Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 сентября 2021 года, по делу № А65-7428/2021 (судья Андреев К.П.)

по иску ФИО1

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью "Эл-Маркет", акционерное общество «амоЦРМ»

о признании лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау) № 105 от 24.09.2020 г. недействительным, о взыскании 544089.81 рублей долга,

при участии представителей:

от истца –представитель ФИО3 по доверенности от 25.01.2021;

от ответчика - представитель ФИО4 по доверенности от 14.06.2021;

от третьих лиц – не явились, извещены надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в арбитражный суд Республики Татарстан с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о признании лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау) № 105 от 24.09.2020 недействительным, о взыскании 544089.81 рублей долга.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции к участию в нем в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью "Эл-Маркет", акционерное общество «амоЦРМ».

Арбитражный суд Республики Татарстан решением от 15.09.2021 в удовлетворении исковых требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой прocил отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование своей жалобы истец укaзал на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором прoсил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы жалобы.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, полагая обжалуемое решение законным и обоснованным.

Третьи лица явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришeл к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела,24 сентября 2020 года между ответчиком (лицензиаром) и истцом (лицензиатом) был заключен лицензионный договор о передаче секрета производства (ноухау) № 105 (далее – лицензионный договор), согласно которому ответчик обязуется предоставить истцу за вознаграждение и на указанный договором срок (5 лет п. 2.7) право использования в предпринимательской деятельности истца принадлежащего ответчику секрета производства (ноу-хау) (том 1 л.д.24-31).

Согласно п. 2.2 лицензионного договора, в составе передаваемого Секрета производства (ноу-хау) лицензиату предается следующее: план открытия центра страхования «ГОРСТРАХ»; руководство по работе с брендом «ГОРСТРАХ», презентация; инструкции по подбору и обучению персонала; должностные инструкции; скрипты продаж; доступ к базе страховщиков (передается только в электронном виде); доступ к настроенной СRМ-системе (передается только в электронном виде).

В силу п. 1.2 договора CRM-системы – это системы управления взаимоотношениями с клиентами. Специальное программное обеспечение, позволяющее создавать карточки клиентов и отслеживать историю взаимодействия с ними.

Указанный секрет производства (ноу-хау) истец вправе использовать только на территории города Волгоград (п. 2.4 договора).

Исковые требования мотивированы обнаружением истцом после заключения договора недостатков в переданном ему ноу-хау, в обоснование чего истец указывает, что переданная информация не может быть отнесена к формулировке предусмотренной п. 2.1 Лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау)№ 105 от 24 09.2020, а так же того, что передаваемый в рамках договора продукт не имеет потребительской ценности и не может отвечать требованиям ноу-хау, так как не имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность. Так же свободный доступ к информации как из блога ИП ФИО2, так и на упомянутых выше ресурсах, сводит на нет положение о «неизвестности их третьим лицам». При этом требование «в том числе путем введения режима коммерческой тайны» не может быть применено к информации о нарушениях законодательства Российской Федерации. Кроме того учитывая положение ст. 3 п. 2 № 98-ФЗ отнести составную часть информации переданной в качестве «Секрета производства (ноу-хау)» в рамках Лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау)№ 105 от 24.09.2020, указанную как неотъемлемую часть и составляющую в совокупности единый целый Секрет производства (как единая технология), доступы к «базе страховщиков» и «настроенной CRM», невозможно, так как у Лицензиара нет на предоставленную «базу» (el-market.org), moizvinki.ru и CRM (https://www.amocrm.ru) особых прав. Данные ресурсы находится в свободном доступе, а Лицензиар не может, в виду своего положения, влиять на алгоритмы и программные решения и ограничивать к ней доступ.

Согласно п. 4.1.1 договора сумма вознаграждения по договору состоит из лицензионного взноса. Размер лицензионного взноса составляет 400 000 рублей единовременно за весь период использования секрета производства в рамках одного центра «ГОРСТРАХ» по договору.

По акту приема-передачи (л.д. 31) ответчик передал истцу документацию, входящую в состав Секрета производства (ноу-хау), в соответствии с п. 2.2 лицензионного договора.

Истец получил доступ (право использования) к секрету производства (ноу-хау) и воспользовался им для открытия центра «ГОРСТРАХ».

По настоящему договору 27 сентября 2020 года ФИО1 несколькими платежами оплатила Лицензионный взнос, тем самым выполнила обязательство, предусмотренное п. 4.1.1, 4.1.2 Лицензионного договора. Далее ФИО5 был предоставлен доступ к секрету производства (ноу-хау) и передана вся информация, документация входящая в состав Секрета производства (ноу-хау), описанная в п. 2.2 договора о передаче секрета производства (ноу-хау), что подтверждается подписанным актом приема передачи технической документации и коммерческой информации, составляющей Секрет производства (ноу-хау).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции дал надлежащую оценку обстоятельствам дела, правильно применил нормы материального и процессуального права.

В соответствии с п. 1 ст. 1465 Гражданского кодекса РФ секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а таксисе сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе, путем введения режима коммерческой тайны.

В соответствии со ст. 1225 ГК РФ секрет производства признается самостоятельным результатом интеллектуальной деятельности, которому предоставляется правовая охрана.

Согласно пункту 1 статьи 1466 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 ГКРФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

При предоставлении права использования секрета производства лицо, распорядившееся своим правом, обязано сохранять конфиденциальность секрета производства в течение всего срока действия лицензионного договора. Лица, получившие соответствующие права по лицензионному договору, обязаны сохранять конфиденциальность секрета производства до прекращения действия исключительного права на секрет производства (пункт 3 статьи 1469 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 143 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения главы 75 ГК РФ определяют порядок правовой охраны секретов производства (ноу-хау), то есть сведений любого характера (производственных, технических, экономических, организационных и других) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющих действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны (статья 1465 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1465 ГК РФ с 1 октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным.

Как установлено судом первой инстанции, ни на момент заключения лицензионного договора, ни на момент его исполнения, в том числе при подписании акта передачи технической документации и коммерческой информации, составляющей Секрет производства (ноу-хау), ФИО1 не заявляла о несогласии с предметом договора и не заявляла о не передаче ей секрета производства (ноу-хау).

Действуя свободно и заключая Лицензионный договор, ФИО1 согласилась с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау).

При этом, истец с момента заключения договора не заявлял о незаконности исполнения условий договора, при этом, фактически реализовывал предоставленное по договору право, а также производил выплаты лицензионных вознаграждений за предоставленные права на протяжении года. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Между тем, при заключении лицензионного договора, его исполнении истец не предъявлял претензий к предмету договора, не заявлял о его недостатках, имел возможность отказаться от заключения договора на предложенные ему условиях.

Исходя из принципа свободы договора, закрепленного пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец добровольно принял на себя обязательства по заключенному договору, следовательно, несет ответственность за его исполнение перед ответчиком как лицом.

В секрет производства (ноу-хау) согласно п. 1.1. лицензионного договора входят сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), которые собраны Лицензиаром, в процессе предпринимательской деятельности в сфере открытия центра страхования по оказанию услуг страхования, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых Лицензиаром введен режим коммерческой тайны в составе сведений, составляющих Секрет производства (ноу-хау).

Действуя свободно и заключая Лицензионный договор, истец согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау).

Учитывая дальнейшие действия сторон по передаче ответчиком истцу предусмотренного договором ноу-хау и осуществление эксплуатации ноу-хау истцом, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора истцу было известно о качественных характеристиках предмета договора.

При этом факт уплаты истцом паушального взноса после заключения договора на основании лицензионного договора ответчику свидетельствует, в том числе, об отсутствии заблуждения истца относительно природы сделки, тождества либо иных качеств ее предмета.

Содержание спорного лицензионного договора в достаточной степени позволяет установить волю сторон, его предмет и условия.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Согласно положениям статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 3 ст. 166 ГК РФ установлено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Сделка не может быть признана недействительной по иску лица, чьи имущественные права и интересы не затрагиваются данными нарушениями, поэтому лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса.

Отсутствие нарушенных прав и законных интересов истца является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной.

Таким образом, бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав истца и причинения ему неблагоприятных последствий, возложено на истца, обратившегося в суд с требованием о признании сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 ГК РФ).

Довод ФИО1 о том, что при заключении договора она была введена в заблуждение относительно коммерческой ценности переданного секрета производстваи относительно существа передаваемого по договору ноу-хау правомерно отклонен судом первой инстанции.

В силу положений статьи 2 ГК РФ предпринимательская деятельность осуществляется участниками гражданского оборота на свой риск.

Указанное положение предполагает, что от участников гражданского оборота требуется должная степень осмотрительности и заботы при заключении сделок. При этом рисковый характер предпринимательской деятельности распространяется также на такой ее атрибут как прибыльность.

В данном случае прибыльность деятельности, связанной с оказанием услуг посредством использования полученного истцами секрета производства, не может рассматриваться в обороте как существенное качество предмета заключенного сторонами договора.

Истец не был лишен возможности узнать качественные характеристики не только приобретаемого секрета производства, но и качественные характеристики самой предпринимательской деятельности.

Указанный довод истца является необоснованным, поскольку неполучение истцом прибыли, не может являться основанием для признания сделки недействительной по указанному им основанию.

Доказательств умышленного введения истца ответчиком в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, истец не представил.

Кроме того, в рассматриваемых правоотношениях обе стороны являются профессиональными участниками рынка в соответствующей сфере, в связи с этим не имеется оснований для отнесения истца в смысле, примененном в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 16 от 14.03.2014 "О свободе договора", к категории "слабых сторон".

Положения ст. 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации не требуют установления обязательного режима коммерческой тайны по лицензионным договорам о передаче секрета производства (ноу-хау), доказательств разглашения ответчиком информации, составляющей секрет производства, истцом не представлено.

Истцом не представлено достаточных доказательств ни факта введения ее в заблуждение (обмана), ни факта нарушения договором требований закона и посягательства на публичные интересы.

При подписании договора у истца не возникло возражений или вопросов относительно его содержания, истцом не было направлено протокола разногласий к договору.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вопреки доводам истца, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец и ответчик имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступали к исполнению своих обязательств по договору, то есть, совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого договора, в связи с чем, спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

В рассматриваемом случае договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (пункт 2 статьи 1235 ГК РФ); все существенные условия такого договора, а именно: предоставление права использования в течение 12 месяцев ноу-хау, способы его использования, размер вознаграждения, сторонами согласован.

Заключенный между сторонами договор был исполнен обеими сторонами (комплекс предоставляемых ответчиком прав, оплаченный истцом, был предоставлен ответчиком и использовался истцом, истец оплатил паушальный взнос и подписал надлежащим образом акты выполненных работ).

Ответчик исполнил принятые на себя обязательства по передаче ноу-хау в установленные сроки, о чем свидетельствует подписанный между истцом и ответчиком акт приема-передачи.

Подписав названный акт, истец подтвердил, что права по договору переданы. Истец подписал акт, у истца не возникло разумных сомнений ни на стадии заключения договора, ни на стадии оплаты паушального взноса, ни на стадии подписании актов.

Каких-либо замечаний к объему переданных прав истец не предъявлял с момента заключения договоров и получения секрета производства по ним, с учетом, что спорный договор был заключен в сентябре 2020 года, а какие-либо замечания и претензия к ответчику возникли только в феврале 2021 года.

Истцом при приемке прав и впоследствии, на протяжении полугода не предъявлялось каких-либо претензий относительно объема и качества переданных ответчиком прав, что свидетельствует о необоснованности и недоказанности заявленных исковых требований.

Согласно п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также, если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Состав передаваемого секрета производства (ноу-хау) закреплен в п. 2.2 договора. Истец не представил надлежащих доказательств того, что переданные по договору сведения, составляющие секрет производства (ноу-хау), имеются в открытом доступе и иные лица могут ими воспользоваться. Лицензиат не представил также доказательств, что в момент заключения договора сведения, составляющие секрет производства (ноу-хау), переданные по договору, утратили свою действительную или потенциальную коммерческую ценность.

Условия договора позволяют с достаточной степенью определенности уяснить смысл предмета договора и используемых объектов, договор был подписан без возражений, реально исполнялся истцом и ответчика направлялись сведения об исполнении договора. Это повлекло для каждой из сторон юридически значимые последствия, обусловленные их характером и правовой природой.

Стороны определили стоимость договора в п. 4.1.2 договора. Истец с указанной стоимостью согласился, произвел оплату паушального взноса.

ФИО1 не представила доказательства, свидетельствующие о том, что сведения и документы, перечисленные в пункте 2.2 Лицензионного договора, как входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности, известны третьим лицам, у которых к ним имеется свободный доступ на законном основании, а также о том, что ИП ФИО2 не принимал мер, направленных на обеспечение режима конфиденциальности.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в отсутствие доказательств свободного доступа к соответствующим сведениям третьих лиц, вне зависимости от наличия либо отсутствия соответствующего грифа на такой документации, раскрывающей секреты производства, предмет лицензионного договора № 105 от 24.09.2020 соответствует статье 1469 ГК РФ.

Аналогичные разъяснения указаны в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (пункт 144).

Видеозапись, представленная истцом, свидетельствует о разъяснении алгоритма и порядка предоставления услуг, являющихся предметом секрета производства.

В своем заявлении истец указывает на экспертное заключение ООО «Инекс».

На исследование перед экспертом был поставлен вопрос: «Какова рыночная стоимость ноу-хау принадлежащего ИП ФИО2?».

Согласно экспертному заключению, рыночная стоимость ноу-хау принадлежащего ИП ФИО2 составляет 1 рубль.

На исследование перед экспертом был поставлен вопрос, который не имеет отношения к спору. Выводов о потенциальной коммерческой ценности секрета производства, переданного истцу, учитывая коммерческую практику истца, заключение не содержит.

Пунктом 1 статьи 1465 ГК РФ установлено, что секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно- технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В пункте 1 статьи 1466 ГК РФ указано, что обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом.

Согласно пункту 1 статьи 1469 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона -обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Как указано в пункте 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Учитывая действия ФИО1 по оплате лицензионного взноса и передачу ИП ФИО2 предусмотренного договором секрета производства во исполнение спорного договора, суд приходит к выводу, что стороны приступили к исполнению спорного договора.

Согласно п. 3.1.3 Лицензионного договора Лицензиар организует для Лицензиата дистанционное обучение, и обеспечивает онлайн доступ к учебным материалам, а Лицензиат берет на себя обязательства по прохождению обучения и профессиональной подготовке персонала, вовлеченного в деятельность центра ГОРСТРАХ.

Согласно п. 3.1.2. Лицензионного договора в течение действия настоящего договора дистанционно (путем консультаций по электронной почте и по телефону) оказывать помощь по использованию Секрета производства (ноу-хау).

Сторонами был согласован его предмет, а также способы использования исключительных прав ответчика, и, проанализировав действия сторон, что воля сторон была направлена на его исполнение, и вследствие установленных обстоятельств следует отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований.

Не представлено ФИО1 доказательств в подтверждение его довода об отсутствии у ответчика какого-либо секрета производства (ноу-хау), а довод о том, что в спорном договоре не определен предмет договора, противоречит согласованным между сторонами условиям договора о предмете договора.

Кроме того, истец в исковом заявлении сослался на отсутствие у ответчика исключительных прав на CRM систему.

Отклоняя этот довод истца, суд первой инстанции указал, что ФИО2 заключил с ООО «Профессиональные системы автоматизации» договор на оказание услуг по настройке доступа «АМО - CRM-системы» № 82. Согласно предмету указанного договора, ИП ФИО2 поручил, а исполнитель в лице ООО «Профессиональные системы автоматизации» обязуется оказать следующие услуги:

• Консалтинг по вопросам внедрения CRM системы в предприятие заказчика;

• Настройка этапов продаж по страховой деятельности;

• Создание ролей менеджеров, создание воронки продаж и ее настройка;

• Настройка полей карточки клиента и сделки по страховой деятельности;

• Описание и внедрение процесса автоматического создания задач менеджеру;

• Настройка ежегодной пролонгации сделок в соответствии с полученным
техническим заданием;

• Интеграция и настройка виджета «Мои Звонки»;

• Обучение менеджеров по работе с CRM системой по страховой деятельности;

• Сбор и анализ полученной аналитики;

• Аудит работы менеджеров;

После исполнения вышеуказанных услуг ИП ФИО2 подписал акт оказания услуг по настройке доступа «АМО - CRM-системы» по договору № 82.

По смыслу п. 2.2 договора, ООО «Профессиональные системы автоматизации» обязуется, в ходе выполнения работ или оказания услуг передать заказчику исключительное право результат интеллектуальной деятельности (далее — РИД).

В качестве подтверждения своих полномочий ООО «Профессиональные системы автоматизации» предоставили Партнерское соглашение № 13419090 от 13 января 2017 года с АО «амоЦРМ».

Согласно партнерскому соглашению, ООО «Профессиональные системы автоматизации» могут осуществлять действия по внедрению продукта для своих клиентов (лицензиатов), тем самым являются их официальным партнером.

Между тем, каждая отдельная CRM- система изготавливается для определенного заказчика, что определяет ее уникальность. Данная система представляет собой программу, разработанную для достижения целей, указанных заказчиком. Имея доступ к базовой версии, а также навыки пользователя, каждый может использовать данную программу. Однако для того, чтобы данная программа работала по назначению и с помощью данной программы достичь определенных результатов, создается функционал данной программы по критериям заказчика. Каждая CRM-система, созданная для достижения определенных целей, является уникальной.

Исходя из лицензионного договора (п. 2.2.) его предметом не является передача исключительных прав на программу для ЭВМ, истец получает доступ к настройкам CRM-системы, созданным лицензиаром для использования лицензиатом в предпринимательской деятельности для функционирования центра «ГОРСТРАХ».

Доступ к базе страховщиков и к настроенной системе CRM-системе передается в электронном виде. При этом истец не может самостоятельно получить доступ к базе страховщиков или к CRM-системе, так как ИП ФИО2 производит регистрацию и непосредственную настройку.

Истец, заявляя, что база данных страховщиков не является результатом интеллектуальной деятельности ответчика, не представил в порядке ст. 65 АПК РФ доказательств, свидетельствующих о том, что сведения и документы, перечисленные в пункте 2.2 лицензионного договора, как входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности, известны третьим лицам, у которых к ним имеется свободный доступ на законном основании, а также о том, что ответчик не принимал мер, направленных на обеспечение режима конфиденциальности.

Как предусмотрено ст. 3 Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ "О коммерческой тайне" информацией, составляющей коммерческую тайну, являются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере, а также сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.

Как следует из разъяснения, изложенного в пункте 144 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу пункта 1 статьи 1465 ГК РФ с 1 октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным.

Оценив действия сторон по передаче ответчиком истцу предусмотренного договором ноу-хау и осуществление эксплуатации ноу-хау истцом, а также представленную в дело переписку сторон, суд пришел к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора истцу было известно о качественных характеристиках предмета договора.

С учетом этих обстоятельств, суд приходит к выводу о недоказанности истцом наличия у него в момент совершения сделки заблуждения относительно природы договора или таких качеств его предмета, которые значительно снижают возможность его использования по назначению.

Каких-либо иных доказательств, подтверждающих недействительность спорной сделки в соответствии со статьей 178 ГК РФ, истцом не представлено.

Оценив приведенные в апелляционной жалобе доводы заявителя, суд апелляционной инстанции нашел их необоснованными.

Согласно п.5 ст.166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Секрет производства ответчика в полной мере соответствует требованиям действующего законодательства, предъявляемым к такому объекту. Иного Истцом доказано не было.

В силу положений статьи 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

Передаваемый по Договору Секрет производства является результатом его собственной предпринимательской деятельности и представляет собой совокупность коммерчески ценной информации в сфере страхования. При этом указанная совокупность информации включает в себя как собственные наработки, так и инструкции по использованию общедоступных ресурсов и инструментов (что не противоречит созданию Секрета производства собственным интеллектуальным трудом ФИО2).

Истцом не было в необходимой мере доказано отсутствие у ответчика прав на использование и распоряжение Секретом производства. При этом Истцом не представлено доказательств общеизвестности Секрета производства или наличия возможности третьих лиц получить к нему беспрепятственный доступ.

Более того, суду первой инстанции были представлены доказательства заключения договора между ИП ФИО2 и ООО «Профессиональные системы автоматизации». Указанный договор предусматривает оказание услуг по настройке доступа «АМО - CRM-системы». Согласно предмету названного договора ИП ФИО2 поручил, а Исполнитель (в лице ООО ««Профессиональные системы автоматизации») принял обязательство оказать следующие услуги: Консалтинг по вопросам внедрения CRM системы в предприятие Заказчика; Настройка этапов продаж по страховой деятельности; Создание ролей менеджеров, создание воронки продаж и ее настройка; Настройка полей карточки клиента и сделки по страховой деятельности; Описание и внедрение процесса автоматического создания задач менеджеру; Настройка ежегодной пролонгации сделок в соответствии с полученным техническим заданием; Интеграция и настройка виджета «Мои Звонки»; Обучение менеджеров по работе с CRM системой по страховой деятельности; Сбор и анализ полученной аналитики; Аудит работы менеджеров;

После исполнения вышеуказанных услуг ответчиком был подписан Акт об оказании услуг по настройке доступа «АМО - CRM-системы» по договору №82.

При этом по смыслу названного договора ООО «Профессиональные системы автоматизации» приняло обязательство в ходе выполнения работ или оказания услуг передавать Заказчику исключительные права на результат интеллектуальной деятельности (далее — РИД).

В качестве подтверждения своих полномочий и компетенций ООО «Профессиональные системы автоматизации» предоставили Партнерское соглашение №13419090 от 13 января 2017 года с АО «амоЦРМ». Согласно партнерскому соглашению ООО «Профессиональные системы автоматизации» может осуществлять действия по внедрению продукта для своих клиентов (лицензиатов), тем самым, являются официальным партнером АО «амоЦРМ».

Между тем, каждая отдельная CRM-система изготавливается для определенного заказчика, что определяет ее уникальность. Данная система представляет собой программу, разработанную для достижения целей, указанных заказчиком. Имея доступ к базовой̆ версии, а также навыки пользователя, каждый может использовать данную программу. Однако для того, чтобы данная программа работала по назначению (и с её помощью пользователь имел возможность достичь определенных результатов), создается функционал данной программы по критериям заказчика. Каждая CRM-система, созданная для достижения определенных целей, является уникальной.

Таким образом, предоставленный Истцу аккаунт CRM-системы является результатом настройки и индивидуализации базовой (общедоступной) версии сервиса АО «амоЦРМ». При этом ИП ФИО2 обладает всеми исключительными правами на использование переработанной версии CRM-системы в силу Договора с ООО «Профессиональные системы автоматизации».

Доступ к базе страховщиков и к настроенной CRM-системе по Лицензионному договору передается в электронном виде. При этом любой желающий (без наличия соответствующего договора с ИП ФИО2) не может самостоятельно получить доступ к базе страховщиков или к CRM-системе, так как Ответчик самостоятельно производит регистрацию и непосредственную настройку каждого аккаунта.

Исходя из условий Лицензионного договора (п. 2.2.) его предметом не является передача исключительных прав на программу для ЭВМ; Лицензиат получает доступ к настройкам CRM-системы, созданным лицензиаром для использования лицензиатом в предпринимательской деятельности для функционирования центра «ГОРСТРАХ».

Секрет производства «ГОРСТРАХ» является совокупностью коммерчески ценной информации, разработанной и/или собранной ИП ФИО2 и неизвестной третьим лицам. Доказательств обратного Истцом в материалы дела представлено не было.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

Расходы по государственной пошлине в связи с рассмотрением апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 сентября 2021 года, по делу № А65-7428/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Л.Л. Ястремский

Судьи Н.Б. Назырова

С.Ш. Романенко