Гражданский кодекс часть 1

о переводе прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»; об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО9 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО12 в уставном капитале общества до 54,867 %; об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару внести изменения в Единый государственный реестр юридических лиц, в соответствии с которыми ФИО12 на праве собственности принадлежит доля номинальной стоимостью 263 363 рублей, что составляет 54,867 % уставного капитала ООО «Краснодаркурорт»; об исключении из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с включением ФИО9 в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»; об исключении из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с изменениями размера доли ФИО9 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»;

УСТАНОВИЛ:

ФИО12 (далее ФИО12) обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ФИО9 (далее ФИО9), Инспекции ФНС № 3 по г.Краснодару, обществу с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» (ООО «Краснодаркурорт») о переводе на ФИО12 прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» от 28.01.2002, заключенного между ЗАО «Курортресурс» и ФИО9, от 12.07.2002, заключенного между ФИО5 и ФИО9, от 10.07.2003, заключенного между ФИО13 и ФИО9, от 30.07.2003, заключенного между ФИО6 и ФИО9, от 07.08.2003, заключенного между ФИО14 и ФИО9, от 29.08.2003, заключенного между ФИО15 и ФИО9, от 30.06.2004, заключенного между ЗАО "Санаторий "Предгорье Кавказа" и ФИО9, от 19.09.2005, заключенного между ФИО7 и ФИО9, от 26.12.2005, заключенного между ФИО4 и ФИО9, от 20.03.2006, заключенного между ФИО8 и ФИО9;

об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО9 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО12 в уставном капитале общества до 54,867 %;

об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару внести изменения в Единый государственный реестр юридических лиц, в соответствии с которыми ФИО12 на праве собственности принадлежит доля номинальной стоимостью 263 363 рублей, что составляет 54,867 % уставного капитала ООО «Краснодаркурорт»;

об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару исключить из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с включением ФИО9 в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»;

об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару исключить из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с изменениями размера доли ФИО9 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» (исковые требования в утоненной редакции).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.02.2011, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2011, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.07.2011, судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Кассационная инстанция указала, что, признавая спорное условие договора не отлагательным, суды не выяснили на что была направлена истинная воля сторон при подписании договора, что имеет существенное значение при разрешении спора. Суды не оценили представленные истцом доказательства (заявление о предоставлении документов, адресованные обществу) и не указали мотивов, по которым они отклонили доводы истца о чинимых обществом препятствиях в реализации его прав как участника общества на ознакомление с документами общества. Ссылка судов на возможность реализации права на ознакомление с документами в судебном порядке, сделана без учета того, что данное положение в действующем законодательстве рассматривается как право лица, а не его обязанность, в связи с чем, не может рассматриваться как доказательство не проявления разумности и осмотрительности в действиях истца.

В порядке ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец уточнил требование об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО9 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО12 в уставном капитале общества до 54,867 % и считать его как требование о признании ФИО9 не приобретшим права участника общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» с 12.11.2001 и обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» внести соответствующие изменения в список участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт».

При новом рассмотрении дела представитель ответчиков ФИО9 и ООО «Краснодаркурорт» заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2011 в удовлетворении исковых требований отказано.

ФИО12 обратилась с апелляционной жалобой в установленном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядке, просила отменить решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2011, исковые требования удовлетворить. Жалоба мотивирована тем, что анализ обжалуемого решения арбитражного суда первой инстанции от 03 ноября 2011 года, показывает, что указания, содержащиеся в постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 22 июля 2011 года, арбитражным судом перовой инстанции полностью проигнорированы.

При новом рассмотрении дела, арбитражный суд, вновь необоснованно применил правила пропуска исковой давности, и не провел надлежащего исследования вопроса направленности действительной воли сторон, при подписании договора дарения доли от 12.11.2001 года по включению в вышеназванный договор, в соответствии со ст. 157 ГК РФ отлагательного условия о предварительном одобрении остальными участниками общества возможности дарения доли.

Повторно отвергая довод истца о наличии в содержании договора дарения доли от 12.11.2001 года отлагательного условия о предварительном одобрении возможности дарения доли третьему лицу арбитражный суд в обжалуемом решении указал, что во исполнение указания суда кассационной инстанции для выясняя действительной воли сторон при подписании договора, в судебном заседании якобы исследовались соответствующие пояснения представителя ответчиков и что суд по этим пояснениям установил, что воля сторон договора не была направлена на установление прав и обязанностей по договору в зависимость от наличия решения общего собрания участников общества.

Однако вышеназванный вывод арбитражного суда не соответствует действительным обстоятельствам рассмотрения дела в судебном заседании 02 ноября 2011 года. В судебном заседании от 02 ноября 2011 года эти вопросы арбитражным судом не исследовались и у ответчиков не выяснялись.

В судебные заседания 04 октября 2011 года и 02 ноября 2011 года представитель ответчика и третьих лиц представил отзыв на исковые требования от 04.10.2011 года и дополнения к отзыву на исковое заявление от 02.11.2011 года. Как следует из указанных документов ответчик и третьи лица не представили каких либо пояснений о причинах включения в договор дарения условия необходимости получения предварительного согласия участников общества о возможности дарения доли третьему лицу. Из дословного содержания отзыва на иск от 04.10.2011 года видно, что ответчик и третьи лица посчитали выяснение вопроса о направленности воли и цели сторон договора на включение в договор дарения отлагательного условия не имеет существенного значения для предмета рассматриваемого спора, так как по их мнению в материалах дела имеется соответствующее положительное решение общего собрания.

В силу пункта 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. В судебном заседании представитель ответчика признал факт, что ФИО9, подписав договор дарения, выразил свое согласие с условиями договора дарения от 12.11.2001 года, в том числе и на получение предварительного согласия участников общества об одобрении дарения ему доли в уставном капитале общества, однако, не выполнив в полном объеме условия договора, в нарушение абзаца первого пункта 3.1 договора, преждевременно уведомил общество о переходе к нему права на подаренную долю.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанносте

При этом для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (часть 3 статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит (статья 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Подписывая договор, стороны добровольно предусмотрели, что он вступает в силу с момента его подписания сторонами и при условии наличия соответствующего решения (протокола) общего собрания участников общества.

Это отлагательное условие было продиктовано еще и тем обстоятельством, что состав участников общества был подобран специальным образом. В общество по общей договоренности входили только руководители здравниц, санаториев, баз отдыха и этот круг участников был достаточно стабилен. Любые изменения состава участников общества рассматривались как исключение из общего правила. Предстоящие изменения состава участников общества в обязательном порядке предварительно согласовывались с остальными участниками общества, так как круг участников ООО «Краснодаркурорт» был достаточно закрытым.

Таким образом, отлагательное условие, с которым связывалось вступление в законную силу договора дарения от 12 ноября 2001 года, не противоречило существу сделки, но соответствовало общей договоренности существовавшей между участниками общества. Формулируя и принимая для исполнения отлагательное условие об одобрении участниками общества возможности дарения доли ответчику ФИО9 стороны отложили момент наступления характерных для данного вида сделки правовых последствий, а именно отложили момент уведомления общества о состоявшейся уступке доли. Сам же по себе этот договор дарения не менял своей сущности оттого, что момент возникновения вещного права связывался с наступлением отлагательного условия.

Таким образом, действительная воля участников договора дарения была продиктована общим и изначально принятым всеми участниками общества принципом предварительного согласования предстоящих изменений состава участников общества со всеми участниками ООО «Краснодаркурорт».

Следовательно, с учетом добровольного принятия на себя обязательства по обязательному получению предварительного одобрения участниками общества возможности дарения ФИО9 доли в уставном капитале общества ответчик не исполнил отлагательное условие договора дарения доли от 12.11.2001 года, то в силу ст. 157 ГК РФ этот договор дарения доли от 12.11.2001 года нельзя считать вступившим в законную силу, а, следовательно, у ФИО10 отсутствовали основания для уведомления общества о состоявшейся уступке доли.

С целью выполнения указаний суда кассационной инстанции о необходимости выяснения направленности воли участников договора дарения, а также с целью подтверждения вышеназванных обстоятельств наличия между участниками общества договоренности о предварительном согласования предстоящих изменений состава участников с другими участниками общества и закрепления этих обстоятельств, предусмотренных АПК РФ доказательствами истец заявил арбитражному суду ходатайство о допросе в качестве свидетелей, прибывших в здание арбитражного суда свидетелей ФИО16, ФИО17 и ФИО18 являвшихся участниками общества в период совершения оспариваемых действий.

Учитывая, что ответчиками арбитражному суду так и не были представлены какие бы то и было доказательства легитимности проведения общего собрания 16 ноября 201 года, не были представлены доказательства соблюдения необходимого кворума участников общего собрания допрос указанных истцом свидетелей и их показания восполнили бы недостаток объективного анализа и исследования фактических обстоятельств дела и реальных событий, проходивших в 2001 и последующие годы в обществе.

Согласно пункту 4 статьи 12 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», изменения в учредительные документы общества вносятся по решению общего собрания участников общества. В соответствии с абзацем 2 пункта 8 статьи 37 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение о внесении изменений в учредительный договор принимается всеми участниками общества единогласно. Из представленного в материалы дела протокола № 6 от 16.11.2001 года следует, что участники общества якобы единогласно приняли решение о внесении изменения в учредительный договор. Однако в данном протоколе не содержится сведений об участниках общества, присутствовавших на собрании и доказательств надлежащего уведомления участников общества о проведении собрания. Наличие в материалах дела протокола общего собрания № 6, подписанного секретарем и председателем собрания, недостаточно для подтверждения факта наличия кворума на общем собрании участников ООО «Краснодаркурорт», состоявшемся 16.11.2001 года.

В материалах дела имеются письменные показания участников общества ФИО16, ФИО17, ФИО19 из содержания которых следует, что о проведении общего собрании участников общества 16 ноября 2001 года они не извещались, повестка дня общего собрания им не высылалась, в работе собрании они не участвовали, и соответственно, своего согласия на внесение изменений в учредительные документы общества не давали.

Истец ФИО12 утверждает, что о проведении общего собрания и вопросах, которые подлежали рассмотрению на этом собрании она тоже обществом не уведомлялась, и соответственно, в собрании от 16 ноября 2001 года участия не принимала.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.12.1999 №90/№14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона или иных правовых актов, суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор, руководствуясь нормами закона.

Таким образом, прямое применение пункта 24 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09.12.1999 №90/№14 в системной связи со статьями 36 и 37 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» дает основание для утверждения о том, что при отсутствии необходимого кворума общее собрание участников ООО вообще не может быть проведено и, следовательно, вообще на этом собрании не может приниматься ни одно решение кроме как, о роспуске такого собрания.

При таких обстоятельствах, вывод арбитражного суда о том, что протокол общего собрания общества от 16 ноября 2001 года является подтверждением одобрения участниками общества дарения доли между ответчиками грубо противоречит нормам законодательства и указаниям ФАС Северо-Кавказского округа содержащимися в постановлении от 22 июля 2011 года.

Вывод арбитражного суда в обжалуемом решении о том, что истцом пропущен срок исковой давности, так как сведения о регистрации ФИО9 в качестве участника общества были внесены в ЕГРЮЛ еще в 2001 году и соответственно с этого момента были общедоступны и могли быть получены истцом грубо противоречат положениям пункта 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав",

В пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 2010г. N 10 прямо указывается, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Истец считает, что вышеназванное указание ВАС РФ о правильном применении правила срока исковой давности полностью применимо и к настоящим правоотношениям, так как право владения долей в уставном капитале общества арбитражная практика относит к вещному праву.

Таким образом, судебная практика исходит из того, что арбитражному суду при применении правила срока исковой давности необходимо установить момент, когда действительно лицо узнало о нарушении своих прав, а не момент внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ о регистрации ответчика участником общества.

Обстоятельствами дела подтверждается, что истец узнал о нарушении своих прав как участника общества года только 11.06.2010 года при ознакомлении с материалами надзорного производства №1352ж09, проведенного по ее жалобе прокуратурой Западного административного округа города Краснодара.

Каких либо иных доказательств того, что ФИО12 ранее этого срока было известно о содержании договора дарения доли от 12.11.2001 года ответчиками по делу арбитражному суду не предоставлено.

Истец полагает, что довод арбитражного суда о том, что ФИО12 могла ранее потребовать предоставления от общества соответствующей документации путем обращения в арбитражный суд совершенно необоснован, так как данное положение в действующем законодательстве рассматривается как право лица, а не его обязанность, в связи с чем, не может рассматриваться как доказательство не проявления разумности и осмотрительности в действиях истца.

Согласно части 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Однако суд в нарушении прямого указания суда кассационной инстанции вновь со ссылкой на наличие в свободном доступе сведений о регистрации ФИО9 в качестве участника общества применил правило пропуска срока исковой давности для отказа в иске.

С учетом вышеназванного положения закона и фактических обстоятельств дела, подтвержденных документально, истец исковые требования заявил в пределах срока исковой давности

Процедура, связанная с переходом доли участника общества в уставном капитале к третьим лицам, регулируется статьей 21 Закона.

Согласно пункту 6 статьи 21 названного Закона приобретатель доли (части доли) в уставном капитале общества осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества об указанной уступке.

С учетом того, что материалами дела подтверждается факт отсутствия как у ФИО10, так и у ФИО9 оснований для уведомления общества о переходе к нему права на долю в уставном капитале обществ, последнего нельзя признать приобретшим права и обязанности участника общества с 12.11. 2001 года.

Из изложенного следует, что 12.11.2001 ФИО9, не приобрел статус участника общества, в связи с чем при заключении последующих договоров купли-продажи (от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006) ФИО9 не мог приобретать доли в уставном капитале, в силу того что не являлся участником общества «Краснодаркурорт».

Таким образом, при заключении договоров купли-продажи (от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006) преимущественное право ФИО12. на приобретение долей было нарушено, поскольку ФИО9 в смысле статьи 21 Закона являлся «третьи лицом» (лицом, не являющимся участником общества).

При продаже доли (части доли) с нарушением преимущественного права покупки любой участник общества и (или) общество, если уставом общества предусмотрено преимущественное право общества на приобретение доли (части доли), вправе в течение трех месяцев с момента, когда участник общества или общество узнали, либо должны были узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя (абзац четвертый пункта 21 статьи 21 Закона).

С учетом вышеназванных требований закона ФИО12 вправе требовать в судебном порядке перевода на себя прав и обязанностей покупателя доли по вышеназванным договорам купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт».

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО9 и ООО «Краснодаркурорт» указали, что отменяя судебные акты суд кассационной инстанции указал на наличие неполно выясненных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, касающихся:

- фактического времени осведомленности истца ФИО12 о приобретении ответчиком ФИО9 первоначальной доли в уставном капитале общества и возникновении у него статуса участника данного общества, то есть о возможности реализации истцом ФИО12 в установленный законом срок права преимущественной покупки отчуждаемой доли перед третьими лицам наличия чинимых ООО «Краснодаркурорт» истцу ФИО12, как участнику общества, препятствий в ознакомлении с документами общества, касающимися приобретения ответчиком ФИО9 спорных долей в уставном капитале, (вплоть до момента обращения истца в прокуратуру Западного округа г.Краснодара 11.06.2010 г.).

Данные обстоятельства, по мнению суда кассационной инстанции и истца, являются существенными для правильного разрешения судебного спора.

При повторном рассмотрении дела Арбитражный суд Краснодарского края во исполнение указаний суда кассационной инстанции полностью исследовал вышеуказанные обстоятельства и касающиеся их материалы дела и пришел к выводу об отсутствии нарушений закона со стороны ответчиков в этой части.

О первоначальном приобретении ответчиком ФИО9 доли в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт», то есть приобретении им статуса участника данного общества, ФИО12 узнала на общем собрании участников общества, рассмотревшем вопрос о приеме ответчика в состав участников общества в результате приобретения последним первоначальной доли в размере 0,5% номинальной стоимостью 2400 руб. по договору дарения от 12.11.2001г.

Согласно имеющемуся в материалах дела протоколу № 6 общего собрания участников ООО «Краснодаркурорт» данное собрание состоялось 16 ноября 2001г., то есть более 9 лет назад, при участии в нем всех участников общества, включая ФИО12 Доказательств, опровергающих сведения указанного протокола № 6 об участии истицы в работе данного собрания, в материалах дела не имеется.

Согласно пункту 4 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) срок исковой давности для обращения в суд за защитой своих прав составляет три месяца с момента, когда участник общества узнал о нарушении своего преимущественного права покупки доли, продаваемой третьим лицам.

При таких обстоятельствах любые доводы истицы о возможности применения ею права преимущественной покупки отчуждаемой другим участником ООО доли в уставном капитале не имеют никакого значения ввиду пропуска ею срока реализации этого права.

В материалах дела имеются и другие доказательства о полной осведомленности истицы ФИО12 за пределами вышеуказанного срока о наличии у ответчика ФИО9 статуса участника данного общества в результате приобретения им доли в уставном капитале.

Так, при подаче ФИО12 иска по другому делу № А-32-496/2010, в котором участвовали те же лица, ранее рассмотренному арбитражными судами всех инстанций, истицей в приложении к исковому заявлению была представлена копия выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Краснодаркурорт» от 30.06.2009 , содержащей сведения обо всех участниках общества и принадлежащих им долях в уставном капитале, включая ответчика ФИО9, что свидетельствует о полной осведомленности истицы, как минимум, за 1 год и 2 мес. до обращения в суд с настоящим иском (сентябрь 2010 г.) о факте владения ответчиком долей в уставном капитале общества, на которую претендует истица.

Довод о чинимых ФИО12, как участнику общества, со стороны ООО «Краснодаркурорт» препятствий в ознакомлении с документами общества при направлении ею письменных запросов в общество о предоставлении документов не имеет значения для разрешения настоящего спора.

Данные запросы содержат требования лишь о предоставлении истице обществом документов общего характера - учредительного договора, протоколов общих собраний, бухгалтерского баланса, проекта устава, годового отчета за 2008г., непосредственно не относящихся к документам касающимся оснований возникновения у ответчика ФИО9 статуса участника ООО «Краснодаркурорт».

Данные запросы истицы датируются, начиная с мая 2004 г., то есть по истечении 2,5 лет после приобретения ответчиком статуса участника общества и внесения сведений об этом в Единый государственный реестр юридических лиц (ноябрь 2001г.), что находится за пределами 3-месячного срока для обращения в суд о переводе прав и обязанностей покупателя.

Факт истечения срока исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного преимущественного права покупки долей в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт» истца ФИО12 по другим сделкам, совершенным в этот же период и при таких же обстоятельствах, уже был предметом рассмотрения Арбитражным судом Краснодарского края и Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом по другому делу № А32-24168/2010. Вступившими в законную силу решением суда первой инстанции от 29.12.2010 г. и постановлением суда апелляционной инстанции по данному делу срок исковой давности по указанному спору был признан пропущенным, что явилось одним из оснований для отказа в иске.

Доводы истицы о её неосведомленности до 11.06.2010г. о нарушении преимущественного права покупки долей в уставном капитале общества приобретенных ответчиком и после совершения последним первоначальной сделки (дарения) от 12.11.2001г. - в период с 22.01.2002г. по 20.03.2006г. у других участников общества по причине её незнания о приобретении ответчиком статуса участника общества полностью опровергаются и другими материалами дела.

Согласно имеющимся в материалах дела протоколам общих собраний участников ООО «Краснодаркурорт» с момента первоначального приобретения доли в уставном капитале (12.11.2001г.) и до настоящего времени ответчик ФИО9 участвовал совместно с истцей ФИО12 в этих собраниях, избирался председательствующим на ряде собраний, указан в качестве участника в протоколах, учредительных документах общества и сведениях Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ).

В имеющихся в деле письменным возражениях на заявление ответчика о применении исковой давности истица сама не отрицает своего участия во всех очередных годовых общих собраниях участников общества, утверждавших годовые отчеты и распределявших прибыль общества между участниками, на которых присутствовал в качестве участника и ответчик ФИО9

Так, свои требования о переводе прав и обязанностей покупателя долей в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт» по договорам купли-продажи долей в период с 28.01.2002 г. по 20.03.2006 г., совершенным ответчиком ФИО9 с другими участниками данного общества, истец основывает на отсутствии у ответчика статуса участника ООО «Краснодаркурорт» на момент совершения данных сделок, что, по мнению истицы приводит в действие механизм преимущественного права покупки продаваемых долей, возникающего в этом случае у других участников общества, включая саму истицу ФИО12

Толкуя условия договора дарения доли от 12.11.2001г., истица отрицает факт вступления последнего в законную силу, ссылаясь на необходимость получения предварительного согласия других участников общества на совершение указанного дарения доли, то есть предварительного одобрения данной сделки до ее совершения.

Согласно пункту 3.1 договора дарения доли от 12.11.2001 г. вступление его в законную силу действительно мотивируется наличием соответствующего решения об этом (протокола) общего собрания участников общества. При этом, никаких условий о предварительном согласии участников общества на заключение данной сделки (дарение доли), то есть до момента ее совершения, указанный договор не содержит. При таких обстоятельствах решение общего собрания участников общества необходимо не для получения предварительного согласия участников на совершение сделки дарения, как таковой, а лишь для вступления в законную силу уже совершенной сделки дарения. Такое собрание участников общества состоялось, что подтверждается имеющимся в материалах дела протоколом от 16.11.2001г., не признано судом недействительным, и исковые требования ФИО12 в этой части не заявлялись. Более того, в силу действующего в то время законодательства общее собрание участников общества с ограниченной ответственностью вообще не было наделено правом принятия решений об одобрении совершенных сделок с долями в уставном капитале общества.

Процедура, связанная с переходом доли участника общества в уставном капитале к третьему лицу, регулируется статьей 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно пункту 6 которой (в редакции от 31.12.1998 г., действовавшей до 21.03.2002г.) приобретатель доли (части доли) в уставном капитале общества осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества об указанной уступке.

Таким образом, закон в период совершения сделки дарения части доли ответчику ФИО9, состоявшейся 12 ноября 2001г., не ставил возникновение у приобретателя прав и обязанностей участника общества с ограниченной ответственностью в какую-либо зависимость от принятия общим собранием участников общества решения о внесении изменений в учредительные документы общества и обусловил это единственным требованием- моментом уведомления общества о состоявшейся сделке.

В материалах дела имеются исследованные судом первой инстанции уведомления как дарителя доли - участника общества ФИО10 от 16.11.2001г., так и одаряемого - ФИО9 от 16.11.2001г., полученные ООО «Краснодаркурорт» в этот же день, из чего следует, что с этого момента ответчик ФИО9 приобрел статус участника и в дальнейшем приобретал спорные доли в уставном капитале по договорам купли-продажи доли в период с 28.01.2002г. по 20.03.2006 г. у других участников общества уже в этом статусе.

При таких обстоятельствах в отношении последующих и оспариваемых истицей сделок, совершенных с 28.01.2002г. по 20.03.2006г., преимущественное право покупки отчуждаемых долей ни у кого из других участников общества, включая истицу ФИО12 не возникало, поскольку ответчик ФИО9, приобретший статус участника общества после первой сделки от 12.11.2001г., в смысле статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» уже не являлся «третьим лицом».

В судебном заседании представитель истца апелляционную жалобу поддержал, просил решение отменить, исковые требования удовлетворить. Заявил ходатайство о вызове в качестве свидетелей ФИО16 ФИО17, ФИО18. В обоснование заявленного ходатайства указал, что данные лица могут подтвердить доводы ФИО12 о нелегитимности проведенного 16.11.2001 общего собрания участников ООО «Краснодаркурорт».

Представитель ответчиков и третьих лиц ФИО4, ФИО5 ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО10 апелляционную жалобу не признал, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, против вызова свидетелей возразил. Пояснил, что истинная воля ФИО10 и ФИО9 при заключении договора от 12.11.2001 была направлена на дарение 0,5% доли в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт».

Представитель Федеральной налоговой службы России №3 по г.Краснодару оставил разрешение спора на усмотрение суда.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились. Дело рассмотрено в порядке п.3 ст. 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей сторон, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

ФИО12 является участником общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» и владеет 25,312 % долей в уставном капитале общества.

В соответствии с пунктом 1.1 договора дарения от 12.11.2001 ФИО10 уступает, а ФИО9 получает на безвозмездной основе в форме дарения обязательственное право по отношению к обществу «Краснодаркурорт» на долю в уставном капитале последнего в размере 0,5% номинальной стоимостью 2400 рублей.

Согласно абзацу первому пункта 3.1 договора, договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и при условии наличия соответствующего решения (протокола) общего собрания участников общества.

В соответствии с абзацем вторым пункта 3.1 договора, право приобретателя на переданную ему долю в уставном капитале общества возникает с момента внесения соответствующих изменений в учредительные документы о новом владельце переданной доли.

Истец, толкуя условия договора, приходит к выводу, что стороны поставили возникновение права приобретателя на долю по договору дарения в зависимость от обстоятельства, относительно которого не известно, наступит оно или не наступит (часть 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для вступления в силу договора дарения, а также для возникновения права ФИО9 на переданную ему по договору дарения долю в уставном капитале общества необходимо, чтобы общее собрание участников приняло и надлежащим образом оформило решения о внесении изменений в учредительные документы общества.

Согласно пункту 2 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее Закон) продажа или уступка иным образом участником общества своей доли (части доли) третьим лицам допускается, если это не запрещено уставом общества.

Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных участников общества на уступку доли (части доли) участника общества третьим лицам иным образом, чем продажа (пункт 5 статьи 21 Закона).

В соответствии с положениями устава общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» продажа или уступка иным образом участником общества своей доли или ее части третьим лицам допускается без согласия других участников.

12.11.2001 ФИО10, будучи участником общества, заключил договор дарения доли, по условиям которого, ФИО9 передана в дар доля в уставном капитале общества в размере 0,5 % номинальной стоимостью 2 400 рублей.

В этот же день, 12.11.2001, даритель по указанному договору – ФИО10, направили обществу «Краснодаркурорт» уведомление (трансфертное объявление) о безвозмездной передаче ФИО9 доли в уставном капитале общества с приложением договора дарения от 12.11.2001.

Указанное уведомление о дарении доли получены директором общества «Краснодаркурорт», что подтверждается материалами дела, а также не оспаривается при рассмотрении настоящего дела представителями истца.

Сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит (пункт 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условие договора дарения от 12.11.2001, ставящее вступление договора в законную силу при условии наличия соответствующего решения общего собрания участников общества, противоречит императивным нормам статьи 21 Закона о свободном праве участника общества уступить свою долю третьим лицам.

Кроме того, решение общего собрания участников общества не является «обстоятельством» в смысле пункта 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку зависит от волеизъявления участников общества, противоречит праву участника общества уступить свою долю третьим лицам.

Кассационная инстанция указала, что, признавая спорное условие договора не отлагательным, суды не выяснили, на что была направлена истинная воля сторон при подписании договора, что имеет существенное значение при разрешении спора.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исполняя указания суда кассационной инстанции и выясняя действительную волю сторон при подписании договора, с учетом пояснений представителя обеих сторон договора (дарителя и одаряемого - ФИО9 и ФИО10), суд первой инстанции установил, что воля сторон договора не была направлена на установление прав и обязанностей по договору дарения в зависимость от наличия решения общего собрания участников общества. Данный вывод суда подтвержден представителем сторон договора дарения в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Из положений статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что условие должно быть обстоятельством не зависящим от воли сторон. Между тем, решение общего собрания участников общества зависит, в том числе, от воли дарителя по договору 12.11.2001 – предыдущего участника общества ФИО10, что противоречит правовой природе отлагательного условия.

Кроме того, неопределенность условий договора дарения как основание для признания такого договора не вступившим в законную силу может заявляться до исполнения сторонами договора. Из материалов дела следует и судебными актами по делу установлено, что фактически стороны исполнили договора дарения, тем самым, признав его действие.

Закон связывает момент перехода прав участника общества, продавшего долю (продавца), к третьему лицу (покупателю), с моментом уведомления общества о состоявшейся уступке.

Из изложенного следует, что 12.11.2001 ФИО9, с момента уведомления общества о состоявшейся уступке доли в уставном капитале, приобрел статус участника общества, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что при заключении последующих договоров купли-продажи (от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006) ФИО9 приобретал доли в уставном капитале, являясь участником ООО «Краснодаркурорт».

ФИО12 указала, что узнала о совершении сделки – договора дарения доли от 12.11.2001 между ФИО9 и ФИО10 11.06.2010, при ознакомлении с материалами надзорного производства №1352ж09, проведенного по ее жалобе прокуратурой Западного административного округа города Краснодара.

До обращения в правоохранительные органы истица неоднократно направляла запросы (письма вх.№1-61 от 25.05.2004, вх.№1-37 от 21.04.2005, вх.№38 от 25.06.2009 – том 2) в ООО «Краснодаркурорт» с просьбой предоставить ей для ознакомления документы, касающиеся деятельности общества «Краснодаркурорт».

Указанные запросы содержат требование истца о предоставлении следующих документов: учредительного договора, устава, протоколов общих собраний, бухгалтерского баланса, материалов к собранию на 21.04.2005, проекта устава, годового отчета о деятельности общества за 2008 год.

Из анализа перечня требуемых истцом корпоративных документов следует, что ФИО12 не представила в материалы дела доказательств того, что она запрашивала у общества документы, связанные с основанием возникновения у ФИО9 статуса участника общества. Участвуя совместно с ФИО9 на протяжении многих лет в общих собраниях участников общества, ФИО12 не могла не осознавать, что ФИО9 посредством участия в общих собраниях реализует права участника общества.

Материалами дела подтверждается, что представитель ФИО12 в 2009 году располагал выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.06.2009, в которой имелась информация о ФИО9 как об участнике общества.

Вместе с тем, располагая указанной информацией, ФИО12 не запрашивала у общества документы, на основании которых само общество, и остальные его участники воспринимают ФИО9 как участника общества.

Истец при должной степени осмотрительности и заботливости имел возможность в случае участия в очередных общих собраниях требовать от общества документов, на основании которых ФИО9 участвует в собраниях и рассматривается руководством общества как участник общества.

В письмах вх.№1-61 от 25.05.2004, вх.№1-37 от 21.04.2005, вх.№38 от 25.06.2009 (том 2) не содержится требований о предоставлении указанных выше документов. В целом исследуемые письма вообще не содержат каких-либо ссылок, на основании которых можно прийти к выводу, что их направление в общество каким-либо образом связано с наличием возражений относительно участия ФИО9 в собраниях или желанием ФИО12 воспользоваться преимущественным правом, которое предусмотрено статьей 21 Закона.

Вывод суда первой инстанции о том, что общество не препятствовало истцу в реализации его права на ознакомление с документами общества, которые касаются правовых оснований возникновения у ФИО9 статуса участника общества, основан на полном и всестороннем исследовании представленных в дело доказательств.

При продаже доли (части доли) с нарушением преимущественного права покупки любой участник общества и (или) общество, если уставом общества предусмотрено преимущественное право общества на приобретение доли (части доли), вправе в течение трех месяцев с момента, когда участник общества или общество узнали либо должны были узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя (абзац четвертый пункта 4 статьи 21 Закона).

Пропуск срока исковой давности в силу ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Из протокола №6 от 16.11.2001 общего собрания участников ООО «Краснодаркурорт» следует, что в повестку дня были включены следующие вопросы:

1) о выходе участника из общества в связи с полной уступкой своих долей другим участникам;

2) о приеме в общество нового участника в связи с приобретением им доли в уставном капитале;

3) об изменении долей участников общества в связи с состоявшимися переуступками между участниками и третьим лицом;

4) о внесении изменений в учредительные документы общества.

При этом, из пункта 3.2 устава ООО «Краснодаркурорт (л.д. 60-61 т.1) утвержденного 18.06.1998г., следует, что единогласное решение участников требуется только для внесения изменений в учредительный договор, для внесения изменений в устав общества требуется не менее двух третей голосов от общего числа голосов участников.

Из п.4 устава ООО «Краснодаркурорт (л.д. 66-67 т.1) утвержденного 18.06.1998г., следует, что ФИО16 обладал долей в размере 3,437%, ФИО17 – 3,125%, ФИО18 – 3,436%, ФИО12 - 3,125%.

Истица не доказал, что без учета ее голоса и голосов лиц, заявленных в качестве свидетелей, для решения вопросов по пунктам 1-3 повестки дня и о внесении изменений в устав не имелось кворума.

Учитывая, что в связи с внесением изменений в Федеральный закон Российской Федерации «Об обществах с ограниченной ответственностью» в соответствии с пунктом 5 статьи 11 Закона договор об учреждении общества не является учредительным документом общества, истица не доказала необходимости в рамках рассматриваемого спора установления факта отсутствия кворума для принятия решения по п.4 повестки дня общего собрания участников ООО «Краснодаркурорт» от 16.11.2001 в части внесения изменений в учредительный договор общества.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии установленных ст.ст.158, 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для в удовлетворении ходатайств истца о вызове свидетелей и отложении судебного разбирательства.

Судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, дана правильная оценка доказательствам и доводам участвующих в деле лиц.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за обращение с апелляционной жалобой относятся на истца в порядке и размерах, установленных ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст.333.22 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайств о вызове свидетелей и отложении судебного разбирательства истцу отказать.

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.11.2011 по делу №А32-20388/2010 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий М.В. Ильина

Судьи И.Н. Глазунова

ФИО20