Гражданский кодекс часть 1

к Обществу с ограниченной ответственностью «Провидер» (ОГРН <***>, 107023, Москва, вн.тер.г. Муниципальный Округ Преображенское, ул.Электрозаводская, д.52 стр.4, этаж 2, помещ. 22, 23, 23А, 23Б, 23В)

3-е лицо: АО «Газ и нефть Транс» о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 по доверенности от 22.12.2021 №77АГ8769540;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 27.06.2022 б/н;

от третьего лица: не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы обратилось Публичное акционерное общество Банк «Югра» с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Провидер» о взыскании 10 136 162 417,58 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29 июня 2022 года по делу № А40-214092/21 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Заявитель полагает, что судом не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против апелляционной жалобы, просил решение оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассмотрена без участия представителя третьего лица, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 АПК РФ.

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, проверив все доводы апелляционной жалобы, повторно рассмотрев материалы дела, приходит к выводу о том, что отсутствуют правовые основания для отмены или изменения решения Арбитражного суда г. Москвы, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела.

При исследовании материалов дела установлено, что 25.09.2018 года решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-145500/17 ПАО Банк «Югра» признано банкротом, в отношении Банка введено конкурсное производство.

Функции конкурсного управляющего ПАО Банк «ЮГРА» возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

13.02.2015 между ПАО Банк «Югра» и АО «Газ и Нефть Транс» был заключен Договор об открытии кредитной линии <***> от 13.02.2015 (Кредитный договор 1), в соответствии с условиями которого Банк принял на себя обязательство предоставлять Должнику кредит путём открытия кредитной линии сроком пользования до 11.02.2016.

В соответствии с п.п. 1.1, 1.3 Кредитного договора 1 Должник принял на себя обязательство предоставленные Банком денежные средства возвратить не позднее 11.02.2019, а также оплатить Банку проценты за пользование денежными средствами по процентной ставке 12,00 % годовых.

Банк надлежащим образом исполнил обязательство по Кредитному договору 1 по предоставлению Заемщику денежных средств, однако Заемщик свое обязательство по Кредитному договору 1 перед Банком исполнять прекратил. По состоянию на 29.10.2018 задолженность Должника перед Банком по Кредитному договору 1 составляет 2 824 705 154,77 рублей, а именно: 1 900 000 000 рублей - просроченный основной долг; 280 991 780,81 рублей - начисленные проценты за пользование кредитом; 88 465 873,96 рублей - пени на просроченные проценты; 555 247 500,0 - пени на просроченный основной долг.

Между ПАО Банк «ЮГРА» и ООО "Провидер" в обеспечение исполнения АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по кредитному договору 1 был заключен договор поручительства №020/ДПЮ-17 от 28.02.17 г. (Договор поручительства 1), в соответствии с которым ООО "Провидер" обязалось солидарно с АО "Газ и Нефть Транс" отвечать по исполнению АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по упомянутому кредитному договору, однако спорным соглашением от 27.04.17 г. упомянутый договор был расторгнут.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.01.2020 г. заявление о признании сделки недействительной удовлетворено. В удовлетворении апелляционной жалобы представителя учредителей ПАО Банк «Югра» отказано 27.07.2020, судебный акт оставлен без изменения.

15.09.2016 между Банком и АО «Газ и Нефть Транс» заключен Договор об открытии кредитной линии <***> от 15.09.2016 (Кредитный договор 2), в соответствии с условиями которого Банк принял на себя обязательство предоставлять Кредитору кредит путем открытия кредитной линии с лимитом выдачи и сроком пользования до 30.09.2018.

В соответствии с п.п. 1.1, 1.3 Кредитного договора 2 Должник принял на себя обязательство предоставленные Банком денежные средства возвратить не позднее 30.09.2018, а также оплатить Банку проценты за пользование денежными средствами по процентной ставке 12,00 % годовых.

Банк надлежащим образом исполнил свое обязательство по Кредитному договору 2 по предоставлению Должнику денежных средств, однако Должник свое обязательство по Кредитному договору 2 перед Банком исполнять прекратил. По состоянию на 29.10.2018 задолженность Должника перед Банком по Кредитному договору 2 составляет 2 702 021 347,39 рублей, а именно: 1 742 726 798,76 рублей -просроченный основной долг; 257 732 582,50 рублей - задолженность по процентам; 81 143 078,61 рублей - пени на просроченные проценты; 620 702021 347,39 рублей - пени на просроченный основной долг.

Между ПАО Банк «ЮГРА» и ООО "Провидер" в обеспечение исполнения АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по кредитному договору был заключен договор поручительства №034/ДПЮ-17-2 от 28.02.17г. (Договор поручительства 2), в соответствии с которым ООО "Провидер" обязалось солидарно с АО "Газ и Нефть Транс" отвечать по исполнению АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по упомянутому кредитному договору, однако спорным соглашением от 27.04.17г. упомянутый договор был расторгнут.

В рамках дела о банкротстве ПАО Банк «ЮГРА» в порядке ст.61.9 ФЗ «О несостоятельности(банкротстве)» поступило заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» о признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ООО «Провидер» дополнительного Соглашения от 27.04.17 г. к договору поручительства №034/ДПЮ-17-2 от 28.02.17 г., и о применении последствий недействительности спорной сделки (т. 124,339,966).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.01.2020 г. заявление удовлетворено. В удовлетворении апелляционной жалобы представителя учредителей ПАО Банк «Югра» отказано 07.07.2020, судебный акт оставлен без изменения.

16.12.2015 между Банком и АО «Газ и Нефть Транс» заключен Договор об открытии кредитной линии № 116/КЛ-16 от 16.12.2015 (Кредитный договор 3), в соответствии с условиями которого Банк принял на себя обязательство предоставить Кредитору кредит путем открытия кредитной линии сроком пользования по 08.12.2017.

В соответствии с п.п. 1.1, 1.3 Кредитного договора 3 Кредитору принял на себя обязательство предоставленные Банком денежные средства возвратить не позднее 08.12.2017, а также оплатить Банку проценты за пользование денежными средствами по процентной ставке 6,75% годовых.

Банк надлежащим образом исполнил свое обязательство по Кредитному договору 3 по предоставлению Кредитору денежных средств, однако Кредитор свое обязательство по Кредитному договору 3 перед Банком исполнять прекратил. По состоянию на 29.10.2018 задолженность Должника перед Банком по Кредитному договору 3 составляет 70 228 857,01 долларов США, что эквивалентно 4 609 435 915,42 руб. по курсу Банка России на 29.10.2018 (65,6345), а именно: 44 000 000,00 долларов США, что эквивалентно 2 887 918 000,00 руб. по курсу Банка России на 29.10.2018 -просроченный основной долг; 3 638 245,58 долларов США, что эквивалентно 238 794 429,52 руб. по курсу Банка России на 29.10.2018 - проценты за пользование кредитом; 1 140 611,43 долларов США, что эквивалентно 74 863 460,90 руб. по курсу Банка России на 29.10.2018 - пени на просроченные проценты; 21 450 000,0 - долларов США, что эквивалентно 1 407 860 025,0 руб. по курсу Банка России на 29.10.2018 - пени на просроченный основной долг.

Между ПАО Банк «ЮГРА» и ООО "Провидер" в обеспечение исполнения АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по кредитному договору был заключен договор поручительства№116/ДПЮ-17-3 от 28.02.17 г. (Договор поручительства 3), в соответствии с которым ООО "Провидер" обязалось солидарно с АО "Газ и Нефть Транс" отвечать по исполнению АО "Газ и Нефть Транс" обязательств по упомянутому кредитному договору, однако спорным соглашением от 27.04.17 г. упомянутый договор был расторгнут.

В рамках дела о банкротстве ПАО Банк «ЮГРА» в порядке ст.61.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» подано заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ООО «Провидер» дополнительного Соглашения от 27.04.17 г. к договору поручительства №116/ДПЮ-17-3 от 28.02.17 г., и о применении последствий недействительности спорной сделки (т. 126, 171, 515). Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.01.2020 г. заявление о признании сделки недействительной удовлетворено. В удовлетворении апелляционной жалобы представителя учредителей ПАО Банк «Югра» отказано 04.08.2020, судебный акт оставлен без изменения.

В рамках дела о банкротстве АО «Газ и Нефть Транс» ПАО Банк «Югра» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности на сумму 12 549 224 786,05 руб. как обеспеченную залогом.

Основаниями для указанного заявления была задолженность по Кредитным договорам 1, 2, 3, а также по кредитному договору <***> о 23.06.2014.

Определением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-61943/18 от 07.06.2019 (резолютивная часть объявлена 27.05.2019) заявление ПАО Банк «Югра удовлетворено в полном объеме.

Сумма требований, по которым ООО «Провидер» отвечает солидарно с АО «Газ и Нефть Транс» в рамках договоров поручительства 1,2,3 равна 10 136 162 417,58 рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Апелляционная коллегия считает, что суд первой инстанции, оценив в совокупности все представленные в материалы дела доказательства, правомерно и обоснованно отказал в удовлетворении иска, исходя из следующего

В силу п. 1 ст. 364 ГК РФ поручитель вправе выдвигать против требования кредитора возражения, которые мог бы представить должник, если иное не вытекает из договора поручительства. Поручитель не теряет право на эти возражения даже в том случае, если должник от них отказался или признал свой долг.

Согласно п. 17 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» поручитель наряду с возражениями, которые возникают в отношениях кредитора и должника, вправе заявлять возражения, которые возникают из отношений кредитора и поручителя. Например, поручитель вправе ссылаться на прекращение поручительства как по основаниям, предусмотренным ст. 367 ГК РФ, так и по иным основаниям, а также на ничтожность договора поручительства или на его недействительность как оспоримой сделки, признанной таковой судом. Поручитель вправе предъявить встречный иск о недействительности договора поручительства как оспоримой сделки. Условия договора поручительства, ограничивающие возражения поручителя, связанные с отношениями кредитора и поручителя, ничтожны (п. 1 ст. 361 и п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу п. 6 ст. 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано.

Содержание указанной выше нормы корреспондирует положениям, содержащимся в Постановлении Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», в частности, в п. 42 данного постановления, изложенном в тождественной указанной статье редакции.

Вместе с тем в п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 (абз. 3) сказано, что указанные сроки не являются сроками исковой давности, и к ним не подлежат применению положения гл. 12 ГК РФ.

Как указано в абз. 4 п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 поручительство не считается прекратившимся, если в названные сроки кредитор предъявил иск к поручителю, или заявил требование ликвидационной комиссии в ходе процедуры ликвидации поручителя - юридического лица, или подал заявление об установлении требований в деле о банкротстве поручителя (п. 6 ст. 367 ГК РФ). При разрешении вопроса о сумме, подлежащей взысканию с поручителя в счёт исполнения основного обязательства, следует исходить из размера требований, предъявленных к нему в период срока действия поручительства.

Кроме того, в соответствии с п. 44 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении основного обязательства, в том числе когда срок исполнения в силу закона считается наступившим ранее, чем предусмотрено условиями этого обязательства, не сокращает срок действия поручительства. В этом случае срок действия поручительства исчисляется исходя из первоначальных условий основного обязательства, как если бы не было предъявлено требование о досрочном исполнении обязательства (п. 6 ст. 367 ГК РФ).

В соответствии с п.1.1 Договора поручительства от 28.02.2017 № 034/ДПЮ-17-2 Поручитель (Ответчик) принимает на себя обязательства отвечать перед Банком (Истцом) солидарно с ЗАО «Газ и Нефть Транс» (Заёмщиком) при неисполнении или ненадлежащем исполнении последним обязательств по Договору об открытии кредитной линии от 15.09.2016 <***>, заключенному между Банком (Истцом) и Заёмщиком в городе Москве, в том же объёме, как и Заёмщик.

В силу п. 5.5 Договора поручительства № 034/ДПЮ-17-2 договор вступает в силу с момента его подписания сторонами. Срок действия договора прекращается по истечении 3 лет со дня наступления срока исполнения обязательств Заёмщика по кредитному договору (Договору об открытии кредитной линии от 15.09.2016 №034/КЛ-16).

В соответствии с п. 1.1 Договора об открытии кредитной линии от 15.09.2016 №034/КЛ-16 Кредитор обязуется предоставить Заёмщику (ЗАО «ГиНТ») кредит путём открытия ему кредитной линии с лимитом выдачи сроком пользования по 30 сентября 2018 года включительно в размере и на условиях, указанных в договоре, а заёмщик (ЗАО «ГиНТ») обязуется возвратить кредит, уплатить проценты по нему и исполнить иные обязательства, предусмотренные договором.

Согласно п. 3.2 Договора об открытии кредитной линии от 15.09.2016 <***> погашение основного долга по текущим кредитам производится ежемесячно со снижением лимита не позднее последнего рабочего дня месяца в соответствии с графиком: с октября 2017 года по август 2018 года по 149 198 813,33 руб., а в конце срока - в сумме фактического остатка.

В силу п. 3.3 Договора об открытии кредитной линии от 15.09.2016 <***> проценты за пользование текущим кредитом уплачиваются Заёмщиком (ЗАО «ГиНТ») ежемесячно, не позднее последнего рабочего дня каждого месяца за текущий календарный месяц и одновременно с окончанием срока пользования кредитными средствами, указанного в п. 1.1 Договора. При полном погашении суммы кредита (в том числе досрочном) Заёмщик одновременно уплачивает Кредитору проценты, начисленные по день возврата суммы кредита включительно.

Таким образом, как правильно указал суд первой инстанции, стороны Кредитного договора <***> (Банк и Заёмщик) установили в нём условие об окончательном погашении кредита, включая ссудный долг и проценты, приравняв дату окончания срока пользования кредитной линией, в рамках которого Заёмщик имел право осуществлять выборку денежных средств в нужных суммах (получать транши) в пределах установленного лимита, к дате возврата кредита в фактическом остатке - 30.09.2018.

Именно указанной датой обусловлено наступление срока исполнения обязательств Заёмщика по кредитному договору, следовательно, исчисление трёхлетнего срока действия Договора поручительства № 034/ДПЮ-17-2 (в силу п. 5.5) должно производиться также, начиная с 30.09.2018, из чего следует то, что данный договор прекратил своё действие, наряду с прекращением обязательств поручителя перед Банком, 30.09.2021.

Как указано в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45, в соответствии с п. 1 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Если поручитель и должник отвечают солидарно, то для предъявления требования к поручителю достаточно факта неисполнения либо ненадлежащего исполнения основного обязательства. При этом кредитор не обязан доказывать, что он предпринимал попытки получить исполнение от должника, в частности направил претензию должнику, предъявил иск и т.п. (ст. 323 ГК РФ).

Таким образом, поскольку с учётом норм действующего законодательства, а также положений абз. 4 п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 единственным надлежащим способом защиты права в рамках правоотношений, связанных с поручительством, является предъявление кредитором требования к поручителю в форме иска в суд (требования к ликвидационной комиссии либо требования о включении в РТК банкротящегося должника) в пределах срока существования поручительства, на момент обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском - 05.10.2021 поручитель уже выбыл из обеспечительных обязательств в связи с их прекращением - 30.09.2021.

Следовательно: в связи с прекращением поручительства (по основаниям ст. 367 ГК РФ), возникшего на стороне ответчика в силу Договора поручительства от 28.02.2017 № 034/ДПЮ-17-2, согласно условиям которого поручитель солидарно с заёмщиком отвечал перед Банком по кредитным обязательствам по Договору об открытии кредитной линии от 15.09.2016 <***>, исковое требование о взыскании 2 702 021 347,39 руб. удовлетворению не подлежит.

Согласно п. 1.1 Договора поручительства от 28.02.2017 № 116/ДПЮ-17-3 Поручитель (Ответчик) принимает на себя обязательства отвечать перед Банком (Истцом) солидарно с ЗАО «Газ и Нефть Транс» (Заёмщик) при неисполнении или ненадлежащем исполнении последним обязательств по Договору об открытии кредитной линии от 16.12.2015 № 116/КЛ-15, заключенному между Банком и Заёмщиком (ЗАО «ГиНТ») в городе Москве, в том же объёме, как и Заёмщик.

В силу п. 5.1 Договора поручительства от 28.02.2017 № 116/ДПЮ-17-3 договор вступает в силу с момента его подписания Сторонами. Срок действия договора прекращается по истечении 3 лет со дня наступления срока исполнения обязательств Заёмщика (ЗАО «ГиНТ») по кредитному договору.

В соответствии с п. 1.1 Договора об открытии кредитной линии от 16.12.2015 №116/КЛ-15 Кредитор (Истец) обязуется предоставить Заёмщику (ЗАО «ГиНТ») кредит путём открытия ему кредитной линии сроком пользования по 08 декабря 2017 года включительно в размере и на условиях, указанных в договоре, а Заёмщик (ЗАО «ГиНТ») обязуется возвратить кредит, уплатить проценты по нему и исполнить иные обязательства, предусмотренные договором.

Согласно п. 3.2 Договора об открытии кредитной линии от 16.12.2015 №116/КЛ-15 погашение основного долга по текущим кредитам производится Заёмщиком (ЗАО «ГиНТ») не позднее даты окончания срока пользования кредитной линией, предусмотренного п. 1.1 договора: не позднее 08 декабря 2017 года.

В силу п. 3.3 Договора об открытии кредитной линии от 16.12.2015 № 116/КЛ-15 проценты за пользование текущим кредитом уплачиваются Заёмщиком (ЗАО «ГиНТ») ежемесячно, не позднее последнего рабочего дня каждого месяца за текущий календарный месяц и одновременно с окончанием срока пользования кредитными средствами, указанного в п. 1.1 договора. При полном погашении суммы кредита (в том числе досрочном) Заёмщик (ЗАО «ГиНТ») одновременно уплачивает Кредитору (Истцу) проценты, начисленные по день возврата суммы кредита включительно.

Таким образом, срок действия Договора поручительства от 28.02.2017 №116/ДПЮ-17-3 (3 года), исчисленный с 08.12.2017 (день наступления срока исполнения обязательств Заёмщика), а равно, как и обеспечительные обязательства поручителя (Ответчика) перед Банком, прекратился - 08.12.2020, что свидетельствует о выбытии поручителя из обязательств на момент подачи настоящего иска - 05.10.2021.

В связи с прекращением поручительства (по основаниям ст. 367 ГК РФ), возникшего на стороне ответчика в силу Договора поручительства от 28.02.2017 №116/ДПЮ-17-3, согласно условиям которого поручитель солидарно с заёмщиком отвечал перед Банком по кредитным обязательствам по Договору об открытии кредитной линии от 16.12.2015 № 116/КЛ-15, иск в части требования о взыскании 4 609 435 915,42 руб. удовлетворению не подлежит.

Исходя из абз. 5 п. 33 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» срок поручительства носит пресекательный характер и восстановлению не подлежит.

Признание судом недействительными соглашений о расторжении договоров поручительства не повлекло возникновение на стороне ответчика нового акцессорного обязательства перед кредитором; права требования кредитора к поручителю были восстановлены на прежних условиях, реализация которых подлежала осуществлению в пределах первоначальных сроков, определяемым по правилам, установленным условиями договоров поручительства, и которые, на момент вступления в законную силу судебных актов не истекли (Истец мог обратиться с требованием к поручителю), а именно:

Договор поручительства от 28.02.2017 № 034/ДПЮ-17-2: 27.04.2017 -расторжение договора поручительства; 17.01.2020 - признание судом недействительным соглашения; 07.07.2020 - вступление в законную силу судебного акта; 30.09.2020- прекращение поручительства;

Договор поручительства от 28.02.2017 № 116/ДПЮ-17-3: 27.04.2017 -расторжение договора поручительства; 17.01.2020 - признание судом недействительным соглашения; 04.08.2020 - вступление в законную силу судебного акта; 08.12.2020 - прекращение поручительства.

В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что поскольку продлению (восстановлению) указанные сроки поручительства не подлежат, истец считается утратившим право на предъявление требований к ответчику в связи с прекращением поручительства на момент обращения его с иском в суд.

Кроме того, в соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В силу ч. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В ч. 2 ст. 200 ГК РФ содержится положение о том, что по обязательствам с определённым сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Как сказано в п. 1 ст. 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45, по общему правилу, обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям. Например, с этого момента поручитель может быть обязан поддерживать определённый остаток на счетах в банке, раскрывать кредитору информацию об определённых фактах и т.п. (п. 2 ст. 307, п. 1 ст. 425 ГК РФ).

Вместе с тем требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства (п. 1 ст. 363 ГК РФ).

Следовательно, как правильно указал суд первой инстанции, именно с даты нарушения заёмщиком (АО «ГиНТ») условий кредитных обязательств, в том числе, когда на стороне кредитора (Истца) возникло право потребовать у должника досрочного исполнения обязательства, реализация которого подлежит осуществлению Банком посредством направления заёмщику требования о досрочном возврате суммы кредита (в силу соответствующих условий кредитных договоров, а также положений ст. 811 ГК РФ), должен исчисляться срок исковой давности по требованию к поручителю.

Как указано в определении АС города Москвы от 07.06.2019 по делу № А40-61943/2018 (банкротство АО «ГиНТ»), на которое ссылался Истец в своём иске, в связи с прекращением исполнения заёмщиком (АО «ГиНТ») обязательств по кредитным договорам Истец (Банк) 16.10.2017 направил в адрес должника требования о досрочном погашении кредитной задолженности; между тем, ответов на указанные требования от заёмщика не поступало, погашения задолженности по кредитным договорам не производилось.

Таким образом, течение срока исковой давности по требованиям к поручителю начинается именно с установленной Банком даты, когда подлежали исполнению требования о досрочном возврате кредита по спорным кредитным договорам, и когда (с учётом неисполнения обязательств должником) на стороне кредитора возникло право обратиться с иском к поручителю.

Учитывая дату направления истцом требований в адрес заёмщика - 16.10.2017, а также дату обращения Банка в суд с настоящим иском - 05.10.2021, срок исковой давности (3 года) по требованиям к поручителю истёк.

Заявитель (Банк) в апелляционной жалобе считает, что при принятии решения в части требований, основанных на данном Договоре, суд первой инстанции оставил без внимания факт направления 03.09.2021 Истцом (Кредитором) в адрес Ответчика (Поручителя) письменной претензии во исполнение требований п. 5.2 Договора 034/КЛ-16 о соблюдении обязательного досудебного порядка урегулирования спора, что, по мнению Истца (Банка), приостанавливает течение срока действия спорного Договора поручительства № 034/ДПЮ-17-2; следовательно, обращение Банка в суд 04.10.2021 (иск поступил в канцелярию суда согласно сведениям https://kad.arbitr.ru/: 05.10.2021) осуществлено в пределах срока на подачу искового заявления, что не было учтено судом первой инстанции.

Однако, в качестве обстоятельства, имеющего существенное значение для настоящего спора, установлен срок поручительства по указанному Договору, составляющий три года (п. 5.5), начало течения которого определено судом, исходя из первоначальных условий основного обязательства по Кредитному договору, а именно: с даты окончательного погашения Заёмщиком (АО «ГиНТ») кредита в сумме фактического остатка: 30.09.2018, из чего следует, что обязательства Поручителя (Ответчика) перед Банком прекратились в связи с истечением трёхлетнего срока действия спорного Договора поручительства № 034/ДПЮ-17-2: 01.10.2021.

Суд первой инстанции, опираясь на п. 6 ст. 367 ГК РФ, а также на п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 (абз. 3), правомерно установил, что ни период обособленного спора (дело № А40-145500/2017), в рамках которого судом рассматривалось требование Истца (Банка) о признании недействительным Соглашения о расторжении указанного Договора поручительства, ни последующий период досудебного (претензионного) урегулирования настоящего спора между сторонами (Банком и Поручителем), ни какой-либо иной период, относящийся к прерыванию либо приостановлению срока исковой давности (ст. 202, ст. 203 ГК РФ), не относятся к течению срока действия Договора поручительства № 034/ДПЮ-17-2, который исчисляется исходя из первоначальных условий основного обязательства, обеспеченного поручительством, поскольку согласно п. 42 указанного выше Постановления Пленума ВС РФ сроки существования поручительства не являются сроками исковой давности и к ним не подлежат применению положения гл. 12 ГК РФ.

Вместе с тем следует учесть то, что после восстановления Банка (в лице ГК АСВ) в правах кредитора относительно Поручителя (Ответчика), а именно: 07.07.2020 (дата вступления в законную силу судебного акта о признании недействительным Соглашения о расторжении Договора поручительства), Истец обладал достаточным временным ресурсом для обращения к Ответчику с соответствующими требованиями, а именно: по 30.09.2021 (включительно), однако подал настоящий иск за пределами срока существования поручительства, а именно: 04.10.2021, когда Поручителя следовало считать выбывшим из обеспечительных обязательств.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы Банка нельзя признать состоятельными, поскольку они прямо противоречат гражданскому законодательству РФ, а также положениям п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45.

Срок действия поручительства (как в случае установления его продолжительности условиями договора, так и в случае, когда данный срок устанавливается согласно правилам п. 6 ст. 367 ПС РФ) является пресекательным (преклюзивным) сроком существования самого обеспечительного обязательства и не подчиняется аналогичным правилам, регулирующим правовой режим срока исковой давности, т.е. не может быть продлён, восстановлен, приостановлен либо прерван (постановление Президиума ВС РФ от 23.03.2022 № 317-ПЭК21 по делу № А40-269134/2019).

Различия между сроком исковой давности и сроками действия поручительства заключаются в следующем:

по своей правовой природе срок поручительства не является сроком для защиты кредитором нарушенного права; срок поручительства - это срок существования самого акцессорного обеспечительного обязательства;

сроки исковой давности устанавливаются законом, а срок поручительства по общему правилу определяется договором;

поручитель (как таковой) не является лицом, нарушившим право кредитора, поэтому в отношении него не могут применяться нормы о сроке для защиты нарушенного права.

Как указано в апелляционной жалобе Истца (Заявителя), в решении отсутствуют какие-либо выводы суда о сроке поручительства по Договору от 28.02.2017 № 020/ДПЮ-17.

Заявитель (Банк) считает, что в условиях очевидного соблюдения Истцом срока на обращение в суд с настоящим иском (в части данных требований), состоявшимся 04.10.2021, учитывая факт того, что трёхлетний срок действия Договора поручительства № 020/ДПЮ-17, определяемый согласно п. 5.1 исходя из первоначальных условий основного обязательства, а именно: с даты окончательного погашения кредита: 11.02.2019, истекает 11.02.2022, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении иска в данной части, оставив без оценки перечисленные выше обстоятельства.

Исходя из содержания обжалуемого судебного акта, суд первой инстанции установил истечение трёхлетнего срока существования поручительства по указанному выше Договору № 020/ДПЮ-17 исходя из обстоятельств, связанных с расторжением Договора об открытии кредитной линии от 13.02.2015 <***> согласно положениям п. 6.3 (по причине уклонения Заёмщика от получения требования Банка), когда его стороны (Кредитор и Заёмщик) перестали быть обременёнными исполнением обязательств на первоначальных условиях, в том числе: Должник (АО «ГиНТ») -обязанностью погасить кредит, включая основной долг, проценты за пользование займом, комиссии и неустойки, в первоначально оговоренную сторонами дату: 11.02.2019.

Обстоятельства, связанные с вопросами о досудебной (претензионной) переписке между сторонами Кредитного договора, в частности: направление в адрес Заёмщика требования о досрочном погашении кредитной задолженности (16.10.2017), были установлены в рамках дела № А40-61943/2018 (банкротство АО «ГиНТ») и отражены в определении АС города Москвы от 07.06.2019 (включение требований Банка в РТК Должника).

В этой связи, учитывая уклонение Заёмщика от получения направленного Банком в его адрес требования о досрочном погашении кредита, влекущее расторжение Кредитного договора <***> согласно п. 6.3, на стороне Должника (АО «ГиНТ») возникло новое денежное обязательство по возврату Банку кредитной задолженности в новый срок, а именно: в течение 7 (Семи) рабочих дней с даты отправки Кредитором (Истцом) Уведомления и/или Требования, в данном случае: по 25.10.2017 включительно (16.10.2017 +7 раб./дн.).

Следовательно, как правомерно установлено судом первой инстанции, на основании п. 31 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45 в условиях расторжения Договора об открытии кредитной линии от 13.02.2015 <***> поручительство продолжило обеспечивать сохранившиеся на стороне Заёмщика обязанности, в частности: обязанность по возврату основной суммы долга и процентов, исполнение которых Заёмщику надлежало осуществить в новый (указанный выше) срок; таким образом, неисполнение Должником основных обязанностей повлекло возникновение на стороне Кредитора (Банка) права предъявить свои требования в установленные сроки существования обеспечения (3 года) непосредственно к Поручителю, ответственному перед Банком по акцессорным обязательствам, начиная именно с даты допущенной Заёмщиком просрочки.

В связи с этим суд правомерно исчислил начало течения срока обеспечения с даты, когда основное обязательство, обеспеченное поручительством, подлежало исполнению, но исполнено Должником не было, а именно с 25.10.2017, что указывает на истечение срока поручительства 25.10.2020, за пределами которого был заявлен иск (04.10.2021).

Указанные выводы суда не противоречат содержанию п. 44 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45, согласно которому предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении основного обязательства, в том числе когда срок исполнения в силу закона считается наступившим ранее, чем предусмотрено условиями этого обязательства, не сокращает срок действия поручительства.

В настоящем споре речь идёт не об изменении основного обязательства предъявлением Кредитором требования о досрочном погашении кредита, когда кредитные отношения сохраняются сторонами в рамках всё ещё действующего договора, вследствие чего акцессорные обязательства поручителя также сохраняются на прежних условиях, в том числе: в части срока обеспечения.

Применительно к спорным отношениям: основное обязательство Должника, подлежащее исполнению на первоначальных условиях, прекращено посредством расторжения Кредитного договора (п. 2 ст. 453 ГК РФ), когда условие о дате окончательного погашения кредита также перестаёт существовать, следовательно, акцессорные обязательства поручителя подлежат изменению сообразно новым обстоятельствам, о чём сказано в п. 31 Постановления Пленума ВС РФ от 24.12.2020 № 45.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы.

Заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения Арбитражного суда г. Москвы.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 29 июня 2022 г. по делу №А40-214092/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения .

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий-судья Е.А.Сазонова

Судьи В.Р.Валиев

Е.Н.Янина