Гражданский кодекс часть 1

при участии в судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Иркутской области представителей:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Электросвязь» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 07.09.2021);

общества с ограниченной ответственностью «Южное управление Жилищно-коммунальными системами» - ФИО3 (доверенность от 06.10.2021);

ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 21.07.2020);

ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 20.07.2021),

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционную жалобу конкурсного кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Южное управление Жилищно-коммунальными системами» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 апреля 2021 года по делу № А19-19357/2017

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Электросвязь» ФИО1 к ФИО8, ФИО6, ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

в деле о несостоятельности (банкротстве)общества с ограниченной ответственностью «Электросвязь» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664009 Иркутск, ул. Красноярская, д. 31/1 оф. 201),

установил:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Электросвязь» (далее – ООО «Электросвязь», должник) возбуждено Арбитражным судом Иркутской области на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Южное управление Жилищно-коммунальными системами» (далее - ООО «Южное управление Жилищно-коммунальными системами», кредитор), принятого определением от 20.10.2017.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 30.07.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 23.06.2020 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО8 (далее - ФИО8, ответчик), ФИО6 (далее - ФИО6, ответчик), ФИО4 (далее - ФИО4, ответчик) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 15.04.2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, кредитор его обжаловал в апелляционном порядке, просил отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 15.04.2021 полностью и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе кредитор выражает несогласие с определением суда первой инстанции в связи со следующим.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что исполнительные листы в отношении ООО «Иркнэт Телеком», выданные в 2016-2017 годах, в службу судебных приставов предъявлены не были, что свидетельствует о том, что ООО «Электросвязь» в лице своих руководителей не предпринимало меры по принудительному взысканию данной дебиторской задолженности. Более того, оригиналы вышеуказанных исполнительных листов были переданы конкурсному управляющему в 2018 году от бывшего руководителя - ФИО8

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что суд не дал надлежащую правовую оценку сделке по отчуждению транспортного средства, заключенной с ФИО6

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО6 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить определение суда первой инстанции без изменения.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить определение суда первой инстанции без изменения.

27.09.2021 от конкурсного управляющего поступили письменные пояснения с приложением копии заявления о возбуждении исполнительного производства, копии протокола о результатах проведения торгов № 76701, распечатка из официального сайта Федеральной службы судебных приставов, копии договора купли-продажи прав требования от 17.03.2021, копии акта сдачи-приемки документации от 09.04.2021.

07.10.2021 от ФИО4 во исполнение определения Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 поступили пояснения с приложением распечатки из официального сайта Федеральной службы судебных приставов, сообщения о результатах торгов, сведений о заключении договора купли-продажи.

Согласно абзацу 2 части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 настоящего Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции приобщает к материалам дела дополнительно представленные документы, приложенные к письменным пояснениям конкурсного управляющего и ФИО4

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2021 на основании части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Кайдаш Н.И. на судью Корзову Н.А. В силу части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство производится с самого начала.

В судебном заседании представители кредитора и конкурсного управляющего поддержали доводы апелляционной жалобы.

Представители ФИО6 и ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

При рассмотрении обособленного спора судом установлены следующие обстоятельства.

ФИО6 являлся руководителем должника с 23.11.2009 по 09.09.2015; ФИО4 являлся руководителем должника с 17.09.2015 по 12.07.2016, а также учредителем должника с 23.11.2009 и единственным учредителем с 16.09.2015; ФИО8 являлся руководителем должника с 18.08.2016 по 21.08.2018.

01.06.2015 заключен договор купли-продажи автотранспорта № 7, по которому ООО «Электросвязь» в лице руководителя ФИО6 произвело отчуждение в пользу ФИО4 - учредителя должника, транспортное средство: Toyota Camri, государственный регистрационный знак - <***> rus. Стоимость автомобиля, в соответствии с пунктом 3.1 договора составила 550 000 рублей. При этом, стоимость автомобиля по указанной сделке оплачена частично в размере 212 500 рублей. Оставшиеся денежные средства в размере 337 500 рублей не оплачены. Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.03.2020 договор купли-продажи № 7 от 01.06.2015 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу ООО «Электросвязь» 909 700 рублей. Согласно выписке по расчетному счету должника, 10.06.2015 ФИО4 внесены на расчетный счет ООО «Электросвязь» 100 000 рублей; в назначении платежа указано «Оплата по договору купли-продажи № 7 от 01.06.2015 без НДС». По мнению конкурсного управляющего, в результате действий ФИО4 и ФИО6, должник понес прямые убытки в размере 809 700 рублей - разница между реальной стоимостью автомобиля и фактически выплаченными за него денежными средствами.

По договору купли-продажи автотранспортного средства от 30.07.2014 ООО «Электросвязь» в лице учредителя ФИО4 обязалось передать в собственность ФИО6 - генерального директора должника за 600 000 рублей автомобиль Opel Insignia NB, государственный номер <***>. По акту приема-передачи автотранспортного средства от 30.07.2014 продавец передал, а покупатель принял спорный автомобиль в технически исправном состоянии. Согласно пункту 3.2 договора купли-продажи, расчеты по договору осуществляются сторонами в следующем порядке: в течение 3 рабочих дней после подписания настоящего договора; 300 000 рублей, в том числе НДС 18% покупатель перечисляет на расчетный счет продавца в течение 12 месяцев. Согласно отчету № 185-1-A/2018 об оценке стоимости имущества от 17.12.2018, рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 30.07.2014 составляла 841 500 рублей, которая превышает стоимость полученного встречного исполнения. Согласно выписке по расчетному счету должника 13.04.2015 ФИО6 внесены на расчетный счет ООО «Электросвязь» 100 000 рублей. В назначении платежа указано «Оплата по договору купли-продажи автотранспорта от 30 июля 2014, ФИО6 Иркутск, Советская, 176, ИВАИИ». По мнению конкурсного управляющего, в результате указанных действий ФИО4 и ФИО6, должник понес прямые убытки в размере 741 500 рублей - разница между реальной стоимостью автомобиля и фактически выплаченными за него денежными средствами.

Кроме того, 16.10.2014 заключен договор поручения № 4, в соответствии с которым ООО «Электросвязь» (Доверитель) поручило ООО «Консалт-Профи» (Поверенный) оказать квалифицированную правовую помощь по взысканию с ООО «Иркнэт Телеком» задолженности по договору № 6725 от 01.03.2012. В соответствии с п. 2.1 договора размер вознаграждения Поверенного за оказанные услуги составил 130 000 рублей. Впоследствии, за период с 13.09.2016 по 24.11.2016 в пользу ООО «Консалт-Профи» должником перечислено 1 430 000 рублей. В платежных поручениях на сумму 130 000 рублей в назначении платежа указано: об оплате по договору № 4 за юридические услуги за январь 2016 г. - ноябрь 2016 г.. Вместе с тем, из содержания договора № 4 от 16.10.2014, отчета поверенного об исполнении договора от 10.08.2016, акта выполненных работ от 10.08.2016 ООО «Консалт-Профи» поручено ведение лишь одного конкретного дела о взыскании денежных средств. Никаких дополнительных соглашений, а так же отчетов об оказании услуг и актов выполненных работ на сумму 1 430 000 рублей конкурсному управляющему не представлено. В отсутствие документов, подтверждающих наличие у должника задолженности перед ООО «Консалт-Профи» в размере 1 300 000 рублей конкурсный управляющий полагает действия руководителей должника по перечислению денежных средств в таком размере неправомерным и противоречащим принципу разумности и добросовестности. Договор поручения № 4 от 16.10.2014 от имени должника заключен ФИО6, денежные средства за период с 13.09.2016 по 24.11.2016 перечислялись ФИО8, единственным учредителем должника являлся ФИО4. На момент совершения неправомерных действий по перечислению денежных средств за период с 13.09.2016 по 24.11.2016 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на общую сумму 7 535 324,56 рублей. Задолженность включена в реестр требований кредиторов должника. Имущественный ущерб от неправомерных действий составил 1 300 000 рублей.

04.08.2015 между должником (Покупатель) и ООО «Консалт-Профи» (Поставщик) заключен договор поставки, по которому ООО «Консалт-Профи» обязалось поставить должнику «Устройство для блокирования потока жидкости в трубопроводе «Терминатор 4М». В соответствии с п. 2.1 договора поставки № 17 стоимость поставляемого оборудования составила 1 040 000 рублей. 03.09.2015 в пользу ООО «Консалт-Профи» перечислено 420 000 рублей с назначением платежа «За устройство для блокирования потока жидкости в трубопроводе «Терминатор 4М»«, впоследствии за период с 14.09.2016 по 19.09.2016 в пользу ООО «Консалт-Профи» дополнительно перечислено 620 000 рублей. В платежных поручениях на сумму 155 000 рублей в назначении платежа указано на частичную оплату по договору поставки № 17 от 04.08.2015. Общая сумма перечисленных средств составила 1 040 000 рублей, что соответствует стоимости по договору поставки № 17 от 04.08.2015. Акт приема - передачи поставленного оборудования, а так же само оборудование бывшим руководителем конкурсному управляющему не передавался. 10.08.2015 должник заключил аналогичный договор поставки № 164/ЗИ с ООО «РостГидроХолдинг» на приобретение аналогичного оборудования «Терминатор-Профи», общей стоимостью 290 000 рублей. При таких обстоятельствах, отклонение в стоимости между аналогичными устройствами составило более 3,5 раза. Более того, приобретение столь дорогостоящего актива должно было отразиться на величине основных средств в 2016 г., однако данный факт в бухгалтерской отчетности не отражен, что ставит под сомнение факт передачи оборудования от ООО «Консалт-Профи» в адрес ООО «Электросвязь», а, следовательно, под сомнением и реальность самой сделки. Конкурсный управляющий полагает, что действия руководителей должника по приобретению оборудования у юридической фирмы ООО «Консалт-Профи» практически в 4 раза дороже, в то время как в этот же период должник приобрел аналогичное оборудование у специализированной компании-производителя по значительно меньшей стоимости, а также не принятие мер по взысканию оплаченных денежных средств в связи с тем, что оборудование фактически не было поставлено, являются неправомерным и противоречащим принципу разумности и добросовестности. Договор поставки № 17 от 04.08.2015 от имени должника заключен ФИО6, денежные средства, за период с 14.09.2016 по 19.09.2016 перечислялись ФИО8, единственным учредителем должника являлся ФИО4 На момент заключения указанного договора у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на общую сумму 3 101 261,61 рублей. Задолженность включена в реестр требований кредиторов должника. Имущественный ущерб от неправомерных действий составил 1 040 000 рублей.

За период с 13.09.2016 по 28.09.2016 должником в пользу ООО «АгроЭнергоСтрой» перечислено 4 840 000 рублей. В платежных поручениях на суммы до 500 000 рублей в назначении платежа указано на оплату услуг по договору № 57 от 01.11.2013. Указанный договор № 57 от 01.11.2013, а так же акты об оказании услуг конкурсному управляющему не передавались. Данные, полученные от ООО НКЦ «Система», занимавшегося ведением бухгалтерского учета до 31.12.2015, не подтверждают факта существования каких-либо договорных и (или) иных взаимоотношений с ООО «АгроЭнергоСтрой» в 2013-2015 гг.. Деловая цель у перечислений денежных средств в крупном размере по договору, существование которого вызывает сомнения, без перспективы получения выручки, которая бы помогла выяснить в чьих интересах производятся данные затраты - также является сомнительной или вообще отсутствует. В отсутствие документов, подтверждающих наличие у должника задолженности перед ООО «АгроЭнергоСтрой» в размере 4 840 000 рублей конкурсный управляющий полагает действия руководителей должника по перечислению денежных средств в таком размере неправомерным и противоречащим принципу разумности и добросовестности. Денежные средства перечислялись ФИО8, являвшимся на тот момент руководителем должника, единственным учредителем должника являлся ФИО4 На момент совершения неправомерных действий по перечислению денежных средств у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами на общую сумму 7 535 324,56 рублей. Задолженность включена в реестр требований кредиторов должника. Имущественный ущерб от неправомерных действий составил 4 840 000 рублей.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, конкурсный управляющий просил:

- привлечь солидарно ФИО6, ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Электросвязь»;

- взыскать солидарно с ФИО6, ФИО4 и ФИО8 в пользу ООО «Электросвязь» денежные средства в размере 9 178 667,04 рублей;

- взыскать с ФИО6 и ФИО4, солидарно, убытки, причиненные ООО «Электросвязь» в размере 809 700 рублей - прямые убытки, причиненные вследствие заключения и исполнения договора купли - продажи транспортного средства № 7 от 01.06.2015;

- взыскать с ФИО6 и ФИО4, солидарно, убытки, причиненные ООО «Электросвязь» в размере 741 500 рублей - прямые убытки, причиненные вследствие заключения и исполнения договора купли - продажи автотранспортного средства от 30.07.2014;

- взыскать с ФИО8 убытки, причиненные ООО «Электросвязь» в размере 1 300 000 рублей - прямые убытки, причиненные вследствие неправомерного перечисления денежных средств в пользу ООО «Консалт-Профи» по договору поручения № 4 от 16.10.2014;

- взыскать с ФИО6 и ФИО8, солидарно, убытки, причиненные ООО «Электросвязь» в размере 1 040 000 рублей - прямые убытки, причиненные вследствие неправомерного перечисления денежных средств в пользу ООО «Консалт-Профи» по договору поставки оборудования № 17 от 04.08.2015;

- взыскать с ФИО8 убытки, причиненные ООО «Электросвязь» в размере 4 840 000 рублей - прямые убытки, причиненные вследствие неправомерного перечисления денежных средств в пользу ООО «АгроЭнергоСтрой» по договору № 57 от 01.11.2013.

В связи с тем, что обстоятельства, которые указаны заявителем в качестве основания для привлечения к ответственности, возникли в период действия статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), рассмотрение заявления производилось по правилам, установленным названным Федеральным законом с использованием содержащихся в нем материальных норм, (пункт 3 статьи 4 Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», далее – Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ, пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Установив, что в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, вины, вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ответчиков.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль признан обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки.

Согласно абзацу 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Как установлено судом, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.03.2020 признан недействительным договор купли-продажи № 7 от 01.06.2015, заключенный между ООО «Электросвязь» и ФИО4; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в пользу ООО «Электросвязь» 909 700 рублей.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07.11.2019 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи автотранспорта от 30.07.2014, заключенного между ООО «Электросвязь» и ФИО6 и о применении последствий недействительности сделки.

По договору поручения № 4 от 16.10.2014 в материалы дела представлены судебные акты, подтверждающие факт надлежащего исполнения обязанностей по представлению интересов должника в судах различных инстанций.

Договор поставки от 04.08.2015 устройства для блокирования потока жидкости в трубопроводе «Терминатор 4М» свидетельствует о приобретении должником имущества, необходимого для выполнения должником его хозяйственной деятельности, предусмотренной уставом.

Договоры поручения № 4 от 16.10.2014, поставки от 04.08.2015, а также перечисление должником в пользу ООО «АгроЭнергоСтрой» денежных средств за период с 13.09.2016 по 28.09.2016 конкурсным управляющим не оспорены и недействительными не признаны.

Согласно бухгалтерскому балансу активы должника на 31.12.2016 составляли 16 721 000 рублей, на 31.12.2015 - 24 596 000 рублей, на 31.12.2014 - 19 500 000 рублей, кредиторская задолженность на 31.12.2016 составляла 16 711 000 рублей, на 31.12.2015 - 26 039 000 рублей, на 31.12.2014 - 18 355 000 рублей.

Кроме того, очередь неисполненных в срок расчетных документов (картотеки) к счету должника отсутствовала, инкассовые поручения в период с 07.09.2016 (с момента открытия счета) по 29.01.2018 (по дату закрытия счета) исполнялись, что отражено в выписке по счету (т. 1, л.д. 57).

Из пояснений ответчика ФИО4 следует, что судебные акты, представленные в материалы настоящего обособленного спора отражают реальность хозяйственной деятельности должника, который вел ее с положительным сальдо между затратами и доходами до начала 2016 года. В 2016 г. начались конфликтные взаимоотношения с потребителями услуг - управляющими компаниями и судебные процессы с компанией ООО «Иркнет Телеком», которая являлась основным потребителем услуг. ООО «Электросвязь» выступало посредником между управляющими компаниями и компаниями, которые осуществляют предоставление доступа в интернет. ООО «Иркнет Телеком» предоставляло доступ в интернет и должно было платить в пользу ООО «Электросвязь» за оказание последним услуг, а ООО «Электросвязь» должно было платить управляющим компаниям за использование оборудования и общедомового имущества в связи с прокладкой сетей по предоставлению доступа в интернет. Начиная с января 2016 г., ООО «Электросвязь» являлось ответчикам по искам ООО «Иркнет Телеком» о ненадлежащем предоставлении качества услуг, одновременно являлось истцом к ООО «Иркнет Телеком» о взыскании денежных средств в счет стоимости таких услуг и при этом ООО «Электросвязь» являлось ответчиком по искам управляющих компаний за пользование оборудованием и общедомовым имуществом. Задолженность ООО «Иркнет Телеком» перед должником взыскана, включена в конкурсную массу должника. Дебиторская задолженность продана с торгов в размере девяти млн. рублей. Задолженность перед ресурсоснабжающими организациями составила около 7 млн. рублей, установлена на основании судебных актов. Указанная задолженность не выплачена по той причине, что компания ООО «Иркнет Телеком» не рассчиталось с должником. При этом ООО «Иркнет Телеком» по состоянию на начало 2016 г. являлось основным клиентом, от которого полностью зависела платежеспособность должника.

Доводы ФИО4 конкурсным управляющим не опровергнуты.

В конкурсную массу должника включена задолженность ООО «Иркнэт Телеком» в размере 7 974 429,56 рублей, ФИО4 в размере 909 700 рублей. Данная задолженность реализована на электронных торгах, состоявшихся 11.03.2021. 17.03.2021 заключен договор купли-продажи права требования с победителем торгов. Денежные средства от реализации вышеуказанной задолженности не поступили на расчетный счет должника. Так же, в конкурсную массу должника включена задолженность ФИО9 в размере 3 667 326,75 рублей.

Судом первой инстанции установлено, что на начало 2016 года отсутствовало состояние недостаточности имущества в силу того, что размер дебиторской задолженности ООО «Иркнэт Телеком» перед ООО «Электросвязь» превышал размер обязательств перед кредиторами должника.

Из выписок по расчетному счету должника следует, что у ООО «Электросвязь» имелись оборотные денежные средства, дефицита денежных средств должник не испытывал, каких-либо инкассовых поручений к счету должника, в связи с чем он утратил бы возможность распоряжаться денежными средствами, в связи с чем в отношении него имелся бы признак неплатежеспособности не представлено.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что приведенные конкурсным управляющим обстоятельства не свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между заключением вышеуказанных договоров и наступлением неблагоприятных финансовых последствий для должника, приведших его к неплатежеспособности.

Достоверные и достаточные доказательства недобросовестности и неразумности действий ответчиков конкурсным управляющим в материалы дела не представлены.

Наличие у ответчиков цели причинения вреда обществу при совершении сделок конкурсный управляющий не доказал.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств существенной убыточности договоров, доказательств безусловно и однозначно свидетельствующих о том, что необходимой причиной банкротства должника послужили именно действия ответчиков по заключению должником договоров купли - продажи, поставки, поручения, перечисления денежных средств, то есть, что при условии не заключения указанных договоров объективное банкротство не наступило бы.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, вины, вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ответчиков.

Довод ООО «Южное управление Жилищно-коммунальными системами», приведенный апелляционному суду, относительно того, что исполнительные листы в отношении ООО «Иркнэт Телеком», выданные в 2016-2017 годах, в службу судебных приставов предъявлены не были, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку, как следует из материалов дела в суде первой инстанции стороны данный довод не заявляли, в связи с чем, правовые основания для рассмотрения, заявленного довода, указанного в тексте апелляционной жалобы, у апелляционного суда отсутствуют.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об убыточности сделок по отчуждению транспортных средств, совершенных ФИО10 и ФИО11 не могут послужить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Существо реституционного требования заключается в возврате сторон в то положение, в каком они пребывали до заключения договора, признанного недействительным, а в случае невозможности - возместить стоимость переданного имущества на момент его приобретения. Следовательно, такой способ защиты права является аналогичным взысканию убытков как расходов, которые лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права, то есть для покупки идентичной вещи взамен отчужденной на основании недействительной сделки, для цели полного возмещения вреда лицом, его причинившим (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества и восстановлении их имущественного положения. Процедура конкурсного оспаривания имеет ту же цель.

Исходя из позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3), требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Такой иск фактически точно так же направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, как предмет, так и основание предъявленных в рамках настоящего обособленного спора требований о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков, причиненных заключением указанной сделки, поглощаются реституционным требованием, установленным на основании вышенназванного судебного акта.

Судебными актами по настоящему делу договор купли-продажи автотранспорта № 7 от 01.06.2015 признан недействительным, применены последствия недействительной сделки в виде взыскания с контрагента по сделке денежных средств в сумме 909 700 руб. Контрагентом по сделке выступал ФИО4

Таким образом, ФИО4 уже имеет установленную судебным актом обязанность по выплате в пользу конкурсной массы соответствующей суммы.

Как следует из опубликованных конкурсным управляющим сообщений в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (№ 6322886 от 12.03.2021, № 6363925 от 19.03.2021), принадлежащие должнику права требования дебиторской задолженности были выставлены на торги и реализованы на основании договора продажи прав требования б/н от 17.03.2021 в пользу ФИО12.

Указанное лицо является в настоящий момент обладателем права требования к ФИО4 о возмещении вреда в порядке реституции в связи с признанием недействительным договора купли-продажи автотранспорта № 7 от 01.06.2015.

Взыскание этой же суммы повторно в качестве субсидиарной ответственности либо убытков является необоснованным, так как повлечет за собой двойную ответственность (аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.02.2021 по делу № А79-5259/2016, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 09.03.2021 по делу № А40-188637/2016).

Вопрос о причинении кредиторам вреда в результате заключения договора купли-продажи от 30.07.2017 также уже рассматривался судом в рамках настоящего дела о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07.11.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано в полном объеме.

Обосновывая отказ в удовлетворении требования, суд сослался на следующие обстоятельства:

- доводы конкурсного управляющего о том, что на момент продажи транспортного средства у должника имелась задолженность перед иными кредиторами не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделки (30.07.2014) (абз. 5 стр. 7 Определения);

- денежные средства в счет исполнения обязательств по оплате цены по договору внесены в полном объеме, в том числе путем внесения подотчет, что законом не запрещено (абз. 9 стр. 7, абз. 1 стр. 8 определения);

- оспариваемый договор заключен за пределами установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве трехлетнего срока подозрительности, в связи с чем у конкурсного управляющего отсутствует материальное право оспаривать такую сделку (п. 2 стр. 9 определения);

- наличие у сторон сделки умысла в причинении вреда кредиторам должника и злоупотреблении правом судом не установлено (абз. 5 стр. 11 определения).

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено отсутствие пороков названной сделки, в связи с чем она в равной степени не может становиться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности либо ответственности в виде взыскания убытков, поскольку в ином случае это бы являлось внепроцессуальным способом пересмотра вступивших в законную силу судебных актов.

В силу разъяснений, изложенных в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В Определении Верховного Суда РФ от 22.06.2020 г. по делу № 307-ЭС19-18723(2,3) указано, что при установлении того, повлекло ли поведении ответчиков по спору о привлечении к субсидиарной ответственности банкротство должника, необходимо установить следующее: реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки).

Между тем, указанные конкурсным управляющим сделки существенными для должника не являлись, значимого влияния на его благосостояние не оказали, не повлекли за собой вынужденную остановку деятельности или иные неблагоприятные последствия.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для изменения мотивировочной части определения суда не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 апреля 2021 года по делу № А19-19357/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья О.П. Антонова

Судьи Н.А. Корзова

О.В. Монакова