Гражданский кодекс часть 1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 декабря 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании солидарно убытков с ООО «СБК-Техносервис», ФИО4, ФИО5, ФИО6

в рамках дела № А65-27693/2016

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 21 ноября 2016 года поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО7, с.Урманаево, Азнакаевский район, о признании общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>), несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2016 заявление о признании должника банкротом принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 января 2017 года (дата оглашения резолютивной части 17 января 2017 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>), введена процедура банкротства наблюдение; временным управляющим должника утверждена кандидатура ФИО8, члена некоммерческого партнерства Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа»; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №16 от 28.01.2017.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан (резолютивная часть решения оглашен 19 июня 2017 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО8, члена некоммерческого партнерства Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 г. (дата оглашения резолютивной части определения), конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) - утверждена ФИО3 (ИНН <***>, регистрационный номер в НП СРО «ГАРАНТИЯ» 225), являющаяся членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 06 ноября 2019 года поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3, о взыскании с ООО «СБК-Техносервис», ФИО1 солидарно убытков в размере 157 000 000 рублей, с ФИО1 ФИО5, ФИО9 солидарно убытков в размере 8 641 732,80 рублей, (вх. №42087).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 декабря 2019 года заявление удовлетворено частично.

С ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», взыскано 8 641 732,80 рублей убытков.

В удовлетворении заявления к ООО «СБК-Техносервис», ФИО1 о взыскании солидарно убытков в размере 157 000 000 рублей, к ФИО10, ФИО9 о взыскании солидарно 8 641 732,80 рублей убытков, отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, конкурсный управляющий ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение арбитражного суда Республики Татарстан от 16 декабря 2019 года.

В судебном заседании представитель ФИО1 апелляционную жалобу поддержал, просил отменить судебный акт в части взыскания убытков в размере 8 641 732,80 руб.

Представитель конкурсного управляющего не явился, согласно апелляционной жалобе обжалует судебный акт в части отказа в удовлетворении требований о взыскании с ООО «СБК-Техносервис», ФИО1 убытков в размере 157 000 000 рублей.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года №36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 декабря 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании солидарно убытков с ООО «СБК-Техносервис», ФИО4, ФИО5, ФИО6 в рамках дела № А65-27693/2016, в связи со следующим.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", требования о возмещении убытков, причиненных должнику его органами, предъявляются в деле о банкротстве должника.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право, которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено убытков в меньшем размере.

Из смысла указанных норм закона следует, что лицо, обращающееся в суд с требованием о возмещении убытков, обязано доказать противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникающими убытками, размер убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

Единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки (пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, лицо, требующее их возмещения, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Для удовлетворения требования заявителя о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Из материалов дела следует, учредителем и руководителем должника является ФИО1

ФИО1 является также учредителем в ООО «СБК Техносервис» ИНН <***> и учредителем в ООО «Завод Ремонт Бытовой Техники» ИНН <***>.

ООО «СБК Техносервис» ИНН <***> осуществляет деятельность по предоставлению прочих услуг, связанных с добычей нефти и газа (ОКВЭД 11.20.4). Уставный капитал 1 000 000 рублей.

ООО «СБК-Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» находятся по одному юридическому адресу, в штате бухгалтерии находятся одни и те же работники.

Хозяйственная деятельность ООО «СБК-Техносервис» непосредственно связана с деятельностью ООО «Таттрансконтур».

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал, что в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении должника (Решение ВНП №4 от 27.06.2017г.) было установлено, что ООО «Таттрансконтур» производило платежи в адрес различных контрагентов, используя счета ООО «СБК-Техносервис». Согласно выписок расчетных счетов ООО «СБК-Техносервис» за период 01.01.2016г. по 03.02.2017г. было перечислено более 157 000 000 рублей кредиторам должника в счет исполнения обязательств по оплате последнего. В назначении платежа было указано: «оплата за должника по договору, счету, товарной накладной и т.п.».

При этом за указанный же период по покупателю ООО «СБК Техносервис» должником оказано услуг на сумму 197 334 300 рублей. При этом сведения о поступлениях денежных средств на расчетный счет должника от ООО «СБК Техносервис» на данную сумму отсутствуют.

По мнению конкурсного управляющего перечисление ООО «СБК-Техносервис» в адрес третьих лиц денежных средств за должника было произведено в счет оплаты долга ООО «СБК-Техносервис» перед ООО «Таттрансконтур».

Следовательно при наличии выставленных инкассовых поручений на счетах ООО «Таттрансконтур» и при наличии дебиторской задолженности аффилированного лица ООО «СБК Техносервис» контролирующие лица должника ФИО1 и ООО «СБК Техносервис» в нарушение очередности платежей с целью причинения убытков должнику и налоговому органу, оказали предпочтение третьим лицам и перечислили в их адрес более 157 000 000 рублей.

Перечисления ООО «СБК Техносервис» в адрес контрагентов ООО «Таттрансконтур» совершены исключительно в интересах самой ООО «СБК Техносервис», принадлежащей ФИО1 В случае если бы произведенные перечисления, в том числе за электроэнергию, за тепло, за запчасти, за лизинг, ГСМ, кредиты и т.д. не осуществлялись, то деятельность ООО «СБК Техносервис» была бы прекращена, так как собственного движимого и недвижимого имущества оно не имеет, а деятельность осуществляла исключительно за счет имущества, принадлежащей должнику.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, ФИО1 и ООО «СБК Техносервис» причинены убытки на общую сумму 197 334 300 рублей, как самому должнику, так и его кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов ООО «Таттрансконтур».

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее -постановление от 21.12.2017 N 53) независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Согласно пункту 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, перечисления ООО «СБК-Техносервис» денежных средств третьим лицам (контрагентам) за должника были оспорены.

В ходе рассмотрения обособленного спора установлено, что спорные платежи в момент их перечисления являлись не средством погашения денежного долга контрагента перед должником, а перечислялись в качестве оплаты подлежащего поставке товара, оказанию услуг, то есть не погашали денежное обязательство должника перед контрагентами, а создавали таковое с момента получения контрагентами спорных платежей.

Сама по себе реализация должником предусмотренного статьей 313 ГК РФ права возложить на третье лицо, исполнение обязательств перед кредитором не может свидетельствовать ни о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, ни об осведомленности его кредиторов о наличии указанных обстоятельств, в том числе с учетом приведенных в абзаце 5 пункта 12 Постановления N 63 разъяснений.

Кроме того, ответчики по сделкам, не являются аффилированными лицами по отношению к должнику.

Доказательств мнимости сделок по поставке товара, оказания услуг, конкурсным управляющим и уполномоченным органом, как при рассмотрении настоящего спора, так и при оспаривании сделок, представлено не было.

Реальность исполнения сделок лицами, участвующими в деле не оспорена.

Исполнение обязательства третьим лицом, на которое должник возложил исполнение своего обязательства, представляет собой один из способов надлежащего исполнения обязательств должника перед его кредитором. Совершение третьим лицом соответствующих действий влечет прекращение обязательства между первоначальным кредитором и должником, подобно тому, как если бы эти действия совершил сам должник.

Доказательств наличия у ООО «СБК-Техносервис» обязательства перед должником в материалы настоящего дела не представлено.

Целью указанных перечислений являлась необходимость своевременной и оперативной оплаты поставщикам для осуществления непрерывного производственного процесса согласно условиям договора поставки, и оказания услуг.

Использование должником в расчетах с контрагентами вышеуказанного способа исполнения обязательства не может свидетельствовать о причинении обществу убытков.

При этом платежи совершены в рамках долгосрочного договора, без существенной задержки, что свидетельствует о совершении сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Ссылка конкурсного управляющего на отсутствие аналогичных платежей ранее правомерно не принята судом первой инстанции во внимание.

В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является лицом, обязанным анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности.

Доказательств обращения конкурсного управляющего к ООО «СБК-Техносервис», исполнявшим обязательства должника, а также к иным лицам, контрагентам, с запросом о предоставлении информации об осуществлении ими платежей в пользу контрагентов должника, в материалы дела не представлено.

Доводы конкурсного управляющего о сокрытии бывшим руководителем денежных средств должника посредством дачи финансовых поручений по перечислению денежных средств непосредственно контрагентам, минуя расчетный счет должника правомерно отклонены судом первой инстанции.

Как указывалось ранее, перечисление денежных средств ООО «СБК-Техносервис» третьим лицам за счет должника, имело место по реальным обязательствам. Контрагенты являются реальными действующими лицами.

Доказательств, подтверждающих, что директор ФИО1 от имени юридического лица совершил сделки на заведомо невыгодных для должника условиях с лицами, заведомо не способными исполнить обязательства, либо в отсутствие реальных правоотношений материалы дела не содержат.

Доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния должника материалы дела не содержат.

Кроме того, в результате совершения оспоренных сделок встречные обязательства должника были прекращены равноценными встречными обязательствами ООО «СБК-Техносервис», что свидетельствует об отсутствии у должника убытка в результате совершения этих сделок.

В свою очередь совершение руководителем должника действий направленных на погашение имеющейся кредиторской задолженности не может расцениваться как противоправное поведение.

Как верно указано судом первой инстанции, формальное наличие оснований позволяющих конкурсному управляющему сделать вывод о предпочтительном удовлетворении кредиторских требований должника само по себе не образует состава ответственности по ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, для установления факта причинения обществу убытков, в связи с совершенными руководителем перечислениями денежных средств необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что стороны договора действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника.

Принимая во внимание отсутствие доказательств недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагентом по сделкам по получению денежных средств по мнимым сделкам, аффилированности контрагентов с должником, сговора между должником и контрагентами, либо возврата денежных средств через контрагентов обратно ответчику ООО «СБК-Техносервис» или руководителю ФИО1, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий также указал, что за период с 01.01.2014 по 31.12.2015 года была проведения налоговая проверка, по результатам которой 27.06.2017 вынесено решение №4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, на основании которого ООО «Таттрансконтур» привлечено к налоговой ответственности, доначислены суммы неуплаченных налогов в размере 36 197 306 рублей, пени в сумме 8 246 590,28 рублей, штраф - 115 194,42 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2019г. и Постановлением Одиннадцатого Арбитражного апелляционного суда от 18.07.2019г. Решение №4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения оставлено без изменений.

Допущенные нарушения налогового законодательства выразились в неправомерном не перечислении сумм налога на доходы физических лиц, подлежащего удержанию и перечислению в сроки, установленные законодательством. Решением ФНС России было установлено удержание обществом, выполняющим функции налогового агента, НДФЛ и не перечисления удержанной суммы в бюджет, в результате чего было привлечено к налоговой ответственности в виде начисления штрафа и уплаты пени.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.10.2017г. требования ФНС России в размере 36 197 306 рублей основной долг, пени в сумме 8 412 917,98 рублей, штраф - 228 814,82 рублей включены в реестр требований кредиторов ООО «Таттрансконтур».

На основании подпункта 1 пункта 3 статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны правильно и своевременно исчислять, удерживать из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщикам, и перечислять налоги в бюджетную систему Российской Федерации на соответствующие счета Федерального казначейства. В том случае, когда доход, подлежащий обложению налогом у налогового агента, получен налогоплательщиком в натуральной форме и денежных выплат в данном налоговом периоде налогоплательщику не производилось, у налогового агента отсутствует обязанность удержания налога с плательщика. В этом случае необходимая информация представляется агентом в налоговый орган в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 3 статьи 24 Кодекса.

В силу пункта 6 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств на выплату дохода, а также дня перечисления дохода со счетов налоговых агентов в банке на счета налогоплательщика либо по его поручению на счета третьих лиц в банках.

В пункте 10 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.06.1999 №41/9 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 24 Налогового кодекса Российской Федерации налоговый агент обязан перечислить в соответствующий бюджет сумму налога, удержанную в установленном порядке из денежных средств, выплачиваемых налогоплательщику.

Согласно статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации неправомерное неудержание и (или) не перечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный Налоговым кодексом Российской Федерации срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.

Из материалов дела следует удержание НДФЛ из дохода работников и не перечисление налога в бюджет осуществлялось должником под руководством ФИО1

Между тем, денежные средства, удержанные из дохода работников в качестве НДФЛ, не являются для налогового агента собственными, и руководитель не вправе был самостоятельно ими распоряжаться по собственному усмотрению, в том числе направлять на погашение задолженности по иным видам налога.

Таким образом, неправомерные действия руководителя по несвоевременному перечислению сумм налогов повлекли привлечение предприятия к налоговой ответственности в виде штрафа и начисления пени, что причинило обществу убытки.

Согласно статье 123 НК РФ неправомерное неудержание и (или) неперечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный НК РФ срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.

Решением налогового органа подтверждено, что ООО «Таттрансконтур» как налоговый агент в нарушение абзаца 2 пункта 6 статьи 226 НК РФ не перечисляло НДФЛ в установленный законом срок.

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 57 при рассмотрении споров о взыскании с налоговых агентов штрафа за неправомерное не перечисление в установленный срок сумм налога, подлежащего удержанию с налогоплательщика, судам необходимо учитывать, что такое правонарушение может быть вменено налоговому агенту только в том случае, когда он имел возможность удержать и перечислить соответствующую сумму, имея в виду, что удержание осуществляется из выплачиваемых налогоплательщику денежных средств.

Поскольку в ходе налоговой проверки установлено, что заработная плата была выплачена в полном объеме, следовательно организация имела возможность для перечисления НДФЛ в установленные законодательствам сроки.

Бездействие, выразившееся в неуплате НДФЛ, повлекло возникновение для предприятия убытков в размере начисленных пени и штрафа.

Доводы ответчика о наличии иной задолженности у общества, в том числе и по подоходному налогу за прошедшие периоды, а также задолженности перед кредитными организациями, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждают отсутствии вины руководителя должника в причинении обществу-должнику убытков вышеуказанными действиями.

Доводы ответчика о наличии производственной необходимости по удержанию НДФЛ и осуществлению расчетов с кредиторами, и погашению иных обязательных платежей правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку как указывалось ранее, денежные средства, удержанные из доходов работников в качестве НДФЛ, не являются для налогового агента собственными, и он не вправе самостоятельно ими распоряжаться.

Доводы ответчика о его не извещении судом первой инстанции отклоняются судебной коллегией, поскольку из материалов дела следует, что почтовое отправление, направленное по адресу <...> возвращено в связи с истечением срока хранения. Аналогичный адрес указан ФИО1 в апелляционной жалобе.

В силу пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части взыскания убытков в размере 8 641 732,80 рубля (пени и штраф) с руководителя общества - ФИО1

В части отказа в удовлетворении заявления о взыскании убытков с работников общества бухгалтеров ФИО11 и ФИО9, судебный акт не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

Обращаясь с апелляционными жалобами, заявителями не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своих позиций, доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 декабря 2019 года, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании солидарно убытков с ООО «СБК-Техносервис», ФИО4, ФИО5, ФИО6 в рамках дела № А65-27693/2016 в обжалуемой части оставить без изменения - апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.А. Серова

Судьи Н.А. Мальцев

Н.А. Селиверстова