Гражданский кодекс часть 1

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Камчатского края с иском к бывшему руководителю общества с ограниченной ответственностью «Альянс» ФИО3 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 1 109 982 рублей 38 копеек, составляющих задолженность исключенного из реестра юридического лица (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)).

Определением суда от 04.04.2022 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены учредители общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (далее – ООО «Альянс») ФИО4 и ФИО1.

Решением суда от 31.05.2022 с ФИО4 и ФИО1 в пользу ИП ФИО2 солидарно взыскано 1 109 982 рублей 38 копеек, в удовлетворении иска к ФИО3 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке.

Полагая недоказанным круг обстоятельств, необходимых для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, апеллянт указал, что исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) само по себе не свидетельствует о виновных действиях его учредителей. По утверждению подателя жалобы, неуплата долга ИП ФИО2 была обусловлена отсутствием прибыли у общества вследствие наступления предпринимательского риска, а не умышленным уклонением ООО «Альянс» от исполнения обязательств. Кроме того, ответчик отметил, что действия регистрирующего органа не были обжалованы истцом.

В представленном письменном отзыве, приобщенном к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ, соответчик ФИО4 поддержал позицию апеллянта, полагал отсутствующими основания для привлечения учредителей общества к субсидиарной ответственности.

В числе доводов отзыва соответчиком указано, что поскольку формирование задолженности ООО «Альянс» перед ИП ФИО2 и ее последующее взыскание в судебном порядке произошло в период исполнения ФИО3 полномочий руководителя общества, субсидиарная ответственность по обязательствам общества возлагается именно на бывшего директора. Сам же ФИО4, намереваясь выйти из состава участников общества (и обратившись ввиду этого с иском о взыскании денежных средств, внесенных в целях увеличения уставного капитала общества; дело № А24-1458/2026 Арбитражного суда Камчатского края), не принимал участия в его деятельности с 2013 года, в том числе не подписывал протокол общего собрания от 11.11.2013 о назначении ФИО3 руководителем и не получал от ФИО3 уведомления о её увольнении от 05.02.2018.

Дополнительно ФИО4 обратил внимание на несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора, неполучение судебной корреспонденции (в частности, о привлечении его в качестве соответчика) и представленных участниками спора документов по делу.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал изложенные в жалобе доводы, отмечал неверное распределение судом бремени доказывания. Неявка в заседание суда иных участников спора, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствовала коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие в соответствии со статьей 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, суд установил, что решением Арбитражного суда Камчатского края от 17.07.2017 по делу № А24-1641/2017, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017, с ООО «Альянс» в пользу ИП ФИО2 взыскано 749 306 рублей долга по оплате транспортных услуг, оказанных по договору от 15.07.2016, 311 024 рубля 38 копеек неустойки, 19 652 рублей расходов по оплате государственной пошлины и 30 000 рублей расходов по оплате услуг представителя, всего – 1 109 982 рубля 38 копеек.

С целью принудительного исполнения решения суда предпринимателю выдан исполнительный лист серии ФС № 013308411, на основании которого судебным приставом-исполнителем 02.10.2019 в отношении ООО «Альянс» возбуждено исполнительное производство № 53710/19/41017-ИП.

25.02.2021 ООО «Альянс» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Постановлением судебного пристава от 27.02.2021 исполнительное производство № 53710/19/41017-ИП окончено в связи с внесением записи об исключении должника из ЕГРЮЛ, исполнительный лист возвращен взыскателю.

Полагая, что недобросовестные и неразумные действия директора и участников ООО «Альянс» привели к неспособности общества исполнить обязательства и в последующем – к исключению юридического лица из ЕГРЮЛ, что повлекло утрату возможности предпринимателя на получение взысканного в судебном порядке долга, ИП ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения бывшего руководителя общества ФИО3 к субсидиарной ответственности применительно к пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закона об ООО), однако установил доказанность совокупности необходимых условий для наступления заявленного вида ответственности в отношении участников общества ФИО4 и ФИО1

Проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 271 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и письменном отзыве, судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

Пунктами 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе, возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Из выписки ЕГРЮЛ следует, что общество исключено из реестра как недействующее юридическое лицо, при этом процедура прекращения была инициирована налоговым органом в связи с наличием в реестре недостоверных сведений об адресе юридического лица и его директоре.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Оценивая добросовестность ответчика ФИО3 как участника гражданских правоотношений (с учетом изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 правовой позиции об особенностях распределения бремени доказывания по данной категории дел, в том числе о возложении на руководителя обязанности по опровержению сомнений в его добросовестности), суд первой инстанции установил, что ФИО3 прекратила исполнять обязанности директора общества более, чем за три года до исключения его из ЕГРЮЛ – 05.02.2018 обратилась к участникам общества с заявлением об освобождении от занимаемой должности, 30.03.2018 в трудовую книжку ответчика была внесена запись о её увольнении из ООО «Альянс».

Более того, 19.11.2018 ФИО3 обратилась в налоговый орган с заявлением об исключении из ЕГРЮЛ записи о том, что она является генеральным директором общества, приложив сведения об обращении к участникам общества с заявлением об увольнении. 31.01.2019 ФИО3 в налоговый орган подано заявление о недостоверности сведений, включенных в ЕГРЮЛ об ООО «Альянс» в отношении его руководителя, на основании которого 07.02.2019 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности содержащихся в нем сведений о генеральном директора ООО «Альянс».

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что ФИО3, действуя добросовестно и разумно, уведомила налоговый орган о своем увольнении и впоследствии не могла влиять на исполнение обществом обязательств, представление им информации в целях устранения недостоверности сведений в ЕГРЮЛ и избежания исключения общества из реестра, ввиду чего сделал правомерный вывод об отсутствии вины бывшего руководителя в причинении убытков предпринимателю.

Доводы ФИО4 о неполучении им заявления ФИО3 об увольнении по собственному желанию опровергаются имеющимся в материалах дела уведомлением от 20.02.2018, а его ссылки на отсутствие у бывшего руководителя соответствующих полномочий вследствие неподписания данным участником протокола общего собрания от 11.11.2013 о назначении ФИО3 директором ООО «Альянс» отклоняются как недоказанные и не имеющие правового значения для настоящего спора.

Кроме того, коллегия отмечает непоследовательность аргументов ФИО4, утверждающего об отсутствии у ФИО3 полномочий с одной стороны, и настаивающего на возложении на неё как на руководителя обязанности по исполнению обязательств общества перед предпринимателем – с другой.

Вопреки указанию ФИО4, бывший руководитель не может быть привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из реестра юридического лица по мотиву возникновения задолженности ООО «Альянс» перед ИП ФИО2 в период осуществления ФИО3 руководства обществом (в 2016 году), так как данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности её действий и обусловлено рисковым характером предпринимательской деятельности.

В условиях подтвержденности прекращения полномочий ФИО3 задолго до исключения ООО «Альянс» из реестра, при непредставлении доказательств формирования задолженности вследствие неправомерных действий бывшего руководителя, а также ввиду того, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность принимаемых директорами решений, оснований для взыскания убытков с ФИО3 не имеется.

Исследуя вопрос о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для привлечения к субсидиарной ответственности участников общества ФИО4 и ФИО1 (обладающими по ½ доли участия в уставном капитале), суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что применительно к положениям статьи 53.1 ГК РФ данные соответчики являются лицами, которые имели фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе давать указания единоличному исполнительному органу, а также осуществлять руководство обществом в полном объеме после самоотстранения ФИО3

Презумпция контроля участников, каждый из которых обладает половиной доли в уставном капитале общества, над определением деятельности ООО «Альянс» документально не опровергнута.

Исходя из разъяснений пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (применимых к настоящему спору на основании пункта 1 статьи 6 ГК РФ с учетом единства сущности правоотношений, возникающих вследствие причинения вреда контролирующими лицами как в рамках дел о банкротстве, так и за рамками таких дел), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие, в том числе, у участников корпораций, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Проверяя наличие оснований для применения в настоящем случае указанного специального механизма возмещения вреда, причиненного кредитору ООО «Альянс», коллегия установила, что после внесения 07.02.2019 регистрирующим органом записи о недостоверности сведений о руководителе ООО «Альянс», учредителями общества длительное время не принималось решение об избрании нового директора, в связи с чем соответствующая запись оставалась в ЕГРЮЛ.

Также, 24.01.2020 в реестр были внесены сведения о недостоверности юридического адреса общества, доказательств принятия участниками общества каких-либо мер в отношении исключения или исправления данных сведений не представлено.

При этом, с 2016 года у ООО «Альянс» имелась непогашенная задолженность перед ИП ФИО2 по договору оказания транспортных услуг от 15.07.2016 в размере 1 060 330 рублей 38 копеек, впоследствии взысканная решением Арбитражного суда Камчатского края от 17.07.2017 по делу № А24-1641/2017. С учетом отнесения по результатам рассмотрения указанного спора судебных расходов на общество, задолженность ООО «Альянс» перед предпринимателем составила 1 109 982 рублей 38 копеек. Каких-либо мер к оплате долга обществом не принималось.

Как пояснил апеллянт, ввиду наступления предпринимательского риска деятельность общества с 2016 года являлась убыточной и не приносила дохода, достаточного для исполнения обязательств перед ИП ФИО2.

Исходя из изложенного, судебная коллегия считает, что участники ООО «Альянс», заведомо зная о длительном наличии у общества непосильных для него долговых обязательств, недобросовестно отстранились от исполнения обязанностей по руководству юридическим лицом, инициированию ликвидации общества или процедуры банкротства, что может свидетельствовать о намеренном бездействии ответчиков с целью уклонения от оплаты долга.

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные, в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.

Участники общества, владеющие 100% уставного капитала должника, устранившись от контроля за финансово-хозяйственной деятельностью последнего, не проявив должной степени заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью общества, в силу положений статей 15, 401 ГК РФ несут ответственность за бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной деятельности и последующему исключению общества из ЕГРЮЛ.

В материалах дела отсутствуют документы или сведения, подтверждающие то, что участниками общества предпринимались какие-либо действия по контролю за обществом в целях недопущения его исключения из ЕГРЮЛ, в том числе по смене единоличного исполнительного органа должника.

На основании вышеизложенного, при отсутствии в материалах дела доказательств обратного, в данном конкретном случае доказано наличие всех условий, необходимых для привлечения соответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом, ссылка апеллянта о возложении бремени доказывания на истца признается судебной коллегией неверной, поскольку согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО6» по смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Действительно, само по себе исключение ООО «Альянс» из ЕГРЮЛ не может служить неопровержимым доказательством совершения ФИО4 и ФИО1 недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед истцом, однако неосуществление ими как контролирующими общество лицами его ликвидации (или мероприятий банкротства) при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ давнего долга перед кредитором (погашение которого не представлялось возможным, по утверждению самого апеллянта), тем более с учетом удовлетворения судом иска о взыскании данной задолженности, может свидетельствовать о намеренном пренебрежении своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

В рассматриваемом деле истцом доказано наличие у него убытков, вызванных длительным неисполнением ООО «Альянс» обязательств перед ним, а также факт исключения общества из ЕГРЮЛ в административном порядке.

Ответчиками в свою очередь не представлено доказательств, позволяющих установить, что ими приняты все возможные меры для исполнения обществом обязательств перед предпринимателем. Доказательства наличия объективных независящих от участников общества обстоятельств, препятствовавших им прекратить деятельность общества через процедуру ликвидации либо банкротства, с соблюдением прав и законных интересов его кредиторов суду также не представлено. Суждение апеллянта о деловом просчете и коммерческом риске таким доказательством не является.

Оснований для освобождения от ответственности участников общества при наличии в их действиях недобросовестности по отношению к обязательствам перед истцом, не имеется.

Поскольку факт правомерности привлечения ответчиков ФИО7 и ФИО4 к субсидиарной ответственности судом установлен, и предполагается, что указанные лица, действовали совместно, признание судом первой инстанции их обязанности по возмещению причиненных истцу убытков солидарной соответствует положениям пункта 4 статьи 53.1 ГК РФ.

Ссылки ФИО4 на его номинальное участие в обществе и наличие у ответчика намерений выйти из состава участников отклоняются коллегией, поскольку исходя из разъяснений абзацев первого, второго и седьмого пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», формальное вхождение участника в состав органов юридического лица не влечет утрату им статуса контролирующего лица, поскольку не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального участника от осуществления обязанностей по контролю за действиями (бездействием) общества, а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При непредставлении ФИО4 доказательств, свидетельствующих о его номинальном статусе участника общества и отсутствии у него влияния на деятельность ООО «Альянс», у апелляционного суда не имеется оснований для соответствующего вывода.

Указание же на обращение с иском о взыскании денежных средств, внесенных в целях увеличения уставного капитала общества (дело № А24-1458/2026 Арбитражного суда Камчатского края) не подтверждает приведенную позицию ответчика, в том числе с учетом того, что в удовлетворении указанного иска было отказано вступившим в законную силу решением суда от 26.08.2016.

Вопреки доводам апеллянта, необращение истца в регистрирующий орган с возражениями относительно исключения общества - должника как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ либо необжалование действий регистрирующего органа (учитывая отсутствие законодательного закрепления такой обязанности кредитора) не является основанием, исключающим привлечение участников ООО «Альянс» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Ссылки ФИО4 на несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора отклоняются, поскольку положениями арбитражного процессуального законодательства не предусмотрен досудебный порядок урегулирования спора при обращении в арбитражный суд с требованиями к субсидиарному должнику при отсутствии договорных отношений (абзац двенадцатый пункта 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства»).

Также коллегия не принимает довод ФИО4 о его неизвещении судом первой инстанции о привлечении в качестве соответчика (определение от 04.04.2022).

Согласно части 1 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта.

Из разъяснений пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» следует, что при применении данного положения судам следует исходить из части 6 статьи 121, части 1 статьи 123 АПК РФ, в соответствии с которыми арбитражный суд к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия должен располагать сведениями о получении лицом, участвующим в деле, иным участником арбитражного процесса копии первого судебного акта по делу либо иными сведениями, указанными в части 4 статьи 123 АПК РФ.

Первым судебным актом для лица, вступившего в дело позднее, является определение об удовлетворении ходатайства о вступлении в дело; в настоящем случае для ФИО4 таким судебным актом выступает определение от 04.04.2022, которым суд, в том числе, привлек указанного участника общества к участию в деле в качестве соответчика.

Указанный судебный акт был направлен по адресу регистрации соответчика (г. Москва), сведения о котором имелись в материалах дела и также были уточнены судом посредством запроса в Отдел адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по г. Москве, однако соответствующее почтовое отправление (68303270255311) было возвращено в суд с отметкой об истечении срока хранения. Указанное также усматривается и при формировании отчета на сайте Почты России сервисом «Отслеживание почтовых отправлений».

Поскольку в силу пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд, у суда первой инстанции не имелось оснований для вывода о неизвещении ФИО4 о судебном разбирательстве.

В силу части 1 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе вследствие непринятия мер по получению судебной корреспонденции.

В этой связи коллегией также отклоняется довод ФИО4 о ненаправлении ему документов, представленных истцом и ФИО3 в ходе рассмотрения спора, как противоречащий материалам дела - исковое заявление, уточнение к иску, ходатайство было направлено ФИО4 08.04.2022, что подтверждается почтовой квитанцией(68303870790939) и описью вложения, корреспонденция не получена адресатом и возвращена в связи с истечением срока хранения. Кроме того, при получении определения суда от 04.04.2022 ответчик, используя указанный в судебном акте специальный код доступа, имел возможность ознакомиться с содержанием представленных в материалы дела документов, размещаемых в электронном виде на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения и не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ понесенные при подаче апелляционной жалобы судебные расходы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Камчатского края от 31.05.2022 по делу №А24-5087/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Е.А. Грызыхина

Судьи

С.Б. Култышев

С.М. Синицына