Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Иркутской области апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 мая 2022 года по делу № А19-2484/2018 по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ФИО1 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки, в деле о признании ФИО3 банкротом

при участии в судебном заседании:

от ФИО3: ФИО4 - представителя по доверенности от 02.08.2021,

от ФИО1: ФИО5 - представителя по доверенности от 02.08.2021,

установил:

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 17.01.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Финансовый управляющий 06.07.2021 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства № 12175 от 11.11.2015 на сумму 200 000 рублей, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу автомобиля FORD EXPLORER, 2013 года выпуска, VIN <***>.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 17.05.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства № 12175 от 11.11.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО3 транспортное средство FORD EXPLORER, 2013 года выпуска, VIN <***>.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, выражая несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о начале ее исполнения, но не ранее даты получения ответа ГУ МВД по Иркутской области от 04.05.2021. Полагает, что финансовый управляющий имела реальную возможность ранее узнать о заключенной сделке с ответчиком и обратиться в суд с заявлением о признании ее недействительной, однако обратилась лишь только 11.05.2021, т. е. с пропуском годичного срока исковой давности. Заявитель также считает, что отсутствует необходимая совокупность признаков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной, в материалах дела отсутствует доказательства наличия у ответчика, как у покупателя, сведений о неплатежеспособности должника или о недостаточности имущества. Выводы суда о заинтересованности по отношению к должнику со стороны ответчика полагает ошибочными.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО2 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Определением председателя третьего судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2022 на основании части 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена председательствующего судьи Монаковой О.В. на судью Гречаниченко А.В.

Участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного заседания, явку представителей не обеспечили.

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в рамках реализации предоставленных финансовому управляющему полномочий последнему стало известно о совершении оспариваемой сделки должника – договора купли-продажи транспортного средства № 12175 от 11.11.2015 за сумму в размере 200 000 руб., заключенного между ФИО1 и ФИО3

Ссылаясь на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагая, что указанная сделка в отсутствие встречного предоставления совершена с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов, при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением об оспаривании сделки должника. В качестве правового основания для признания сделки недействительной финансовым управляющим также указаны положения статей 10, 168 и 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы доказательства, в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), ст. 10, 168, 170, 181, 195, 196, 197, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пришел к выводу о том, что финансовый управляющий доказал совокупность оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, достаточных для признания оспариваемого Договора недействительной сделкой по указанному специальному основанию.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено специальное основание недействительности сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если она состоялась в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно:

- сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При этом установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

При установлении наличия (отсутствия) у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, которое раскрыто в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Должник на дату совершения оспариваемой сделки отвечал признаку неплатежеспособности. В материалы дела представлены решение Ангарского городского суда Иркутской области от 06.02.2017 по делу № 2-975/2017, судебный приказ мирового судьи судебного участка №26 г. Ангарска и Ангарского района Иркутской области от 06.06.2018 по делу №2а-1588/2018, где с ФИО3 в пользу ИФНС России по г. Ангарску Иркутской области взыскана задолженность по транспортному налогу за 2015-2016 годы в размере 61 678 руб., пени по транспортному налогу за 2014-2016 годы в размере 1 068 руб. 06 коп.

В пункте 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016 указано, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Соответственно, должник обладал признаками неплатежеспособности, с учётом сроков уплаты задолженности, уже на момент совершения оспариваемой сделки.

В материалы дела налоговым органом на основании запроса суда представлены сведения о доходах ФИО1, из которых видно отсутствие реальной финансовой возможности осуществить покупку спорного транспортного средства.

Должник в свою очередь не представил доказательств получения от ответчика денежных средств в качестве встречного предоставления по оспариваемому договору купли-продажи, не раскрыл целей, на которые были израсходованы полученные денежные средства.

Поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что цель причинения вреда имущественным интересам кредиторов совершением оспариваемой сделки является доказанной, подтверждается материалами дела.

Относительно обстоятельств осведомленности контрагента (ответчика) по оспариваемой сделке относительно цели ее совершения – причинения вреда имущественным интересам кредиторов судом первой инстанции надлежаще оценены доводы сторон и представленные доказательства.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные доказательства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении отношений фактического контроля и подчиненности, в силу ст. 65 АПК РФ бремя доказывания обратного переходит на ответчика, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 14 февраля 2019 года № 305-ЭС18-17629 по делу № А40-122605/2017).

Из содержания оспариваемого договора купли-продажи следует, что условия сделки носят явно невыгодный характер для должника ввиду следующего.

Цена отчужденного по договору-купли продажи транспортного средства составила по согласованию сторон 1 500 000 руб. В отсутствие доказательств наличия встречного предоставления по оспариваемой сделке, суд приходит к выводу, что ФИО1 не имел намерения и реальной финансовой возможности оплатить стоимость транспортного средства (доказательства обратного в материалы дела не представлено) и, соответственно, очевидно понимал, что права ФИО3 ущемлены данной сделкой, что, в свою очередь, свидетельствует о заинтересованности по отношении к должнику по смыслу положений статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из представленных в материалы дела документов следует, что у сторон сделки отсутствовала действительная воля на совершение оспариваемой сделки. В частности, это подтверждается тем, что фактически транспортное средство после оформления оспариваемого договора купли-продажи продолжало находиться в пользовании и распоряжении должника, о чем свидетельствуют, в том числе, факт предоставления непосредственно должником автомобиля для осмотра эксперту, оформление страховых полисов на имя должника, что в свою очередь свидетельствует о злоупотреблении сторон своими правами, нарушению прав иных лиц, в том числе кредиторов должника, свидетельствует о выводе ликвидного имущества должника.

В связи с вышеизложенным суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что финансовый управляющий доказал совокупность оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, достаточных для признания оспариваемого Договора недействительной сделкой по указанному специальному основанию.

Финансовый управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением, в качестве правового основания признания сделки недействительной указал также статьи 168, 170 ГК РФ, что соответствует разъяснениям Пленума ВАС РФ, отраженным в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, согласно которым наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Оспаривая сделку по купле-продаже транспортного средства, финансовый управляющий ссылался на мнимость соответствующей сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт. 1 статьи 170 ГК РФ, пункт 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25).

Мнимые сделки обладают пороком воли и совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий, в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

По смыслу нормы пункта 1 статьи 170 ГК РФ, лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (Постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 года № 11746/11).

Из материалов дела следует, что ФИО3 не передавал сведений и не уведомлял финансового управляющего о том, что между ним и ФИО1 имеются два подписанных договора о продаже транспортного средства от 11.11.2015, а также о том, что договор на сумму 200 000 рублей был представлен в ГИБДД на регистрацию. Довод о наличии второго договора купли-продажи транспортного средства апелляционный суд отклоняет, и принимает в качестве доказательства договор, представленный для целей регистрации в ГИБДД.

Договор купли-продажи транспортного средства был зарегистрирован в ГИБДД по Иркутской области от 13.05.2020.

Фактически транспортное средством находилось во владении и пользовании ФИО3, что подтверждаются постановлением о взыскании штрафа в размере 500 рублей от 21.07.2020г., от 17.11.2018, ответом Российского Союза Автостраховщиков от 24.05.2021 до 30.04.2021 страховщиком оспариваемого транспортного средства являлся ФИО3

Кроме того, финансовый управляющий в возражениях на доводы апелляционной жалобы указывает, что спорный автомобиль был включён в конкурсную массу, отражено в инвентаризационной описи, и арбитражным судом в рамках рассмотрения его спора об утверждении положения о реализации имущества должника была проведена оценочная экспертиза стоимости автомобиля, по результатам которой рыночная стоимость определена в размере 1 000 000 руб., при осмотре автомобиля оценщиком присутствовал лично ФИО3 как собственник, супруга должника представила в материалы обособленного спора заявление об отсутствии возражений относительно реализации автомобиля. Определением суда от 25.08.2020 в удовлетворении заявления об утверждении положения о реализации было отказано, поскольку представленное управляющим положение о порядке продажи имущества должника не приведено в соответствии с требованиями статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Вместе с тем, во внимание принимаются факты, установленные в ходе рассмотрения указанного спора.

В силу пункту 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки, которым воспользовался контрагент, является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 10, 168 ГК РФ.

В данной ситуации в действиях должника и ответчика имеются признаки злоупотребления правом, которое выразилось в выводе ликвидного актива из имущественной массы должника с целью недопущения последующего обращения взыскания на него в пользу кредиторов ФИО3

На основании вышеизложенного с учетом установленных обстоятельств, имеющихся в материалах дела доказательств, характер действий ответчика не соответствует критериям разумности и осмотрительности, которыми руководствуется добросовестный участник гражданского оборота.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016, в условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, нередко возникает ситуация, при которой происходит столкновение материальных интересов его кредиторов, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу, и самого должника на сохранение принадлежащего ему имущества за собой (через родственные связи, если должник – физическое лицо).

В рамках дела о банкротстве на день вынесения резолютивной части настоящего определения кредитором ФИО3 является также Федеральная налоговая служба, ПАО Сбербанк России.

В рассматриваемой ситуации действия ФИО3 и ФИО1. свидетельствуют о превышении ими пределов дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, которые направлены на вывод ликвидного имущества из состава имущества должника.

В связи с чем суд первой инстанции правомерно признал недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 12175 от 11.11.2015 также на основании статьей 10 и 170 ГК РФ.

Ответчик и должник заявляли о пропуске срока исковой давности.

С учетом статей 195, 199, 181 ГК РФ, учитывая вышеприведенные конкретные обстоятельства настоящего обособленного спора, принимая во внимание, что в рассматриваемой ситуации оспаривание сделки инициировано финансовым управляющим, не являющимся стороной спорной сделки купли-продажи, суд пришел к правомерному выводу, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о начале ее исполнения, но не ранее даты получения ответа ГУ МВД по Иркутской области от 04.05.2021. Финансовым управляющий обратился с рассматриваемом заявлением 06.07.2021, после получения соответствующих сведений от ГУ МВД по Иркутской области, ранее такой информацией управляющий не обладал и должник о совершении оспариваемой сделки финансового управляющего не уведомил, напротив, из его поведения и данных ГИБДД (сделка от 2015 года зарегистрирована 13.05.2020) следовало обстоятельство наличия у него автомобиля и оснований полагать совершение должником сделки по отчуждению автомобиля не было. Сведений, позволяющих исчислять срок исковой давности с другой даты, в деле не имеется.

В связи с чем суд первой инстанции обоснованно посчитал срок исковой давности соблюденным, заявление подлежало рассмотрению судом по существу.

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о соблюдении финансовым управляющим срока исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре – возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Принимая во внимание изложенное, суд правомерно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ФИО3 транспортное средство FORD EXPLORER, 2013 года выпуска, VIN <***>.

Доводы заявителя жалобы фактически сводятся к несогласию с обстоятельствами дела, установленными судом первой инстанции, и произведенной им оценкой доказательств. Указанные доводы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно им отклонены.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 мая 2022 года по делу № А19-2484/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.В. Гречаниченко

Судьи Н.И. Кайдаш

А.Е. Мацибора