Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО1
на постановление от 25.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Логачёв К.Д.) по делу
№ А03-20515/2015 Арбитражного суда Алтайского края о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Зернобанк» (656036, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего акционерным обществом «Зернобанк» к ФИО1 о признании недействительной сделкой перечисление денежных средств в размере 4 078 099,48 руб. и применении последствий её недействительности.

В заседании приняли участие: ФИО1, представитель конкурсного управляющего АО «Зернобанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО2 по доверенности
от 15.12.2016.

Суд установил:

решением от 07.12.2015 Арбитражного суда Алтайского края акционерное общество «Зернобанк» (далее - АО «Зернобанк», должник, Банк) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим является Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Агентство).

Конкурсный управляющий АО «Зернобанк» 15.07.2016 обратился
в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной совершённой 15.09.2015 банковской операции по списанию с расчётного счёта ФИО3 (далее - ФИО3), открытого
в Банке, денежных средств в размере 4 078 099,48 руб. и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 03.10.2016 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора,
привлечён ФИО1 (далее - ФИО1, кассатор).

Определением суда от 22.11.2016 по ходатайству конкурсного управляющего АО «Зернобанк», в порядке статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) произведена замена ответчика - ФИО3 на ФИО1,
после чего, в порядке статьи 51 АПК РФ ФИО3 был привлечён
к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 31.03.2017 Арбитражного суда Алтайского края
(судья Конопелько Е.И.) в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением от 25.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда определение суда от 31.03.2017 отменено, принят новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда от 25.07.2017, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит
его отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции
от 31.03.2017.

В обоснование кассационной жалобы её податель ссылается
на ошибочные выводы апелляционного суда о необходимости применения
в настоящем обособленном споре трёхгодичного срока исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации;
далее - ГК РФ) по требованию Агентства к ФИО1

Как указывает ФИО1, судом апелляционной инстанции установлено совершение сделки менее чем за месяц до даты назначения временной администрации Банка (24.09.2015) и с целью оказания предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами
в отношении удовлетворения требований, причинения вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение такого вреда данной сделкой,
а также осведомлённость Банка об указанной противоправной цели (притворная сделка, прикрывающая выведение денежных средств со счёта
в Банке), в связи с чем считает, что к спорным правоотношениям подлежит применению годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ; годичный срок исковой давности на предъявление требования к ФИО1, течение которого закончилось 24.09.2016, Агентством пропущен, поскольку заявление подано 22.11.2016.

По мнению кассатора, апелляционным судом не учтено, что в данном случае ФИО1 действовал не от своего имени, а от имени должника
в связи с предоставленными ему Федеральным законом от 26.10.2002
№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон
о банкротстве) полномочиями конкурсного управляющего имуществом ФИО3, следовательно, он не является надлежащим ответчиком
по оспариваемой сделке; полученные денежные средства были включены
в конкурсную массу ФИО3 и направлены на погашение текущих
и реестровых требований кредиторов ФИО3, поэтому применение судом апелляционной инстанций последствий недействительности сделки
в виде взыскания с ФИО1 как физического лица денежных средств
в размере 4 078 099,48 руб., восстановления прав ФИО3 в качестве кредитора Банка, является неправомерным.

ФИО1 полагает, что суд апелляционной инстанции допустил нарушения норм материального права, признав одну и ту же сделку (перечисление денежных средств) одновременно мнимой и притворной,
что недопустимо; неправильная квалификация сделки привела к неверному определению сторон оспариваемой сделки, применению последствий
её недействительности.

Конкурсный управляющий АО «Зернобанк» в отзыве на кассационную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

В заседании суда кассационной инстанции ФИО1 доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал, просил судебный акт отменить.

Представитель конкурсного управляющего АО «Зернобанк»
с кассационной жалобой не согласился, считает выводы суда правомерными.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела,
проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемого постановления, суд кассационной инстанции находит
его подлежащим отмене.

Из материалов дела следует, что приказом Банка России от 24.09.2015
№ ОД-2534 в связи неисполнением должником федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, у АО «Зернобанк» с 24.09.2015 отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.26 Закона о банкротстве
с 24.09.2015 приказом Банка России от 24.09.2015 № ОД-2535 назначена временная администрация Банка по управлению кредитной организацией должника.

Определением суда от 30.10.2015 в отношении Банка возбуждено дело
о банкротстве.

Судами установлено, что между АО «Зернобанк»
и индивидуальным предпринимателем ФИО3 28.10.2014 заключён договор банковского счёта № 31470, на основании которого клиенту открыт расчётный счёт № <***> (далее - договор).

Решением от 08.10.2014 Арбитражного суда Алтайского края по делу
№ А03-4139/2014 ИП ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО1

На основании платёжного поручения от 15.09.2015 № 25
с расчётного счёта ИП ФИО3 конкурсным управляющим
ФИО1 списаны денежные средства в сумме 4 078 099,48 руб.
с назначением платежа: «для зачисления на счёт международной пластиковой карты, л/с <***> ФИО1 возмещение затрат по конкурсному производству за 11.06.2015 по 21.07.2015».

Конкурсный управляющий АО «Зернобанк», полагая, что оспариваемый платёж совершён в период менее месяца до отзыва у Банка лицензии,
в условиях его фактической неплатёжеспособности, повлёк преимущественное удовлетворение требований перед другими кредиторами должника, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

При рассмотрении заявления суд первой инстанции пришёл к выводу, что оспариваемая сделка подпадает под условия совершения
её с предпочтением, указанные в статье 61.3 Закона о банкротстве,
однако ФИО1 не являлся стороной по договору банковского счёта
от 28.10.2014, следовательно, к нему не может быть предъявлено требование о признании недействительной сделкой списание с расчётного счёта
ИП ФИО3, открытого в Банке, денежных средств в размере 4 078 099,48 руб.; требование о признании сделки недействительной предъявлено к ФИО1 по истечении годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции
и удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что ФИО1, не являясь стороной договора, тем не менее был стороной спорного перечисления как получатель денег на личный счёт, поэтому не исключена возможность предъявления к нему настоящего требования.

Также суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том,
что оспариваемый платёж должен квалифицироваться как притворная сделка (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), поскольку не преследовал цели погашения обязательства ИП ФИО3 перед ФИО1, а прикрывал получение денежных средств со счёта в АО «Зернобанк» преимущественно перед иными кредиторами Банка; трёхлетний срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, не пропущен.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами
суда апелляционной инстанции по следующим причинам.

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу
о банкротстве он осуществляет полномочия руководителя должника
и иных органов управления должника.

Конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, исполнять иные установленные названным Законом обязанности (пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Распоряжаясь денежными средствами, находящимися на счёте
ИП ФИО3, открытом в Банке, ФИО1 действовал от имени должника - ИП ФИО3 в силу предоставленных ему
Законом о банкротстве полномочий, а не как самостоятельное лицо; кредитором Банка по обязательствам, вытекающим из договора, являлся
ИП ФИО3

Судом первой инстанции установлено, что денежные средства в размере 4 078 099,48 руб. были получены ФИО1 и израсходованы
на оплату текущих и реестровых обязательств в рамках дела о банкротстве ИП ФИО3, следовательно, ФИО1 выгодоприобретателем
и лицом, получившим предпочтение удовлетворения требований
перед АО «Зернобанк» в смысле положений статьи 61.3 Закона о банкротстве не являлся.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что к ФИО1 не может быть предъявлено требование
о признании недействительной оспариваемой банковской операции,
так как в итоге ИП ФИО3 погасил свои обязательства
перед кредиторами за счёт полученных денежных средств.

При таких фактических обстоятельствах дела, применение апелляционным судом реституции в виде восстановления задолженности Банка перед ФИО3 в размере 4 078 099,48 руб. ведёт к возможности двойного взыскания последним с АО «Зернобанк» причитающейся
суммы денег по договору, без возврата им в конкурсную массу полученного по сделке.

Из пункта 2 статьи 170 ГК РФ следует, что притворная сделка,
то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, применяются относящиеся к ней правила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015
№ 25 «О применении судами некоторых положений раздела I
части первой ГК РФ», в связи с притворностью недействительной
может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку
для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент
совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, и совершали её с целью прикрыть другую сделку. При этом обязательным условием признания сделки притворной является порочность воли каждой из её сторон.

Суд кассационной инстанции считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства притворности оспариваемой банковской операции, поскольку фактическое перечисление денежных средств состоялось, намерение ФИО1, действовавшего как конкурсного управляющего имуществом ИП ФИО3, и АО «Зернобанк»
на достижение иных правовых последствий, чем перечисление денежных средств в условиях наличия картотеки неоплаченных платёжных документов других кредиторов Банка, не подтверждено.

Сделка является ничтожной и в том случае, если при осуществлении гражданских прав одна из сторон действовала недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред другому лицу,
либо её действия были направлены в обход закона с противоправной целью,
либо иным образом злоупотребляла своим правом (часть 1 статьи 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвёртом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных
с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

Упомянутые разъяснения применимы к сделкам с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением
или подозрительных сделок.

Признавая оспариваемую банковскую операцию ничтожной сделкой, апелляционный суд указал на то, что она являлась способом выведения денежных средств ИП ФИО3,и не преследовала цели погашения
его обязательств перед получателем платежа - ФИО1

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не учёл, что действия, заключающиеся в передаче должником в преддверии его банкротства причитающегося кредитору имущества с предпочтением в ситуации,
когда получивший исполнение кредитор знал или должен был знать
о признаке неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным
статьёй 61.3 Закона о банкротстве.

Такие действия не могут быть признаны ничтожными, поскольку
они являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.

Таким образом, применение к сделкам с предпочтением, не имеющим других недостатков, положений о ничтожности, по сути, направлено
на обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам,
что недопустимо.

В соответствии со статьёй 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется
с момента, когда первоначально утверждённый внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований
для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3
Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершённая кредитной организацией (или иными лицами за счёт
кредитной организации) до даты назначения временной администрации
по управлению кредитной организацией либо после такой даты,
может быть признана недействительной по заявлению руководителя
такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также ГК РФ и другими федеральными законами, с учётом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Как правильно указал суд первой инстанции, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 1 статьи 61.9, пунктах 14, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением
норм ГК РФ об исковой давности», в рассматриваемом случае
срок исковой давности для признания сделки недействительной начинал
течь с 25.09.2015, однако требование предъявлено ФИО1 16.11.2016, то есть по истечении годичного срока исковой давности.

Установив, что требование о признании оспариваемой банковской операции недействительной сделкой предъявлено к ФИО1,
который не являлся стороной по договору и конечным выгодоприобретателем по оспариваемой сделке, пропущен годичный срок исковой давности для предъявления требования к нему, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления Агентства.

Выводы суда первой инстанции сделаны по результату полного установления фактических обстоятельств дела, имеющих значение
для правильного рассмотрения обособленного спора по заявленному правовому основанию.

В свою очередь, у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для отмены принятого по делу законного определения.

С учётом изложенного постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене с оставлением в силе решения арбитражного суда первой инстанции.

Руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 25.07.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-20515/2015 отменить, оставить в силе определение
от 31.03.2017 Арбитражного суда Алтайского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий
двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий С.А. Доронин

Судьи О.В. Ишутина

Н.В. Лаптев