Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании 28 октября 2019 г. в помещении суда апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17 июля 2019 года по делу № А65- 27085/2018 (судья Хамитов З.Н.)

по заявлению Палаты имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района РТ, г.Менделеевск

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан, г.Казань с привлечением в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора - ФИО1, ФИО2

о признании решения и предписания Комиссии Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России от 17 июля 2018 года по делу№06-47/2018 незаконными,

УСТАНОВИЛ:

Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района РТ, г.Менделеевск обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан, г.Казань о признании решения и предписания Комиссии Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России от 17 июля 2018 года по делу №06-47/2018 незаконными, с привлечением в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора - ФИО1, ФИО2

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17 июля 2019 года заявленные требования Палаты имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан удовлетворены.

Признаны недействительными пункты 1,2,3 решения Комиссии Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России от 17 июля 2018 года №06-47/2018 и предписание Комиссии Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России от 17 июля 2018 года по делу №06-47/2018. (полные тексты изготовлены 26 июля 2018 года)

В апелляционной жалобе Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Татарстан просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. В апелляционной жалобе ссылается на то, что между Палатой и ФИО1 сложились антиконкурентные соглашения. Полагает, что участие в договорных отношениях в данном случае образует состав нарушения, предусмотренного статьей 16 Закона о защите конкуренции. Считает, что антиконкурентное соглашение между Палатой и ФИО1 выразилось со стороны органов муниципальной власти (Палаты) в предоставлении земельного участка в отсутствие публикации на сайте, со стороны ФИО1 – в участии в договорных отношениях по предоставлению земельного участка.

Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района РТ, г.Менделеевск, третьи лица, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется в соответствии со статьями 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что 17 июля 2018 года состоялось заседание Комиссии Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России на котором было рассмотрено дело № 06-47/2018 по признакам нарушения Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан и ФИО1 статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3 «О защите конкуренции», в части заключения антиконкурентного соглашения при предоставлении земельного участка с кадастровым номером 16:27:070203:23 в аренду по предварительному согласованию.

В результате рассмотрения вышеуказанного дела Комиссия Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы вынесла решение от 17 июля 2018 года по делу №06-47/2018:

1. Признать МКУ «Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан» и гражданина ФИО1 нарушившими статью 16 Федерального закона от 26.07.2006г. №135-Ф3 «О защите конкуренции», в части заключения соглашения при предоставлении земельного участка с кадастровым номером 16:27:070203:23 в аренду по предварительному согласованию в обход требований законодательства, что привело или могло привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

2. Выдать МКУ «Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан» предписание о прекращении нарушения статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006г. №135-Ф3 «О защите конкуренции».

На основании данного решения Комиссией Татарстанского Управления Федеральной антимонопольной службы России вынесено представление от 17 июля 2018 года по делу № 06-47/2018, которым предписано МКУ «Палата имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан» не позднее, 60 дней со дня получения настоящего предписания прекратить нарушение статьи 16 ФЗ «О конкуренции», а именно: прекратить право аренды за ФИО1; обеспечить возврат земельного участка с кадастровым номером 16:27:070203:23 (адрес: Республика Татарстан. Менделеевский район, Бизякинское сельское поселение, с. Икское Устье) в муниципалитет.

Не согласившись с вынесенными актами, заявитель обжаловал их в суд на том основании, что, по его мнению, не доказан факт соглашения, а также указал, что невозможно выполнить предписание, поскольку договор не предусматривает такого основания для расторжения.

Принимая решение об удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующих обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 198 АПК РФ предусмотрено, что граждане, организации вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов органов государственной власти, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 основаниями для принятия судом решения о признании акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как несоответствие акта закону или иному правовому акту, так и нарушение актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим в том числе функции по контролю за соблюдением антимонопольного законодательства и предупреждению монополистической деятельности.

В полномочия заинтересованного лица согласно указанной норме входит возбуждение и рассмотрение дела о нарушениях антимонопольного законодательства; выдача в случаях, указанных в настоящем Федеральном законе, хозяйствующим субъектам обязательных для исполнения предписаний: о недопущении действий, которые могут являться препятствием для возникновения конкуренции и (или) могут привести к ограничению, устранению конкуренции и нарушению антимонопольного законодательства; об устранении последствий нарушения антимонопольного законодательства; о прекращении иных нарушений антимонопольного законодательства и другие.

Заинтересованное лицо в соответствии с ч.3 ст.20 Закона о защите конкуренции выдает федеральным органам исполнительной власти, органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам или организациям, а также государственным внебюджетным фондам, их должностным лицам, за исключением случаев, установленных пунктом 4 настоящей части, обязательные для исполнения предписания: а) об отмене или изменении актов, нарушающих антимонопольное законодательство; б) о прекращении или об изменении соглашений, нарушающих антимонопольное законодательство; в) о прекращении иных нарушений антимонопольного законодательства, в том числе о принятии мер по возврату имущества, иных объектов гражданских прав, переданных в качестве государственной или муниципальной преференции; г) о совершении действий, направленных на обеспечение конкуренции.

Суд первой инстанции верно указал, что в данном случае антимонопольным органом не доказано наличие в действиях исполнительного комитета и ФИО1 нарушения статьи 16 Закона о защите конкуренции.

Согласно пункту 4 статьи 16 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов.

В силу п. 7 ст. 4 Закона о защите конкуренции, под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общих условиях обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Признаками ограничения конкуренции являются сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации (пункт 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Для квалификации действий хозяйствующего субъекта и органа государственной власти субъекта Российской Федерации как не соответствующих статье 16 Закона о защите конкуренции необходимо установить наличие противоречащих закону соглашения между указанными лицами или их согласованных действий и наступление (возможность наступления) в результате этих действий (соглашения) последствий, связанных с недопущением, ограничением, устранением конкуренции.

Пунктом 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что для целей соответствующего правового регулирования под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Указанные положения законодательства о конкуренции свидетельствуют о том, что для признания органа публичной власти или хозяйствующего субъекта нарушившими требования статьи 16 Закона о защите конкуренции необходимо установить, какое соглашение заключено, либо какие действия совершены и являлись ли они согласованными, привели ли или могли привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

Статья 8 Закона о защите конкуренции определяет признаки согласованности действий. Согласно данной статье закона, согласованными действиями хозяйствующих субъектов являются действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, удовлетворяющие совокупности следующих условий: результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов; действия заранее известны каждому из участвующих в них хозяйствующих субъектов в связи с публичным заявлением одного из них о совершении таких действий; 3) действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов вызваны действиями иных хозяйствующих субъектов, участвующих в согласованных действиях, и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на все хозяйствующие субъекты на соответствующем товарном рынке.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства», согласованность действий может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об их совершении. Вывод о наличии одного из условий, подлежащих установлению для признания действий согласованными, а именно: о том, что о совершении таких действий было заранее известно каждому из хозяйствующих субъектов, - может быть сделан исходя из фактических обстоятельств их совершения.

Например, о согласованности действий, в числе прочих обстоятельств, может свидетельствовать тот факт, что они совершены различными участниками рынка относительно единообразно и синхронно при отсутствии на то объективных причин.

Осуществление согласованных действий предполагает в качестве обязательного условия прямой или косвенный контакт между конкурентами, объект или результат действия которого заключается во влиянии на рыночное поведение действительного или потенциального конкурента. Из анализа вышеназванных норм права следует, что антимонопольный орган в рассматриваемом случае должен был доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о совершении Палатой и ФИО1 согласованных действий, нарушающих требования ст. 16 Закона о защите конкуренции и приводящих к устранению с товарного рынка какого-либо хозяйствующего субъекта.

Согласно ст.16 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком Российской Федерации или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, в частности к: 1) повышению, снижению или поддержанию цен (тарифов), за исключением случаев, если такие соглашения предусмотрены федеральными законами или нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; 2) экономически, технологически и иным образом не обоснованному установлению различных цен (тарифов) на один и тот же товар; 3) разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо по составу продавцов или покупателей (заказчиков); 4) ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов. Между тем в данном случае антимонопольным органом не доказано, что Палатой и ФИО1 было заключено такое соглашение или совершены согласованные действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Земельного кодекса Российской Федерации (ред. от 28.12.2013) порядок предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, для целей, не связанных со строительством, органы государственной власти и органы местного самоуправления обязаны обеспечить управление и распоряжение земельными участками, которые находятся в их собственности и (или) в ведении, на принципах эффективной справедливости, публичности, открытости и прозрачности процедур предоставления таких земельных участков.

Для этого указанные органы обязаны: принять акт, устанавливающий процедуры и критерии предоставления так земельных участков, в том числе порядок рассмотрения заявок и принятия решения. Рассмотрению подлежат все заявки, поступившие до определенного указанными процедурами срока. Не допускается установление приоритетов и особых условий для отдельных категорий граждан, если иное не установлено законом; - уполномочить на управление и распоряжение земельными участками и иной недвижимостью специальный орган; - обеспечить подготовку информации о земельных участках, которые предоставляются гражданам и юридическим лицам на определенном праве предусмотренных условиях (за плату или бесплатно), и заблаговременно публикацию такой информации. ФИО1 в установленном на тот период порядке обратился в Палату с соответствующим заявлением. Поскольку заявление о предоставлении земельного участка в аренду поступило только от ФИО1, 31 октября 2016 года под номером 427 Палатой имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан зарегистрировано заявление гражданина ФИО1 о предоставлении земельного участка для индивидуального жилищного строительства.

Согласно акту муниципального контроля Палаты имущественных и земельных отношений Менделеевского муниципального района Республики Татарстан от 24 мая 2018 года, на земельном участке с кадастровым номером 16:27:070203:23 расположен жилой дом площадью 109.3 кв. м с кадастровым номером 16:27:070203:39, земельный участок огорожен железными столбами, насаждения отсутствуют. То есть земельный участок используется правообладателем по целевому назначению.

Приобретателем права аренды земельного участка является ФИО1, которому принадлежит на праве собственности жилой дом, находящийся на земельном участке, что подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости, право собственности на жилой дом зарегистрировано за №16:27:070203:39-16/032/2018-1 от 01.06.2018.

Кроме того, земельный участок с кадастровым номером 16:27:070203:23 принадлежит ФИО1 также на праве собственности на основании договора купли продажи земельного участка № 46 от 20.06.2018 г. (вид, номер и дата государственной регистрации права № 16:27:070203:23-16/032/2018-3 от 29.06.2018 г. ).

Палата распоряжением №35 от 03.02.2017 предоставила ФИО1 указанный земельный участок в аренду, 27.02.2017 заключен договор аренды №13 земельного участка. При этом само по себе нарушение Палатой установленного порядка опубликования извещения о предоставлении в аренду земельного участка не свидетельствует о заключении антиконкурентого соглашения между Палатой и ФИО1, равно как и о совершении согласованных действий, ограничивающих конкуренцию.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в отсутствие в материалах дела доказательств осуществления Палатой и ФИО1 согласованных действий, приведших к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, ни в устной, ни в письменной форме, вывод УФАС по РТ о нарушении указанными лицами ст.16 Закона о защите конкуренции является необоснованным.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами оспариваемых актов, возлагается на соответствующие органы.

Арбитражный суд в силу предоставленных ему статьей 71 АПК РФ полномочий оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом случае УФАС по РТ не доказаны обстоятельства, положенные в основу оспариваемых в настоящем деле ненормативных актов. При таких обстоятельствах оспариваемое решение Комиссии Татарстанского УФАС России от 17 июля 2018г. №06-47/2018 и предписание Комиссии Татарстанского УФАС России от 17 июля 2018г по делу №06-47/2018 (полные тексты изготовлены 26 июля 2018 года) являются незаконными и подлежат признанию недействительными.

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы, ранее заявленные в суде первой инстанции, не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого решения, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных по нему доказательств, и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельства и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя.

Таким образом, решение суда является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17 июля 2019 года по делу № А65-27085/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Сергеева

Судьи О.И. Буртасова

Е.Г. Попова