Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.05.2021 по делу № А32-21508/2018 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о банкротстве акционерного общества "Троицкий йодный завод",

ответчик: индивидуальный предприниматель ФИО4,

третье лицо: ФИО1

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве акционерного общества "Троицкий йодный завод" (далее – должник, АО "Троицкий йодный завод") конкурный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурный управляющий) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании сделки по перечислению денежных средств со стороны должника в адрес индивидуального предпринимателя ФИО4
(далее – ответчик, ИП ФИО4) на общую сумму 350 000 руб. недействительной, а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурную массу должника указанной суммы.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.05.2021 вышеназванное заявление удовлетворено, действия должника по перечислению денежных средств ИП ФИО4 по платежным поручениям от 29.01.2018 № 59, 60, 61, 62, 58 и от 06.02.2018 № 93 на сумму 350 000 руб. признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу АО "Троицкий йодный завод" 350 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, третье лицо ФИО1 обжаловал его в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не принял во внимание наличие в материалах дела документов, которые свидетельствуют о фактическом оказании ответчиком возмездных услуг. Податель апелляционной жалобы указывает, что ИП ФИО4 делегировала обязанности по исполнению договора на оказание юридических услуг гражданину ФИО2 Также ФИО1 указывает, что должник, заключив договор с ИП ФИО4, за три месяца работы получил экономию денежных средств в сумме равной порядка 700 000 руб.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал правовую позицию по спору по доводам, отраженным в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представителем ФИО1 заявлено ходатайство о приобщении к материалам обособленного спора дополнительных доказательств – договоров на оказание консультационных (юридических) услуг.

В соответствии с частью 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, имеют право представлять доказательства до начала судебного разбирательства, заявлять ходатайства.

Поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

Ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

В абзаце шестом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" ходатайство о принятии новых доказательств с учетом требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Данное ходатайство должно соответствовать требованиям части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, то есть содержать обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой инстанции, и подлежит рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

По смыслу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца 5 пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 12 от 30.06.2020 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", разрешение вопроса о принятии дополнительных доказательств находится в пределах усмотрения суда апелляционной инстанции, в связи с чем, представленные ФИО1 доказательства приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в целях правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора, при этом суд принимает во внимание, что указанные доказательства не могли быть представлены в материалы дела по не зависящим от заявителя причинам.

Суд апелляционной инстанции рассмотрев заявленное ходатайство ФИО1 о приобщении к материалам настоящего спора дополнительных документов (договоров на оказание юридических услуг), с целью соблюдения прав стороны на судебную защиту, всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, признал возможным приобщение этих документов к материалам настоящего дела для дальнейшей их правовой оценки.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя подателя жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО "Нефтегазхимкомплект" обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.07.2019 (резолютивная часть объявлена 01.07.2019) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В рамках названного дела о банкротстве конкурный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании сделки по перечислению денежных средств со стороны должника в адрес ИП ФИО4 на сумму 350 000 руб. недействительной, а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурную массу должника указанной суммы.

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что приговором Мирового судьи судебного участка № 164 Крымского района Краснодарского края Степаненко И.В. от 03.07.2019 по делу № 1-20/164/2019 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением ему наказания в виде штрафа в размере 120 000 руб.

Указанным приговором также установлены следующие обстоятельства: "ФИО1, действуя умышленно, из личной заинтересованности, несмотря на то, что в штате АО "Троицкий йодный завод" имеется юрист, в период времени с июня по ноябрь 2017 года, необоснованно заключил 7 договоров на оказание юридических услуг (представление интересов в арбитражном суде) ИП ФИО6 и перечислил 100% авансового платежа в сумме 1 280 000 руб. в счет оказания данных услуг, в том числе: в июне 2017 года - 600 000 руб., в августе 2017 года -
80 000 руб., в октябре 2017 года - 200 000 руб., в ноябре 2017 года - 400 000 руб.;
а также, в тот же период заключил 3 договора на оказание юридических услуг (представление интересов в арбитражном суд) и перечислил 100% авансового платежа ИП ФИО7 за подачу заявлений в арбитражный суд в общей сумме 560 000 руб., в том числе: в июле 2017 года - 250 000 руб., в августе 2017 года - 200 000 руб., в октябре 2017 года - 10 000 руб.; в период с января по февраль 2018 года заключил 7 договоров на оказание юридических услуг с
ИП ФИО4 и перевёл в указанный период денежную сумму в размере 350 000 руб., всего на общую сумму 2 198 933, 10 руб.

Кроме того, ФИО1, совершил следующие расходные операции:
ИП ФИО8 в период июня 2017 года - 93 000 руб., июля 2017 года -
116 690 руб. и ИП Юлмарт-РСК" - 42 620 руб. в общей сумме - 273 300 руб.; ООО "Крымские окна" в июне 2017 года на сумму 893 025 руб.; ИП ФИО9 за период с сентября по декабрь 2017 года в общей сумме - 537 783 руб.;
ИП ФИО10 за период ноябрь, декабрь 2017 года на общую сумму
629 482 руб.; НЧЭУ "Межрегиональный Центр Независимой Экспертизы" - в июне-июле 2017 года на сумму 120 000 руб.; ООО "ИОУС" в июле 2017 года на сумму - 227 000 руб.; Союз "Крымская торгово-промышленная палата" в августе 2017 года на сумму 374 000 руб.

По мнению заявителя, ФИО1, будучи руководителем АО "Троицкий йодный завод" необоснованно израсходовал на исполнение вышеуказанных договорных обязательств, денежные средства в сумме 7 342 473, 10 руб, в т.ч. оспариваемой суммы, ввиду чего допустил возникновение с 26.05.2017 задолженности по иным, предусмотренным законом выплатам, а также начиная с 16.02.2018, возникновение и формирование задолженности по выплате заработной платы перед работниками АО "Троицкий йодный завод".

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно требованиям пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1.) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления № 63).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 08.06.2018, оспариваемые сделки (платежи) совершены 29.01.2018 и 06.02.2018, то есть в пределах предусмотренного законом срока для установления признаков недействительности сделки по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение года до возбуждения дела о банкротстве).

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Наличие в Законе банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, как ничтожную в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления № 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008
№ 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума № 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом
"О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Удовлетворяя заявленные требования суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Так, установлено, что должником в адрес ответчика перечислены денежные средства в сумме 350 000 руб. по следующим платежным поручениям от 29.01.2018 № 58, 59, 60, 61 и 62 и от 06.02.2018 № 93.

Судом первой инстанции также установлено, что 19.06.2017 между ФИО11 и АО "Троицкий йодный завод" заключен трудовой договор № 10/17, согласно которому ФИО11 с 19.06.2017 принята в АО "Троицкий йодный завод" на должность юриста с оплатой
34 500 руб. ежемесячно.

Согласно показаниями потерпевшей ФИО12 из приговора Мирового судьи судебного участка № 164 Крымского района Краснодарского края Степаненко И.В. от 03.07.2019 по делу № 1-20/164/2019 установлено, что с 19.06.2017 по настоящее время она работает в АО "Троицкий йодный завод" в должности юриста, где с 29.05.2017 генеральным директором являлся
ФИО1, при этом она официально трудоустроена. Заработная плата в АО "Троицкий йодный завод" составляет около 35 000 руб. в месяц. С января 2018 года по настоящее время заработная плата ей не выплачивается. Кроме того, она добавила, что задолженность по заработной плате составляет 404 101, 13 руб.

Судом первой инстанции установлено, что вышеназванным приговором ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением ему наказания в виде штрафа в размере 120 000 руб.

Из показаний ФИО4 (при вынесении вышеназванного приговора) установлены следующие обстоятельства: она в 2016 году окончила Государственный Политехнический Университет им. Петра Великого, где получила степень бакалавра по специальности инженер-технолог общественного питания. Далее, в 2018 окончила магистратуру по этой же специальности. Юридический факультет или иные курсы она не оканчивала, юридического образования не имеет. В 2015 году на территории Краснодарского края она получила статус индивидуального предпринимателя. Получение данного статуса обусловлено тем, что ФИО2 предложил помогать ему по некоторым юридическим вопросам, связанным с оказанием юридической помощи. Она не знает была ли трудоустроена в АО "Троицкий йодный завод", но трудовой договор она не подписывала, трудовую книжку не передавала. Интересы должника в судах она не представляла, ей известно, что этим занимался ФИО2 Также пояснила, что она подписывала ФИО2 пустые листы. Она предполагает, что они могли для чего-то быть необходимы для АО "Троицкий йодный завод". Также с ней заключён договор на оказание юридических услуг, который подписывал ФИО1, согласно которому она осуществила предоставление консультационных услуг этой организации с правом передоверия ФИО2 На данном договоре стоит её подпись, но она подписывала не данный договор, а пустые листы. С ФИО1 она лично не знакома. Так же пояснила, что по данным договорам ей перечислялись денежные средства на её расчётный счёт в банке "Сбербанк" 40802810655080002867. В общей сложности в период с 29.01.2018 по 06.02.2018 года от данной организации она получила 350 000 руб. Так как прошло много времени она не помнит, как распоряжалась данными денежными средствами.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно части 2 статьи 118 Конституции Российской Федерации судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства, поэтому отсутствие в части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прямого указания на решение (постановление) суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному административному делу не означает, что оно не может иметь преюдициального значения для арбитражного суда по вопросам об обстоятельствах, установленных этим решением (постановлением) суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Правовой подход, в силу которого свойством преюдициальности обладает приговор суда, выражен в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 "О судебном решении".

Таким образом, указанный приговор мирового судьи имеет преюдициальное значение при разрешении гражданско-правового спора и данные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что при наличии юриста в штате необходимости в заключении договоров об оказании юридических (консультационных) услуг с
ИП ФИО4 не имелось.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доводы конкурсного управляющего, положенные в обоснование неравноценности встречного предоставления свидетельствуют не о неравноценности встречного предоставления, а о мнимости спорных договоров оказания услуг. Более того, мнимая сделка совершается лишь для вида, а, следовательно, по мнимой сделке не может быть вообще какого-либо фактического встречного предоставления.

Как установлено судом оспариваемые платежи на общую сумму 350 000 руб. осуществлены:

- № 58 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-4/1 от 29.01.2018,

- № 59 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-4 от 22.01.2018,

- № 60 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-3 от 19.01.2018,

- № 61 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-2 от 15.01.2018,

- № 62 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-1 от 09.01.2018,

- № 93 с назначением платежа по договору оказания юридических услуг №2018-6 от 29.01.2018, между заинтересованными, в силу положения статьи 19 Закона о банкротстве, лицами.

При этом между заинтересованными лицами фактически отсутствовали какие-либо обязательства по договорам оказания услуг от 22.01.2018, 19.01.2018, 15.01.2018, 09.01.2018, 29.01.2018, 29.01.2018.

Представитель ФИО1 ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции подтвердил, что договоры, заключенные в письменном виде отсутствуют. Представил суду акты выполненных работ от 01.02.2018, из которых следует, что ответчик предоставил должнику консультационные услуги.

Как следует из материалов дела, ответчик подтвердил фактическое отсутствие оказания юридических услуг и подписание договоров. Ответчик отзыв суду первой инстанции и в суд апелляционной инстанции не представил, обстоятельства установленные приговором суда не опроверг.

Суд первой инстанции также указал, что представитель третьего лица – ФИО2 ходатайствовал о вызове ФИО13 (помощником ФИО2) в качестве свидетеля.

В зал судебного заседания был приглашен и заслушан свидетель ФИО13, которому в судебном заседании разъяснена ответственность за дачу заведомо ложных показаний согласно статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Свидетель показал, что выполнял поручения ФИО2

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в подтверждение обоснованности своих доводов сторонами по делу материалов, а именно оспариваемые платежные поручения, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что данные документы не подтверждают факта реального оказания ответчиком услуг должнику, а указывают об отсутствии у должника законных оснований по перечислению оспариваемых платежей ответчику, поскольку договоры оказания услуг от 22.01.2018, 19.01.2018, 15.01.2018, 09.01.2018, 29.01.2018, 29.01.2018 являются мнимыми сделками, указаны в оспариваемых назначениях платежа лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью создания видимости обоснованности перечисления спорных денежных средств в пользу ответчика в отсутствие какого-либо встречного предоставления и прикрывает намеренный вывод денежных средств должника.

При наличии у предприятия штатного юриста (ФИО11), а также привлеченного юриста - ФИО2, при отсутствии доказательств передачи конкурсному управляющему руководителем должника ФИО1 документации (актов выполненных работ, представленных в материалы дела), представитель третьего лица не смог документально обосновать необходимость привлечения ИП ФИО4 для оказания ею дополнительных юридических (консультационных) услуг в отсутствие у ответчика юридического образования.

Следует сделать вывод, что АО "Троицкий йодный завод" не получил встречного исполнения обязательств от ИП ФИО4

В данном случае действиями сторон, а именно недобросовестным поведением, причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку ответчик, получив денежные средства в размере 350000 руб. без предоставления должнику встречного обеспечения, не только не могла не знать о противоправной цели должника, но и способствовал ее достижению, в связи, с чем суд считает, что спорные платежи произведены должником в пользу ответчика при злоупотреблении правом, признавая оспариваемые сделки недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции также указывает, что ФИО1 необходимость заключения договора с ИП ФИО4 документально не подтвердил, не обосновал для выполнения каких работ был привлечен указанный предприниматель.

Как указано выше, суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство представителя ФИО1 о приобщении к материалам дела дополнительных документов: договоров на оказание юридических услуг, заключенных между АО "Троицкий йодный завод" и ИП ФИО4: от 09.01.2018 № 2018-1, от 15.01.2018 № 2018-2, от 19.01.2018 № 2018-3, без даты января 2018 № 2018-5, без даты января 2018 № 2018-7, а также почтовые конверты.

Суд апелляционной инстанции исследовав представленные договоры установил следующее.

Как пояснил представитель ФИО1 по доверенности от 15.01.2021 ФИО2, указанные договоры ему отправила лично ФИО4 по почте, в обоснование чего представлены в материалы дела два конверта. На конвертах указаны: отправитель: "От кого - ФИО4, г. Санкт-Петербург", адрес отправителя не указан, "Кому - ФИО2, куда - Краснодарский край, г. Горячий Ключ, ул….". Между тем, в нарушение утвержденного ФГУП "Почта России" Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений отсутствуют почтовые идентификаторы, оттиски штампа почтового отделения отправителя (г.Санкт-Петербург), на одном конверте с лицевой стороны имеется оттиск печати светлого цвета почтового отделения "Горячий Ключ" от 05.07.2021, а с оборотной стороны - оттиски печати почтового отделения темного цвета от 07.07.2021.

На другом конверте на лицевой стороне отсутствуют какие-либо оттиски печатей почтового отделения, а с оборотной стороны имеется оттиск печати светлого цвета почтового отделения "Краснод. кр." От 05.07.2021.

Иных сведений и отметок о почтовом отправлении не имеется.

Фактически указанные почтовые конверты не являются почтовой корреспонденцией, не были отправлены посредством почтовой связи.

Из представленных договоров также невозможно определить объем обязательств, сроки, ответственность, на двух договорах отсутствует дата заключения договоров, на договорах, на одной странице имеются цветные оттиски печати заказчика - АО "Троицкий йодный завод" и подпись генерального директора ФИО1, а ниже копия печати исполнителя ИП ФИО4 и копия ее подписи, что свидетельствует о том, что указанные договоры не являются подлинниками.

При этом в отсутствие специальных познаний однозначно видно, что шрифт, интервал, цвет печатных букв идентичные, могли быть распечатаны на одном и том же принтере, одновременно.

При этом представленные документы, противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

Как указано выше, представитель ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции подтвердил, что договоры, заключенные в письменном виде отсутствуют. Представил суду акты выполненных работ от 01.02.2018, из которых следует, что ответчик предоставил должнику консультационные услуги.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленные стороной договоры не являются надлежащими доказательствами по настоящему спору, не опровергают выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции оценивает указанные договоры критически.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о получении экономии денежных средств должника в сумме 700 000 руб., суд апелляционной инстанции указывает, что указанные доводы подателя апелляционной жалобы в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены документально и носят предположительный характер.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки суд первой инстанции обоснованно взыскал с ответчика в пользу должника денежные средства в сумме 350 000 руб.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В рассматриваемом случае в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления № 63 следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В материалах дела имеются доказательства оплаты ответчиком государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в сумме 300 руб.

С учетом изложенного, с ФИО1 надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 2700 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.05.2021 по делу №А32-21508/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 2700 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

Судьи М.Ю. Долгова

Н.В. Сулименко