Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер АП-20493/2022 ) финансового управляющего Геруса Геннадия Николаевичана определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2022 по делу № А56-109550/2019 (судья Антипинская М.В.), принятое по делу о несостоятельности (банкротстве) Валько Валентина Александровича,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением суда первой инстанции от 11.07.2020 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член ААУ «Солидарность».

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.07.2020.

Определением суда первой инстанции от 16.09.2021 процедура реализации имущества завершена, полномочия финансового управляющего ФИО3 прекращены, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2021 определение суда первой инстанции от 16.09.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.02.2022 судебные акты нижестоящих инстанций отменены в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, дело в отмененной части направлено на новое рассмотрение, в остальной части судебные акты оставлены без изменения.

Определением суда первой инстанции от 30.05.2022 ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В апелляционной жалобе ФИО3, повторяя позицию, изложенную в суде первой инстанции, просит указанное определение отменить как необоснованное и принятое с нарушением норм материального и процессуального права, ссылаясь на то, что поведение должника свидетельствуют о невозможности применения к нему правил об освобождении от обязательств; выражает несогласие с произведенной судом оценкой фактов поведения должника при установлении обстоятельств сокрытия им информации о своем участии в ООО «Доминат» и ООО «Доминат Международная компания», ликвидации одного из них без согласования с финансовым управляющим, наличия у него денежных средств в сумме 13 031 744 руб., изготовления актов о списании денежных средств непосредственно перед передачей их финансовому управляющему, уклонения от передачи финансовому управляющему всех документов принадлежащих ему обществ; отмечает отсутствие документов на имущество стоимостью 30 724 256 руб. 74 коп. при подтвержденных активах ООО «Доминант» в 2019 году в размере 53 052 000 руб.

В судебном заседании апелляционной инстанции суд определил отказать в удовлетворении ходатайства арбитражного управляющего, содержащегося в жалобе, об истребовании выписки о движении денежных средств по счету должника в Банке ВТБ (ПАО) за период с 13.03.2017 по 11.09.2018 в подтверждение факта того, что в указанный период на счет должника поступали денежные средства, которые должник выводил из ООО «Доминант»,поскольку указанная информация имеется в материалах настоящего обособленного спора.

Представитель должника в судебном заседании против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, полагал недоказанным наличие обстоятельств, позволяющих не освобождать ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в судебное заседание не явились. В соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя должника, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность определения от 30.05.2022, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Как видно из дела, при обращении в суд с заявлением о собственном банкротстве ФИО1 указал на наличие обязательств перед кредиторами в размере 22 215 199 руб. 61 коп., заявил об отсутствии имущества и постоянного дохода.

В ходе процедуры банкротства в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредиторов на сумму 3 551 279 руб. 10 коп.

В процессе осуществления процедуры по розыску имущества должника финансовым управляющим получены сведения о наличии в собственности должника 100% долей участия в ООО «Доминант» (ОГРН <***>) и ООО «Доминант Международная Компания» (ОГРН <***>), а также о наличии у ООО «Доминант» активов по данным бухгалтерского баланса.

Поскольку сведения об участии в хозяйственных обществах не были раскрыты должником, финансовый управляющий, обращаясь в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, указал на нецелесообразность применения к должнику правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязанностей перед кредиторами.

Финансовый управляющий отметил также сокрытие должником своих доходов на сумму 13 031 744 руб., указал на отсутствие со стороны должника сотрудничества в ходе процедуры реализации его имущества, на факт обращения должника о ликвидации ООО «Доминант» без уведомления об этом финансового управляющего.

Возражения относительно применения правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами заявил конкурсный кредитор – ПАО «Банк «Санкт-Петербург», по тем же основаниям, что указал финансовый управляющий.

Возражая относительно заявленных ходатайств, должник исходил из того, что невключение в конкурсную массу принадлежащих ему долей участия в хозяйственных обществах имело место вследствие бездействия финансового управляющего, а активы ООО «Доминант» и ООО «Доминант Международная Компания» не относятся к имуществу должника.

Согласно абзацу 2 пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), одним из оснований, исключающих освобождение гражданина от обязательств, является непредставление гражданином сведений или предоставление заведомо недостоверных сведений финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, если это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Указанное правило корреспондирует с обязанностью, установленной пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве, в силу которой гражданин обязан предоставлять финансовому управляющему по его требованию любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней с даты получения требования об этом.

Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений о размере имущества, месте его нахождения или иных сведений об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение другим лицам, отчуждение или уничтожение имущества, а также незаконное воспрепятствование деятельности финансового управляющего, в том числе уклонение или отказ от предоставления финансовому управляющему сведений в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, передачи финансовому управляющему документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При направлении дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что вне зависимости от объема сведений, самостоятельно собранных финансовым управляющим, при рассмотрении ходатайств финансового управляющего и конкурсного кредитора о неприменении к должнику правил о дальнейшем его освобождении от исполнения обязательств, судам следовало дать оценку поведению должника – его действиям или бездействию по раскрытию финансовому управляющему сведений о принадлежащем ему имуществе, в частности, долях участия в хозяйственных обществах или полученных при их ликвидации материальных ценностях.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции было необходимо проверить обстоятельства, связанные с исполнение должником положений статьи 213.9 Закона о банкротстве, проверить информацию о том, какие сведения были представлены должником на обращение финансового управляющего о предоставлении сведений о его имуществе; факт совершения должником действий по раскрытию финансовому управляющему сведений о принадлежащем имуществе.

Из содержания представленной в материалы дела электронной переписки, на которую указал суд первой инстанции, следует неоднократное обращение финансовым управляющим к должнику с просьбой о предоставлении сведений о его имуществе.

Закрепленные в законодательстве о банкротстве граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, а также о том, что банкротство лиц, испытывающих временные затруднения, недопустимо, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Согласно абзацу восьмому пункта 3 статьи 213.4 Закона о банкротстве к заявлению о признании гражданина банкротом прилагается выписка из реестра акционеров (участников) юридического лица, акционером (участником) которого является гражданин (при наличии) (абзац 8 пункт 3 статьи 213.4 Закона о банкротстве)

Как видно из дела, при обращении в суд с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) должник не раскрыл ни суду, ни финансовому управляющего сведений о своем участии в ООО «Доминант» и ООО «Доминант Международная Компания».

В ходе осуществления процедуры банкротства должника финансовый управляющий установил, что активы ООО «Доминант» по состоянию на 2019 год составляли 53 052 000 руб.

Должник в нарушение пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве в период процедуры реализации имущества гражданина ликвидировал ООО «Доминант», в котором являлся единственным участником и руководителем.

Согласно сведениям, полученным от финансового управляющего, активы указанного общества по состоянию на 31.12.2019 года составляли 53 052 000 руб., а объем его кредиторской задолженности - 16 575 000 руб.

На основании пункта 1 статьи 58 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, оставшееся после расчетов с кредиторами имущество ликвидируемого общества распределяется ликвидационной комиссией между участниками общества, соответственно активы ООО «Доминант» подлежали передаче должнику ФИО1, как единственному учредителю общества.

Из материалов дела следует, что должником в адрес финансового управляющего ФИО3 предоставлены акты списания активов ООО «Доминант» на сумму 22 327 743 руб. 26 коп., финансовым управляющим указанные акты списания не признаны законными и достоверно отражающими действия по списанию утраченных или непригодных для хозяйственной деятельности материальных средств.

В силу статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктами 42 и 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Оценив представленные в материалы дела документы, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для не освобождения должника от исполнения обязательств и исходил из следующего.

Рассматривая дело суд установил, что при подаче заявления в суд указанная информация не была раскрыта должником, при этом суд исходил из доказанности того обстоятельства, что такая информация была доведена должником до сведения финансового управляющего.

Суд указал на то, что согласно собранным в процедуре реализации имущества финансовым управляющим данным, которые впоследствии представлены в материалы дела, а именно выпискам из ЕГРЮЛ, датированным 28.07.2020, финансовому управляющему было известно о том, что должник является генеральным директором ООО «Доминант» и ООО «Доминант Международная Компания», а также о том, что ООО «Доминант» 16.07.2020 предоставило в регистрирующий орган промежуточный ликвидационный баланс, что свидетельствовало о действующем характере предприятия, записи о ликвидации юридического лица выписка из ЕГРЮЛ не содержала.

В отношении ООО «Доминант Международная Компания» сведения о ликвидации юридического лица на момент получения финансовым управляющим выписки из ЕГРЮЛ также отсутствовали.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что финансовому управляющему было известно о наличии в собственности должника долей в уставных капиталах действующих юридических лиц - ООО «Доминант» (ОГРН <***>) и ООО «Доминант Международная Компания» (ОГРН <***>) с начала процедуры банкротства должника.

При этом суд указал на то, что данные активы подлежали включению в конкурсную массу в соответствии с положениями Закона о банкротстве и отражению в отчете финансового управляющего, чего управляющим сделано не было, несмотря на то, что сведениями о наличии таковых активов он располагал при проведении процедуры реализации имущества должника.

Указание финансового управляющего на то, что должник, находясь в процедуре реализации имущества гражданина, принял решение о ликвидации юридического лица ООО «Доминант», по мнению суда, в данном случае не являлось основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от обязательств, поскольку финансовый управляющий, являясь лицом, фактически распоряжающимся имуществом должника, и будучи осведомленным о том, что должник является генеральным директором вышеназванных организаций, каких-либо мероприятий по сохранению и реализации указанных активов, мер, препятствующих ликвидации общества, не предпринял, решение о ликвидации в надлежащем порядке не оспорил.

Суд отклонил довод финансового управляющего и кредитора о сокрытии должником при подаче заявления в суд доходов на сумму 13 031 744 руб., отметив, что представленная в материалы дела выписка по счету, открытому в Банке ВТБ (ПАО), не содержит печати кредитной организации и сведений о расходных операциях по счету.

Одновременно суд дал оценку содержащимся в выписке сведениям о банковских операциях, даты совершения которых варьируются от 13.03.2017 до 11.09.2018, применительно к периоду процедуры банкротства должника, возбужденной 17.12.2019, и пришел к выводу о том, что эти сведения не подтверждают факта наличия у должника на момент введения процедуры банкротства денежных средств в указанном размере.

Суд отклонил как несостоятельное утверждение финансового управляющего о недостоверности актов списания товаров, представленных должником, как ничем не подтвержденное суждение.

Не соглашаясь с доводами финансового управляющего и конкурсного кредитора, суд исходил из того, что представленная должником в материалы дела переписка с финансовым управляющим опровергает их утверждения о том, что должник уклонялся от передачи документации, иным образом препятствовал проведению процедуры банкротства.

Оценив содержание указанной переписки, суд пришел к выводу о том, что все истребованные финансовым управляющим у должника документы и сведения были предоставлены должником финансовому управляющему, не принявшему надлежащих мер по сохранению имущества должника и его реализации.

При этом суд учел предоставленную финансовым управляющим информацию о передаче должником конкретных документов по его запросам, и указал на отсутствие доказательств того, что в распоряжении должника имелись какие-либо иные документы, а также недостаточности представленной должником документации.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что поведение должника не может быть расценено как недобросовестное, направленное на сокрытие имущества и сведений о нем, поскольку соответствующая информация по запросам финансового управляющего должником представлялась, взаимодействие между должником и финансовым управляющим в данном случае при проведении процедуры банкротства, имело место быть, несвоевременность же раскрытия сведений о наличии в собственности должника долей в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью в настоящей ситуации не привело к неблагоприятным последствиям, нарушению прав и законных интересов кредиторов, и не может являться основанием для не освобождения должника от имеющихся обязательств.

При этом суд учел, что владение финансовым управляющим впоследствии данной информации никак не повлияло на его действия при проведении процедуры банкротства.

Судебная коллегия не может согласиться с правильностью вывода суд об отсутствии оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств.

По существу основанием к указанному выводу стало установление судом первой инстанции обстоятельств наличия у финансового управляющего полученной им самостоятельно всей необходимой информации об имуществе должника, в том числе о нахождении у него в собственности долей в хозяйственных обществах.

При этом суд установил и исходил из того, что действительно должник допустил несвоевременное раскрытие данных сведений, а также, находясь в процедуре банкротства, не поставив в известность финансового управляющего, ликвидировал ООО «Доминат», участником которого он являлся, но в результате такого поведения должника не наступили негативные последствия.

Между тем, обязанность должника по раскрытию в процедуре банкротства предусмотренной законом информации о принадлежащем ему имуществе, каковым в данном случае являются не только доли участия в ООО «Доминант» и ООО «Доминант Международная Компания», но и материальные ценности, полученные при их ликвидации, не ставится в зависимость от обязанностей финансового управляющего по самостоятельному получению аналогичных сведений.

Таким образом, получение финансовым управляющим необходимых сведений не свидетельствует о добросовестном поведении должника в процедуре банкротства.

При этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о недоказанности факта сокрытия должником суммы в размере 13 031 744 руб., сделанного на основании имеющейся в материалах дела банковской выписки по счету должника, и с оценкой, данной судом представленным должником актам списания материальных ценностей, о том, что данные акты составлены в период в соответствии с указанной в них датой, а не позднее.

Как следует из представленной финансовым управляющим переписки с должником, последний на просьбу управляющего представить доказательства его довода о списании материальных ценностей, давая соответствующие пояснения, одновременно пересылал ему ответы работника хозяйственного общества, отвечающего за составление таких актов.

Совокупность направленных должником финансовому управляющему объяснений и ответов работника общества ООО «Доминант» позволяет прийти к выводу о том, что имеется только часть актов на списание материальных ценностей и именно они были направлены управляющему.

Из ответов работника общества, данных должнику в связи с запрашиваемой им информацией о недостаточности представленных актов, усматривается, что иных актов, кроме представленных в дело, не сохранилось, поскольку в процедуре ликвидации они не требовались.

При таком положении, судебная коллегия приходит к выводу о том, что должник не представил финансовому управляющему сведений о материальных ценностях ликвидируемого ООО «Доминант» на сумму 30 724 256 руб. 74 коп., поскольку, несмотря на утверждение должника о том, что все материалы и товары данного общества были списаны, им были представлены доказательства их списания только на сумму 22 327 743 руб. 26 коп., в то время как активы данного юридического лица по состоянию на 2019 год составляли 53 052 000 руб.

Не представлено таких доказательств и в материалы настоящего дела.

Судебная коллегия находит, что в данной правовой ситуации пояснений должника об обстоятельствах полного самостоятельного списания ценностей хозяйственного общества без соответствующего документального подтверждения недостаточно для вывода о том, что материальных ценностей на момент ликвидации общества не имелось.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о сокрытии должником сведений об имуществе ликвидированного ООО «Доминант», участником которого являлся должник на момент проведения процедуры банкротства, на сумму 30 724 256 руб. 74 коп., что при наличии у него кредиторской задолженности в 16 575 000 руб. является существенным.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит, что сам по себе факт выявления у должника имущества в виде 100 % долей участия в ООО «Доминант» и ООО «Доминант Международная Компания», активов ООО «Доминант», отраженных в бухгалтерском балансе, финансовым управляющим в процедуре банкротства, а не самостоятельное указание на это должником при обращении в суд с заявлением о банкротстве и финансовому управляющему, а также ликвидация ООО «Доминант» без уведомления финансового управляющего свидетельствуют о сокрытии должником сведений об имущественных правах.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что, разрешая спор, суд первой инстанции, в числе прочего учитывал и информацию, содержащуюся в представленной финансовым управляющим электронной переписке с должником.

Так, согласно данной переписке 10.07.2020 финансовый управляющий направил должнику запрос о предоставлении информации об участии в хозяйственных обществах, сведения об этом были направлены должником 07.10.2020, что также не подтверждает достаточной добросовестности должника.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель должника указал на недоверие информации, содержащейся в электронной переписке указанных лиц.

Между тем, электронная переписка финансового управляющего и должника учитывалась судом при разрешении настоящего обособленного спора в качества достаточного доказательства, в то время как должник, зная содержание определения суда кассационной инстанции о необходимости проверки информации о том, какие сведения предоставлялись им в ответ на неоднократные запросы финансового управляющего о предоставлении сведений о его имуществе, должен был сам представить суду соответствующие доказательства, чего сделано не было, в этой связи апелляционный суд приходит к выводу о не опровержении ФИО1 сведений, предоставленных финансовым управляющим о направлении ему должником указанной информации и поступлении от него соответствующих ответов.

Подобное поведение должника не может рассматриваться как добросовестное, свидетельствующее о взаимодействии между должником и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

То обстоятельство, что акты на списание материальных ценностей на сумму 30 724 256 руб. 74 коп. не сохранились либо не были составлены работниками
ООО «Доминант» в процедуре ликвидации данного общества не свидетельствует об отсутствии у должника реальной возможности их предоставления в деле о банкротстве, а отсутствие соответствующих документов, свою очередь, не исключает факта сокрытия имущества на указанную сумму либо денежных средств от его реализации.

Поскольку должник не представил финансовому управляющему и суду всех необходимых сведений об имуществе на сумму 30 724 256 руб. 74 коп., на стадии обращения в суд с заявлением о личном банкротстве не раскрыл информации о наличии у него в собственности долей участия в хозяйственных обществах, осуществил ликвидацию юридического лица в процедуре банкротства без согласования с финансовым управляющим, то оснований к выводу о добросовестности должника не имеется. В этой связи у суда первой инстанции отсутствовали основания для освобождения ФИО1 от имеющихся у него обязательств.

С учетом изложенного обжалуемое определение подлежит отмене с вынесением по делу нового судебного акта.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2022 по делу № А56-109550/2019 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

М.Г. Титова

Судьи

Е.А. Герасимова

Н.А. Морозова