Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018 по делу № А07-537/2016 (судья Кутлугаллямов Р.Ш.).

В заседании приняли участие представители:

- конкурсного управляющего акционерного общества «Интеграл» ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 10.10.2018);

- финансового управляющего ФИО1 ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 03.11.2017, от 15.11.2017).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.10.2016 (резолютивная часть от 07.10.2016) в отношении акционерного общества «Интеграл» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - АО «Интеграл», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6 (далее - ФИО6, временный управляющий) к банкротству АО «Интеграл» применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.05.2017 в отношении АО «Интеграл» введена процедура внешнего управления, исполняющим обязанности внешнего управляющего утверждена ФИО6

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.08.2017 внешним управляющим АО «Интеграл» утвержден арбитражный управляющий ФИО7 (далее - ФИО7).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.03.2018 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей внешнего управляющего АО «Интеграл».

Определением суда от 30.05.2018 внешним управляющим АО «Интеграл» утвержден ФИО2 (далее - внешний управляющий ФИО2).

Решением суда от 16.10.2018 (резолютивная часть от 09.10.2018) АО «Интеграл» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

ФИО1 (далее – ФИО1) обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов АО «Интеграл» четвертой очереди требования в размере 5 000 000 руб. основного долга, как обеспеченное залогом имущества АО «Интеграл» по договору об ипотеке (залог недвижимости) №Ф-367-и5 от 05.05.2014 и по договору об ипотеке (залог недвижимости) №Ф-369-и5 от 15.05.2014.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.08.2018 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий заявителя ФИО4 (далее - финансовый управляющий ФИО4).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018 (резолютивная часть от 27.11.2018) в удовлетворении заявления ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов АО «Интеграл» отказано.

С определением суда от 05.12.2018 не согласился ФИО1 и обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить.

В апелляционной жалобе ФИО1 указал, что судом не исследовано, а лицами, участвующими в деле, не представлены доказательства заключения заявителем договора поручительства №2472/3 от 19.05.2014 в целях возврата финансирования должника за счет текущей выручки, а также в целях опосредования увеличения уставного капитала должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Заключение договора поручительства руководителем должника по его кредитным обязательствам в ходе обычной хозяйственной деятельности носит гражданско-правовой характер, а также является широко применяемым при осуществлении подобного вида предпринимательской деятельности, как у должника. Договор поручительства является действующим, не признан недействительным либо ничтожным. Судом не исследованы обстоятельства наличия у ФИО1 финансовой возможности исполнить обязательства за счет собственных средств

До начала судебного заседания конкурсный управляющий направил в суд апелляционной инстанции отзыв на апелляционную жалобу (рег.№9294 от 26.02.2019), протокольным определением суда в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в приобщении указанного отзыва отказано.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и финансового управляющего с доводами апелляционной жалобы не согласились.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между АО «Интеграл» и АО «РОСТБАНК» был заключен кредитный договор №2474 от 15.05.2014, по условиям которого должнику представлен кредит в размере 60 000 000 руб.

Обязательства АО «Интеграл» по кредитному договору №2474 от 15.05.2014 были обеспечены по договору об ипотеке (залоге недвижимости) №Ф367-и5 от 05.05.2014 и по договору об ипотеке (залоге недвижимости) №Ф-369-и5 от 15.05.2014.

В целях обеспечения исполнения обязательств АО «Интеграл» по кредитному договору, между АО «РОСТ БАНК» и ФИО1 был заключен договор поручительства №2472/3 от 19.05.2014, согласно которому ФИО1 принял на себя обязательства отвечать перед Банком за исполнение АО «Интеграл» всех обязательств по кредитному договору.

08.06.2016 ФИО1 как поручитель частично погасил задолженность АО «Интеграл» по кредитному договору в размере 5 000 000 руб.

ФИО1, ссылаясь на статью 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требования ФИО1, обоснованно руководствовался следующим.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы, к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Единственный участник общества с ограниченной ответственностью, одновременно являющийся его руководителем, в силу своего статуса и полномочий, установленных Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах), оказывает непосредственное влияние на хозяйственную деятельность контролируемого им юридического лица.

В случае неблагополучной финансовой ситуации либо возникновения кассового разрыва на такого участника положениями статьи 30 Закона о банкротстве возлагается обязанность принять своевременные меры по предупреждению банкротства организации и именно за ним стоит выбор варианта устранения негативных последствий такого положения в целях оздоровления финансового состояния хозяйствующего субъекта. При предупреждении банкротства могут приниматься различные меры, в том числе предусмотренные Законом об обществах.

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При оценке допустимости включения требования единственного акционера в реестр требований кредиторов должника, следует детально исследовать природу соответствующих отношений, а также поведение этих лиц в период, предшествующий банкротству.

Как следует из материалов дела, между Банком и должником заключен кредитный договор №2474 от 15.05.2014 с лимитом задолженности 60 000 000 руб. и сроком действия по 14.05.2015 включительно. В соответствии с пунктом 2 указанного договора кредит выдается на пополнение оборотных средств. В последующем дополнительным соглашением к договору о кредитной линии стороны изменили его условия.

Между акционерным коммерческим Банком и ФИО1 заключен договор поручительства №2472/3 от 19.05.2014, по условиям которого поручитель обязался солидарно отвечать перед Банком за исполнение должником обязательств по кредитному договору №2474 от 15.05.2014.

Исполнение обязательств должника по указанному кредитному договору №2474 от 15.05.2014 также было обеспечено ипотекой на основании договоров об ипотеке №Ф367-и5 от 05.05.2014 и №Ф-369-и5 от 15.05.2014, директором которого являлся ФИО1

ФИО1 не представил пояснений относительно фактического расходования кредитных средств обществом, полученных в рамках кредитного договора №2474 от 15.05.2014.

Доказательства того, что АО «Интеграл» располагало собственными денежными средствами для погашения кредиторской задолженности перед Банком, не представлены.

Следует учитывать, что ФИО1 произвел частичное погашение задолженности по договору поручительства 08.06.2016 за четыре месяца до введения в отношении должника процедуры наблюдения, после принятия судом заявления кредитора о признании должника банкротом (22.01.2016). При этом сведений об осуществлении заявителем иных платежей по договору поручительства, не имеется.

ФИО1 не обосновал наличие экономической целесообразности в погашении требований Банка за должника после возбуждения дела о банкротстве, учитывая недоказанность реальной возможности получить возмещение в процедуре банкротства.

Действия ФИО1 направлены на получение возможности косвенно влиять на процедуру банкротства, противопоставление своих требований требованиям иных (независимых) кредиторов, что свидетельствует о корпоративном характере требования.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления является верным, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018 по делу № А07-537/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья С.В. Матвеева

Судьи: А.А. Румянцев

О.В. Сотникова