Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) апелляционную жалобу АО «Россельхозбанк» на определение Арбитражного суда Калужской области от 03 июня 2021 года по делу № А23-2809/2020 ,

принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной,

при участии в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица ФИО2,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО3,

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

при участии в судебном заседании онлайн:

от финансового управляющего ФИО1 – представителя ФИО5 (доверенность от 09.09.2020),

при участии в судебном заседании в Двадцатом арбитражном апелляционном суде:

от ФИО2 – представителя ФИО6 (доверенность от 01.03.2021);

от ФИО4 – представителя ФИО7 (доверенность от 01.06.2020)

в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства,

УСТАНОВИЛ:

Определением от 03 июня 2021 года (резолютивная часть от 27.05.2021) Арбитражный суд Калужской области отказал финансовому управляющему ФИО1 в удовлетворении заявления о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 08.12.2017, заключенного должником ФИО4 с ФИО2, по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: <...>; в деле о банкротстве ФИО4

Не согласившись с определением суда области, кредиторов в деле о банкротстве ФИО4 – АО «Россельхозбанк» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит судебный акт отменить, принять новое решение, которым удовлетворить заявление финансового управляющего о признании указанной сделки недействительной.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывал на то, что должник при заключении спорного договора действовал недобросовестно, так как в пункте 1.5. договора должник дал покупателю гарантии несоответствующие действительности.

Указывает, что покупателю должно быть известно о наличие у должника неисполненных обязательств перед Банком.

Считает, что в результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение размера имущества должника.

В материалы дела от ФИО4 и ФИО3 поступили отзывы на апелляционную жалобу, в котором должник и третье лицо против доводов жалобы возражали, просили определение оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения.

От финансового управляющего ФИО1 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором финансовый управляющий поддерживает доводы жалобы. Указывает, что сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Другие лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав в судебном заседании материалы дела, изучив доводы лиц, участвующих в деле, апелляционный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

20.04.2020 от АО «Российский сельскохозяйственный банк» в Арбитражный суд Смоленской области поступило заявление о признании гражданки ФИО4 банкротом.

Определением от 23 апреля 2020 года арбитражный суд возбудил производство по заявлению АО «Российский сельскохозяйственный банк» о признании ФИО4 банкротом.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 28 июля 2020 года (резолютивная часть от 21.07.2020) в отношении должника ФИО4 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

28.01.2021 в арбитражный суд поступило заявление о признании сделки, заключенной 08.12.2017 должником ФИО4 с ФИО2 по договору купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, недействительной.

После уточнения требований, принятого судом к рассмотрению, финансовый управляющий просит признать сделку, заключенную должником с ФИО2 по договору от 08.12.2017 купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, недействительной и применить последствий недействительности сделки в виде возврата денежных средств в размере 5 400 000 руб. в конкурсную массу должника.

Материалами дела установлено, что 27.11.1998 гражданка ФИО4 в личных целях по договору № 79/98 долевого участия в строительстве жилого дома приобрела квартиру площадью 44,9 кв.м., кадастровый номер 50:48:0000000:9261, расположенную по адресу: <...>.

Право собственности зарегистрировано по окончании строительства жилого дома 11.05.2020 за № государственной регистрации 50-01.48-3.2000-170.1.

01.11.2000 года между должником и ее сыном, ФИО7, заключен договор передачи в пользование квартиры в целях проживания последнего в квартире.

08.12.2017 между должником ФИО4, в качестве продавца, и ФИО2, в качестве покупателя, заключен договор купли-продажи квартиры с использованием кредитных средств, по которому квартира была продана за 5 400 000 руб.

08.12.2017 должник передал покупателю квартиру по передаточному акту на условиях договора купли-продажи.

08.12.2017 покупатель с использованием банковской ячейки Банка ВТБ24 (ПАО) передал должнику под расписку денежные средства в размере 5 400 000 руб. в оплату квартиры в соответствии с условиями договора купли-продажи.

18.12.2017 в Единый государственный реестр недвижимости внесены записи:

- 50:48:0000000:9261-50/015/2017-2 о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру от должника к ФИО2;

- 50:48:0000000:9261-50/015/2017-3 о регистрации ипотеки в силу закона, что подтверждается Выпиской из ЕГРН от 18.12.2017.

При этом, в период оформления оспариваемого договора 15 ноября 2017 года Обнинским городским судом по делу № 2-1248/2017 по иску АО «Россельхозбанк» вынесено решение о взыскании 59 547 923,15 рублей с должника ФИО4, как поручителя по договору поручительства № 152700/0062-9/1, заключенного должником в обеспечение исполнения заемщиком (основным должником ООО «ТрастИнформ») обязательств по договору № 152700/0062 об открытии кредитной линии от 04.06.2015.

18.02.2018 решение вступило в законную силу.

14.11.2018 в Единый государственный реестр недвижимости внесены записи:

-50:48:0000000:9261-50/048/2018-6 о государственной регистрации перехода права собственности на Квартиру от ФИО2 к ФИО3;

- 50:48:0000000:9261-50/048/2018-7 о регистрации ипотеки в силу закона, что подтверждается Выпиской из ЕГРН от 15.02.2021.

Обращаясь с заявлением о признании договора купли-продажи квартиры между должником ФИО4 и ФИО2 недействительной сделкой, финансовый управляющий полагал, что вышеуказанная сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов). Кроме того, ссылается на нормы статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также на пункт 1 статьи 170 ГК РФ.

Финансовый управляющий отмечает, что договор купли-продажи квартиры был заключен незадолго после вынесения судебного акта - решения Обнинского городского суда Калужской области от 15 ноября 2017 года по делу № 2-1248/2017, которым с ФИО4 взыскана задолженность по кредитному договору в размере 59 547 923,15 руб.

Оспариваемым определением, суд области отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего, поскольку установил, что на дату совершения оспариваемого договора у должника ФИО4 не наступили признаки неплатежеспособности, иных неисполненных обязательств, кроме АО «Россельхозбанк», выдвигающего к ФИО4 требование как к поручителю, у должника не было, при этом суд пришел к выводу, что основной должник по требованию ФИО4 имел экономическую возможность погасить требование Банка в полном объеме.

При этом, материалами дела установлена возмездность и эквивалентность оспариваемой сделки.

Оценив представленные доказательства, апелляционный суд рассмотрел повторно заявление финансового управляющего должника о признании сделки недействительной по правилам, установленным главой 34 АПК РФ, и пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротства сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 настоящего Постановления).

Ссылаясь на специальные нормы Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника, заявитель в порядке статьи 65 АПК РФ обязан доказать обоснованность своих требований на основании этих норм. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор был заключен 08.12.2017, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 23.04.2020, в связи с чем, данная сделка является совершенной в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из правовой позиции, изложенной в абзаце 2 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В материалах дела отсутствуют сведения о заинтересованности сторон сделки ФИО4 и ФИО2 в отношении друг друга. В связи с чем, презумпции информированности ответчика о признаках неплатежеспособности должника в данном случае не применяются, указанное обстоятельство подлежит доказыванию заявителем.

При этом, наличие закрепленных в Законе о банкротстве презумпций, формирующих состав сделки с целью причинения вреда, рассчитано на сделки, которые совершаются с заведомо недобросовестной целью - вывести имущество должника для предотвращения будущего включения такого имущества в конкурсную массу и расчета с кредиторами. Стороны такой сделки, по общему правилу, осознают, что следствием ее исполнения является имущественный вред, выражающийся в уменьшении (умалении) имущественной сферы должника, лишающем его кредиторов получить полностью или частично удовлетворение своих требований в процедурах банкротства.

Таким образом, заявитель должен доказать цель должника причинить вред кредиторам. В свою очередь, стороны сделки вправе оспорить такую цель, противопоставив ей разумное объяснение совершения сделки и представив доказательства в подтверждение своих доводов.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Материалами дела установлено, что ФИО4 был заключен договор купли-продажи квартиры от 08.12.2017 с ФИО2, предмет договора - квартира, по адресу: <...>; цена квартиры 5 400 000 руб.

Расчеты произведены покупателем и продавцом посредством заключения договора предоставления в аренду индивидуального Банковской сейфа, договора ипотеки, подтверждение получения денежных средств подтверждается распиской о получении денежных средств на сумму 5 400 000 руб.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно положений статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

В пункте 1.5. договора купли-продажи продавец (должник) гарантировала покупателю (ФИО2), что продавец не имеет долгов и/или любых иных неисполненных обязательств, которые могут повлечь его банкротство как физического лица в течение ближайшего месяца, что ему ничего не известно о кредиторах, которые могут обратиться в суд с иском о признании банкротом физического лица, и что он сам не планирует обращаться в суд о признании себя банкротом .

Также в выписке из ЕГРН от 30.10.2017 отсутствовали какие-либо записи о правопритязаниях на квартиру и на момент сделки сведений о банкротстве должника в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве опубликовано не было. Также ФИО2 не являлась стороной гражданского дела № 2-1248/2017, по которому с должника взыскана денежная сумма в пользу АО «Россельхозбанк».

Между тем, проверка наличия у продавца иного имущества, помимо продаваемой квартиры, выходит за пределы обычного делового оборота при совершении сделок аналогичных заключению договора купли-продажи и каких-либо хозяйственных отношениях с должником и заемщиком не состояла, не являлась его кредитором.

ФИО2 запрошены у ФИО4 все необходимые справки и документы, которые обычно запрашиваются при совершении такого рода сделок (выписка из ЕГРН, документы о приобретении, заявление о том, что в браке не состояла, выписка из финансово-лицевого счета, справка о постановке на учет в НД и ПНД и т.д.).

Апелляционный суд соглашается с доводом суда области, что действующим законодательством не предусмотрена обязанность покупателя проверять сайт суда в поисках информации относительно своего контрагента по договору, тем более что данному (Обнинскому городскому) суду не подсудны дела, связанные с квартирой, являющейся объектом договора.

Проверка покупателем продавца на участие в судебных разбирательствах с анализом их перспектив не является обычаем делового оборота при совершении сделок с недвижимостью и выходит за рамки разумного поведения покупателя.

Таким образом, суд области пришел к правомерному выводу о том, что ФИО2 не знала и не должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, поскольку не являлась участником гражданского дела о взыскании с ФИО4 задолженности.

Возмездность и реальность заключенной сделки договора купли-продажи подтверждается представленными в материалы дела ФИО2 доказательствами.

Так, часть цены квартиры (10%) в размере 540 000 руб. была оплачена за счет собственных средств покупателя, что подтверждается пункт 2.1.1. договора купли-продажи.

Подавляющая часть цены квартиры (90%) в размере 4 860 000 руб. была оплачена за счет средств, привлеченных в Банк ВТБ 24 (ПАО) на основании кредитного договора под залог квартиры, что подтверждается пункта 2.1.2. договора купли-продажи.

Денежные средства передавались через Банковскую ячейку Банка ВТБ 24 (ПАО), что подтверждается пунктом 2.2. договора купли-продажи и договором № 3103081217003450172 пользования индивидуальным банковским сейфом при ипотечных кредитных сделках от 08.12.2017.

Цена квартиры в размере 5 400 000 руб. является рыночной, что подтверждается сразу двумя независимыми оценками рыночной стоимости:

- от 01.12.2017 (с датой оценки на 28.11.2017) произведенной ООО «АСМ-Солюшнс» для предоставления в Банк ВТБ24 (ПАО) на кредитный комитет;

- от 16.02.2021 (с датой оценки на 08 декабря 2017 года), произведенной ООО «БК-Пифагор» для предоставления в суд по настоящему делу.

В подтверждение передачи денежных средств в полном объеме должник (продавец) выдал покупателю (ФИО2) расписку.

Покупатель квартиры (ФИО2) не входит в одну группу лиц с должником и не является аффилированным лицом по отношению к должнику, а также супругом, родственником по прямой восходящей и нисходящей линии, сестрой, братом и их родственником по нисходящей линии, родителем, ребенком, сестрой и братом супруга.

ФИО2 приобретала квартиру для личного проживания с малолетним ребенком. Указанная квартира приобреталась в ипотеку, что подтверждает, что ФИО2 сразу же распорядилась своим правом собственности по собственному усмотрению путем его обременения в виде ипотеки. В целях улучшения жилищных условий в последующим ФИО2 по собственному усмотрению распорядилась квартирой путем ее продажи ФИО3 В материалах дела нет ни одного доказательства, подтверждающего, что в последующем ФИО4 или ее сын, ФИО7, продолжали бы пользоваться квартирой как своей собственной.

Стоимость квартиры составляет менее двадцати процентов балансовой стоимости активов должника на 01.01.2017, поскольку общая стоимость имущества должника на 01.01.2017 состоявшего из: 178 земельных участков кадастровой стоимостью 171 417 937, 38 руб., что подтверждается Сводной ведомостью земельных участков с выписками из ЕГРН; двух квартир рыночной стоимостью 9 400 000 руб., что подтверждается договорами купли-продажи; погреба (овощехранилище) кадастровой стоимостью 58 034,13 руб.; составляла 180 875 971,51 руб.

В то время как, квартира продана по цене 5 400 000 руб. (согласно пункту 1.4. договора купли-продажи и расписки) и ее стоимость составила менее 20%, а именно - менее 3%, от общей стоимости активов на 01.01.2017.

Также суд области справедливо отметил, что должник не предпринимал попыток скрыться от кредиторов и не скрывал своего имущества от кредиторов.

Все используемое в предпринимательской деятельности имущество, а именно 178 земельных участков, принадлежащих должнику на 01.01.2017, принадлежит должнику по настоящее время, что подтверждается сведениями о результатах инвентаризации имущества должника на 03.11.2020 опубликованными финансовым управляющим в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве.

В настоящее время должник продолжает проживать на территории Калужской области и получает всю корреспонденцию по делу.

На момент совершения сделки (08.12.2017) единственным кредитором должника являлось АО «Россельхозбанк» по обязательству, вытекающему из договора поручительства № 152700/0062-9/1, заключенного должником в обеспечение исполнения заемщиком (ООО «Траст-Информ») обязательств по договору № 152700/0062 об открытии кредитной линии от 04.06.2015.

Задолженность должника перед МИФНС России № 3 по Калужской области возникла лишь 03.12.2018 в связи с неисполнением должником своей обязанности по уплате земельного налога за 2017 год, то есть на 1 год позднее даты сделки.

Исходя из вышеизложенного, суд области правомерно пришел к выводу, что договор купли-продажи не подлежит признанию недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку финансовым управляющим не доказан факт того, что в результате сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, должник преследовала цель на причинение вреда кредиторам, а покупатель знала об указанной цели к моменту совершения сделки.

Судом также установлено, что основания для признания недействительным договора купли-продажи от 08.12.2017 на основании статей 10, 168 и 170 ГК РФ отсутствуют.

Заявление финансового управляющего по данному обособленному спору по требованиям, основанным на статей 10, 168 и 170 ГК РФ, может быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке купли-продажи квартиры пороков, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305- ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016).

Финансовым управляющим не указаны обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Как установлено судом, сделка совершена по рыночной цене, что подтверждается отчетом оценщика, предоставляемого в Банк ВТБ 24 (ПАО) для одобрения кредита.

Покупатель приобретала квартиру для последующего проживания в ней, что подтверждается фактом ее регистрации в квартире после исполнения сторонами сделки.

Наличие решения суда о взыскании задолженности не является безусловным доказательством наличия у продавца (должника) цели нанести вред кредиторам при совершении должником сделок с личным имуществом, не используемым в предпринимательской деятельности.

Как установлено судом, в результате совершения оспариваемой сделки должником не произошло уменьшение размера имущества должника поскольку квартира была продана по возмездной сделке по рыночной цене и денежные средства получены должником в полном объеме, что подтверждается соответствующей распиской, выданной продавцом и тем фактом, что квартира продавалась/покупалась по ипотечной сделке купли-продажи за счет денежных средств Банка ВТБ24 (ПАО).

Также в результате совершения оспариваемой сделки должником не произошло увеличения размера имущественных требований к должнику, поскольку у покупателя не возникло каких-либо имущественных требований к должнику помимо требования о передаче квартиры, которую должник исполнил путем подписания передаточного акта от 08.12.2017.

Кроме того, в результате совершения оспариваемой сделки должником не произошла полная или частичная утрата возможности кредитора (АО «Россельхозбанк») получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, поскольку после совершения сделки в собственности должника остались не только полученные в результате денежные средства, но и 178 земельных участков с кадастровой стоимостью на 01.012017 в размере 171 417 937,38 руб., что более чем в 3 раза превышало сумму долга должника перед АО «Россельхозбанк» по решению суда (59 547 16 923,15 руб.), что подтверждается Сводной ведомостью земельных участков, а также Выписками из ЕГРН.

Стороны договора купли-продажи от 08.12.2017 не действовали в обход закона с противоправной целью, поскольку при заключении договора купли-продажи отсутствовали какие-либо ограничения или запреты на совершение сделки данного вида, не требовалось согласия иных лиц и воля сторон была направлена именно на заключение сделки данного вида, что и подтверждается последующим поведением ее сторон.

Последствия заключения сделки договора купли-продажи квартиры 08.12.2017 полностью соответствуют последствиям заключения сделки данного вида.

Заключая договор купли-продажи, его стороны не совершали иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Данные обстоятельства соответствуют правовой позиции, изложенной в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации», в соответствии с которой, с целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных, совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутой сделки.

По смыслу пункта 4 статьи 1, статьи 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 1 постановления от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

АО «Россельхозбанк» настаивает, что ФИО4, заключая 08.12.2017 оспариваемый договор, на момент совершения оспариваемой сделки имела просроченную задолженность перед Банком в соответствии с договором № 152700/0062-9/1 поручительства физического лица от 04.06.2015, согласно которому ФИО4 обязалась отвечать перед Банком за исполнение ООО «Траст-Информ» обязательств по возврату кредита солидарно.

Согласно пояснениям АО «Россельхозбанк» 19.06.2017 Банком было подано исковое заявление о взыскании в солидарном порядке с ООО «ТрастИнформ», Романовской О.Д, ФИО8 кредитной задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество.

15 ноября 2017 года суд общей юрисдикции вынес решение по делу №2-1248/2017 о взыскании с ФИО4 в солидарном порядке в пользу Банка задолженности в размере 59 547 923,15 руб., расходов по уплате государственной пошлины, об обращении взыскания на заложенное имущество.

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что на момент заключения договора купли-продажи квартиры ФИО4 перестала исполнять обязательства перед Банком, в ее отношении было вынесено решение о взыскании с нее задолженности по договору поручительства, следовательно, имела признаки неплатежеспособности.

При этом, сведения о ходе движения искового заявления Банка о взыскании с ФИО4 задолженности отражены на сайте Обнинского городского суда и являются открытыми.

В соответствии с пунктом 1.5. договора купли-продажи продавец гарантировал покупателю, что не имеет долгов и/или любых иных неисполненных обязательств, которые могут повлечь его банкротство как физического лица в течение ближайшего месяца, что ему ничего не известно о кредиторах, которые могут обратиться в суд с иском о признании банкротом физического лица, и что он сам не планирует обращаться в суд о признании себя банкротом. Однако, по мнению Банка, эти гарантии не соответствовали действительности, поскольку у Банка имелись требования к ФИО4, основанные на кредитном договоре, что, по мнению Банка, свидетельствует о том, что ФИО4 при заключении договора купли-продажи действовала недобросовестно.

Данные доводы АО «Россельхозбанк» справедливо отклонены судом.

ФИО4 на момент совершения сделки не отвечала признакам несостоятельности, поскольку на момент совершения сделки Банк являлся единственным кредитором должника, и при этом право требования Банка о возврате долга было обеспечено залогом. Указанное Банком решение суда, на момент совершения сделки не вступило в законную силу.

Суд обращает внимание, что Банк является залоговым кредитором должника и вправе направить финансовому управляющему Положение о порядке продажи заложенного имущества, по реализации которого Банку причитается 90% от вырученных денежных средств, а также потребовать от финансового управляющего инициировать продажу иного не залогового имущества, за счет продажи которого будет покрыта оставшаяся часть задолженности перед Банком.

Сведения, опубликованные на сайте Обнинского городского суда не позволяли идентифицировать должника в качестве участника судебного процесса поскольку данное требование к публикации судебных актов в сети Интернет содержится в пункте 3 статьи 15 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», на сайте Обнинского городского суда не были опубликованы имя и отчество должника, а также иные ее персональные данные, которые бы позволили третьим лицам, не участвующим в деле, идентифицировать должника.

Суд также справедливо отметил, что в действующем законодательстве отсутствует обязанность покупателя проверять сайты судом на предмет наличия на них информации об участии продавцов в каких-либо судебных процессах.

Таким образом, факт публикации сведений о движении дела и обезличенного решения по делу на сайте Обнинского городского суда не может подтверждать информированность третьих лиц, не участвующих в деле, об участии в нем должника, тем более это делает несоответствующим действительности вывод АО «Россельхозбанк» о том, что покупатель должен был знать о наличии неисполненных обязательств перед Банком.

Несоответствие гарантий и заверений, предоставленных в оспариваемом договоре не может являться основанием для признания договора недействительным по заявлению финансового управляющего, а лишь основанием для взыскания покупателем с должника (продавца) причиненных убытков.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 431.2. ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Судом установлено, что в результате совершения оспариваемой сделки не произошло уменьшения размера имущества должника, поскольку сделка была возмездной и осуществлялась по рыночной цене, а также оспариваемым договором не было предусмотрено приобретение взамен иного имущества.

Вывод АО «Россельхозбанк» об уменьшении размера имущества должника, не основан на материалах дела, поскольку оспариваемая сделка была ипотечной и факт получения должником денежных средств в счет оплаты квартиры, предоставленных ПАО ВТБ 24, подтверждается материалами дела.

Кроме того, ФИО2 представлена справка банка о платежах по кредиту, что также подтверждает факт реальности сделки.

Между тем, суд области отметил, что Банк, как залоговый кредитор с 29.10.2020, не предоставил финансовому управляющему отчет об оценке заложенного имущества.

Суд области правомерно сделал вывод о том, что в случае, когда основанием для оспаривания сделки являются не специальные нормы права, предусмотренные главой III Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а положения гражданского законодательства о недействительности сделок, суд не устанавливает наличие признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделки как юридический факт, а проверяет динамику экономического состояния должника в период заключения сделки для целей проверки наличия злоупотребления правом при ее заключении. Иной подход свидетельствовал бы о фактическом применении специальных оснований оспаривания сделок должника через правовой механизм, предусмотренный статьей 10 Гражданского кодекса Российской федерации и являющийся по существу экстраординарным.

Более того, оспаривание сделок по основаниям, предусмотренным специальными нормами законодательства - статьей 61.2 Закона о банкротстве, с применением общих положений статей 168 и 10 ГК РФ полностью лишало бы юридической действительности положения о сроках применения статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для целей применения статей 168 и 10 ГК РФ требуется установление недобросовестности участников сделки, выходящей за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с изложенным, апелляционный суд полагает, что основания для удовлетворения заявления финансового управляющего ФИО1 о признании сделки по договору купли-продажи квартиры от 08.12.2017, расположенной по адресу: <...>, недействительной и применении последствий ее недействительности отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводам в определении суда была дана надлежащая правовая оценка.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При указанных обстоятельствах определение суда является законным и обоснованным, оснований для отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 03 июня 2021 годапо делу № А23-2809/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

М.А. Григорьева

Е.И. Афанасьева

О.Г. Тучкова