестиционным комитетом не принималось, что указывает на отсутствие противоречий интересам товарищей при совершении сделок с указанным активом.

На момент приобретения инвестиционного актива и на момент его продажи состав участников ООО «ТермоЛазер» не менялся.

Инвестиционный комитет одобрил инвестирование при условии заключения предварительного договора, условиями которого был предусмотрен обратный выкуп у инвестиционного товарищества приобретаемой доли в уставном капитале ООО «ТермоЛазер».

Так как 30.12.2015 доля в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» была реализована (осуществлен выход из инвестиционного актива) после одобрения сделки инвестиционным комитетом на условиях, предусмотренных протоколами № 3 от 30.10.2014, №7 от 30.12.2015 и предварительным договором от 04.12.2014, то право истца на принятие решения о необходимости выхода из инвестиционного актива, не может считаться нарушенным, в том числе и тем обстоятельством, что выкуп доли осуществлен участником ООО «ТермоЛазер» - ООО «Тонап-Венчур».

По итогам совершения сделок с активом была достигнута цель деятельности инвестиционного товарищества по получению запланированной минимальной доходности. Заключение договоров не выходило за пределы ограничений, установленных договором инвестиционного товарищества. Сделки совершены после их непосредственного одобрения членами инвестиционного комитета - уполномоченными представителями истца публично, по заранее согласованным условиям.

Таким образом, действия членов инвестиционного комитета, являвшихся представителями истца, и осуществлявших полномочия по доверенностям в интересах истца, свидетельствуют об одобрении сделок самим истцом.

Довод истца о возможности продажи инвестиционного актива при наличии заинтересованности только при условии принятия такого решения общим собранием товарищей противоречит порядку, установленному пунктом 8.2 приложения № 1.

Договором инвестиционного товарищества не предусмотрена необходимость принятия общим собранием товарищей решений об одобрении сделок по планируемой продаже инвестиционного актива, а наличие аффилированности одного из товарищей при совершении сделки, исходя из буквального содержания формулировки в договоре термина конфликт интересов, не является безусловным основанием для созыва общего собрания товарищей для разрешения вопроса о выходе из инвестиционного актива.

Проведение общего собрания товарищей требовалась только после принятия инвестиционным комитетом решения о наличии конфликта интересов в период владения приобретенным активом для предоставления общему собранию товарищей права на принятие решения по принудительному избавлению от актива для устранения противоречий интересам, товарищей. В противном случае сохранялось бы наличие потенциального конфликта интересов.

Учитывая, что спорный актив реализован и предполагаемый истцом конфликт интересов был устранен, право истца на принятие решения о необходимости выхода из инвестиционного актива не может считаться нарушенным.

Довод о том, что истец не мог обладать всей полнотой информации о сделках инвестиционного товарищества, противоречит условиям договора, согласно которым истец имел право на ознакомление со всей документацией инвестиционного товарищества (пункты 12.2,12.3 договора инвестиционного товарищества).

Кроме того, участие товарищей в принятии решений по одобрению инвестиционных сделок осуществлено представителями истца в инвестиционном комитете.

Довод о том, что право истца и его представителей в инвестиционном комитете запрашивать информацию и документы не предполагает необходимости делать такие запросы, а договор инвестиционного товарищества не устанавливает обязанности для членов инвестиционного комитета проводить всесторонний анализ информации об инвестиционном активе, в отношении которого принимается решение, в связи с чем истец не может нести все негативные последствия (убытки) противоречит условиям пунктов 8, 9 приложения № 1 (о соблюдении условий инвестирования), пунктов 1, 2.1 приложения № 4 согласно которым члены инвестиционного комитета для оценки планируемых к совершению сделок проверяют соответствие инвестиционных активов критериям, установленных инвестиционной декларацией, производят оценку наличия конфликта интересов,, действуют в пределах своих прав в соответствии с целями и задачами инвестиционного комитета, действуют в интересах товарищей разумно, добросовестно, проявляют заботливость и осмотрительность при ведении общих дел товарищей.

Таким образом, действия инвестиционного комитета, одобрившего сделки по приобретению и продаже актива, исключают противоправность действий ответчика при заключении сделки по продаже доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер».

Из анализа доводов истца в обоснование размера упущенной выгоды следует, что они не могут свидетельствовать о правомерности и правильности представленного расчета, поскольку носят предположительный характер.

Заключение сделки с нарушением положений договора инвестиционного товарищества по порядку ее заключения влечет ее оспоримость.

Сделка по продаже инвестиционного актива одобрена инвестиционным комитетом, заключена сторонами 30.12.2015, исполнена, на настоящий момент не оспорена, является действительной. По результатам инвестиционной деятельности с указанным активом инвестиционным товариществом получена прибыль.

На момент совершения сделок истец не ставил под сомнение несоответствие стоимости актива его продажной цене, не совершал какие-либо конкретные действия, направленные на недопущение убытков, в том числе не реализовал права, предусмотренные договором путем назначения независимого аудитора для целей ежегодной проверки финансового результата, оспаривания сделок по приобретению и продаже доли ООО «ТермоЛазер», расторжения договора инвестиционного товарищества с требованием получения с управляющего товарища штрафной компенсации.

Доводы истца о причинении ответчиком, убытков в размере 8 792 239 руб. 85 коп. по причине не достижения инвестиционным товариществом минимальной доходности в. размере 5% годовых не подтверждены доказательствами, что влечет недоказанность наличия убытков у истца, противоправности поведения ответчика при совершении сделок со всеми инвестиционными активами, причинно-следственной, связи между противоправными действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями.

Кроме того, суд первой инстанции верно установил, что истцом пропущен срок исковой давности.

В обоснование иска указано на возникновение убытков по причине совершения 30.12.2015 сделки по продаже доли в размере 30% в уставном капитале ООО «ТермоЛазер» без соблюдения процедуры по принятию решения об отчуждении инвестиционного актива.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Истец должен был иметь сведения об условиях сделки от своих представителей в инвестиционном комитете (п. 3.2, 5.2, 12 договора, п. 5, 9 приложение №1, п. 1 приложения № 4) не позднее даты одобрения инвестиционным комитетом сделки по приобретению доли ООО «ТермоЛазер» 30.10.2014, в связи с чем, на дату продажи указанной доли 30.12.2015 истец должен, был знать о наличии признаков аффилированности (заинтересованности).

Также истец должен был знать о нарушении своих прав, так как принимал и должен был принимать участие в общих собраниях товарищей, которые созывались не реже чем один раз в год. Ежеквартально получал и должен был получать сведения о текущей совокупности и остаточной стоимости общего имущества товарищей, годовой отчет о совместной инвестиционной деятельности товарищей (п. 12.2, 12.3 договора), имел право знакомиться со всей документацией по ведению дел, независимо от того, уполномочен ли он вести общие дела товарищей (ст. 1045 ГК РФ). При этом сведения об участниках общества не являются конфиденциальными и находятся в открытых источниках.

С исковым заявлением истец обратился в суд 23.03.2022.

Таким образом, требования о взыскании упущенной выгоды поданы с пропуском трехгодичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах, приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Арбитражный суд города Москвы полно, всесторонне и объективно установил и рассмотрел обстоятельства дела, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка с позиции их относительности, допустимости и достоверности, правильно применил нормы материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от «17» июня 2022г. по делу № А40-58748/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: М.Е. Верстова

Судьи: А.С. Сергеева

Е.Е. Мартынова