Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев 30.11.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 09.06.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 по делу № А05-13257/2017,

у с т а н о в и л:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной? ответственностью «Антарес», адрес: 163000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), кредитор ФИО3 обратился в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о взыскании с ФИО1 в пользу должника 5 647 827 руб. 86 коп. убытков, в том числе 4 741 206 руб. 20 коп. в возмещение ущерба, 906 621 руб. 66 коп. упущенной выгоды.

Определением от 09.06.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021, заявление удовлетворено частично и с ФИО1 в пользу должника взыскано 497 700 руб. убытков, представляющих собой стоимость машины рубительной «Норман» и двух погрузчиков колесных ПЛК-6. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 09.06.2021 и постановление от 20.08.2021 отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель жалобы считает, что вывод суда о его осведомленности о наличии у должника в собственности машины, 2 погрузчиков, а также о месте их фактического нахождения ошибочен.

ФИО1 ссылается на наличие корпоративного конфликта и полагает, что в соответствии с позицией Верховного суда Российской Федерации механизм взыскания убытков не может быть использован для его разрешения, поскольку участники конфликта, полагая, что партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к Обществу, не были лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявлению требований о взыскании убытков (вне рамок дела о банкротстве), оспариванию сделок по корпоративным основаниям и прочему.

Кроме того, по мнению подателя жалобы, судами неправильно определен размер убытков, поскольку он должен быть рассчитан исходя из балансовой стоимости спорного имущества.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов жалобы, а именно в части удовлетворения заявления.

Как установлено судами, ФИО1 являлся руководителем должника с 11.07.2012 по 25.07.2018.

Общество на основании договоров купли-продажи от 08.10.2012 и 04.03.2013 приобрело у общества с ограниченной ответственностью «Камбио» (далее – ООО «Камбио») стальной каркас весом 78 т, панели кровли (150 мм) площадью 870 кв.м, панели стен (150 мм) – 500 кв.м, окна – 100 кв.м, 18 дверей, ворота, фасонные элементы – 1 комплект, крепежные детали весом 780 кг, стальной каркас – 115 т, панели кровли (150 мм) площадью 1290 кв.м., панели стен (100 мм) – 3160 кв.м, окна – 135 кв.м, 18 дверей, ворота, фасонные элементы для стен – 1 комплект, фасонные элементы для проемов – 1 комплект, крепежные детали весом 1150 кг., стальной каркас – 17 т, панели кровли/стен площадью 42 кв.м, ворота, фасонные элементы – 1 комплект, крепежные детали весом 170 кг, бытовую канализацию протяженностью 211,4 м, трубопровод сброса очищенных стоков – 12,7 м, хозфекальную канализацию – 544 м (договор от 08.10.2012); машину рубительную «Норман» и два погрузчика колесных ПЛК-6 (договор от 04.03.2013).

Названное имущество было ранее приобретено ООО «Камбио» у общества с ограниченной ответственностью «Лесозавод-23» (далее – ООО «Лесозавод-23») по договорам купли-продажи от 28.09.2012 и 25.10.2012, заключенным на открытых торгах в форме аукциона.

Определением от 10.11.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, определением от 28.02.2018 введена процедура наблюдения.

Решением от 13.07.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 Евгении? Николаевич.

Определением от 03.06.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего должником об истребовании у бывшего руководителя Общества ФИО1 товарно-материальных ценностей и на последнего возложена обязанность передать конкурсному управляющему машину рубительную «Норман» и два колесных погрузчика ПЛК-6. Данное определение ФИО1 не исполнено, имущество в конкурсную массу должника не передано.

Кредитор должника ФИО3 обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО1 в пользу должника 5 647 827 руб. 86 коп. убытков, в том числе 4 741 206 руб. 20 коп. в возмещение ущерба, 906 621 руб. 66 коп. упущенной выгоды.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

При этом согласно названной статье такое лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями. При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», если заявитель утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

Спорное имущество было приобретено Обществом на основании договоров купли-продажи от 04.03.2013, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу об осведомленности ФИО1 с указанной даты о наличии у должника в собственности данного имущества.

Поскольку рассматриваемое имущество не было передано в конкурсную массу должника, суды пришли к выводу, что в результате бездействия ФИО1, который не принял мер для обеспечения сохранности имущества, Общество его утратило, в результате чего ему был причинен ущерб.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают названный вывод судов.

При определении размера убытков суды исходили из цены приобретения имущества по договору купли-продажи от 04.03.2013. В данном случае суды правомерно учли, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Лесозавод-23» были произведены осмотр и оценка имущества. При этом при определении начальной продажной стоимости учтено техническое состояние спорного имущества.

Поскольку лицами, участвующими в деле, ходатайство о проведении соответствующей экспертизы не было заявлено, суд правомерно и обоснованно определил размер убытков в названной части исходя из имеющихся в материалах дела документов.

Суды обоснованно отклонили доводы ФИО1 о том, что размер убытков должен определяться с учетом амортизации в связи с отсутствием доказательств фактического использования имущества.

При этом судами учтено, что в соответствии с актами оценки технического состояния, подписанными сотрудниками ООО «Лесозавод-23», погрузчики и рубительная машина находились в неудовлетворительном состоянии и нуждались в проведении капитального ремонта, однако доказательств проведения данного ремонта, а также наличия возможности эксплуатации оборудования без его проведения не представлено.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров.

В данном случае, как правильно указали суды, рассматриваемые убытки возникли в результате бездействия ФИО1, выразившегося в необеспечении сохранности имущества должника, и не связаны с принятием его участниками каких-либо корпоративных решений и их желанием компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовали все имеющиеся в материалах дела доказательства, установили обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения спора.

Доводы, указанные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов, а, по существу, сводятся к несогласию с произведенной судами оценкой доказательств и фактических обстоятельств дела, что не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых определения и постановления.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 09.06.2021 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 по делу № А05-13257/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

С.Г. Колесникова

А.В. Яковец