Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральская металлургическая компания» на резолютивную часть решения Арбитражного суда Ульяновской области от 9 сентября 2019 года (полный текст решения изготовлен 24 сентября 2019 года), принятого в порядке упрощенного производства по делу №А72-11405/2019 (судья Тимофеев В.В.)

по иску акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г. Димитровград,

к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральская металлургическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Челябинская область, г. Златоуст,

о взыскании 195969 руб. 98 коп.,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (далее – АО «ГНЦ НИИАР», истец) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Уральская металлургическая компания» (далее – ООО «ТД «УМК», ответчик) о взыскании 195969 руб. 98 коп. – пени за нарушение срока исполнения обязательства по договору на изготовление и поставку №00000000725150090002/283-13/15/2017/64/8295-Д от 18.12.2017 за период с 20.04.2019 по 25.06.2019, а также за период с 26.06.2019 по день выполнения обязательств в размере, определенном в соответствии с пунктом 9.3. договора.

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 09.09.2019 (полный текст решения изготовлен 24.09.2019), принятым в порядке упрощенного производства, исковые требования удовлетворены.

Ответчик с решением суда не согласился и подал апелляционную жалобу, в которой просит обжалуемое решение отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, а в случае отказа в удовлетворении требования по пункту 1 апелляционной жалобы – обжалуемое решение изменить, взыскать с ООО «ТД «УМК» в пользу АО «ГНЦ НИИАР» неустойку за нарушение сроков исполнения обязательств за период с 20.04.2019 по день фактического исполнения обязательств ООО «ТД «УМК» в размере 16379 руб. 58 коп.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильное применение судом норм материального и процессуального права.

Истец в отзыве на апелляционную жалобу с доводами жалобы не согласился и просил обжалуемое решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В соответствии с требованиями статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается без вызова сторон.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверяется в соответствии со статьями 266-272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав доказательства по делу, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе ответчика, отзыве истца на апелляционную жалобу, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между АО «ГНЦ НИИАР» (заказчик) и ООО «ТД «УМК» (исполнитель) был заключен договор на изготовление и поставку №00000000725150090002/283-13/15/2017/64/8295-Д от 18.12.2017 (далее – договор), по условиям которого исполнитель обязался изготовить и поставить продукцию по проекту Федеральной целевой программы «Ядерные энерготехнологии нового поколения» по объекту «Строительство многоцелевого исследовательского реактора на быстрых нейтронах МБИР», а именно привод большой и малой поворотной пробки (мотор-редуктор и ручной редуктор в комплекте с креплением) - 1 комплект, а заказчик обязался принять и оплатить продукцию согласно ведомости поставки (т. 1, л.д. 13-26, 122-148).

В пункте 4.1. договора стороны согласовали сроки изготовления и поставки продукции: начало – с момента подписания договора; окончание – не позднее 19.04.2019.

Согласно пункту 5.3. договора при поставке продукции исполнитель в указанный срок представляет заказчику отчетную документацию, в том числе товарную накладную и акт приема-передачи продукции и выполненных работ по установленным формам.

В соответствии с пунктом 6.1. договора за изготовленную и поставленную продукцию в соответствии с условиями договора заказчик уплачивает исполнителю 11699700 руб., в том числе НДС 1784700 руб., в соответствии с ведомостью поставки (приложение № 1), являющейся неотъемлемой частью договора.

Пунктом 9.3. договора предусмотрено, что за нарушение исполнителем срока исполнения обязательства по договору исполнитель по требованию заказчика уплачивает последнему пеню за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены договора, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных исполнителем.

Ссылаясь на то, что обязательства по договору в установленный срок (19.04.2019) ответчиком не исполнены, продукция не поставлена, отчетная документация не представлена, на 22.04.2019 просрочка составляет 3 дня, истец направил в адрес ответчика претензию № 64/48/2019-ПРЕТ от 15.05.2019 с требованием в течение 30 дней со дня получения претензии осуществить поставку продукции, уплатить пени за нарушение срока исполнения обязательства по договору, предусмотренные пунктом 9.3. договора, за период с 20.04.2019 по 22.04.2019 в размере 9067 руб. 27 коп. и далее за период с 23.04.2019 по день фактического исполнения обязательства (т. 1, л.д. 30-34).

Поскольку претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик в отзыве на исковое заявление указал, что изменение срока поставки продукции по договору вызвано просрочкой истца по предоставлению исходных данных и корректировке конструкторской документации. Данная ситуация, по мнению ответчика, не позволяла ему в полной мере приступить к исполнению принятых на себя обязательств и, как следствие, завершить работы в установленный срок. В ходе исполнения договора была также выявлена необходимость в корректировке документации, являющейся исходными данными для изготовления продукции, однако до настоящего времени в распоряжении ответчика отсутствует откорректированная истцом документация, в отсутствие которой невозможно изготовить и поставить готовую продукцию по договору. Ответчик считает, что проект договора был предложен истцом и содержал условия о порядке начисления неустойки от цены договора, являющиеся обременительными для ответчика. Кроме того, ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к начисленным истцом штрафным санкциям (т. 1, л.д. 109-113).

Не соглашаясь с доводами ответчика, истец представил возражение на отзыв (объяснения в письменной форме) (т. 2, л.д. 24-26, 28-32), в котором указал, что с его стороны отсутствовала просрочка по предоставлению исходных данных по договору. В соответствии с подпунктом «б» пункта 3.3. договора истец передавал ответчику необходимую для поставки продукции информацию, оказывал консультативную помощь. В рамках исполнения договора в адрес ответчика поступали письма ООО «ТД «УМК» от 22.03.2018 № 0322/03, от 17.09.2018 № 0917/02, от 09.01.2019 № 0109/04, от 27.03.2019 №0327/05, от 16.05.2019 № 0516-9.

На вышеуказанные письма АО «ГНЦ НИИАР» давались ответы, содержащие всю необходимую информацию.

Истец утверждал, что срок предоставления ответов на письма сторон договором не установлен и зависел от срока получения АО «ГНЦ НИИАР» информации от третьих лиц – главного конструктора АО «НИКИЭТ», генерального проектировщика АО «ГСПИ», завода-изготовителя поворотных пробок АО «АЭМ-технологии».

Письмо от 18.06.2019 № PSP/080000/4080 в адрес АО «ГНЦ НИИАР» от ООО «ТД «УМК» не поступало. Указанное письмо поступило в адрес АО «ГНЦ НИИАР» от Филиала АО «АЭМ-технологии» «Автоммаш» в г. Волгодонск и содержало информацию в ответ на письмо АО «ГНЦ НИИАР» от 05.06.2019 № 64-1000/5156.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 3.4. договора ответчик обязался изготовить и поставить продукцию в соответствии с техническим заданием (приложение № 2 к договору).

Согласно разделу 4 технического задания в комплект поставки входит документация, состоящая, в том числе, из комплекта рабочей конструкторской документации (включая ТУ), согласованного с заказчиком (истцом).

Наличие в комплекте поставки документации, состоящей, в том числе, из комплекта рабочей конструкторской документации (включая ТУ), согласованного с заказчиком (истцом), также предусмотрено ведомостью поставки (приложение № 1 к договору).

Факт необходимости согласования с истцом рабочей конструкторской документации ответчиком не оспаривается.

Письмом от 27.03.2019 № 0327/05 ООО «ТД «УМК» направило в адрес АО «ГНЦ НИИАР» рабочую конструкторскую документацию на согласование. В ходе проверки указанной документации АО «ГНЦ НИИАР» были выявлены замечания, о чем ООО «ТД «УМК» было уведомлено письмом от 01.04.2019 № 64-1000/2926.

Письмом от 16.05.2019 № 0516-9 ООО «ТД «УМК» направило в адрес АО «ГНЦ НИИАР» откорректированную рабочую конструкторскую документацию на согласование.

В ходе проверки указанной документации АО «ГНЦ НИИАР» вновь были выявлены замечания, о чем ООО «ТД «УМК» было уведомлено письмами от 28.05.2019 № 64-1000/4838 и от 05.06.2019 № 64-1000/5154.

Ответ на письмо от 05.06.2019 № 64-1000/5154 в адрес АО «ГНЦ НИИАР» не поступил. В связи с этим в адрес ООО «ТД «УМК» направлено напоминание (письмо от 11.07.2019 № 64-1000/6360) с просьбой ускорить рассмотрение выявленных замечаний по рабочей конструкторской документации.

На вышеуказанное письмо от 11.07.2019 ООО «ТД «УМК» направило в адрес АО «ГНЦ НИИАР» ответ от 15.08.2019 № 0815/09, который содержал информацию, касающуюся лишь приложения к письму АО «ГНЦ НИИАР» от 11.07.2019 и не содержал информацию, затрагивающую замечания по рабочей конструкторской документации из текстовой части письма от 11.07.2019, о чем ООО «ТД «УМК» было уведомлено в письме АО «ГНЦ НИИАР» от 16.08.2019 № 64-1000/7865, также с просьбой ускорить рассмотрение выявленных замечаний по рабочей конструкторской документации.

По утверждению истца, до настоящего времени от ООО «ТД «УМК» откорректированная рабочая конструкторская документация на согласование в адрес АО «ГНЦ НИИАР» не поступала. Без устранения имеющихся замечаний к рабочей конструкторской документации её согласование не представляется возможным.

Таким образом, обязательства по изготовлению и поставке продукции по договору Ответчиком до настоящего времени не исполнены.

Ответчик не приостанавливал исполнение обязательств по договору и не отказывался от их исполнения. Уведомлений об этом от ответчика не поступало.

Аналогичные доводы ответчика о наличии со стороны истца просрочки по предоставлению исходных данных по договору, изложенные в отзыве на исковое заявление, содержались в претензии ООО «ТД «УМК» от 27.06.2019 № 0627/05, поступившей в АО «ГНЦ НИИАР» 02.07.2019.

Ответ на указанную претензию направлен в адрес ООО «ТД «УМК» письмом от 31.07.2019 № /68/2019-ПРЕТ, в котором также содержалась информация об отсутствии просрочки со стороны истца.

Проект договора, предложенный истцом при проведении закупочной процедуры, в рамках Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее по тексту - Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ) содержал существенные условия и входил в состав конкурсной документации. Следовательно, при подаче заявки на участие в конкурсе ответчику были известны условия договора, с которыми он согласился.

Вышеуказанный проект договора, не содержал условий, являющихся обременительными для лтветчика, в части порядка начисления неустойки (пени) за просрочку исполнения обязательств, и иных условий, заведомо невыгодных для ответчика.

Условия, содержащиеся в проекте договора, не ставили истца в более выгодное положение перед ответчиком и не противоречили статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фактов злоупотребления правом со стороны истца не имеется.

Договор заключен 18.12.2017, у ответчика имелась необходимая информация и сведения для начала исполнения своих обязательств по договору.

Вместе с тем, первоначально ответчик направил на согласование в адрес истца рабочую конструкторскую документацию лишь 27.03.2019, фактически перед окончанием срока исполнения обязательств по изготовлению и поставке продукции по договору, установленному до 19.04.2019.

При этом за весь период времени с момента заключения договора (18.12.2017) и до даты направления рабочей конструкторской документации на согласование истцу (27.03.2019) переписка между сторонами до договору ограничилась лишь направлением ответчиком в адрес истца трех писем от 22.03.2018 № 0322/03, от 17.09.2018 № 0917/02 и от 09.01.2019 № 0109/04.

По мнению истца, ответчик не принял все возможные меры для исполнения своих обязательств по договору в установленные сроки, вина истца в этом отсутствует.

Оценив условия заключенного сторонами договора в соответствии с правилами статей 421, 422, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанный договор носит смешанный характер, поскольку содержит элементы договора подряда и договора поставки.

Правоотношения сторон по смешанному договору регулируются в соответствующих частях положениями глав 30 и 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с условиями пункта 4.1. договора ответчик должен был изготовить и поставить продукцию не позднее 19.04.2019, однако к 25.06.2019 обязательства ответчиком не исполнены.

Ответчик факт нарушения сроков исполнения обязательств по договору не оспорил, однако заявил о том, что нарушение сроков произошло вследствие просрочки истца по предоставлению исходных данных и корректировке конструкторской документации.

Согласно пункту 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы и иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 719 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление технической документации, препятствует исполнению договора подрядчиком. При наличии таких обстоятельств подрядчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать взыскания убытков.

По смыслу указанной статьи подрядчик вправе приостановить выполнение работ при таком нарушении заказчика, которое объективно препятствует подрядчику выполнять работу.

Между тем в материалах дела отсутствуют документы, свидетельствующие о приостановлении ответчиком работ в связи с необходимостью выполнения истцом своих обязательств по договору в порядке, предусмотренном статьями 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Подрядчик не воспользовался своим правом, предоставленным ему статьей 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не приостановил начатую работу.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что работы фактически ответчиком не приостанавливались. Доказательств того, каким образом указанные в письмах ответчика данные повлияли на срок выполнения работ, не представлено.

В случае продолжения работы подрядчик берет на себя правовые риски, связанные с неисполнением или ненадлежащим исполнением своих обязательств по договору подряда, и не вправе ссылаться на указанные обстоятельства при возникновении споров.

Такая правовая позиция отражена, в частности, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 20.06.2017 № Ф06-21129/2017.

В соответствии с абзацами 4 и 5 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Ответчик в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил суду доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение обязательств в обусловленный договором срок, и доказательств, свидетельствующих об освобождении его от ответственности за просрочку исполнения обязательств.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для освобождения подрядчика от ответственности за нарушение сроков выполнения работ по договору по основаниям, предусмотренным статьями 401, 404, 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Поскольку факт нарушения ответчиком срока окончания выполнения работ по договору подтвержден материалами дела и ответчиком не опровергнут, с учетом положений статей 309, 310, 329, 330, 331, 401, 506, 702, 708 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий пунктов 4.1., 9.3. договора требование истца о взыскании с ответчика неустойки (пени) является правомерным.

Проверив представленный истцом расчет неустойки (т. 1, л.д. 7), суд первой инстанции пришел к выводу, что данный расчет осуществлен истцом исходя из требований закона и сроков исполнения обязательств, установленных договором, в связи с чем удовлетворил исковые требования в полном объеме, взыскав с ответчика в пользу истца пени за период с 20.04.2019 по 25.06.2019 в размере 195969 руб. 98 коп., а также за период с 26.06.2019 за каждый день просрочки исполнения обязательств по договору по день выполнения обязательств в полном объеме в размере, определенном в соответствии с пунктом 9.3. договора.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

В пункте 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, разъяснено, что при добровольной уплате неустойки, определяемой в указанном порядке, ее размер по общему правилу подлежит исчислению по ставке, действующей на дату фактического платежа. При этом закон не содержит прямого указания на применимую ставку в случае взыскания неустойки в судебном порядке. Вместе с тем, по смыслу данной нормы, закрепляющей механизм возмещения возникших у кредитора убытков в связи с просрочкой исполнения обязательств, при взыскании суммы неустоек (пеней) в судебном порядке за период до принятия решения суда ко всему периоду просрочки подлежит применению ставка на день его вынесения. Данный механизм расчета неустойки позволит обеспечить правовую определенность в отношениях сторон на момент разрешения спора в суде.

Как следует из материалов дела, расчет пени произведен истцом исходя из ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации в размере 7,5% годовых по состоянию на 25.06.2019, то есть на момент подачи иска (т. 1. л.д. 7).

Вместе с тем, на день вынесения судом первой инстанции резолютивной части решения (09.09.2019) ставка рефинансирования (ключевая ставка) Центрального банка Российской Федерации составляла 7% годовых.

При наличии оснований для взыскания пени, предусмотренной пунктом 9.3. договора, установив период просрочки исполнения обязательства и проверив представленный истцом расчет неустойки, суд апелляционной инстанции считает, что требование истца о взыскании с ответчика пени является обоснованным и подлежит удовлетворению частично в сумме 182905 руб. 31 коп., начисленных от цены договора в размере 11699700 руб. за период с 20.04.2019 по 25.06.2019 (67 дней), исходя из одной трехсотой ставки рефинансирования (ключевой ставки) Центрального банка Российской Федерации в размере 7% годовых, действовавшей на день вынесения решения.

Как разъяснено в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна (например, пункт 6 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

При этом день фактического исполнения нарушенного обязательства, в частности, день уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета неустойки.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции считает, что пени, предусмотренные пунктом 9.3. договора, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца за период с 26.06.2019 по день фактического исполнения обязательства, исходя из одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от 11699700 руб., уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных ответчиком.

В остальной части требования истца являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для уменьшения неустойки соответствуют обстоятельствам дела, статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации № 263-О от 21.12.2000, Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.01.2011 №11680/10, пунктах 69-81 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», которыми установлены критерии несоразмерности неустоек, а также сформирована практика рассмотрения и применения судами указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах выводы, изложенные в обжалуемом решении, в части, касающейся определения размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца пени, не соответствуют обстоятельствам дела, решение суда первой инстанции в указанной части принято с нарушением норм материального права, в связи с чем подлежит изменению в соответствии с частью 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с принятием по делу нового судебного акта о частичном удовлетворении исковых требований.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе подлежат отнесению на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

С учетом правовой позиции, содержащейся в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд апелляционной инстанции производит зачет денежных сумм, взыскиваемых в пользу каждой из сторон.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Резолютивную часть решения Арбитражного суда Ульяновской области от 9 сентября 2019 года (полный текст решения изготовлен 24 сентября 2019 года), принятого в порядке упрощенного производства по делу №А72-11405/2019, изменить и принять по делу новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить частично. Расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе отнести на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральская металлургическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Челябинская область, г. Златоуст, в пользу акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г. Димитровград, пени в размере 182905 руб. 31 коп. за период с 20.04.2019 по 25.06.2019 и далее за период с 26.06.2019 по день фактического исполнения обязательства, исходя из одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от 11699700 руб., уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных ответчиком, а также расходы по уплате государственной пошлины по иску в размере 6420 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г. Димитровград, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральская металлургическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Челябинская область, г. Златоуст, расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 199 руб. 80 коп.

Произвести зачет денежных сумм, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и в результате зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Уральская металлургическая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Челябинская область, г. Златоуст, в пользу акционерного общества «Государственный научный центр – Научно-исследовательский институт атомных реакторов» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская область, г. Димитровград, пени в размере 182905 руб. 31 коп. за период с 20.04.2019 по 25.06.2019 и далее за период с 26.06.2019 по день фактического исполнения обязательства, исходя из одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от 11699700 руб., уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных ответчиком, а также расходы по уплате государственной пошлины по иску в размере 6220 руб. 20 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья

В.А. Морозов