Гражданский кодекс часть 1

(иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу истца ФИО2

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 марта 2022 года

по делу №А60-31422/2021

по иску ФИО2

к ФИО4,

о взыскании 21 419 406,97 руб. в порядке субсидиарной ответственности,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,

установил:

ФИО2 (далее - истец) обратился в суд с иском к ФИО4 (далее - ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании с него 21 419 406,97 руб.

К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.03.2022 (резолютивная часть от 18.03.2022) в иске отказано полностью.

Не согласившись с вынесенным решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

В мотивированной жалобе заявитель указывает на то, что в связи с исключением ЗАО «Вымпелком Союз» из ЕГРЮЛ 18.06.2020, истец фактически утратил возможность взыскания задолженности, подтвержденной решением суда от 10.09.2015. Кроме того, приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 12.05.2017по делу №1-49/17 была установлена вина ФИО4 в совершении хищения денежных средств путем злоупотребления доверием руководителей ООО «Гепаш», ООО «Аккорд», ООО «Флагман», ООО ПКП «Новые технологии» принадлежащих им денежных средств в особо крупном размере. ФИО4 очевидно имея намерение прекратить деятельность ЗАО «Вымпелком Союз», в котором он являлся участником и фактическим руководителем, не инициировал законные процедуры прекращения деятельности ЗАО «Вымпелком Союз», предусматривающие осуществление расчетов с кредиторами, а создал ситуацию, в результате которой ЗАО «Вымпелком Союз» было исключено из ЕГРЮЛ уполномоченным органом как недействующее юридическое лицо. Указывает, что срок исковой давности не пропущен, поскольку такой срок должен исчисляться с даты внесения записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица в силу п. 3.1 ст. 3 Закона об Обществах с ограниченной ответственностью.

До начала судебного разбирательства от третьего лица ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В приобщении отзыва, с учетом мнения представителя истца, отказано в связи с несвоевременным направлением его в суд и участникам процесса.

Поскольку отзыв подан в электронном виде, в соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 10 постановления Пленума от 26.12.2017 №57, фактическому возврату не подлежит.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ЗАО «Вымпелком Союз» зарегистрировано в качестве юридического лица в ЕГРЮЛ 31.08.2010 Межрайонной ИФНС по Ленинскому району г. Екатеринбурга.

ФИО4 (ответчик) с 31.08.2010 являлся участником ЗАО «Вымпелком Союз» с долей участия 50%, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. Кроме того, ФИО4 являлся коммерческим директором ЗАО «Вымпелком Союз».

18.06.2020 ЗАО «Вымпелком Союз» исключено из ЕГРЮЛ (в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности), о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

На момент исключения из ЕГРЮЛ за ЗАО «Вымпелком Союз» имелась задолженность перед ИП ФИО6 в размере 21 419 406,97 руб., в том числе долг в сумме 21 059 000 руб. и проценты в сумме 360 406,97 руб., подтвержденная решением Арбитражного суда Свердловской области 10.09.2015по делу №А60-25744/2015 (задолженность образовалась из-за не заключения договоров на поставку материалов и оборудования).

Определением Арбитражного суда Свердловской области 10.09.2015г по делу №А60-25744/2015 произведена замена истца по делу - индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) на правопреемника - ФИО2.

В исковом заявлении истец указывает, что 2016 году возбуждено уголовное дело в отношении ФИО4 по факту хищения денежных средств потерпевших ФИО7, ФИО5, ООО «Орион», ООО «Гепаш», ООО «Аккорд», ООО «Флагман», ООО ПКП «Новые технологии» путем злоупотребления доверием и обмана, в особо крупных размерах.

Приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 12.05.2017г по делу №1-49/17 (стр.6) установлено, что ЗАО «Вымпелком Союз» являлось подконтрольным ФИО4, руководитель общества ФИО8, фактически никакого отношения к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности данного юридического лица не имел, не выполнял организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в данной организации. ЗАО «Вымпелком Союз» не имело в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленного имущества и не могло отвечать по своим обязательствам этим имуществом, не осуществляло деятельность в соответствии с уставом, а также не имела в штате сотрудников. При этом фактическим руководителем ЗАО «Вымпелком Союз» являлся ФИО4, который планировал использовать подконтрольное ему общество для хищения денежных средств под мнимым предлогом заключения договоров поставки оборудования. Распоряжался денежными средствами на расчетном счете ЗАО «Вымпелком Союз» лично ФИО4

Поступившими на расчетный счет ЗАО «Вымпелком Союз» денежными средствами, ФИО4, являясь фактическим руководителем ЗАО «Вымпелком Союз», не имея намерений выполнять обязательства по заключенным с ООО «Гепаш», ООО «Аккорд», ООО «Флагман», ООО ПКП «Новые технологии» договорам, распорядился по своему усмотрению.

По мнению истца, приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 12.05.2017г по делу №1-49/17 была установлена вина ФИО4 в совершении хищения денежных средств путем злоупотребления доверием руководителей ООО «Гепаш», ООО «Аккорд», ООО «Флагман», ООО ПКП «Новые технологии» принадлежащих им денежных средств в особо крупном размере, соответственно, недобросовестные действия ответчика по совершению хищения денежных средств и по прекращению деятельности юридического лица повлекли причинение убытков в размере 21 419 406,97 руб.

Ссылаясь на положения ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ); ст.ст. 53.1, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также указав на то, что ФИО4, являясь контролирующим ЗАО «Вымпелком Союз» лицом, знал об имеющейся задолженности перед истцом, но не предпринял меры по ее погашению, не возразил против исключения общества из ЕГРЮЛ, полагая данные действия (бездействие) неразумным, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств позволяющих привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. При этом суд признал пропущенным срок исковой давности.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

В силу положений п. 2 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в п. 1 ст. 87 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Закона №14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Закона №14-ФЗ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Частью 3.1 ст. 3 Закона №14-ФЗ установлено, что исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

В силу положений статей 9, 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В качестве основания для привлечения ответчика (руководителя общества) к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указывает на то, что ЗАО «Вымпелком Союз» 18.06.2020 исключено из ЕГРЮЛ регистрирующим органом в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.

В соответствии с п. 1 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Аналогичный порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» п. 5 ст. 21.1 указанного Закона).

Однако, само по себе наличие в ЕГРЮЛ недостоверных сведений не могли повлечь невозможность исполнения обществом имеющегося перед кредитором (истцом) обязательства.

Причинно-следственной связи между исключением общества «Вымпелком Союз» из ЕГРЮЛ по причине наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности и неисполнением обязательств перед истцом не прослеживается.

Из совокупности приведенных норм следует, что кредиторы исключаемых из ЕГРЮЛ недействующих юридических лиц при отсутствии со стороны регистрирующего органа нарушений пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ реализуют право на защиту своих прав и законных интересов в сфере экономической деятельности путем подачи в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 указанного Закона, либо путем обжалования исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в сроки, установленные пунктом 8 статьи 22 указанного Закона.

Из материалов дела следует, что истцом не представлено доказательств направления в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов1 и 2 ст. 21.1 Закона №29-ФЗ.

В свою очередь, имеющиеся у юридического лица непогашенные обязательства, о наличии которых в установленном порядке заявлено не было, не препятствует завершению процедуры исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, что согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29.09.2016 №1971-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО9 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению общества из реестра истцом в материалы дела также не представлено.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности истец указывална совершение ФИО4 преступления в отношении юридических лиц, права требования которых перешло к истцу на основании договоров цессии в 2015 году, в связи с чем у ЗАО «Вымпелком Союз» перед истцом имеется задолженность в сумме 21 419 406,97 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником; при предъявлении требований к субсидиарному должнику, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника.

Суд первой инстанции правомерно указал, что при предъявлении требований о привлечении к субсидиарной ответственности истец должен доказать факт обращения с требованием о взыскании задолженности непосредственно к должнику (обществу) и его отказ от исполнения обязательства.

В данном случае, с 2015 года истец, как и его правопредшественник ИП ФИО6, не обращался к ЗАО «Вымпелком Союз» с требованием о возврате денежных средств в принудительном порядке.

Доказательств осуществления действий по принудительному взысканию спорной суммы с основного должника не представлено. Исполнительный лист, выданный в рамках дела №А60-25744/2015 от 07.09.2015, ни в службу судебных приставов, ни к банковскому счету основного должника не предъявлялся в течение продолжительного периода времени (несколько лет), иных попыток исполнить решение суда истец не предпринимал.

Иного суду не доказано, в материалы дела не представлено.

Истец ссылался на приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 12.05.2017 дело №1-49/17, в котором указано об отсутствии ЗАО «Вымпелком-Союз» в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленного имущества, которым последнее могло отвечать по своим обязательствам.

Как верно отметил суд первой инстанции, в действительности в рамках соответствующего исполнительного производства данный факт не устанавливался.

С учетом вышеизложенного, выводы суда первой инстанции об отсутствии у истца права требования задолженности с ФИО4, поскольку в нарушение действующего законодательства истец не использовал возможность взыскания задолженности с основного должника в установленный законом срок (три года), являются верными.

Более того, ответчиком в суде первой инстанции заявлено о пропуске истцом срока на обращение с настоящими требованиями.

Возражая против указанного довода, истец связывал начало течения срока исковой давности с датой исключения общества из ЕГРЮЛ – 18.06.2020.

Вместе с тем, указанные возражения истца правомерно отклонены судом первой инстанции на основании следующего.

Поскольку нет специального срока исковой давности, урегулированного пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», учитываются общие положения этого закона, а также статьи 53.1 ГК РФ (три года - статья 196 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Начало течения срока исковой давности определяется по правилам статьи 200 ГК РФ. Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 10, 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Как установлено ранее, участвуя в рассмотрении уголовного дела, об отсутствии возможности удовлетворить требования за счет основного должника и о возможности предъявления в таком случае требования к субсидиарному должнику, истцу было уже известно из приговора суда от 12.05.2017.

Более того, как верно указал суд первой инстанции, именно данным обстоятельством истец объясняет отсутствие со своей стороны каких-либо действий, направленных на принудительное исполнение вышеуказанного судебного решения за счёт основного должника. Следовательно, уже в мае 2017 года истец знал о том, что его права как кредитора основного должника нарушены в результате действий ответчика. Поэтому с указанного срока он вправе был предъявить соответствующие требования к ответчику по обязательствам основного должника (в том числе при использовании механизма банкротства основного должника, предъявления требований к контролирующим общество лицам в рамках дела о банкротстве, либо после завершения или прекращения дела о банкротстве (применительно к изменениям Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ)).

Таким образом, срок исковой давности в данном случае начинает течь не позднее мая-августа 2017г. Следовательно, настоящий иск предъявлен непосредственно ответчику за пределами срока исковой давности.

С учетом вышеизложенного оснований полагать, что истец узнал о нарушении его права только после исключения общества из ЕГРЮЛ (после 18.06.2020), не имеется.

Поскольку настоящий иск в суд подан истцом 25.06.2021, доказательства приостановления либо прерывания этого срока в деле отсутствуют, срок исковой давности истцом пропущен. Более того, истом пропущен срок для предъявления требования к исполнению в принудительном порядке, установленном ФЗ «Об исполнительном производстве».

Иные доводы, изложенные в жалобе, не влияют на правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом, заявитель апелляционной жалобы приводит доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

Таким образом, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы истца ФИО2 следует отказать.

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270,271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 25 марта 2022 года по делу №А60-31422/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.А. Чухманцев

Судьи

ФИО10

О.Н. Чепурченко