Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.10.2017 по делу № А07-15856/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017 по тому же делу по заявлению финансового управляющего ФИО2 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, рассмотренному в рамках дела о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель Сбербанка – ФИО3 (доверенность от 14.10.2016 № 5ДГ/518);

ФИО1 (паспорт) и его представитель – ФИО4 (доверенность от 13.07.2017 № 02АА4059736).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.11.2016 предприниматель ФИО1 признан несостоятельным (банкротом); введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев; финансовым управляющим утверждена ФИО2

Арбитражным судом Республики Башкортостан к участию в деле привлечен Отдел опеки и попечительства Управления образования Администрации муниципального района Туймазинский район Республики Башкортостан.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.03.2017 требование Сбербанка в размере 2 914 242 руб. 55 коп. включено в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника на основании договоров ипотеки от 27.03.2014 № 12/7408/000/015/14301, № 12/7408/000/020/14301, договоров поручительства от 14.03.2014 № 12/7408/000/015/14П01, от 27.03.2014 № 12/7408/000/020/14П01, заключенных должником со Сбербанком в обеспечение исполнение кредитных обязательств общества с ограниченной ответственностью «Компания-Центр» (далее – общество «Компания-Центр»).

Финансовый управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации договоров ипотеки от 27.03.2014 № 12/7408/000/015/14301, № 12/7408/000/020/14301, договоров поручительства от 14.03.2014 № 12/7408/000/015/14П01, от 27.03.2014 № 12/7408/000/020/14П01, заключенных между должником и Сбербанком, и применении последствий недействительности сделок в виде признания залога (ипотеки) несуществующим и прекращении регистрационной записи об ипотеке в отношении объектов недвижимости.

Определением суда от 31.10.2017 (судья Сафиуллина Р.Н.) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017 (судьи Тихоновский Ф.И., Ершова С.Д., Сотникова О.В.) определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Заявитель кассационной жалобы считает, что представленные в материалы дела доказательства подтверждают наличие условий для признания договоров поручительства и залога недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве с учетом того, что Сбербанк не мог не знать о недостаточности имущества должника, поскольку должен был проверять платежеспособность и надежность заемщика, поручителей и залогодателей, с которыми совершаются сделки; при заключении договоров поручительства и залога Сбербанку должны были быть известны данные бухгалтерских балансов заемщика и поручителей, так как условиями кредитных договоров и договоров поручительства предусмотрена обязанность заемщика и поручителя предоставить сведения о своем финансовом состоянии. ФИО1 указывает на то, что им при заключении договоров поручительства и залогов было допущено злоупотребление правом, которое выразилось в принятии необоснованного бремени ответственности по обязательствам третьего лица – общества «Компания-Центр» и увеличении в связи с этим кредиторской задолженности в нарушение его собственных интересов и интересов его добросовестных кредиторов; считает, что со стороны Сбербанка также имелись признаки злоупотребления правом, поскольку, по мнению ФИО1, Сбербанк, воспользовавшись затруднительным финансовым состоянием общества «Компания-Центр», вынудил его заключить договор об открытии невозобновляемой кредитной линии на сумму 22 452 941 руб. 18 коп. с обеспечением залогом всего имущества должника – ФИО1 и исключительно только после этих действий выдал заемщику следующий кредит в сумме 7 000 000 руб.; Сбербанк, выдавая кредит обществу «Компания-Центр» в сумме 22 млн. руб., заведомо знал, что кредит не может быть возвращен заемщиком; перед выдачей кредита Сбербанком было проанализировано финансовое состояние всех лиц, входящих в одну группу с обществом «Компания-Центр»: общества с ограниченной ответственностью «МирАвтоПлюс» (далее – общество «МирАвтоПлюс») и предпринимателя ФИО1, и заемщику – обществу «Компания-Центр» на основании этих данных был присвоен 1 класс кредитоспособности, что является нарушением правил кредитования, так как при выдаче займа на такую крупную сумму Сбербанк должен был исходить только из финансового состояния самого заемщика – общества «Компания-Центр», поскольку в кредитном договоре, договорах поручительства и залога нет ссылки на выдачу кредита группе лиц, между заинтересованными лицами не имеется соглашений о том, что они отвечают по долгам совместно, при этом финансовое состояние заемщика было неблагоприятным; несмотря на то, что предпринимателем ФИО1 в представленной Сбербанку справке о полученных доходах за 2013 год была указана прибыль в размере 6 328 800 руб., данные сведения Сбербанк должен был проверить и установить, что эти сведения не подтверждаются сведениями из книги учета доходов предпринимателя, согласно которой деятельность была убыточной. ФИО1 полагает, что Сбербанк преследовал цель получения безосновательного контроля над ходом дела о банкротстве должника и получения всего имущества должника, что также свидетельствует о злоупотреблении правом.

В отзыве на кассационную жалобу Сбербанк просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая выводы судов правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений
ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 являлся единственным участником общества «Компания-Центр» и его директором на момент заключения оспариваемых сделок.

Между Сбербанком и обществом «Компания-Центр» в лице директора ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 14.03.2014 № 1221/7408/0000/015/14 на предоставление невозобновляемой кредитной линии с лимитом в сумме 22 452 941 руб. 18 коп. под 14,5% годовых на срок по 07.03.2019 для рефинансирования ссудной задолженности кредитов открытого акционерного общества «ИнвестКапиталБанк» и открытого акционерного общества «Россельхозбанк».

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору от 14.03.2014 № 1221/7408/0000/015/14 Сбербанком заключен договор поручительства от 14.03.2014 № 12/7408/0000/015/14П01 с ФИО1, а также договоры поручительства с ФИО5, обществом «МирАвтоПлюс».

Сбербанком с ФИО1 (залогодатель) заключен договор ипотеки от 27.03.2014 № 12/7408/0000/015/14З01, по условиям которого в обеспечение исполнения обязательств заемщика в залог Сбербанку переданы принадлежащие на праве собственности ФИО1 объекты недвижимого имущества:

- помещение, назначение: нежилое, площадь 783,3 кв. м, этаж подвал, номера на поэтажном плане 1-5, адрес объекта: <...>, кадастровый номер 02:57:020101:1091;

- помещение, назначение: нежилое, общая площадь 910,4 кв. м, этаж 1 номера на поэтажном плане 6-9, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 02:57:020101:1090;

- помещение, назначение: нежилое, общая площадь 810,4 кв. м, этаж мансарда, номера на поэтажном плане 10-50, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 02:57:020101:1092;

- земельный участок, на котором находятся закладываемые объекты недвижимости, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для обслуживания склада корнеплодов, общая площадь 1152 кв. м, адрес объекта: <...>, кадастровый номер 02:57:020101:82.

Между Сбербанком и обществом «Компания-Центр» в лице директора ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 27.03.2014 № 1221/7408/0000/020/14 о предоставлении кредита в сумме 7 000 000 руб. на пополнение внеоборотных средств на срок по 07.03.2019.

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору от 27.03.2014 № 1221/7408/0000/020/14 Сбербанком заключен договор поручительства от 27.03.2014 № 12/7408/0000/020/14П01 с ФИО1, а также договоры поручительства с ФИО5, обществом «МирАвтоПлюс».

Сбербанком с ФИО1 (залогодатель) заключен договор ипотеки от 27.03.2014 № 12/7408/0000/020/14З01, по условиям которого в обеспечение исполнения обязательств заемщика в залог Сбербанку переданы принадлежащие на праве собственности ФИО1 вышеуказанные объекты недвижимого имущества.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.08.2016 принято к производству заявление предпринимателя ФИО1 о признании его несостоятельным (банкротом).

После признания предпринимателя ФИО1 банкротом финансовый управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительными договоров ипотеки от 27.03.2014 № 12/7408/000/015/14301, № 12/7408/000/020/14301, договоров поручительства от 14.03.2014 № 12/7408/000/015/14П01, от 27.03.2014 № 12/7408/000/020/14П01, ссылаясь на то, что данные сделки совершены в период подозрительности при наличии у должника признаков неплатежеспособности, с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Сбербанк, возражая против заявленных требований, ссылался на то, что кредит в сумме 22 млн. руб. был выдан на рефинансирование ссудной задолженности заемщика по кредитам, выданным иными банками, на кредит в сумме 7 млн. руб. должником завершены строительные работы на мансардном этаже и запущена в эксплуатацию гостиница, признаков злоупотребления правом и наличия цели причинения вреда кредиторам должника в действиях Сбербанка по заключению обеспечительных сделок с должником не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Учитывая, что ФИО1 являлся индивидуальным предпринимателем, с учетом положений п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, п. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ№ 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», оспариваемые сделки могут быть оспорены в порядке ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии условий, указанных в абзацах 3-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца первого п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исследовав доводы и возражения участников спора, оценив представленные в их обоснование доказательства в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания договоров поручительства и залога недействительными как сделок, совершенных в целях причинения вреда кредиторам должника, ввиду недоказанности условий, предусмотренных п. 2 ст. 61 Закона о банкротстве, в том числе осведомленности Сбербанка об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно п. 12.2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 или п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судами установлено, что Сбербанк и должник не являются заинтересованными лицами по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве, в связи с чем факт осведомленности Сбербанка о цели причинения имущественного вреда правам кредиторов должника путем заключения с ним обеспечительных договоров к кредитным договорам должен быть доказан в порядке ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, суды установили, что для целей установления платежеспособности заемщика, поручителя, залогодателя Сбербанком приняты надлежащие меры по оценке их финансового состояния посредством сбора соответствующей информации и бухгалтерской документации.

Согласно заключению Сбербанка, составленному в соответствии с требованиями Положения о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утвержденного Банком России 26.03.2004 № 254-П, на дату анализа финансово-хозяйственной деятельности (04.02.2014) совокупные активы общества «Компания-Центр», общества «МирАвтоПлюс» и предпринимателя ФИО1 составили 84 156 470 руб., в том числе автомобили - 9 577 800 руб. (11,3% актива баланса), учтенные в балансе по статье «товарно-материальные запасы», запчасти - 2 913 000 руб. (3,5% актива баланса), деньги на расчетных счетах - <***> руб., оборудование - 676 028 руб., коммерческая недвижимость, находящаяся в собственности предпринимателя ФИО1 - 69 191 000 руб. по оценке независимого оценщика от 21.02.2014 (82% актива баланса).

Обязательства заемщика на дату анализа состояли из кредита, полученного в открытом акционерном обществе «Россельхозбанк» в размере 9 500 000 руб. под 15,5% годовых, кредита в открытом акционерном обществе «ИнвестКапиталБанк» на суммы 10 500 000 руб. и 2 500 000 руб. под 20% годовых, а также кредиторской задолженности перед поставщиками на сумму 241 000 руб. Среднемесячная выручка за 12 месяцев общества «Компания-Центр», общества «МирАвтоПлюс» и предпринимателя ФИО1 составляла 5 698 000 руб., чистая прибыль названных лиц - 1 283 000 руб. в месяц, из которых 529 000 руб. направлялось на погашение основного долга по кредитам.

С учетом данных сведений по результатам финансового анализа Сбербанк присвоил заемщику 1 класс кредитоспособности.

В качестве подтверждения платежеспособности должника в материалы дела также представлены книга учета доходов и расходов предпринимателя ФИО1 за 2013 - 2016 годы, дилерское соглашение от 01.01.2012 № 11/12, договор купли-продажи автомобилей от 01.02.2012 № КП 11/12, договор купли-продажи автомобилей от 09.01.2013 № КС-11/13, договор поставки автомобилей от 01.08.2012 № 12, договор поставки автомобилей от 19.08.2011 № 189. Согласно заявлению-анкете предприниматель ФИО1 имел среднемесячные подтвержденные доходы в размере 400 200 руб., среднемесячный доход семьи в размере 600 000 руб.; согласно справке от 20.06.2013 для оформления кредита, представленной обществом «МирАвтоПлюс», должник имел среднемесячный доход за последние 6 месяцев в размере 260 000 руб., согласно справке от 20.06.2013 для оформления кредита, представленной обществом «Компания-Центр», должник имел среднемесячный доход за последние 6 месяцев в размере 200 000 руб.

Исходя из совокупности доказательств суды пришли к выводу о том, что у Сбербанка не имелось оснований полагать, что на момент совершения сделок ФИО1 обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Судами принято во внимание то, что из материалов дела не следует наличие у должника на момент совершения оспариваемых сделок иных неисполненных обязательств перед другими кредиторами. Ссылка на вынесенные в отношении должника судебные акты судов общей юрисдикции от 19.01.2016 по делу № 2-538/2016, от 16.06.2016 по делу № 2-4098/2016, от 02.12.2015 по делу № 2-3971/15, от 01.03.2016 по делу № 2-1260/16 о взыскании задолженности судами отклонена, поскольку предъявление исков (заявлений) и вынесение судебных актов по ним состоялось после заключения спорных договоров, что не может свидетельствовать о неплатежеспособности должника либо о недостаточности у него имущества и об осведомленности Сбербанка об этом.

Суды также обоснованно отказали в признании сделок недействительными по основаниям ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что для квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом.

В абзаце третьем п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Проанализировав действия Сбербанка, заемщика, поручителя и залогодателя при заключении оспариваемых договоров, суды пришли к выводу о недоказанности того обстоятельства, что оспариваемые обеспечительные сделки заключены ФИО1 в противоправных целях, в частности в целях вывода имущества для предотвращения обращения на него взыскания по своим обязательствам перед кредиторами, а не в целях создания условий для предоставления обществу «Компания-Центр», входящему в одну группу лиц с должником, кредита на значительную сумму, отметив, что вероятная неустойчивость финансово-экономического состояния должника, осуществляющего предпринимательскую деятельность, не означает его неплатежеспособности и не дает оснований для вывода о недобросовестности поведения предпринимателя ФИО1, общества «Компания-Центр», которые принимали меры, связанные с привлечением дополнительных кредитных ресурсов и направленные на преодоление экономических трудностей.

Учитывая, что поручительство и залог предоставляются, как правило, при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем, залогодателем и заемщиком, поручительство и залог являются обеспечительными сделками, используемыми кредитными организациями в своей обычной хозяйственной деятельности с целью снижения собственных рисков, при этом кредитные организации вправе самостоятельно определять обеспеченность и возвратность кредита, и установив, что Сбербанк заключал обеспечительные сделки с поручителем и залогодателем ФИО1, являвшимся учредителем и директором заемщика - общества «Компания-Центр», в целях создания дополнительных гарантий погашения долговых обязательств, что соответствует предназначению обеспечительных сделок, суды признали отсутствие в действиях Сбербанка недобросовестности и признаков злоупотребления правом, отметили, что финансовым управляющим не доказан факт направленности действий Сбербанка на причинение вреда должнику и его кредиторам, доказательств отклонения поведения Сбербанка от стандарта поведения обычной кредитной организации в материалы дела не представлено.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что, будучи уверенным, что кредитные обязательства являются заведомо неисполнимыми для основного заемщика – общества «Компания-Центр», Сбербанк склонил должника заключить обеспечительные сделки, намереваясь таким образом получить заложенное имущество должника, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонены ввиду недоказанности в порядке ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.10.2017 по делу № А07-15856/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.А. Артемьева

Судьи В.В. Плетнева

А.В. Кангин