Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Соломиной А.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 31 января 2018 года по делу № А19-25569/2017 по заявлению Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Шелеховскому району (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: <...>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

(суд первой инстанции: ДеревягинаН.В.)

в отсутствие в судебном заседании (до и после перерыва) представителей лиц, участвующих в деле,

и установил:

Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Шелеховскому району (далее – орган внутренних дел, административный орган) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 31 января 2018 года (с учетом определения суда первой инстанции об исправлении опечатки от 1 августа 2018 года) заявленное органом внутренних дел требование удовлетворено, предприниматель ФИО1 привлечена к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации в виде штрафа в размере 100 000 рублей с конфискацией и направлением на уничтожение алкогольной продукции, изъятой согласно протоколу изъятия вещей и документов от 4 ноября 2017 года.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия в действиях предпринимателя состава вмененного ему административного правонарушения и соблюдении процессуальных требований при производстве по делу об административном правонарушении.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, предприниматель ФИО1 обжаловала его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, считает его незаконным и необоснованным, ссылаясь на существенные процедурные нарушения, допущенные административным органом при производстве по делу.

В частности, предприниматель отмечает, что в протоколе об административном правонарушении в нарушение требований части 2 статьи 28.2 КоАП Российской Федерации не указаны адреса места жительства свидетелей, содержание пояснений свидетеля ФИО2, не заполнена графа «Факт административного правонарушения подтверждают свидетели», в графе о разъяснении прав свидетеля отсутствуют подписи свидетелей, не конкретизировано место составления протокола. Предпринимателю ФИО1, не владеющей в достаточной степени русским языком, не разъяснены права на услуги переводчика и защитника. Кроме того, протокол об административном правонарушении составлен должностным лицом органа внутренних дел с нарушением предусмотренного КоАП Российской Федерации срока.

На основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации) в судебном заседании 2 августа 2018 года объявлялся перерыв до 11 часов 15 минут3 августа 2018 года, о чем было сделано публичное объявление путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда апелляционной инстанции.

О времени и месте судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК Российской Федерации, что подтверждается телефонограммой от 12 июля 2018 года, а также отчетом о публикации 12 июля и 2 августа 2018 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству и публичного извещения о перерыве в судебном заседании, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришел к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 8 февраля 2016 года, ей присвоен основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя <***> (л.д. 32).

По договору аренды от 21 марта 2017 года предпринимателю ФИО1 в аренду предоставлено нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, площадью 130 кв.м. (л.д. 30-31).

С целью проверки фактов, изложенных в телефонном сообщении (л.д. 15), сотрудниками органа внутренних дел 4 ноября 2017 года был проведен осмотр арендуемого предпринимателем помещения, расположенного по указанному выше адресу и используемого под кафе «Шашлычный дом».

В ходе осмотра было установлено нарушение требований Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ), выразившееся (в том числе) в реализации алкогольной продукции без соответствующей лицензии.

Указанные обстоятельства зафиксированы в протоколе осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 4 ноября 2017 года (л.д. 20-21).

По протоколу изъятия вещей и документов от 4 ноября 2017 года произведено изъятие алкогольной продукции, находящейся в незаконном обороте, а именно:

- водки «Путинка», объемом 0,5 литра, изготовитель ООО «СВК» Кемеровская область г. Мариинск, дата розлива 29 сентября 2017 года, стоимостью 800 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- водка «Путинка», объемом 0,5 литра, изготовитель ООО «СВК» Кемеровская область, г. Мариинск, дата розлива 29 сентября 2017 года, стоимостью 800 рублей за единицу в количестве 1 бутылки (в открытом виде);

- шампанское «Российское» премиум, объемом 0,75 литра, изготовитель ООО «Салют» РСО Алания, дата розлива 21 сентября 2017 года, стоимостью 700 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- шампанское «Российское. Южная жемчужина», объемом 0,75 литра, изготовитель ООО «Салют», РСО Алания, дата розлива 26 сентября 2017 года, стоимостью 700 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- вино «Изабелла» красное, объемом 0,7 литра, изготовитель ООО «Винный стиль», г. Москва, дата розлива 19 июня 2017 года, стоимостью 700 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- водка «Беленькая», объемом 0,5 литра, изготовитель ООО «Георгиевский», г. Краснокаменск, дата розлива 20 сентября 2017 года, стоимостью 800 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- водка «Царь кедр», объемом 0,5 литра, изготовитель АО «Татспиртпром», г. Казань, дата розлива 15 сентября 2017 года, стоимостью 600 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- водка «Царь государев заказ», объемом 0,5 литра, изготовитель Группа компании «Синергия», Московская область, г. Краснокаменск, дата розлива 7 августа 2017 года, стоимостью 600 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- водка «Царская», объемом 0,5 литра, изготовитель ООО группа «Ладога» г. Санкт-Петербург, дата розлива отсутствует, стоимостью 1 000 рублей за единицу в количестве 1 бутылки;

- коньяк «Олд Баррел», объемом 0,5 литра, изготовитель ООО «Настоящая алкогольная компания» г. Дмитров, дата розлива 30 августа 2017 года, стоимостью 850 рублей за единицу в количестве 1 бутылки.

Выявленные в ходе осмотра нарушения послужили поводом для возбуждения в отношении предпринимателя ФИО1 дела об административном правонарушении, о чем 7 ноября 2017 года уполномоченным должностным лицом органа внутренних дел составлен соответствующий протокол АД № 738464/7 (л.д. 17-19).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации орган внутренних дел обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении предпринимателя ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции о наличии в действиях предпринимателя ФИО1 состава вмененного ей административного правонарушения, исходя из следующего.

На основании статьи 129 Гражданского кодекса Российской Федерации объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться, если они не ограничены в обороте (пункт 1). Законом или в установленном законом порядке могут быть введены ограничения оборотоспособности объектов гражданских прав, в частности могут быть предусмотрены виды объектов гражданских прав, которые могут принадлежать лишь определенным участникам оборота либо совершение сделок с которыми допускается по специальному разрешению (пункт 2).

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2003 года № 17-П, от 23 мая 2013 года № 11-П и от 30 марта 2016 года № 9-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Аналогичные цели государственного регулирования производства и оборота алкогольной продукции закреплены в пункте 1 статьи 1 Закона № 171-ФЗ.

Учитывая это, действующее законодательство предъявляет повышенные требования к обороту алкогольной продукции, включая ряд ограничений и запретов, за несоблюдение которых организации (индивидуальные предприниматели) могут быть привлечены к ответственности, в том числе административной (пункт 3 статьи 26 Закона № 171-ФЗ).

Одним из таких ограничений является установленный пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ запрет на оборот алкогольной продукции без соответствующих лицензий.

Применительно к розничной продаже алкогольной продукции данный запрет продублирован в подпункте 12 пункта 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ.

На основании пункта 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ такой вид деятельности, как розничная продажа алкогольной продукции, подлежит лицензированию.

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 11 и пунктом 1 статьи 16 Закона № 171-ФЗ оборот алкогольной продукции (за исключением розничной продажи пива и пивных напитков, сидра, пуаре, медовухи), в том числе розничную продажу такой продукции, вправе осуществлять только организации.

То есть выдача индивидуальным предпринимателям лицензий на осуществление розничной торговли алкогольной продукцией действующим законодательством не предусмотрена.

Однако данное обстоятельство вовсе не означает, что за незаконное (без лицензии) осуществление индивидуальными предпринимателями деятельности по розничной продаже алкогольной продукции они не могут быть привлечены к административной ответственности.

Как указано в пункте 2 Обзора судебной практики «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении арбитражными судами дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 6 декабря 2017 года, то обстоятельство, что для индивидуального предпринимателя установлен запрет на осуществляемую им деятельность, не может служить основанием для освобождения его от ответственности за ее ведение с нарушением установленных Законом № 171-ФЗ требований и правил.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 47) разъяснено, что в силу положений Закона № 171-ФЗ, в том числе пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 11, пункта 1 статьи 16, индивидуальные предприниматели вправе осуществлять только розничную продажу пива и пивных напитков, сидра, пуаре, медовухи, а также спиртосодержащей непищевой продукции.

В том случае, если индивидуальный предприниматель в нарушение указанных норм осуществляет какой-либо иной вид деятельности из числа перечисленных в пункте 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ, он может быть привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации за осуществление предпринимательской деятельности без соответствующей лицензии.

Таким образом, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации прямо указал, что в случае осуществления индивидуальными предпринимателями, закупок, розничной продажи и хранения алкогольной продукции без лицензии подобные противоправные действия могут быть квалифицированы по части 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации.

В пункте 8 Рекомендаций Научно-консультативного совета при Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа от 11 марта 2016 года также разъяснено, что действия индивидуальных предпринимателей по осуществлению розничной продажи алкогольной продукции (за исключением розничной продажи пива и пивных напитков, сидра, пуаре, медовухи) должны быть квалифицированы по части 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации за осуществление предпринимательской деятельности без соответствующей лицензии.

Приведенные правовые позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа в части незаконной розничной продажи алкогольной продукции подлежали применению в отношении административных правонарушений, совершенных индивидуальными предпринимателями до 30 июля 2017 года.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 265-ФЗ, вступившим в силу 30 июля 2017 года, КоАП Российской Федерации дополнен новой статьей 14.17.1, частью 2 которой установлена административная ответственность за незаконную розничную продажу алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица (индивидуальным предпринимателем), если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния.

Совершение подобного правонарушения с 30 июля 2017 года влечет наложение административного штрафа в размере от 100 000 до 200 000 рублей с конфискацией алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Учитывая, что административная ответственность за рассматриваемое правонарушение может быть применена только в случае, если противоправное действие (незаконная продажа алкогольной продукции) не содержит уголовно наказуемого деяния, при квалификации административного правонарушения по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации необходимо иметь в виду положения статьи 171.4 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК Российской Федерации), введенной Федеральным законом от 26.07.2017 № 203-ФЗ и действующей с 26 августа 2017 года, в соответствии с которой незаконная розничная продажа алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции, если это деяние совершено неоднократно, влечет уголовную ответственность.

Примечанием 1 к этой статье предусмотрено, что под незаконной розничной продажей алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции понимается, в том числе, розничная продажа такой продукции (за исключением пива, напитков, изготавливаемых на основе пива, сидра, пуаре и медовухи) лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица.

Согласно примечанию 2 к данной статье под незаконной розничной продажей алкогольной и спиртосодержащей пищевой продукции, совершенной неоднократно, понимается продажа такой продукции лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние, в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию.

В свою очередь, на основании статьи 4.6 КоАП Российской Федерации лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

Таким образом, ответственность по статье 171.4 УК Российской Федерации наступает при условии, если на момент незаконной розничной продажи алкогольной продукции, имевшей место после 25 августа 2017 года, индивидуальный предприниматель является лицом, подвергнутым административному наказанию по части 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации (до 30 июля 2017 года) или части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации (после 30 июля 2017 года).

Имея в виду практику Пленума и Президиума Верховного Суда Российской Федерации по статье 264.1 УК Российской Федерации (пункт 10.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения»; Ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению положений статьи 159.4 в связи с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П и статьи 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 31 июля 2015 года)), следует признать, что для целей статьи 171.4 УК Российской Федерации будет учитываться административное наказание, назначенное индивидуальному предпринимателю до 26 августа 2017 года за незаконную продажу алкогольной продукции, если на момент совершения нового правонарушения не истек срок, установленный статьей 4.6 КоАП Российской Федерации, поскольку лицо, подвергнутое административному наказанию за указанное правонарушение до 26 августа 2017 года, совершая аналогичное правонарушение после названной даты, осознает, что совершает тем самым уголовно наказуемое деяние, запрещенное статьей 171.4 УК Российской Федерации.

Таким образом, при рассмотрении дел о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации необходимо выяснять, среди прочего, и вопрос о том, привлекался ли индивидуальный предприниматель к административной ответственности за незаконную розничную продажу алкогольной продукции (до 30 июля 2017 года – по части 2 статьи 14.1 КоАП Российской Федерации, после 30 июля 2017 года - по части 2 статьи 14.17.1 этого же Кодекса), исполнено ли вступившее в законную силу решение арбитражного суда о привлечении к административной ответственности и не истек ли годичный срок со дня окончания исполнения им соответствующего решения арбитражного суда.

Вместе с тем, факт неоднократного привлечения индивидуального предпринимателя к административной ответственности за незаконную розничную продажу алкогольной продукции не имеет значения для квалификации его противоправных действий по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации, если рассматривается вопрос о привлечении к ответственности за подобное правонарушение, совершенное до 26 августа 2017 года, то есть до вступления в силу статьи 171.4 УК Российской Федерации.

В рассматриваемом случае вмененное предпринимателю правонарушение было выявлено 4 ноября 2017 года, то есть после вступления в силу статьи 171.4 УК Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 22 декабря 2017 года по делу № А19-19328/2017 предприниматель ФИО1 была привлечена к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации (за розничную продажу алкогольной продукции в том же кафе, имевшую место 24 августа 2017 года).

Учитывая, что на момент совершения рассматриваемого административного правонарушения (4 ноября 2017 года) предприниматель ФИО1 еще не была подвергнута административному наказанию за аналогичное правонарушение, суд апелляционной инстанции полагает, что противоправные действия предпринимателя органом внутренних дел и судом первой инстанции квалифицированы верно.

В силу статьи 26.1 КоАП Российской Федерации к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Такие обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП Российской Федерации, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации).

Как уже отмечалось выше, сотрудниками органа внутренних делбыл выявлен факт розничной продажи алкогольной продукции (одной бутылки водки «Путинка», емкостью 0,5 литра), имевший место 4 ноября 2017 года в кафе «Шашлычный дом», расположенном по адресу: <...>, в котором осуществляет свою деятельность предпринимательФИО1

Данное обстоятельство достоверно подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе: протоколом об административном правонарушении от 7 ноября 2017 года АД № 738464/7 (л.д. 17-19); письменными объяснениями предпринимателя ФИО1 от 7 ноября 2017 года (л.д. 28); письменными объяснениями свидетелей ФИО2 (л.д. 25), ФИО3 (л.д. 26), ФИО4 (л.д. 27) от 4 ноября 2017 года.

Так, в протоколе об административном правонарушении от 7 ноября 2017 года АД № 738464/7, подписанном предпринимателем без замечаний и возражений, подробно описано событие вмененного административного правонарушения (л.д. 17-19).

Давая объяснения, предприниматель ФИО1 пояснила, что «4 ноября 2017 года в кафе работники бара и кафе продали водку «Путинка», емкостью 0,5 литра по цене 800 рублей. Реализацией алкогольной продукции стала заниматься, чтобы поднять выручку в кафе, так как кафе только стало работать». Как указано ФИО1, алкогольную продукцию она приобретает в г. Иркутске, лицензии на розничную продажу алкогольной продукции не имеет, вину в совершении правонарушения признает в полном объеме (л.д. 28).

ФИО4 в письменном объяснении от 4 ноября 2017 года пояснил, что «работаю в данном кафе около одной недели, нахожусь на стажировке. В мои обязанности входит изготовление шашлыков. 4 ноября 2017 года в кафе намечается банкет в вечернее время, поэтому все бармены были заняты, а я находился в зале. Примерно около 16 часов 20 минут в кафе пришел мужчина, и я у него принял заказ: шашлык по цене 240 рублей, салат на сумму 360 рублей, сок 1 литр, водка «Путинка», емкостью 0,5 литра по цене 800 рублей, соус и лаваш. Мужчина сел за стол, я открыл водку «Путинка» и поставил сок и водку на стол заказчика. Затем в кафе вошли сотрудники полиции и спросили у меня лицензию на алкогольную продукцию. Я сказал, что лицензия находится у руководства. В баре имеется стеллаж, на котором на реализации стояла водка в ассортименте» (л.д. 27).

Из письменных объяснений ФИО3 от 4 ноября 2017 года следует, что она работает в кафе «Шашлычный дом» в качестве бармена в течение месяца. 4 ноября 2017 года она находилась в кафе и занималась подготовкой столов к банкету. ФИО3 пояснила, что «в период времени с 16 часов 20 минут до 16 часов 40 минут в кафе в баре находился ФИО4, который принял заказ у мужчины, я в это время была на кухне. Через некоторое время в кафе пришли сотрудники полиции и спросили, есть ли лицензия на розничную продажу алкогольной продукции, я пояснила, что в кафе лицензии нет. Алкогольную продукцию привозят без документов, подтверждающих качество и легальность ее оборота. 4 ноября 2017 года в баре на стеллаже на реализации находилась алкогольная продукция (водка) в ассортименте, а под барной стойкой стояла бутылка коньяка и открытая бутылка вина. Имеется ли лицензия на розничную продажу алкогольной продукции в кафе, сказать не могу. В баре не установлена база ЕГАИС для отслеживания оборота алкогольной продукции» (л.д. 26).

В свою очередь, покупатель спорной алкогольной продукции - гражданин ФИО2 - пояснил, что 4 ноября 2017 года он зашел в кафе «Шашлычный дом», чтобы покушать, заказал, в том числе, бутылку водки «Путинка», емкостью 0,5 литра по цене 800 рублей. Как указано ФИО2, «водку сок и рюмки принес бармен сразу. Когда я находился в кафе приехали сотрудники полиции, которые попросили у бармена показать лицензию. У меня спросили, где я приобрел водку «Путинка», емкостью 0,5 литра, я сказа, что в этом кафе и указал на стеллаж, где на реализации находилась алкогольная продукция в ассортименте. Бармен сказал, что все документы находятся у руководителя кафе. Затем в кафе приехал мужчина, который пояснил в моем присутствии, сто лицензию они еще не оформили» (л.д. 25).

Факт осуществления предпринимателем ФИО1 деятельности в помещении, расположенном по адресу: <...>, подтверждается договором аренды нежилого помещения от 21 марта 2017 года (л.д. 30-31), а наличие трудовых отношений между ФИО1 и ФИО4 – трудовым соглашением от 10 октября 2017 года (л.д. 34).

Как уже отмечалось выше, в силу требований пункта 1 статьи 11 и пункта 1 статьи 16 Закона № 171-ФЗ индивидуальные предприниматели не вправе осуществлять деятельность, связанную с розничной продажей алкогольной продукции (за исключением пива и пивных напитков, сидра, медовухи и пуаре).

Организации, осуществляющие розничную продажу алкогольной продукции в городских поселениях, обязаны фиксировать и передавать в единую государственную автоматизированную информационную систему учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (ЕГАИС) информацию об обороте такой продукции.

Согласно пункту 2 статьи 8 Закона № 171-ФЗ оборудование для учета объема оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции должно быть оснащено техническими средствами фиксации и передачи информации об объеме производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции в единую государственную автоматизированную информационную систему (ЕГАИС).

Абзацем шестнадцатым пункта 2 статьи 8 предусмотрено, что программно-аппаратные средства организаций, использующих оборудование для учета объема оборота (за исключением импорта) маркируемой алкогольной продукции, должны обеспечивать считывание с федеральных специальных марок и (или) акцизных марок сведений о такой продукции, указанных в пункте 3.1 статьи 12 настоящего Федерального закона, а также прием и передачу информации об обороте (за исключением импорта) такой продукции.

В развитие положений статьи 8 Закона № 171-ФЗ Постановлением Правительства Российской Федерации от 09.07.2016 № 650 утверждены Требования к техническим средствам фиксации и передачи информации об объеме производства и оборота алкогольной продукции в ЕГАИС.

Порядок функционирования ЕГАИС определен Правилами функционирования единой государственной автоматизированной информационной системы учета объема производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2015 № 1459 (далее – Правила ЕГАИС).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 5 Правил ЕГАИС ведение ЕГАИС осуществляется в электронном виде с использованием программных средств этой единой информационной системы и включает в себя внесение информации, указанной в пункте 6 настоящих Правил, в единую информационную систему и ее обработку.

На основании пункта 16 Правил ЕГАИС организации, использующие оборудование для учета объема розничной продажи маркированной алкогольной продукции, помимо информации, указанной в пункте 7 настоящих Правил, представляют в единую информационную систему с использованием программно-аппаратных средств информацию, указанную в подпунктах 18, 20, 23-26 и 30 пункта 6 настоящих Правил.

В свою очередь, подпунктами 23 и 24 пункта 6 Правил ЕГАИС предусмотрено, что в ЕГАИС включаются сведения о продаже каждой единицы алкогольной продукции (дата и время продажи, номер контрольно-кассовой машины, номер смены, номер кассового чека), а также сведения об алкогольной продукции, нанесенные на федеральную специальную марку или акцизную марку, которой маркирована реализованная алкогольная продукция.

В силу подпункта 13 пункта 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ не допускается розничная продажа алкогольной продукции без предоставления покупателю документа с наличием на нем штрихового кода, содержащего сведения по перечню, утвержденному приказом Росалкогольрегулирования от 06.07.2017 № 216, о факте фиксации информации о розничной продаже алкогольной продукции в единой государственной автоматизированной информационной системе.

С учетом приведенных требований Закона № 171-ФЗ и принятых в его развитие подзаконных нормативных правовых актов индивидуальные предприниматели не могут на легальном основании осуществлять деятельность по розничной продаже алкогольной продукции, в том числе в установленном порядке оформлять сделки по реализации такой продукции потребителям (выдавать кассовые чеки, документы с наличием на нем соответствующего штрихового кода и т.д.), в связи с чем отсутствие в материалах дела подобных документов не может свидетельствовать о недоказанности вмененного ФИО1 административного правонарушения.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации упомянутые выше доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они являются достаточными для квалификации противоправных действий предпринимателя ФИО1 по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Статьей 2.2 КоАП Российской Федерации предусмотрены формы вины, согласно части 2 административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Должностное лицо подлежит административной ответственности в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей (статья 2.4 КоАП Российской Федерации).

Согласно примечанию к статье 2.4 КоАП Российской Федерации лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, совершившие административные правонарушения, несут административную ответственность как должностные лица, если настоящим Кодексом не установлено иное.

Выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в том числе об отсутствии возможности для соблюдения соответствующих правил и норм, о принятии всех зависящих от него мер по их соблюдению, а также на основании иных доказательств, предусмотренных частью 2 статьи 26.2 КоАП Российской Федерации.

Имея в виду, что ФИО1 является предпринимателем, что предполагает знание ею требований действующего законодательства (в том числе о государственном регулировании оборота алкогольной продукции), а также учитывая, что вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Иркутской области от 24 октября 2017 года по делу № А19-19327/2017 и 22 декабря 2017 года № А19-19328/2017 предприниматель ФИО1 уже привлекалась к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 и части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации соответственно (за незаконную продажу алкогольной продукции 24 августа 2017 года), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности умышленной вины предпринимателя в совершении вменяемого ей административного правонарушения, поскольку ФИО1 имела возможность надлежащим образом выполнить требования Закона № 171-ФЗ, но не приняла все зависящие от нее меры по их соблюдению, что в итоге привело к возможности розничной продажи в принадлежащем ей на праве аренды нежилом помещении алкогольной продукции в отсутствие соответствующей лицензии.

Пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что полномочие может явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Из правовой позиции, выраженной в мотивировочной части 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года № 28-П, следует, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует.

Например, когда договор розничной купли-продажи оформляется в помещении торгового объекта (магазине, баре и т.д.), то у гражданина имеются все основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени организации, которой принадлежит данный торговый объект, наделено соответствующими полномочиями и действует от имени такой организации.

С учетом приведенной нормы, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и имеющихся в материалах дела доказательств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО4 как работник кафе «Шашлычный дом», в котором осуществляет свою деятельность предприниматель ФИО1, был фактически допущен последней к розничной продаже алкогольной продукции в отношениях с третьими лицами (покупателями алкогольной продукции, в том числе ФИО2) являлся представителем предпринимателя, то есть в любом случае действовал от ее имени.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 13 июля 2015 года № 304-АД15-7137, юридические лица и индивидуальные предприниматели обязаны обеспечить должный контроль как за выполнением требований законодательства в сфере розничной продажи алкогольной продукции, так и за выполнением таких требований своими работниками (представителями).

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, каких-либо существенных процедурных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении, которые бы препятствовали привлечению предпринимателя к ответственности, административным органом не допущено.

В частности, о времени и месте составления протокола об административном правонарушении предприниматель ФИО1 была извещена надлежащим образом; протокол об административном правонарушении от 7 ноября 2017 года был составлен с ее участием, при этом ФИО1 в установленном порядке были разъяснены предусмотренные КоАП Российской Федерации права и обязанности.

Учитывая, что предприниматель ФИО1 присутствовала при составлении протокола об административном правонарушении, факт совершения правонарушения не отрицала, при этом ей были разъяснены права, в том числе право знакомиться со всеми материалами административного дела, суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений прав предпринимателя на данной стадии производства по делу об административном правонарушении.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что органом внутренних дел не были разъяснены права на услуги переводчика и защитника ФИО1 не владеющей в достаточной степени русским языком, рассмотрен судом апелляционной инстанции и подлежит отклонению.

Как следует из материалов дела, протокол об административном правонарушении от 7 ноября 2017 года АД № 738464/7 (л.д. 17-19) содержит сведения о разъяснении ФИО1 прав, предусмотренных статей 51 Конституции Российской Федерации, 25.1, 24.2 КоАП Российской Федерации.

Кроме того, из объяснений предпринимателя от 7 ноября 2017 года (л.д. 28) также усматривается, что ФИО1 были разъяснены ее права, предусмотренные КоАП Российской Федерации, в том числе право пользоваться услугами переводчика и юридической помощью защитника, о чем отобрана соответствующая расписка. Письменные объяснения от 7 ноября 2017 года содержат рукописную отметку, сделанную ФИО1, в которой указано: «С моих слов записано верно, мною прочитано».

Указанные доказательства, а также выданная ФИО1 адвокату Поповой М.Г. доверенность от 18 июня 2018 года (л.д. 81) и довольно объемная апелляционная жалоба, подписанная самой ФИО1, а не ее представителем, определенно свидетельствуют о вполне хорошем знании Мамалян русского языка (в том числе при чтении текста).

Несостоятельным в правовом отношении является и довод предпринимателя о том, что нарушение срока составления протокола об административном правонарушении означает недопустимость данного доказательства.

Действительно, в соответствии с положениями статьи 28.5 КоАП Российской Федерации протокол об административном правонарушении составляется немедленно после выявления совершения административного правонарушения (часть 1). В случае, если требуется дополнительное выяснение обстоятельств дела либо данных о физическом лице или сведений о юридическом лице, в отношении которых возбуждается дело об административном правонарушении, протокол об административном правонарушении составляется в течение двух суток с момента выявления административного правонарушения (часть 2).

В рассматриваемом случае административное правонарушение было выявлено 4 ноября 2017 года, а протокол об административном правонарушении составлен 7 ноября 2017 года, то есть за пределами установленного статьей 28.5 КоАП Российской Федерации двухдневного срока с момента выявления административного правонарушения.

Между тем, нарушение срока составления протокола об административном правонарушении не относится к существенным нарушениям, поскольку такой срок не является пресекательным.

Изложенное соответствует правовой позиции, выраженной в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в соответствии с которой несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу, а также нарушение установленных статьями 28.5 и 28.8 КоАП Российской Федерации сроков составления протокола об административном правонарушении и направления протокола для рассмотрения судье.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2003 года № 10964/03 также указано, что само по себе нарушение срока составления протокола об административных правонарушениях, предусмотренного статьей 28.5 КоАП Российской Федерации, не является основанием, исключающим производство по делу об административном правонарушении, если этим протоколом подтверждается факт правонарушения и он составлен в пределах срока давности, установленного статьей 4.5 данного Кодекса.

Таким образом, составление органом внутренних дел протокола об административном правонарушении с нарушением двухдневного срока, установленного статьей 28.5 КоАП Российской Федерации, но в пределах годичного срока давности привлечения к ответственности, само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требования о привлечении предпринимателя ФИО1 к административной ответственности.

Относительно доводов предпринимателя о том, что протокол об административном правонарушении составлен с нарушением требований части 2 статьи 28.2 КоАП Российской Федерации, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Отсутствие в протоколе сведений об адресе места жительства свидетелей не влияет на законность и обоснованность принятого судебного акта, равно как и не умаляет доказательственного значения данного процессуального документа. Фиксация показаний свидетелей непосредственно в протоколе об административном правонарушении не является обязательным условием при составлении подобного документа.

К тому же из письменных объяснений свидетелей ФИО2 (л.д. 25), ФИО3 (л.д. 26) и ФИО4 (л.д. 27), отобранных у них 4 ноября 2017 года, личности данных свидетелей устанавливаются в полной мере.

Довод о недостойном (по мнению предпринимателя) поведении капитана полиции ФИО5 (страница 4 апелляционной жалобы) могут быть предметом служебной проверки по жалобе ФИО1, но не подлежат обсуждению при рассмотрении настоящего дела.

Предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации срок давности привлечения к административной ответственности судом первой инстанции не пропущен.

Административное наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей с конфискацией спорной алкогольной продукции соответствует действующему законодательству об административных правонарушениях, поскольку санкция части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации предусматривает наказание для должностных лиц (то есть и индивидуальных предпринимателей) в виде административного штрафа в размере от 100 000 до 200 000 рублей.

В соответствии со статьей 4.1 КоАП Российской Федерации административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с настоящим Кодексом (часть 1). При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Несмотря на наличие предусмотренного статьей 4.3 КоАП Российской Федерации обстоятельства, отягчающего ответственность предпринимателя (повторное совершение однородного правонарушения), суд первой инстанции посчитал возможным назначить предпринимателю ФИО1 наказание в виде штрафа в минимальном размере, определенном санкцией части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации, – 100 000 рублей с конфискацией алкогольной продукции, что не может нарушать ее прав и законных интересов.

Оснований для назначения административного наказания ниже низшего предела (части 2.2 и 2.3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации) суд апелляционной инстанции не находит.

В частности, исходя из смысла части 2.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации, определяющее значение для решения вопроса о возможности назначения административного наказания ниже низшего предела является наличие исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями.

Из пункта 5 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 года № 4-П также следует, что принятие решения о назначении административного штрафа ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей административной санкцией, допускается только в исключительных случаях.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2015 года № 1828-О указано, что поскольку административное наказание является средством государственного реагирования на совершенное административное правонарушение и как таковое применяется в целях предупреждения совершения новых административных правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, установленные данным Кодексом размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для обеспечения соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административного наказания не будет отвечать предназначению государственного принуждения в правовом государстве, которое должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств (санкций) для защиты прав и свобод человека и гражданина, а также иных конституционно признанных ценностей.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает, что назначение предпринимателю ФИО1 административного наказания ниже низшего предела не будет отвечать указанным выше целям.

При этом суд апелляционной инстанции не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, послуживших причиной совершения предпринимателем крайне грубого административного правонарушения, выразившегося в осуществлении в принадлежащем ей кафе «Шашлычный дом» оборота (розничной продажи) алкогольной продукции без наличия к тому законных оснований.

Так, предприниматель, в отношении которой уже велось производство по двум делам об административных правонарушениях, связанных с незаконным оборотом алкогольной продукции и имевших место 24 августа 2017 года, не могла не знать об установленных Законом № 171-ФЗ запретах и ограничениях и о том, что с 30 июля 2017 года административная ответственность за незаконную продажу значительно усилилась, а с 26 августа 2017 года за такие противоправные действия, совершенные неоднократно, введена уголовная ответственность, но, тем не менее, в ноябре 2017 года повторно допустила реализацию алкогольной продукции (водки) в принадлежащем ей на праве аренды нежилом помещении (кафе «Шашлычный дом»).

На основании части 3 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа может быть заменено являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицу, осуществляющему предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, или юридическому лицу, а также их работникам на предупреждение в соответствии со статьей 4.1.1 настоящего Кодекса.

В свою очередь, в соответствии с частью 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации также предусмотрено, что административное наказание в виде предупреждения назначается в случаях, если оно предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

С учетом взаимосвязанных положений части 2 статьи 3.4, части 3.5 статьи 4.1 и части 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации следует признать, что факт совершения предпринимателем ФИО1 достаточно грубого административного правонарушения в сфере оборота такой специфичной продукции, как алкогольная, выразившегося в розничной продаже алкогольной продукции без соответствующей лицензии, исключает замену административного штрафа предупреждением.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в соответствии с частью 2 статьи 3.4 и частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации административное наказание в виде предупреждения может быть применено только при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконного оборота алкогольной продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежит алкогольная продукция в случае, если ее оборот осуществляется без лицензии.

То есть Законом № 171-ФЗ предусмотрена следующая юридическая презумпция: алкогольная продукция, реализуемая без соответствующей лицензии, в силу одного лишь этого обстоятельства является находящейся в незаконной обороте.

Кроме того, согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» не могут находиться в обороте пищевые продукты, которые: не соответствуют представленной информации и в отношении которых имеются обоснованные подозрения об их фальсификации. Такие пищевые продукты признаются некачественными и опасными и не подлежат реализации.

Алкогольная продукции в отсутствие документов, подтверждающих легальность ее производства и оборота, признается фальсифицированной.

В этой связи, а также с учетом того, что доказательств наличия документов, предусмотренных пунктом 1 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ и подтверждающих легальность производства и оборота изъятой алкогольной продукции не представлено (и не могло быть представлено, поскольку легальная поставка алкогольной продукции, кроме пива и пивных напитков, индивидуальным предпринимателям невозможна), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности применения к предпринимателю ФИО1, хотя и имеющей статус субъекта малого предпринимательства, положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации (о замене административного штрафа предупреждением), поскольку исходит из того, что спорная алкогольная продукция (водка) в отсутствие лицензии и названных документов представляет угрозу жизни и здоровью потребителей такой продукции (при том, что материалами дела достоверно доказан факт розничной продажи такой продукции как минимум одному потребителю – гражданину ФИО2).

Кроме того, вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Иркутской области от 24 октября 2017 года по делу № А19-19327/2017 и от 22 декабря 2017 года по делу № А19-19328/2017 предприниматель уже привлекалась к административной ответственности за незаконную розничную продажу алкогольной продукции, имевшую место 24 августа 2017 года, что также исключает применение положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации.

Помимо административного штрафа, санкция части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 265-ФЗ и применяющейся с 30 июля 2017 года, предусматривает обязательное (безальтернативное) применение дополнительного наказания в виде конфискации алкогольной продукции.

Поэтому назначение судом первой инстанции предпринимателю дополнительного наказания в виде конфискации изъятой алкогольной продукции и направление ее на уничтожение также соответствует требованиям закона.

Исходя из требований части 6 статьи 205 АПК Российской Федерации, судом апелляционной инстанции повторно был обсужден вопрос о возможности квалификации совершенного предпринимателем правонарушения в качестве малозначительного.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях (пункт 18.1).

В пункте 4.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2013 года № 1-П указано, что в системе действующего правового регулирования освобождение от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного правонарушения не может использоваться для целей учета имущественного и финансового положения привлекаемого к административной ответственности юридического лица. Кроме того, освобождение от административной ответственности путем признания правонарушения малозначительным во всех случаях, когда правоприменительный орган на основе установленных по делу обстоятельств приходит к выводу о несоразмерности наказания характеру административного правонарушения, противоречило бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям административного наказания и не обеспечивало бы решение конституционно значимых задач законодательства об административных правонарушения.

Суд апелляционной инстанции не считает возможным признать допущенное ФИО1 правонарушение (с учетом его характера) малозначительным.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что она не извещалась судом первой инстанции о начавшемся судебном процессе, проверены, но не нашли своего подтверждения, поскольку опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

В частности, из материалов дела усматривается, что о времени и месте проведения судебного заседания предприниматель была извещена судом первой инстанции в установленном процессуальном законом порядке.

На основании части 4 статьи 121 АПК Российской Федерации судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Определение суда первой инстанции от 30 ноября 2017 года о принятии заявления к производству, подготовке дела к судебному разбирательству, назначении судебного заседания было своевременно (1 декабря 2017 года) опубликовано в разделе «Картотека арбитражных дел» на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru), что подтверждается отчетом о публикации.

Кроме того, определение Арбитражного суда Иркутской области от 30 ноября 2017 года о принятии заявления к производству, подготовке дела к судебному разбирательству, назначении судебного заседания было направлено по адресу, указанному в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей (далее - ЕГРИП), через организацию почтовой связи, однако почтовый конверт № 66402518707727 вернулся с отметкой «Истек срок хранения» (при этом имеются отметки о попытке вручения 9 декабря 2017 года и 12 декабря 2017 года).

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 28 декабря 2017 года об отложении судебного разбирательства направлялось как по адресу, указанному в ЕГРИП и паспорте (г. Байкальск, иные адресные сведения в целях соблюдения законодательства о персональных данных не приводятся), так и по адресу места жительства ФИО1, указанному в протоколе об административном правонарушении (р.п. Маркова, иные адресные сведения в целях соблюдения законодательства о персональных данных не приводятся), однако оба почтовых отправления (№ 66402518989352 и № 66402518989345) возвратились в связи с истечением срока хранения (при этом имеются отметки о двух попытках вручения каждого из почтовых отправлений).

На основании пункта 2 части 4 статьи 123 АПК Российской Федерации лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

Из пунктов 63 и 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также следует, что лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (в том числе судебных извещений). Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Статья 165.1 Гражданского кодекса подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции находит необоснованными и надуманными доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что она не была надлежащим образом извещена судом первой инстанции о дате и времени рассмотрения заявления органа внутренних дел о привлечении ее к административной ответственности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что заявление о привлечении к административной ответственности было вручено лично ФИО1 (л.д. 14), то есть она знала о факте обращения органа внутренних дел в Арбитражный суд Иркутской области, но не проявила какого-либо интереса к рассмотрению настоящего дела в суде первой инстанции.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы также рассмотрены, но при изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании они не опровергают правильных по существу выводов и суждений суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения предпринимателя ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных процессуальным законом оснований (в том числе безусловных оснований, поименованных в части 4 статьи 270 АПК Российской Федерации) для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 31 января 2018 года по делу № А19-25569/2017, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 31 января 2018 года по делу № А19-25569/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета уплаченную по чеку-ордеру от 26 июня 2018 года (операция 4979) государственную пошлину в сумме 150 рублей, выдав справку.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Иркутской области.

Председательствующий: Г.Г. Ячменёв

Судьи: Е.В. Желтоухов

В.А. Сидоренко