Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 26 октября 2017 года по делу № А13-10652/2016 (судья Корюкаева Т.Г.),

у с т а н о в и л:

финансовый управляющий ФИО5 (г. Вологда; далее – Должник) ФИО1, ссылаясь на статьи 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 60, 61.2, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в Арбитражный суд Вологодской области в рамках дела о банкротстве Должника с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к ФИО2 (г. Вологда) о признании недействительной сделки Должника – договора купли-продажи от 20.07.2014 и применении последствий ее недействительности в виде признания недействительным свидетельства и погашения записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее – ЕГРП) о праве собственности ФИО2 на 7/20 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, признания за Должником права собственности на указанную долю и внесения соответствующей записи в ЕГРП.

Определениями от 07.03.2017, от 21.09.2017 к участию в данном обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (местонахождение: 190000, Санкт-Петербург, ФИО6 ул., д. 29; ОГРН <***>; ИНН <***>; далее – Банк), Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области (местонахождение: 160001, <...>) и ФИО3 (г. Вологда).

Определением от 26.10.2017 в заявлении отказано.

Финансовый управляющий с судебным актом не согласился, в апелляционной жалобе, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просил определение отменить и удовлетворить заявленные требования. По мнению подателя жалобы, при заключении оспариваемой сделки Должником было отчуждено ликвидное имущество, что свидетельствует о недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) сторон сделки, направленных на целенаправленный вывод активов Должника, подлежащих включению в конкурсную массу. Полагает, что на дату заключения договора купли-продажи Должник имел признаки неплатежеспособности (задолженность перед Банком). Ссылается на безденежность оспариваемой сделки. В судебном заседании заявитель поддержал апелляционную жалобу.

Представитель ФИО2 и ФИО3 в заседании суда доводы жалобы отклонил по основаниям, приведенным в отзыве.

Остальные лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте его разбирательства, в суд не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Заслушав объяснения явившихся лиц, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как видно из дела и установлено судом первой инстанции, 20.07.2014 ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель) в лице представителя ФИО3 заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец принял на себя обязательство передать покупателю 7/20 доли в праве общей долевой собственности земельного участка, с кадастровым номером 35:25:0701035:116, общей площадью 26 000 кв. м (категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведение личного подсобного хозяйства, адрес участка: Вологодская обл., Вологодский р-н, Прилукский с/с), а покупатель обязался принять и оплатить имущество.

Земельный участок передан покупателю по акту приема-передачи от 23.07.2014.

По соглашению сторон земельный участок оценен в 3 000 000 руб. (пункт 3 договора).

Пунктом 4 договора стороны определили, что покупатель уплачивает продавцу указанную сумму в момент подписания договора.

Получение денежных средств от покупателя ФИО5 подтвердил распиской на договоре следующего содержания: «Расчет между сторонами произведен полностью. Претензии стороны друг к другу не имеют» (пункт 4 договора).

Подлинность данной расписки Должник в ходе судебного разбирательства подтвердил.

Государственная регистрация перехода права собственности на земельный участок произведена 08.08.2014, о чем в ЕГРП сделана запись за номером 35-35-01/537/2014-053.

Определением от 26.10.2016 принято к производству заявление ФИО5 о признании его банкротом, возбуждено производство по делу о банкротстве Должника.

Решением от 02.12.2016 гражданин признан несостоятельным, введена процедура реализации его имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Финансовый управляющий, ссылаясь на недействительность договора купли-продажи от 20.07.2014 по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на его ничтожность в силу статей 10, 168 ГК РФ, 31.01.2017 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции признал их необоснованными по праву.

Оценив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с вынесенным определением.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно положениям пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города Федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки граждан, совершенные до указанной даты с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановления № 63),в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Поскольку в данном случае оспариваемая сделка совершена 20.07.2014, то есть до 01.10.2015, суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие оснований для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при проверке обоснованности заявления финансового управляющего о недействительности договора купли-продажи.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для установления в действиях граждан злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

В пункте 10 Постановления № 32 отмечено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Из пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Кодекса необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу.

Согласно положениям абзаца третьего пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. То есть презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В данном случае таких фактов не установлено.

Ссылка заявителя на безденежность договора купли-продажи правомерно отклонена судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Кодекса). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункты 87, 88 Постановления № 25).

При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу статьи 170 ГК РФ притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

О притворности свидетельствует не столько содержание договора, сколько совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора. При совершении притворной сделки имеет место несовпадение совершенного волеизъявления с действительной волей сторон; в случае заключения притворной сделки целью сторон является достижение определенных правовых последствий, при этом воля сторон направлена на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в волеизъявлении сторон.

Суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения сторон спора по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к выводу о том, что финансовым управляющим не опровергнута презумпция добросовестности сторон оспариваемой сделки, не доказана ее притворность. Также не имеется доказательств того, что при совершении сделки стороны действовали не в целях создания соответствующих правовых последствий, а вели себя недобросовестно и злонамеренно.

Суждений, которые бы позволили усомниться в правильности этого вывода, в апелляционной жалобе не содержится.

В материалах дела усматривается реальное исполнение договора покупателем в части оплаты приобретенного имущества.

Таким образом, обстоятельства дела судом исследованы в полном объеме. С учетом сформулированного предмета требования сделан правомерный вывод об отказе в его удовлетворении.

Суд апелляционной инстанции считает, что всем доводам финансового управляющего, приведенным в заявлении и продублированным в апелляционной жалобе, в определении дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда являются законными и обоснованными.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой обстоятельств и имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого определения.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления финансового управляющего не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО1 по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Определением апелляционного суда от 15.12.2017 заявителю предоставлена отсрочка в уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы. Поскольку в удовлетворении жалобы отказано, государственную пошлину следует взыскать с Должника по правилам статьи 110 АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в пунктах 19 и 24 Постановления № 63.

Руководствуясь статьями 110, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 26 октября 2017 года по делу № А13-10652/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в федеральный бюджет 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в месячный срок.

Председательствующий

С.В. Козлова

Судьи

О.Н. Виноградов

А.В. Журавлев