Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Заикиной Н.В. и Селивончика А.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Горшковой В.А., при участии от истца по первоначальному иску – общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Актив» (г. Нижний Новгород, ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 01.12.2021), от ответчика по первоначальному иску – общества с ограниченной ответственностью «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» (г. Брянск, ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 18.01.2019), в отсутствие ответчика по встречному иску – общества с ограниченной ответственностью «ФТК Энерго» (г. Нижний Новгород, ИНН <***>, ОГРН <***>) и третьих лиц – Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Федерального автономного учреждения «Главное управление государственной экспертизы», общества с ограниченной ответственностью «Промавтоматика», рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Актив» и общества с ограниченной ответственностью «ФТК Энерго» на решение Арбитражного суда Брянской области от 07.10.2021, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Актив» на дополнительное решение Арбитражного суда Брянской области от 09.11.2021 по делу № А09-3750/2020 (судья Кокотова И. С.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ФТК Энерго» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» (далее – институт) о взыскании неосновательного обогащения в виде уплаченного авансового платежа по договору от 17.10.2018 № 0373100008318000001-008742/1 в размере 667 500 рублей.

Определениями суда от 22.06.2020, от 27.08.2020, от 07.12.2020, принятыми на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Федеральное автономное учреждение «Главное управление государственной экспертизы», общество с ограниченной ответственностью «Промавтоматика».

В свою очередь институт, в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратился со встречным исковым заявлением к обществу о взыскании задолженности по договору подряда от 17.10.2018 № 0373100008318000001-008742/1 в виде неоплаченного второго аванса в сумме 445 000 рублей.

Определением первой инстанции от 28.08.2020 встречное исковое заявление принято к производству для его совместного рассмотрения с первоначальными требованиями.

До рассмотрения спора по существу институт, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил встречные исковые требования и просил взыскать с общества 6 980 424 рубля, в том числе задолженность по уплате второго авансового платежа по договору подряда в сумме 445 000 рублей и неосновательное обогащение в виде рыночной стоимости результате работ в размере 6 530 324 рубля. Судом уточнение принято.

Определением суда от 18.01.2020, принятым на основании статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с связи с уступкой обществом права требования взыскания уплаченного по договору подряда аванса, произведена замена истца по первоначальному иску с общества на общество с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Актив» (далее – компания).

Таким образом, истцом по первоначальному иску является компания, ответчиком по первоначальному иску – институт; истцом по встречному иску является институт, ответчиком по встречному иску – общество.

Решением суда от 07.10.2021 в удовлетворении первоначальных исковых требований отказано. Встречные исковые требования удовлетворены частично: с общества в пользу института взыскана задолженность по договору в размере 4 450 000 рублей. В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.

Дополнительным решением от 09.11.2021 с компании в пользу института взысканы судебные расходы за проведение судебной экспертизы в сумме 30 600 рублей.

Не согласившись с принятым решением, общество и компания обратились с апелляционными жалобами, в которых просят решение отменить, первоначальные исковые требования удовлетворить, встречные исковые требования оставить без удовлетворения. Помимо этого, компанией обжалуется дополнительное решение о взыскании судебных расходов по экспертизе.

Оспаривая судебные акты, компания ссылается на то, что причиной получения отрицательного заключения государственной экспертизы явилось некачественное выполнение институтом проектной документации. Отмечает, что во всех перечисленных разделах отрицательного заключения более 80 замечаний касается работ, выполненных подрядчиком; замечания к заказчику предъявлены лишь в отношении двух разделов. Сообщает о том, что при отсутствии замечаний к разделу по архитектурным решениям, результаты государственной экспертизы в любом случае остались бы неизменными, поскольку все остальные разделы проектной документации и результаты инженерных изысканий находятся в зоне ответственности института. В подтверждение указанных доводов ссылается на выводы государственной экспертизы от 10.02.2020 № 00124-20/ГГЭ-19878/07-01. Считает, что поскольку общество, как генеральный подрядчик, после расторжения контракта с конечным заказчиком, возвратило последнему авансовые платежи (платежное поручение от 05.02.2020 № 123843 на сумму 2 680 017 рублей 17 копеек, из которых 2 406 000 рублей – возврат аванса, в ответ на требование банка об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии № 6.18.1-14.1/2701-03 от 27.01.2020), аналогичные последствия должны коснуться и института, как субподрядчика, не в полном объеме и с существенным нарушением сроков выполнившего работы, не получившие положительного заключения государственной экспертизы. Полагает необоснованной ссылку института на не предоставление ему исходных данных и невозможности своевременно выполнить принятые на себя обязательства, отмечая, что условиями технического задания на институт, как субподрядчика, возложена обязанность по самостоятельному получению всех исходных данных и согласований (пункты 3, 5.1.4, 5.1.5. технического задания).Сообщает о том, что конечным заказчиком проектной документации является ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» и после расторжения с обществом договора генерального подряда, указанным заказчиком с институтом заключен аналогичный договор на выполнение того же самого объема работ. Утверждает, что результат работ, за который в пользу института взысканы денежные средства, использован им при подготовке проектной документации в рамках заключенного впоследствии прямого договора с ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики». Указывает, что поскольку ответчиком по встречному иску явилось общество, а не компания, судебные расходы на оплату экспертизы подлежат взысканию с общества.

Оспаривая основное решение, общество ссылается на то, что из твердой стоимости работ, предусмотренной договором (4 450 000 рублей), которую взыскал суд, подлежит исключению сумма аванса, перечисленного обществом по платежному поручению от 26.10.2018 № 2318 в размере 667 500 рублей. Отмечает, что подрядчик не выполнил предусмотренную договором процедуру сдачи-приемки работ, не направил заказчику проектную документацию и результаты инженерных изысканий в установленном договором формате (на бумажном носителе и в электронном виде в различных форматах), не представил итоговый акт выполненных работ. Сообщает о том, что файлы, направленные институтом на электронную почту 9002vn@mail.ru в формате «word» и «pdf», не являются доказательством надлежащей передачи документации на электронном носителе, поскольку отсутствуют форматы «dwg» и «excel». Информирует о том, что в реквизитах договора в качестве адреса электронной почты указан ak@ftk-enegro.ru, в связи с чем, для целей официальной надлежащей передачи заказчику документации в электронном виде, подрядчик должен был дополнительно направить ее и на этот адрес общества. Указывает, что подрядчик не устранил все предварительные замечания государственной экспертизы, относящиеся к его зоне ответственности и не связанные с разделом «Архитектурные решения», что подтверждается отрицательными заключениями от 06.02.2020 № 00118-20/ГГЭ-19878/13-03 и от 10.02.2020 № 00124-20/ГГЭ-19878/07-01, а также сводными ответами на замечания. Сообщает, что институт не прошел экспертизу проверки достоверности определения сметной стоимости строительства, реконструкции, капитального ремонта объекта капитального строительства. Данные обстоятельства, по мнению общества, исключает пригодность результата выполненных работ для заказчика. Считает, что результаты проведенной по делу судебной экспертизы противоречат имеющимися в материалах дела доказательствам, вопросы, поставленные перед экспертами, ограничивались лишь стоимостью, и не затрагивали качество выполненных работ.

В отзыве институт просит решение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Считает необоснованным довод о неоднократности оплаты работ, полагая, что уплата аванса по договору, не может отождествляться с неосновательным обогащением в виде стоимости полученной ответчиком части проектной документации, имеющей рыночную оценку и потребительскую ценность. Сообщает о том, что в отличие от договорных отношений с обществом, институтом по прямому договору с конечным заказчиком – ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» выполнен весь комплекс работ «под ключ», в том числе произведены все необходимые согласования с органами местного самоуправления г. Нижнего Новгорода, в целях устранения ограничений, не позволявших обществу получить согласования по ограничениям этажности объекта реконструкции для застройки исторической части города. Обращает внимание на то, что результатами судебной экспертизы подтверждено, что неполучение конечного результата работ обусловлено обстоятельствами, за которые отвечает заказчик, а именно – общество. Опровергая довод о некорректности ссылки, содержащейся в тексте заключения судебной экспертизы, институт ссылается на то, что ходатайство о назначении судебной экспертизы содержит указание на облачный электронный носитель https://yadi.sk/ci/gpVU47-l111abw; идентичный адрес электронного носителя содержится в определении суда о назначении судебной экспертизы. Поясняет, что в материалы дела был представлен материальный электронный носитель - CD-диск, на котором находится электронная проектная документация, тождественная по содержанию направленной в адрес общества по ссылке на облачный электронный носитель. Утверждает, что доказательств несоответствия представленной обществом документации на облачном электронном носителе, и документации, записанной на материальном электронном носителе, не имеется. Полагает, что некорректность ссылки на облачный электронный носитель по тексту экспертного заключения является опечаткой и не влияет на его объективность и процессуальную ценность. Сообщает о том, что заявителем государственной экспертизы является общество, о чем прямо указано в тексте сводного отрицательного заключения экспертизы (раздел 1.1), по этой причине все действия по оперативному устранению замечаний государственной экспертизы проходили через него; общество получало от института отработанные замечания по разделам документации, касающиеся технического задания ответчика. В подтверждение данного обстоятельства ссылается на скриншоты переписки главного инженера проекта ФИО3, а так же свидетельские показания указанного лица. Утверждает, что невозможность отработки институтом ряда замечаний по перечисленным истцом разделом технической документации обусловлено их непосредственной взаимосвязью с архитектурными решениями (выполнение которых входило в обязанности общества) и конструктивными решениями (выполнение которых входило в обязанности института). Информирует, что ввиду неоплаты обществом, как заказчиком, части выполненных работ, у подрядчика отсутствовала объективная возможность выполнить работы в объеме, необходимом для положительного заключения государственной экспертизы (с учетом устранения замечаний).

В судебном заседании представители компании и института поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах и отзыве на них.

Общество и третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. Заявленное третьим лицом – Федеральным автономным учреждением «Главное управление государственной экспертизы», ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие удовлетворено судебной коллегией на основании статей 41, 159, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом мнения представителей сторон, судебное заседание проводилось в отсутствие неявившихся лиц в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалоб, возражений на них, выслушав представителей компании и института, Двадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, 17.10.2018 между обществом (заказчик) и институтом (подрядчик) заключен договор подряда № 0373100008318000001-0008742/1 (т. 1, л. д. 28), по условиям которого подрядчик обязуется по заданию заказчика выполнить проектные и изыскательские работы для проведения реконструкции здания (корпус № 2), находящегося по адресу: <...>, и сдать результат работ заказчику в соответствии с условиями договора, а заказчик обязуется принять и оплатить результат работ.

Наименование, объем и характеристики работ указаны в техническом задании (приложение № 1), являющимся неотъемлемой частью договора (пункт 1.3 договора).

Срок выполнения работ, согласно пункту 1.4 договора, определен с даты заключения договора по 15.03.2019, в соответствии с календарным планом-графиком выполнения работ. Работы считаются выполненными в момент подписания сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ. Сроки выполнения отдельных этапов работ отражены в календарном плане-графике (приложение № 3 к договору).

В соответствии с пунктом 1.6 договора результатом работ по договору является проектная документация и документация, содержащая результаты выполнения технических обследований и инженерных изысканий, разработанная в полном объеме и с надлежащим качеством, проверенная, согласованная и утвержденная в соответствии с требованиями договора и нормативных правовых актов Российской Федерации, включая наличие положительного заключения по результатам государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий, выданного Федеральным автономным учреждением «Главное управление государственной экспертизы», наличие положительного заключения о проверке достоверности определения сметной стоимости строительства, реконструкции, капитального ремонта объекта капитального строительства, выданного Федеральным автономным учреждением «Главное управление государственной экспертизы», и принятая заказчиком в установленном договором порядке.

Согласно пункту 2.1 договора общая цена договора в соответствии со сметой (приложение № 2 к договору) составляет 4 450 000 руб. Оплата цены договора производится заказчиком в следующем порядке:

первый авансовый платеж в размере 15 % от общей цены договора на дату подписания сторонами договора, что составляет 667 500 рублей, перечисляется заказчиком на расчетный счет подрядчика в течение 10 рабочих дней с даты подписания договора (пункт 2.4.1),

второй авансовый платеж в размере 10 % от общей цены договора на дату подачи подрядчиком документации в Федеральное автономное учреждение «Главное управление государственной экспертизы», что составляет 445 000 рублей, перечисляется заказчиком на расчетный счет подрядчика в течение 10 рабочих дней с даты подачи подрядчиком документации в Федеральное автономное учреждение «Главное управление государственной экспертизы» (пункт 2.4.2),

оставшуюся после выплаты авансовых платежей часть общей цены договора заказчик перечисляет на расчетный счет подрядчика по факту выполнения работ в полном объеме и с должным качеством и достижения результата работ, на основании выставленного подрядчиком счета в течение 30 дней с даты подписания сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ.

Согласно пункту 4.3 договора, обнаруженные в процессе приемки работ недостатки устраняются подрядчиком за свой счет в срок, установленный заказчиком в соответствии с пунктом 4.2 договора.

По платежному поручению от 26.10.2018 № 2318 (т. 1, л. д. 74) обществом на счет института перечислен аванс в сумме 667 500 рублей.

Институтом, в свою очередь, обществу передана разработанная проектная документация (т. 5, л. д. 57).

Общество передало проектную документацию на государственную экспертизу, по результатам которойФАУ «Главное управление государственной экспертизы» 06.02.2020 и 10.02.2020 выданы отрицательные заключения проектной документации и инженерных изысканий, а также сметной стоимости № 00118-20/ГГЭ-19878/13-03 и № 00124-20/ГГЭ-19878/07-01.

Получение отрицательного заключения государственной экспертизы явилось основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения договора, выраженного в письме (уведомлении) от 19.02.2020, содержащего требования о возврате аванса по договору и отказа от подписания актов приемки выполненных работ (т. 1, л. д. 81, т. 4, л. д. 128).

Поскольку требование о возврате аванса оставлено институтом без удовлетворения, общество (впоследствии замененное определением суда от 18.01.2021 на компанию в связи с уступкой права требования взыскания аванса) обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою, очередь, институт, ссылаясь на то, что работы по договору выполнены подрядчиком надлежащим образом, имевшиеся замечания устранены и результат работ передан обществу, как заказчику, обратился со встречным иском о взыскании задолженности за выполненные работы.

В силу статьи 758 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

Согласно статье 762 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором, уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

Применительно к пункту 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации сдача результата работ подрядчиком и его приемка заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Акт приемки работ является основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ (пункт 8 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда») и при его неподписании заказчик должен представить доказательства обоснованного отказа от принятия работ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2019 № 305-ЭС19-9109, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 12888/11).

В подтверждение факта выполнения работ истцом представлены односторонние акты приемки выполненных работ от 12.07.2019, от 26.07.2019, а также скриншот о направлении проектно-сметной документации (т. 4, л. д. 130, т. 5, л. д. 37–38).

После получения проектно-сметной документации заказчиком направлены сводные замечания в отношении результата работ (т. 3, л. д. 50–51), которые институтом приняты в работу; по результатам устранения замечаний подрядчиком в адрес заказчика направлена откорректированная документация (т. 4, л. д. 44–55, т. 3, л. д. 9–13).

Возражая против оплаты выполненных работ, заказчик, не отрицая факт изготовления проектной документации, сослался на то, что по результатам государственной экспертизы выданы отрицательные заключения на результаты проектных и изыскательских работ и сметную стоимость. В связи с этим, общество, как заказчик, полагает, что работы по договору не могут считаться выполненными подрядчиком надлежащим образом, а потому не подлежат оплате, а ранее перечисленный заказчиком аванс должен быть возвращен (т. 4, л. д. 128).

Поскольку в ходе рассмотрения дела у суда возникла необходимость в получении специальных познаний относительно установления соответствия результата работ, выполненного институтом и определения причин получения отрицательного заключения экспертизы, определением первой инстанции от 18.01.2021 была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Научно-производственное объединение «Экспертиза» (эксперты ФИО4, ФИО5, ФИО6).

Согласно экспертному заключению от 31.05.2021 № 03Э-01/21 (т. 10, л. д. 10), проектная документация по реконструкции здания (корпус № 2) по адресу: <...> и результаты инженерных изысканий, разработанные институтом, в целом, в виду отсутствия положительного заключения государственной экспертизы, выданного ФАУ «Главное управление государственной экспертизы», не могут быть в полной мере использованы по назначению, и, таким образом, потребительскую ценность не имеют, поскольку конечного положительного результата при ее разработке не достигнуто. При этом неполучение конечного результата работ по объекту экспертизы обусловлено обстоятельствами, за которые отвечает заказчик – общество. Положительное заключение государственной экспертизы всей проектной документации является необходимым элементом результата работ исущественным согласованным сторонами условием договора, достижение и передача которого обусловливают возникновение права на оплату работ по договору. Исходя из полученной стоимости проектно-сметной документации и инженерных изысканий с учетом договорного понижающего коэффициента, которые не противоречат стоимости работ по договору подряда от 17.10.2018 и составляют 4 450 000 рублей, экспертами сделан вывод, что расчеты, представленные в сметах (приложение № 2 к договору подряда) произведены на основании государственных сметных нормативов. При этом рыночная стоимость фактически выполненной проектно-сметной документации и результатов инженерных изысканий, направленных институтом в адрес общества электронным сообщением на адрес ak@ftk-energo.ru и доступная по ссылке http://yadi.sk/d/gpVU47-1111abw, с учетом отработки замечаний государственной экспертизы, рассчитанная затратным подходом, по состоянию на дату оценки – июль 2019 года, составила 6 490 399 рублей. Рыночная стоимость фактически выполненной проектно-сметной документации и результатов инженерных изысканий с учетом инфляции по состоянию на дату оценки – май 2021 года, составила 6 980 424 рублей.

В соответствии с исследовательской частью экспертного заключения, проектная документация разработана подрядчиком в соответствии с градостроительным планом земельного участка № КГ52303000А1375 (кадастровый номер земельного участка – 52:18:00660094:3), заданием на проектирование, документами об использовании земельного участка для строительства, техническими регламентами, в том числе устанавливающими требования по обеспечению безопасной эксплуатации зданий, строений, сооружений и безопасного использования прилегающих к ним территорий, с соблюдением технических условий. На основании заявления общества от 02.10.2019 № 2019/08/22-071 в ФАУ «Главгосэкспертиза России» проведена государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий по объекту: Реконструкция здания (корпус № 2) по адресу: <...>. В процессе проведения государственной экспертизы заявителю (ООО «ФТК Энерго») письмом от 25.11.2019 № 09850-19/ГГЭ-19878/13-03 направлены замечания по результатам экспертной оценки в отношении представленной проектной документации с предложением об оперативном внесении изменений в проектную документацию. Проектная документация с внесенными изменениями была представлена заявителем 16.01.2020 № 15 и 22.01.2020 № 27. Внесенные изменения представлены в материалах дела на стр. 64-70, том № 8. Всезамечания государственной экспертизы подрядчиком приняты к рассмотрению и устранены. При этом замечания, по которым исполнителем выступал заказчик (общество), устранены частично, либо не устранены (т. 7, стр. 31-133). В выводах отрицательного заключения государственной экспертизы имеются замечания о несоответствии в части объемно-планировочных и архитектурных решений (т. 8, стр. 76,77, подпункт 5.2.2.2) и в части обеспечения промышленной безопасности опасных производственных объектов (т. 8, стр. 103, 104, подпункт 5.2.2.17), которые не устранены обществом. Разработка раздела 3 «Архитектурные решения» закреплена за обществом. Неполучение конечного результата работ по объекту обусловлено обстоятельствами, за которые отвечает заказчик (т. 10, л. д. 25–32).

Оценив экспертное заключение по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом письменных пояснений экспертов (т .11, л. д. 81–87), суд первой инстанции правомерно принял его в качестве надлежащего доказательства, ввиду соответствия требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Заявленное обществом ходатайство о назначении по делу дополнительной судебной экспертизы оставлено без удовлетворения в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

По смыслу части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительная экспертиза назначается при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела.

В данном случае каких-либо неясностей, исходя из предмета спора, выводы экспертизы не содержат. Эксперты дали пояснения суду, которые зафиксированы на аудиозаписи судебного заседания, а также в письменном виде, поддержав изложенные в заключении выводы. По результатам их опроса и изучения письменных ответов на замечания истца, каких-либо вопросов не возникло.

Изложенные заявителями возражения по экспертному заключению не принимаются судом как не основанные на содержании экспертизы. По существу указанные возражения сводятся к несогласию с выводами, сделанными квалифицированными специалистами в области проектирования строительства и касаются вопроса специальных познаний.

В соответствии со статьей 7 Закона № 73-ФЗ, который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования.

Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертами, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицами, проводящими исследование и обладающими специальными познаниями для этого.

С учетом изложенного, предупреждения судебных экспертов об уголовной ответственности, основания для вывода о сомнительности или противоречивости выводов составленного ими исследования отсутствуют.

Довод заявителей о том, что в экспертном заключении была изменена формулировка вопросов, а именно эксперты отвечали на вопросы, оформленные с иной ссылкой на документацию, нежели указано в определении суда, правомерно отклонен судом первой инстанции.

Согласно пояснениям эксперта, данным в судебном заседании 23.09.2021, указанное компанией замечание относительно иной ссылки на документацию, нежели указано в определении суда, является технической опечаткой (в двух местах) в указании адреса электронной ссылки, которая экспертами не использована. Указанная опечатка не повлияла на выводы экспертов. Лишняя буква «с» в ссылке является предлогом следующего слова «с учетом», который при форматировании текста заключения «присоединился» в конце электронной ссылки. При этом экспертами подтверждено, что с материалами дела им был предоставлен CD-R 52X диск, на котором находилась исследуемая проектная документация; в материалах дела имелся материальный носитель с необходимой информацией.

Доводы заявителей о том, что в адрес общества не передавалась проектная документация с учетом отработки замечаний государственной экспертизы, а институт направлял 21.06.2019 ссылку для скачивания архива, содержащую промежуточный результат разработанной документации, опровергаются представленной в материалы дела электронной перепиской, свидетельствующей о том, что подрядчиком направлялась информация по результатам устранения замечаний по проектной документации (т. 4, л. д. 43–55), а также откорректированная документация.

Суд отмечает противоречивость позиции компании, которая, оспаривая факт направления в адрес заказчика какой-либо иной проектной документации, помимо первоначальной направленной 21.06.2019, одновременно указывает на то, что институт направлял отработанные замечания в ФАУ «Главное управление государственной экспертизы» через конечного заказчика НИУ ВШЭ, однако не устранил их в полном объеме.

В то же время, согласно экспертному заключению, проектная документация с внесенными изменениями была представлена обществом 16.01.2020 № 15 и 22.01.2020 № 27; внесенные изменения отражены на стр. 64-70 отрицательного заключения государственной экспертизы (т. 8, л. д. 64–70).

Опрошенная в судебном заседании эксперт ФИО5 пояснила, что в материалах дела представлены ответы института на замечания государственной экспертизы, оформленные в виде таблицы (т. 8, л. д. 109–146). На каждое замечание дан ответ с указанием ответственного исполнителя. Отработанные замечания направлялись в адрес общества, как заявителя государственной экспертизы, в свою очередь общество представило проектную документацию с внесенными изменения (поправками) в адрес экспертизы 16.01.2020 № 15 и 22.01.2020 № 27. Внесенные изменения представлены на стр. 64-70 т. 8 (стр.64-70 отрицательного заключения государственной экспертизы). Эксперты при производстве экспертизы руководствовались указанными данными.

Доводы заявителей о том, что институт, направляя отработанные замечания, тем не менее, не устранил их в полном объеме, на что указано в отрицательных заключениях 06.02.2020 № 00118-20/ГГЭ-19878/13-03, от 10.02.2020 № 00124-20/ГГЭ-19878/07-01 опровергаются выводами, сделанными в экспертном заключении, согласно которым все замечания государственной экспертизы подрядчиком приняты к рассмотрению и устранены.

В суде первой инстанции подрядчик пояснял, что выполнение раздела проектной документации «Архитектурные решения» было возложено на общество. При этом данный раздел не был выполнен надлежащим образом, в частности: не представлено разрешение на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства объектов капитального строительства, количество этажей здания превышает 4 этажа; предусмотрен наружный водосток со скатной кровли здания с количеством этажей более 5; не приведены в соответствие технико-экономическим показателям объекта капитального строительства, приведенным в текстовой части раздела 1 «Пояснительная записка» основные технико-экономические показатели объекта (т. 2, л. д. 77).

В то время как проектируемый объект располагается в непосредственной близости от объекта историко-культурного наследия регионального значения, а также находится в зоне регулирования застройки, максимальная этажность объекта не могла превышать 4 этажей. Однако, архитектурными решениями, выполненными обществом, было предусмотрено 5 этажей без соответствующего обоснования. Без разрешения вопросов по разделу «Архитектурные решения», институт не мог приступить к полному и качественному внесению изменений в проектную документацию в своей зоне ответственности, поскольку данные решения ложатся в основу принимаемых в последующем конструктивных решений, а также решений по оборудованию здания системами инженерно-технического обеспечения, обеспечения доступности для маломобильных групп населения, организации строительства, что в свою очередь, влияет на сметную стоимость объекта капитального строительства.

Согласно пояснениям эксперта ФИО5, данным в судебном заседании 23.09.2021, большая часть недостатков, указанных в отрицательных заключениях государственной экспертизы, действительно относилась к зоне ответственности института. Данные замечания были приняты подрядчиком к рассмотрению и устранены. Замечания, исполнителем по которым выступало общество, устранены частично либо не устранены. В выводах отрицательного заключения государственной экспертизы имеются замечания о несоответствии документации в части объемно-планировочных и архитектурных решений и в части обеспечения промышленной безопасности опасных производственных объектов, которые не устранены обществом, как исполнителем соответствующих частей проекта. Поскольку разделы проектно-сметной документации взаимосвязаны между собой, часть замечаний, относящихся к зоне ответственности института, не могла быть устранена без разработки и устранения замечаний по разделу «Архитектурные решения», исполнителем по которому выступало общество.

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами, в том числе экспертным заключением, подтверждается, что неполучение конечного результата работ по объекту было обусловлено обстоятельствами, за которые отвечает заказчик. Устранение замечаний по разделам, исполнителем по которым выступал институт, в полном объеме было невозможно в связи с наличием существенных замечаний к разделам, исполнителем по которым выступало общество, и которые оказывали существенное влияние на проектные решение по объекту в целом.

Ссылка заявителей на то, что общество после расторжения контракта с конечным заказчиком (ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики») возвратило ему авансовые платежи (платежное поручение от 05.02.2020 № 123843 на сумму 2 680 017 рублей 17 копеек, из которых 2 406 000 рублей – возврат аванса в ответ на требование банка об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии № 6.18.1-14.1/2701-03 от 27.01.2020, в связи с осуществленной выплатой в пользу конечного заказчика) и аналогичные последствия должны коснуться субподрядчика, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Согласно пункту 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В силу пункта 3 статьи 706 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, заказчик и субподрядчик не вправе предъявлять друг другу требования, связанные с нарушением договоров, заключенных каждым из них с генеральным подрядчиком.

По смыслу названной нормы права, гражданско-правовые отношения между заказчиком и подрядчиком, а также между подрядчиком и субподрядчиком являются самостоятельными и не находятся в прямой причинно-следственной связи по отношению друг к другу.

Доводы заявителя о том, что проектировщик лишен права требовать оплаты разработанной проектной документации ввиду получения отрицательных заключений от 06.02.2020 № 00118-20/ГГЭ-19878/13-03, от 10.02.2020 № 00124-20/ГГЭ-19878/07-01, не могут признаваться обоснованными.

Согласно статье 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации проектная документация объектов капитального строительства и результаты инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой проектной документации, подлежат экспертизе, за исключением случаев, предусмотренных частями 2, 3, 3.1 и 3.8 настоящей статьи. Экспертиза проектной документации и (или) экспертиза результатов инженерных изысканий проводятся в форме государственной экспертизы или негосударственной экспертизы.

Застройщик или технический заказчик по своему выбору направляет проектную документацию и результаты инженерных изысканий на государственную экспертизу или негосударственную экспертизу, за исключением случаев, если в соответствии с настоящей статьей в отношении проектной документации объектов капитального строительства и результатов инженерных изысканий, выполненных для подготовки такой проектной документации, предусмотрено проведение государственной экспертизы.

Согласно части 7 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации строительство, реконструкция объекта невозможны без получения разрешения на строительство, для которого необходимо представление, в том числе, проекта организации строительства, положительного заключения государственной экспертизы проектной документации.

Исходя из положений указанной нормы права и условий договора, государственная экспертиза проводится для определения соответствия проектной документации требованиям технических регламентов, в том числе санитарно-эпидемиологическим, экологическим требованиям, требованиям государственной охраныобъектов культурного наследия, требованиям пожарной, промышленной, ядерной, радиационной и иной безопасности, а также результатам инженерных изысканий, соответствия результатов инженерных изысканий требованиям технических регламентов, то есть для определения качества проектной документации.

Вместе с тем в силу части 10 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации отрицательное заключение экспертизы может быть оспорено застройщиком или техническим заказчиком в судебном порядке.

Следовательно, правом на обжалование отрицательного заключения экспертизы обладают застройщик или технический заказчик, такого права у проектировщика/исполнителя не имеется. Таким образом, проектировщик лишен права заявить свои возражения относительно отрицательного заключения экспертизы, не участвует в споре о качестве выполненных проектных работ.

По смыслу правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2013 № 9223/13, отрицательное заключение государственной экспертизы не является достаточным основанием для вывода о невыполнении подрядчиком работ по договору, равно как и об отсутствии потребительской ценности выполненных подрядчиком работ.

Доказательств невозможности использования представленной проектной документации в части разделов, изготовленных институтом, в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление Пленума № 54), по смыслу пункта 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока – в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 или 406 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или не наступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано соответственно наступившим или не наступившим (пункт 1 статьи 6, статья 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 718 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

Согласно пункту 1 статьи 759 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик несет обязанность по передаче подрядчику исходных данных для составления технической документации и исполнение подрядчика после получения указанных данных является встречным (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, заказчик обязан предоставить подрядчику всю необходимую документацию для надлежащего выполнения работ, оказывать подрядчику содействие в ходе выполнения им работ по вопросам непосредственно связанным с предметом контракта, решение которых возможно только при участии заказчика.

Часть 6 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации обязывает застройщика (технического заказчика) передать проектировщику градостроительный план земельного участка (проект планировки территории и проект межевания территории в случае подготовки проектной документации линейного объекта), результаты инженерных изысканий (в случае их отсутствия договором должно быть предусмотрено задание на выполнение инженерных изысканий), технические условия (если функционирование проектируемого объекта невозможно обеспечить без подключения (технологического присоединения) к сетям инженерно-технического обеспечения).

Из представленной в материалы дела переписки (т. 4, л. д. 43–78) усматривается, что исходные данные не были представлены подрядчику в объеме, достаточном для проектирования, проектная документация не была выполнена в полном объеме по независящим от подрядчика причинам.

Так, письмом от 04.12.2018 подрядчик сообщил заказчику о том, что по состоянию на 03.12.2018 обществом не представлены согласованные с заказчиком архитектурные решения по объекту, что препятствует выполнению договорных обязательств (т. 4, л. д. 71).

Письмом от 06.02.2019 институт сообщил обществу, что по состоянию на 06.02.2019 подрядчику не представлены исходно-разрешительные документы по объекту: утвержденное технологическое задание на проектирование; градостроительный план земельного участка; проект планировки территории и проект межевания территории; кадастровые документы на земельный участок с координатами границ участка; правоустанавливающие документы на земельный участок; утвержденные заказчиком границы проектирования, отображенные на ранее разработанной обществом эскизной схеме генерального плана; технические условия на электроснабжение; технические условия на водоснабжение и водоотведение; технические условия на ливневую канализацию; технические условия на теплоснабжение; технические условия на телефонизацию, телевидение, интернет; технические условия на диспетчеризацию лифтов; технические условия на вынос инженерных сетей электроснабжения, водоснабжения и водоотведения, теплоснабжения, газоснабжения с площадки строительства; акты (решения) собственника зданий (сооружений) о выведении из эксплуатации ликвидации объектов капитального строительства; сведения о фоновых концентрациях загрязняющих веществ в атмосферном воздухе и климатические характеристики района реконструкции; справка о расстоянии вывоза строительных отходов и мусора с указанием за трат на утилизацию; справка о расстояниях подвозки недостающего и отвозки излишнего грунта, растительного грунта; штатное расписание ФГАОУ «НИУ ВШЭ»; письмо высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, подтверждающее сметную или предполагаемую (предельную) стоимость строительства объекта капитального строительства; содержащее информацию о предполагаемых источниках финансирования строительства объекта капитального строительства, предусмотренных законом (решением) о бюджете, либо внебюджетных источниках; перечень затрат, необходимых для включения в сводный сметный расчет стоимости строительства по объекту (т. 4, л. д. 64–66).

В указанном письме институт предупредил общество о том, что не предоставление названных документов ведет к задержкам в принятии проектных решений, а также является основанием для непринятия проектно-сметной документации на проверку в ФАУ «Главное управление государственной экспертизы».

Письмом от 11.03.2019 институт сообщил, что принятое эскизным проектом, выполненным обществом, а также разработанными на его основании и согласованнымиразделами проектной документации место размещения реконструируемого объекта частично не совпадает с местом допустимого размещения зданий, сооружений, строений, отображенном на чертеже предоставленного подрядчику градостроительного плана (т. 4, л. д. 59–60).

Одновременно институт просил общество обратиться к конечному заказчику с целью организации корректировки существующего или получения нового градостроительного плана земельного участка в соответствии с действующим законодательством, а также указал на приостановку работ.

Письмом от 25.03.2019 институт сообщил обществу о том, что по состоянию на 25.03.2019 в адрес подрядчика не направлены архитектурные решения по объекту, учитывающие устройство укрытия, а также не направлены согласованные с заказчиком разделы проектной документации «Архитектурные решения», «Инсоляция и коэффициент естественного освещения» (т. 4, л. д. 56–57).

Градостроительный план земельного участка был выдан лишь 11.12.2019 (т. 4, л. д. 7–19).

В силу статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства, либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно пункту 59 постановления Пленума № 54, если иное не установлено законом, в случае, когда должник не может исполнить своего обязательства до того, как кредитор совершит действия, предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающие из обычаев или существа обязательства, применению подлежат положения статей 405, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Невыполнение обществом взятых на себя обязательств в оказании содействия подрядчику в ходе выполнения им работ не только нарушает условия договора, но и противоречит положениям статей 718, 759, 762 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор при таких условиях в силу статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации считается просрочившим, а должник на основании статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации таковым не считается.

В данном случае нарушение сроков выполнения работ было обусловлено, в том числе просрочкой кредитора, своевременно не предоставившего подрядчику всю необходимую исходно-разрешительную документацию. При этом со стороны подрядчика предпринимались меры по урегулирования возникших в ходе подготовки проектной документации вопросов, подрядчик своевременно обращался к заказчику за разъяснением возникающих вопросов и получением необходимых исходных данных.

Довод заявителей о том, что обязанность по получению исходных данных условиями технического задания возлагалась на самого подрядчика, отклоняется, поскольку из имеющейся в деле переписки видно, что подрядчиком запрашивалась информация, которая, в отсутствие у подрядчика специальных полномочий на ее получение, объективно не могла быть получена без содействия заказчика. При этом часть запрашиваемой информации касалась разделов проекта, выполнение которых должен был осуществлять сам заказчик (архитектурные решения; градостроительный план земельного участка; проект планировки территории и проект межевания территории; кадастровые документы на земельный участок с координатами границ участка; правоустанавливающие документы на земельный участок; утвержденные заказчиком границы проектирования, отображенные на ранее разработанной обществом эскизной схеме генерального плана; технические условия на электроснабжение; технические условия на водоснабжение и водоотведение; технические условия на ливневую канализацию; технические условия на теплоснабжение; технические условия на телефонизацию, телевидение, интернет; технические условия на диспетчеризацию лифтов; технические условия на вынос инженерных сетей электроснабжения, водоснабжения и водоотведения, теплоснабжения, газоснабжения с площадки строительства; акты (решения) собственника зданий (сооружений) о выведении из эксплуатации ликвидации объектов капитального строительства; сведения о фоновых концентрациях загрязняющих веществ в атмосферном воздухе и климатические характеристики района реконструкции; справка о расстоянии вывоза строительных отходов и мусора с указанием затрат на утилизацию; справка о расстояниях подвозки недостающего и отвозки излишнего грунта, растительного грунта; штатное расписание ФГАОУ «НИУ ВШЭ»; письмо высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, подтверждающее сметную или предполагаемую (предельную) стоимость строительства объекта капитального строительства; содержащее информацию о предполагаемых источниках финансирования строительства объекта капитального строительства, предусмотренных законом (решением) о бюджете, либо внебюджетных источниках; перечень затрат, необходимых для включения в сводный сметный расчет стоимости строительства по объекту).

Довод заявителей об отсутствии в материалах дела итогового акта сдачи-приемки выполненных работ также не принимается судом во внимание, поскольку в материалах дела имеется письмо общества от 19.02.2020 № 12/-20 о направлении мотивированного отказа в подписании и возвращении актов приемки выполненных работ (т. 4, л. д. 128).

Довод жалоб о том, что результат работ, за который в пользу института взысканы денежные средства, использован им при подготовке проектной документации в рамках заключенного впоследствии прямого договора с ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», вопреки статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не подтвержден документально.

Ссылка заявителей на то, что переданная документация возвращена институту, а потому не подлежит оплате, отклоняется, поскольку указанная документация возвращена лишь в ходе рассмотрения дела 21.07.2021 (т. 10, л. д. 130–131), при этом, получив в 2019 года разработанную документацию, общество не возвратило ее по мотивам некачественности либо отсутствия у нее потребительской ценности. Данная документация не была возвращена и после направления в адрес подрядчика мотивированного отказа от принятия работ.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что изготовленная подрядчиком документация подлежит оплате независимо от наличия отрицательного заключения государственной экспертизы, поскольку наличие такого заключения обусловлено ненадлежащей подготовкой части разделов проекта самим заказчиком.

Между тем, определяя размер задолженности, суд, верно указав, что она не может быть взыскана в сумме, превышающую твердую стоимость (пункт 4 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации), не учел, что в оплату работ обществом, как заказчиком, на основании платежного поручения от 26.10.2018 № 2318 (т. 1, л. д. 74) перечислено 667 500 рублей.

При таких обстоятельствах, размер подлежащей взысканию задолженности по встречному иску составит 3 782 500 рублей (4 450 000 рублей – 667 500 рублей).

Требование института о взыскании рыночной стоимости работ, определенной по результатам судебной экспертизы в сумме 6 530 324 рубля, а также второго авансового платежа не основано на разъяснениях, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора».

Поскольку судом неверно определена сумма задолженности, решение суда от 07.10.2020 в соответствующей части, а также в части взыскания госпошлины подлежит изменению.

В соответствии с частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В связи с частичным удовлетворением встречного иска, госпошлина по иску в сумме 57 902 рублей подлежит взысканию в доход федерального бюджета в следующем порядке: с института – в размере 14 526 рублей (с учетом уплаты им госпошлины в сумме 12 000 рублей по платежным поручениям от 26.08.2020, от 17.06.2020 – т.4, л. <...>) (26 526 рублей – 12 000 рублей), с общества (как с ответчика по встречному иску) – в сумме 31 376 рублей.

Расходы по оплате экспертизы, которые понесены обществом для обоснования позиции по встречному иску, также подлежат взысканию с общества (как ответчика по встречному иску) в пользу института исходя из статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, т.е. в сумме 26 009 рублей. Взыскание судом расходов на оплату экспертизы с компании является ошибочным, поскольку она не являлась ответчиком по встречному иску. Расходы по уплате госпошлины за подачу апелляционных жалоб подлежат возмещению институтом в пользу заявителей жалоб по 1626 рублей каждому.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 07.10.2020 по делу № А09-3750/2020 в части размера удовлетворенных встречных требований и взыскании госпошлины по встречному иску с ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» и ООО «ФТК Энерго» (абзацы 3, 6, 7 резолютивной части) изменить.

Взыскать с ООО «ФТК Энерго» в пользу ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» задолженность в размере 3 782 500 рублей.

Взыскать с ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» в доход федерального бюджета госпошлину по встречному иску в сумме 14 526 рублей.

Взыскать с ООО «ФТК Энерго» в доход федерального бюджета госпошлину по встречному иску в сумме 31 376 рублей

Взыскать с ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» в пользу ООО «ФТК Энерго» в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины 1626 рублей.

Взыскать с ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» в пользу ООО «Управляющая компания «Актив» в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины 1626 рублей.

Дополнительное решение Арбитражного суда Брянской области от 09.11.2020 по делу № А09-3750/2020 в части взыскания с ООО «Управляющая компания «Актив» в пользу ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» расходов на экспертизу (абзац 1 резолютивной части дополнительного решения) изменить.

Взыскать с ООО «ФТК Энерго» в пользу ООО «Проектно-изыскательский институт «БрянскГражданПроект» в возмещение судебных расходов по оплате экспертизы 26 009 рублей.

В остальной части дополнительное решение оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Л.А. Капустина

Н.В. Заикина

А.Г. Селивончик