Гражданский кодекс часть 1

при участии в судебном заседании представителя государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский областной клинический противотуберкулезный диспансер» ФИО1, действующего на основании доверенности от 16.09.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский областной клинический противотуберкулезный диспансер» на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 05 апреля 2022 года по делу № А12-37456/2021 (судья Бритвин Д.М.)

по заявлению государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский областной клинический противотуберкулезный диспансер» (400005, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Волгоградской области (400005 <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>)

об оспаривании предписания

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский областной клинический противотуберкулезный диспансер» (далее – ГБУЗ «ВОКПД», учреждение, заявитель) с заявлением:

о признании недействительными результатов выездной внеплановой проверки ГБУЗ «ВОКПД» от 22.10.2021 по контролю исполнения предписания об устранении выявленных нарушений требований пожарной безопасности;

о признании недействительным предписания Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Волгоградской области (далее – Главное управление МЧС России по Волгоградской области, Управление, административный орган) от 23.09.2021 № 008/185-В/1/1 по устранению нарушений требований пожарной безопасности;

о возложении на Главное управление МЧС России по Волгоградской области обязанности принять решение о прекращении исполнения предписания от 04.10.2019 № 134/1/1.

Решением суда первой инстанции от 05 апреля 2022 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ГБУЗ «ВОКПД» обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Отзывы на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не предоставлены.

Главное управление МЧС России по Волгоградской области явку представителя в судебное заседание не обеспечило, о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом согласно требованиям статьи 123 АПК РФ, а также в порядке статьи 186 АПК РФ, путём направления определения, выполненного в форме электронного документа, посредством его размещения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 29 апреля 2022 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие административного органа, надлежащим образом извещённых и не явившихся в судебное заседание.

Исследовав материалы дела, изучив доводы жалобы, выслушав представителя лиц, заявителя, арбитражный суд апелляционной инстанции пришёл к выводу, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела следует, что на основании решения от 23.09.2021 № 008/185-В 11 октября 2021 года Управлением проведена внеплановая выездная проверка в связи с осуществлением надзора за выполнением ранее выданного предписания от 04.10.2019 № 134/1/1 об устранении выявленных нарушений требований пожарной безопасности (далее – предписание от 04.10.2019).

В ходе проведения проверки административным органом установлено, что предписание от 04.10.2019 выполнено учреждением не в полном объёме, а именно:

пункт 3 предписания от 04.10.2019 - здание административного корпуса 2-го лёгочного отделения, относящегося к классу функциональной пожарной опасности Ф4.3, не обеспечено вторым эвакуационным выходом со 2-го этажа, что является нарушением статей 4, 5, 89 Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (далее – Федеральный закон № 123-ФЗ), пункта 23 Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 16.09.2020 № 1479 (далее – Правила № 1479); пунктов 5.21 и 6.13 «Строительных норм и правил. Пожарная безопасность зданий и сооружений. СНиП 21.01-97», принятых и введённых в действие Постановлением Минстроя РФ от 13.02.1997 № 18-7 (далее – СНиП 21.01-97);

пункт 9 предписания от 04.10.2019 - в помещении подвального этажа 3-го лёгочного отделения допущено размещение складских помещений, а также помещений мастерских и архива, что является нарушением статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ, подпунктов «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479;

пункт 10 предписания от 04.10.2019 - в помещениях подвального этажа 1-го лёгочного отделения допущено размещение столярной мастерской, что является нарушением статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ, подпунктов «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479;

пункт 11 предписания от 04.10.2019 – в помещении подвального этажа 1-го лёгочного отделения допущено размещение складских помещений, что является нарушением статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ, подпунктов «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479;

пункт 14 предписания от 04.10.2019 - здание полклиники, относящееся к классу функциональной пожарной опасности Ф3.4, не обеспечено вторым эвакуационным выходом со 2-го этажа, что является нарушением статей 4, 5, 89 Федерального закона № 123-ФЗ, пункта 23 Правил № 1479; пунктов 5.21 и 6.13 СНиП 21.01-97.

Вышеуказанные нарушения зафиксированы в акте от 22.10.2021 № 008/185-В (т.1 л.д.15-16).

22 октября 2021 года учреждению выдано предписание № 008/185-В/1/1 по устранению вышеуказанных нарушений требований пожарной безопасности, со сроком исполнения – 01.10.2022 (т.1 л.д.21-22).

Считая, что данное предписание является незаконным, нарушающим права и законные интересы учреждения, заявитель оспорил его в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из доказанности факта нарушения учреждением требований пожарной безопасности, соответствии оспоренного предписания нормам действующего законодательства, исполнимости указанных в нём требований.

Согласно доводам апелляционной жалобы на дату проведения внеплановой проверки в октябре 2022 года нормативные акты, устанавливающие обязательные требования, указанные в предписании от 04.10.2019, утратили силу в рамках «регуляторной гильотины», а вновь принятые обязательные требования не содержат в себе тех запретов и требований, которые содержались в предписании от 04.10.2019. По мнению учреждения, поскольку действующее законодательство предписывает контрольным (надзорным) органам проверять только действующие обязательные требования, инспектор должен был принять решение о прекращении исполнения ранее выданного предписания от 04.10.2019. Кроме того, заявитель указывает, что инспектор в оспариваемом предписании от 22.10.2021 указал на нарушение подпункта «а» пункта 16 Правил № 1479, однако данного нарушения ранее выданное предписание от 04.10.2019 не содержало. По мнению, учреждения, инспектор вышел за пределы предмета внеплановой проверки и совершил контрольные мероприятия, не предусмотренные решением о проведении проверки, что является существенным нарушением и влечёт недействительность результатов проверки.

Апелляционный суд считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В силу части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ, а также разъяснений, данных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» действия, решения органов, осуществляющих публичные полномочия, могут быть признаны незаконными, если они не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции на вопрос суда представитель ГБУЗ «ВОКПД» пояснил, что под незаконными результатами выездной внеплановой проверки учреждением понимается выдача незаконного (оспариваемого) предписания, в то время как правильным результатом было бы принятие решения о прекращении исполнения предписания от 04.10.2019 № 134/1/1.

Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу, что предметом оспаривания по настоящему делу является именно предписание от 22.10.2021 № 008/185-В/1/1.

Предписание представляет собой акт должностного лица, уполномоченного на проведение государственного надзора и контроля, содержащий властное волеизъявление, порождающее правовые последствия для конкретных граждан, индивидуальных предпринимателей и организаций.

Исходя из статьи 90 Федерального закона от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 248-ФЗ), предписание выносится в случае установления при проведении контролирующим органом соответствующей проверки нарушений законодательства в целях их устранения. При этом предписание должно содержать только законные требования, то есть на юридическое лицо может быть возложена обязанность по устранению лишь тех нарушений, соблюдение которых обязательно для него в силу закона, а сами требования должны быть реально исполнимы.

Исполнимость является важным требованием к предписанию и одним из элементов его законности, поскольку предписание исходит от контролирующего органа, обладающего властными полномочиями, носит обязательный характер и для его исполнения устанавливается определённый срок, за нарушение которого наступает административная ответственность.

Следовательно, предписание должностного лица, содержащее законные требования, должно быть реально исполнимо и содержать конкретные указания, чёткие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю и которые должны быть направлены на прекращение и устранение выявленного нарушения; содержащиеся в предписании формулировки должны исключать возможность двоякого толкования; изложение должно быть кратким, чётким, ясным, последовательным, доступным для понимания всеми лицами.

Срок в предписании для устранения выявленного нарушения устанавливается контролирующим органом самостоятельно с учётом степени и характера нарушения и возможности устранения такого нарушения хозяйствующим субъектом в обозначенный срок, а продление такого срока возможно лишь в случае наличия уважительных причин, не позволивших в установленные сроки устранить указанное нарушение.

При рассмотрении дела о признании недействительным предписания в предмет доказывания входит рассмотрение вопросов о наличии у органа, вынесшего предписание, соответствующих полномочий, соответствие предписания требованиям законодательства и наличие (отсутствие) нарушения прав заявителя в сфере экономической деятельности.

Полномочия должностных лиц органов государственного пожарного надзора выдавать организациям и гражданам предписания об устранении выявленных в ходе проверок нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности на объектах защиты установлены статьёй 90 Федерального закона № 248-ФЗ и статьёй 6 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности».

Федеральный закон № 123-ФЗ определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает общие требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям и сооружениям, промышленным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения.

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона № 123-ФЗ пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной при выполнении одного из следующих условий:

1) в полном объёме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании», и пожарный риск не превышает допустимых значений, установленных настоящим Федеральным законом;

2) в полном объёме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании», и нормативными документами по пожарной безопасности.

В оспариваемом предписании от 22.10.2021 указано на нарушение учреждением требований статей 4, 5, 89 Федерального закона № 123-ФЗ, пункта 23 Правил № 1479, а также пунктов 5.21 и 6.13 СНиП 21.01-97 (пункты 1 и 5 предписания) и нарушение требований статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ, подпунктов «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479 (пункты 2, 3, 4 предписания).

В неисполненных пунктах 3, 9, 10, 11, 14 ранее выданного предписания от 04.10.2019, помимо нарушения учреждением статей 4, 5, 89 Федерального закона № 123-ФЗ, указано также на нарушение пункта 33 и подпункта «д» пункта 136 Правила № 390 и пунктов 5.21 и 6.13 СНиП 21.01-97, утративших силу с 01.01.2021 в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 11.07.2020 № 1034. При этом Правила № 390 и СНиП 21.01-97, как указал заявитель, входят в перечень документов, оценка соблюдения обязательных требований которых не допускается («регуляторная гильотина»).

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ к нормативным правовым актам Российской Федерации по пожарной безопасности относятся федеральные законы о технических регламентах, федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, устанавливающие обязательные для исполнения требования пожарной безопасности. К нормативным документам по пожарной безопасности относятся национальные стандарты, своды правил, содержащие требования пожарной безопасности (нормы и правила), а также иные документы, содержащие требования пожарной безопасности, применение которых на добровольной основе обеспечивает соблюдение требований настоящего Федерального закона.

Частью 4 статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ предусмотрено, что в случае, если положениями данного Федерального закона (за исключением положений статьи 64, части 1 статьи 82, части 7 статьи 83, части 12 статьи 84, частей 1.1 и 1.2 статьи 97 названного Федерального закона) устанавливаются более высокие требования пожарной безопасности, чем требования, действовавшие до дня вступления в силу соответствующих положений настоящего Федерального закона, в отношении объектов защиты, которые были введены в эксплуатацию либо проектная документация на которые была направлена на экспертизу до дня вступления в силу соответствующих положений данного Федерального закона, применяются ранее действовавшие требования. При этом в отношении объектов защиты, на которых были проведены капитальный ремонт, реконструкция или техническое перевооружение, требования названного Федерального закона применяются в части, соответствующей объёму работ по капитальному ремонту, реконструкции или техническому перевооружению.

Согласно положениям статьи 5 Федерального закона № 123-ФЗ каждый объект защиты должен иметь систему обеспечения пожарной безопасности (часть 1). Целью создания системы обеспечения пожарной безопасности объекта защиты является предотвращение пожара, обеспечение безопасности людей и защита имущества при пожаре (часть 2). Система обеспечения пожарной безопасности объекта защиты включает в себя систему предотвращения пожара, систему противопожарной защиты, комплекс организационно-технических мероприятий по обеспечению пожарной безопасности (часть 3).

В силу части 1 статьи 89 Федерального закона № 123-ФЗ эвакуационные пути в зданиях и сооружениях и выходы из зданий и сооружений должны обеспечивать безопасную эвакуацию людей. Расчёт эвакуационных путей и выходов производится без учёта применяемых в них средств пожаротушения.

Частью 3 статьи 89 Федерального закона № 123-ФЗ установлено, что к эвакуационным выходам из зданий и сооружений относятся выходы, которые ведут:

1) из помещений первого этажа наружу: непосредственно; через коридор; через вестибюль (фойе); через лестничную клетку; через коридор и вестибюль (фойе); через коридор, рекреационную площадку и лестничную клетку;

2) из помещений любого этажа, кроме первого: непосредственно на лестничную клетку или на лестницу 3-го типа; в коридор, ведущий непосредственно на лестничную клетку или на лестницу 3-го типа; в холл (фойе), имеющий выход непосредственно на лестничную клетку или на лестницу 3-го типа; на эксплуатируемую кровлю или на специально оборудованный участок кровли, ведущий на лестницу 3-го типа;

3) в соседнее помещение (кроме помещения класса Ф5 категорий А и Б), расположенное на том же этаже и обеспеченное выходами, указанными в пунктах 1 и 2 настоящей части. Выход из технических помещений без постоянных рабочих мест в помещения категорий А и Б считается эвакуационным, если в технических помещениях размещается оборудование по обслуживанию этих пожароопасных помещений.

В пункте 23 Правил № 1479 указано, что при эксплуатации эвакуационных путей и выходов руководитель организации обеспечивает соблюдение проектных решений (в части освещённости, количества, размеров и объёмно-планировочных решений эвакуационных путей и выходов, а также наличия на путях эвакуации знаков пожарной безопасности) в соответствии с требованиями части 4 статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ.

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что положения пункта 33 Правил № 390 (на нарушение которого указано в пунктах 3 и 14 предписания от 04.10.2019), утративших силу с 01.01.2021, и пункта 23 Правил № 1479 не являются идентичными.

Апелляционная коллегия отмечает, что в пункте 33 ранее действовавших Правилах № 390 содержалось требование, аналогичное пункту 23 Правил № 1479, действующих в настоящее время. Различие заключалось лишь в указании в пункте 33 Правил № 390 на соблюдение, помимо проектных решений, ещё и требований нормативных документов. Однако отсутствие указанной фразы в пункте 23 Правил № 1479 не свидетельствует об отсутствии у заявителя такой обязанности вообще.

Также, по мнению учреждения, является неправомерным указание в оспариваемом предписании на нарушение заявителем СНиПов 21.01-97, утративших силу с 01.01.2021 и не подлежащих применению при проведении контрольных и надзорных мероприятий в рамках «регуляторной гильотины».

При рассмотрении дела в суде первой инстанции административный орган пояснил, что ссылка в пунктах 1 и 5 оспариваемого предписания на пункты 5.21 и 6.13 СНиП 21.01-97, указанных в пунктах 3 и 14 ранее выданного предписания от 04.10.2019 и утративших силу с 01.01.2021, сделана ошибочно. В настоящее время действует Свод правил «Системы противопожарной защиты. Эвакуационные пути и выходы» СП 1.13130, утверждённый приказом МЧС России от 19.03.2020 № 194 (далее – СП 1.13130.2020), содержащий аналогичные требования.

СП 1.13130.2020 определяет требования пожарной безопасности к эвакуационным путям, эвакуационным и аварийным выходам из помещений, зданий и сооружений.

Требования настоящего свода правил установлены для обеспечения возможности своевременной и беспрепятственной эвакуации людей при пожаре; обеспечения возможности спасения людей при пожаре (пункт 4.1.1 СП 1.13130.2020).

Суд апелляционной инстанции отмечет, что пункт 5.21 СНиП 21.01-97 содержит только классификацию зданий и их частей (помещений или групп помещений, функционально связанных между собой) по классу функциональной пожарной опасности.

Так, здание поликлиники по данной классификации имеет класс Ф3.4, а здание административного корпуса – класс Ф4.3 как учреждение органов управления.

В соответствии с пунктом 4.2.9 СП 1.13130.2020 не менее двух эвакуационных выходов, как правило, должны иметь этажи зданий класса Ф1.1, Ф1.2, Ф2.1, Ф2.2, Ф3, Ф4. При высоте расположения этажа не более 15 м допускается (кроме зданий V степени огнестойкости) предусматривать один эвакуационный выход с этажа (или с части этажа, отделённой от других частей этажа противопожарными стенами не ниже 2-го типа или противопожарными перегородками 1-го типа) класса функциональной пожарной опасности Ф1.2, Ф3 и Ф4.3 площадью не более 300 м² с численностью не более 20 человек и при оборудовании выхода на указанную лестничную клетку с этажа, а также с нижележащих этажей, противопожарными дверями 2-го типа. Выход с эксплуатируемой кровли в указанном случае должен вести непосредственно в лестничную клетку (соответствует пункту 6.13 СНиП 21.01-97).

Число эвакуационных выходов из здания должно быть не менее числа эвакуационных выходов с любого этажа здания (пункт 11 статьи 89 Технического регламента № 123, пункт 4.2.15 СП 1.13130.2020).

В апелляционной жалобе ГБУЗ «ВОКПД» указывает, что проектными решениями зданий административного корпуса и поликлиники, построенных в 1954 году, изначально не предусмотрено наличие нескольких выходов со второго этажа.

Однако заявитель не предоставил доказательств того, что для соблюдения указанного требования пожарной безопасности необходимо изменить конструктивные и инженерно-технические характеристики спорных зданий. Указанный довод носит предположительный характер. Учитывая положения пунктов 2 и 3 части 3 статьи 89 Федерального закона № 123-ФЗ, суд апелляционной инстанции считает, что указанные требования пожарной безопасности относятся к противопожарному режиму эксплуатации здания, а не к его конструктивным, инженерно-техническим характеристикам.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы, касающиеся пунктов 1 и 5 оспариваемого предписания (пункты 3 и 14 предписания от 04.10.2019), отклонены судебной коллегией как несостоятельные.

В пунктах 2, 3, 4 оспариваемого предписания (соответствуют пунктам 9, 10 и 11 предписания от 04.10.2019) указано, что в помещениях подвального этажа здания 1-го и 3-го лёгочного отделения главного корпуса допущено размещение столярной мастерской, складских помещений, а также помещений мастерских и архива, что является нарушением требований статьи 4 Федерального закона № 123-ФЗ, а также подпунктов «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479.

В соответствии с подпунктами «а» и «б» пункта 16 Правил № 1479 на объектах защиты запрещается:

а) хранить и применять на чердаках, в подвальных, цокольных и подземных этажах, а также под свайным пространством зданий легковоспламеняющиеся и горючие жидкости, порох, взрывчатые вещества, пиротехнические изделия, баллоны с горючими газами, товары в аэрозольной упаковке, отходы любых классов опасности и другие пожаровзрывоопасные вещества и материалы;

б) использовать чердаки, технические, подвальные и цокольные этажи, подполья, вентиляционные камеры и другие технические помещения для организации производственных участков, мастерских, а также для хранения продукции, оборудования, мебели и других предметов.

Апелляционная коллегия отмечает, что требование о запрете размещения в подвальных и цокольных этажах мастерских, складов и кладовых, не предусмотренных проектной документацией, содержалось в подпункте «д» пункта 136 ранее действовавших Правил № 390, на нарушение которого было указано в пунктах 9, 10 и 11 ранее выданного предписания от 04.10.2019.

ГБУЗ «ВОКПД» указывает, что размещение мастерской, складских помещений и помещения архива предусмотрено проектным решением при строительстве здания главного корпуса. При этом в подвале главного корпуса помимо хозяйственных помещений для размещения мастерских находятся защитные помещения гражданской обороны (убежища), паспортом которых предусмотрено их использование в мирное время под хранение материальных ценностей.

Указанные доводы апелляционной жалобы отклонены судом апелляционной инстанции как несостоятельные, поскольку использование убежища в мирное время должно осуществляться с соблюдением противопожарных норм и правил и не подвергать опасности находящихся в здании людей. Доказательств того, что для соблюдения указанного требования пожарной безопасности необходимо изменить конструктивные и инженерно-технические характеристики здания, заявителем также не предоставлено.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что инспектором неправомерно указано на нарушение подпункта «а» пункта 16 Правил № 1479, поскольку такое нарушение в ранее выданном предписании от 04.10.2019 отсутствовало. Данное обстоятельство, по мнению, учреждения, свидетельствует о выходе инспектором за пределы предмета проведения внеплановой проверки и невозможности использования результатов такой проверки.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в оспариваемом предписании учреждению не вменяется хранение в подвальном этаже пожароопасных веществ и предметов. Ссылка административного органа в оспариваемом предписании на данный пункт не свидетельствует об отсутствии выявленного нарушения (размещение в подвальном этаже столярной мастерской, складских помещений, а также помещений мастерских и архива) требований подпункта «б» пункта 16 Правил № 1479.

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы, касающиеся пунктов 2, 3, 4 оспариваемого предписания (пункты 9, 10, 11 предписания от 04.10.2019), отклонены судебной коллегией как несостоятельные.

В апелляционной жалобе учреждение указывает, что с учётом действия «регуляторной гильотины», под которую попали Правила № 390 и СНиП 21.01-97, утратившие силу с 01.01.2021, надзорный орган должен был принять решение о прекращении исполнения ранее выданного предписания от 04.10.2019.

Указанные доводы отклонены судом апелляционной инстанции как несостоятельные, поскольку взамен Правил № 390 и СНиП 21.01-97 приняты и действуют Правила № 1479 и СП 1.13130.2020, согласно которым требования по обеспечению вторым эвакуационным выходом со 2-го этажа зданий административного корпуса и поликлиники, относящихся к классу функциональной пожарной опасности Ф4.3 и Ф3.4, а также требования по запрету размещения в подвальных этажах зданий мастерских, складских и кладовых помещений остались неизменными.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что для обеспечения пожарной безопасности объекта защиты учреждение обязано в полном объёме выполнить требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом № 123-ФЗ и нормативными документами по пожарной безопасности.

Эксплуатация объектов с нарушениями требований пожарной безопасности может привести к недопустимому риску для безопасности жизни или здоровья людей при возможном возникновении пожара.

Таким образом, у Главного управления МЧС России по Волгоградской области имелись основания для выдачи оспариваемого предписания, которое, в свою очередь содержит указание на допущенные учреждением нарушения и нарушенные правовые нормы, а также конкретный срок устранения выявленных нарушений.

Оспариваемое предписание вынесено компетентным органом в пределах его полномочий, не содержит незаконных либо неисполнимых требований, не нарушает права заявителя, а направлено на побуждение его должным образом исполнять свои обязанности.

Судебная коллегия отмечает, что отсутствие указания на конкретный способ исполнения предписания не свидетельствует о неисполнимости и его незаконности. Контролирующий орган указал в предписании своё требование, подлежащее выполнению в целях устранения допущенных нарушений законодательства. Способ исполнения выданного предписания заявитель должен определить самостоятельно в соответствии с возложенными на него обязанностями законодательством в области пожарной безопасности.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о законности и обоснованности оспариваемого предписания и в соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Ссылка суда первой инстанции в обжалуемом решении на положения Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» не повлекла принятие неверного решения.

Таким образом, все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем предоставленным доказательствам дана правовая оценка.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводов суда первой инстанции и не могут служить основанием для отмены или изменения принятого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная коллегия считает решение, принятое судом первой инстанции, законным и обоснованным. Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционной жалобы ГБУЗ «ВОКПД» заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины, которое было удовлетворено судом.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) при подаче апелляционной жалобы на решения арбитражного суда государственная пошлина подлежит уплате в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.

В данном случае с учётом положений НК РФ при обжаловании судебных актов по делам о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, размер государственной пошлины для юридических лиц составляет 1500 рублей (одна тысяча пятьсот) рублей.

Учитывая изложенное, с ГБУЗ «ВОКПД» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 1 500 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 05 апреля 2022 года по делу № А12-37456/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский областной клинический противотуберкулезный диспансер» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 1 500 (одна тысяча пятьсот) рублей.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший решение, в порядке, предусмотренном статьями 275-276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий М.А. Акимова

Судьи Ю.А. Комнатная

Е.В. Пузина