Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Гайшун И.А., рассмотрел
в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение от 25.05.2017 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 11.10.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-10728/2016 по иску ФИО1 (г. Кемерово) к обществу с ограниченной ответственностью «Углетранс» (653014, <...>, оф. Б, ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО2 (г. Новосибирск) о признании права на долю в уставном капитале.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Потапов А.Л.) в заседании участвовали представители:

от ФИО1 - ФИО3 по доверенности от 25.10.2015;

от ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 23.06.2016.

Суд установил:

ФИО1 (далее – ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Углетранс» (далее - ООО «Углетранс», общество), ФИО2 о признании права истца на долю в уставном капитале ООО «Углетранс», о прекращении права собственности ФИО2 на часть доли в уставном капитале Общества в размере 50 %.

Решением от 25.02.2017 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 11.10.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении исковых требований отказано.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды исходили из того, что истцом не доказано, что односторонняя сделка по выходу из общества совершена с пороком воли ФИО1

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что заявление ФИО1 о выходе из общества не составлялось и не передавалось, поскольку намерения на выход из общества у нее не было; имеющееся в материалах дела заявление выполнено третьими лицами с целью изменения состава участников помимо воли истца, что также подтверждается отсутствием доказательств выплаты действительной стоимости доли; считает, что экспертное заключение, подтверждающее подпись ФИО1 на заявлении о выходе из общества, не может быть признано допустимым доказательством в силу неполноты и нарушения методики проведения исследования; ссылается на отсутствие осведомленности о происходящих изменениях в составе участников общества, именно только после получения ответа ИФНС с копией заявления о выходе участника из ООО «Углетранс» ФИО1 инициировала судебное разбирательство по восстановлению корпоративного контроля; по мнению заявителя жалобы, действия ФИО2 по выводу участника общества без его ведома и оценка стоимости доли на сумму 0 руб. при ее номинальной стоимости 1 000 000 руб., а также не предоставление указанного отчета ФИО1 являются противоправными и направленными на нарушение прав истца. Подробно доводы изложены в кассационной жалобе.

ФИО2 представил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит принятые по делу судебные акты оставить без изменения как законные и обоснованные, указав на то, что заявление учредителя о выходе из общества подписано ФИО1, данное обстоятельство подтверждено экспертным заключением № 7/5-3 от 13.03.2017, которое соответствует требованиям, предъявляемым законом, в нем даны полные, конкретные, ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов и неоднозначного толкования; действительная стоимость доли ФИО1 составляет 0 руб., что установлено отчетом об оценке.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции.

Арбитражный суд кассационной инстанции в соответствии со статьями 274, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), изучив материалы дела, проанализировав доводы жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, считает жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 01.06.2011 учредительным собранием в составе ФИО2, ФИО1 принято решение о создании ООО «Углетранс», утвержден устав общества, уставный капитал установлен в размере 2 000 000 руб., доли участников составляют ФИО2 - 1 000 000 руб., что составляет 50 % уставного капитала, ФИО1 - 1 000 000 руб., 50 % уставного капитала; директором избран ФИО2

В материалах дела имеются приходные кассовые ордера от 01.07.2011 № 1, от 01.07.2011 № 2, по которым ФИО1, ФИО2 внесли вклады по 1 000 000 руб. в уставный капитал общества.

ООО «Углетранс» зарегистрировано ИФНС по городу Кемерово 11.07.2011 за основным государственным регистрационным номером <***>.

На основании заявления учредителя ФИО1 от 07.10.2013 о выходе из общества единственным участником ООО «Углетранс» ФИО2 08.10.2013 принято решение о переходе доли ФИО1 в уставном капитале ООО «Углетранс» в размере 50 %, номинальной стоимостью 1 000 000 руб. к обществу. Соответствующие изменения внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 17.10.2013, ГРН 2134205266700.

29.09.2014 решением единственного участника ООО «Углетранс» доля, перешедшая обществу, распределена ФИО2, который стал владельцем доли в уставном капитале ООО «Углетранс» в размере 100 %, номинальной стоимостью 2 000 000 руб., изменения зарегистрированы 09.10.2014, ГРН 2144223039915.

Из материалов регистрационного дела представлено заявление ФИО1 о выходе из общества от 07.10.2013.

Ссылаясь на то, что заявление о выходе из состава участников общества не подавалось, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 14 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Выход участника из общества является его волеизъявлением и осуществляется на основании заявления (статья 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу пункта 2 статьи 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные этой нормой, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте «б» пункта 16 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», выход участника из общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу. Заявление о выходе из общества должно подаваться в письменной форме. При этом временем подачи такого заявления следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции. Причем подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные этой нормой, которые не могут быть изменены в одностороннем порядке.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Исходя из вышеприведенных положений законодательства, правовые последствия заявления о выходе участника из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в обществе. Такое волеизъявление является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения в соответствии с законом необходимо и достаточно воли одной стороны (пункт 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации)

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Определением суда от 31.08.2016 назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено автономной некоммерческой организации «Кемеровский центр судебных экспертиз», эксперту ФИО5. Учитывая, что в заключении от 26.09.2016 № 328 экспертом не дан ответ на поставленный вопрос, суд определением от 12.12.2016 назначил повторную судебную почерковедческую экспертизу, проведение которой поручено Федеральному бюджетному учреждению Сибирский региональный центр судебной экспертизы.

Согласно заключению от 13.03.2017 № 7/5-3, выполненного ФБУ Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, экспертами ФИО6, ФИО7, подпись от имени ФИО1 в заявлении учредителя ООО «Углетранс» о выходе из общества от 07.10.2013 выполнена самой ФИО1

Причиной расхождения с выводом экспертизы № 328 от 26.09.2016, по мнению комиссии экспертов, проводивших повторную экспертизу, явилась неполнота исследования при проведении первичной экспертизы. Все указанные в первичной экспертизе различающиеся признаки на самом деле являются совпадающими. Данный факт обусловлен, вероятно, тем, что не были достаточно полно исследованы представленные образцы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции были заслушаны эксперты, которые дали развернутые и полные ответы на вопросы апеллянта, в том числе пояснили, что при проведении экспертизы использовалась традиционная утвержденная методика сравнительного исследования, остановка пишущего прибора может быть в любом случае, однако, это обстоятельство не имеет значения, поскольку имеет значение извилистость штрихов. При проведении экспертизы признаков подражания не установлено, установлены совпадающие признаки подписей. Эксперты также указали, что были исследованы все образцы подписей, однако, в экспертном заключении образцы отображены выборочно, поскольку отражение всех образцов не предусмотрено. В экспертное заключение включены те подписи, которые отобраны экспертами, как более наглядные. Оценка дана всем различительным признакам.

Оценив в порядке части 1 статьи 65, статей 67, 68, 71, части 3 статьи 86 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в том числе, экспертное заключение, суды установили, что факт подписания заявления о выходе из общества от 07.10.2013 подтвержден экспертным заключением от 13.03.2017 № 7/5-3, выполненным ФБУ Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, экспертами ФИО6, ФИО7, которое соответствует требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, основано на материалах дела, является ясным, выводы полными, какие-либо противоречия не установлены, принимая во внимание, что указанное экспертное заключение не оспорено, ненадлежащим не признано, пришли к обоснованному выводу о том, что экспертное заключение от 13.03.2017 № 7/5-3 является относимым и допустимым доказательством по делу (статьи 67, 68 АПК РФ).

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу, что истцом не доказано, что односторонняя сделка по выходу из общества совершена с пороком воли ФИО1

Доводы жалобы о том, что действия ФИО2 по выводу участника общества без его ведома и оценка стоимости доли на сумму 0 руб. при ее номинальной стоимости 1 000 000 руб., а также не предоставление указанного отчета ФИО1 являются противоправными и направленными на нарушение прав истца, были предметом рассмотрения апелляционного суда и мотивированно им отклонены. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Ссылка заявителя на то, что выплата действительной стоимости доли после формального выхода участника не произведена, судом округа отклоняется, поскольку, как установлено судами, доказательстве того, что действительная стоимость доли ФИО1 составляет 1 000 000 руб. в материалы дела не представлено, выводы, содержащиеся в отчете об оценке стоимости доли, надлежащими доказательствами не опровергнуты.

По существу все доводы ответчика, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о неправильном применении судебными инстанциями норм права, связаны с иной оценкой доказательств по делу и направлены на переоценку выводов суда, что не отнесено процессуальным законодательством к полномочиям суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, им дана надлежащая правовая оценка. Окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, основания для отмены либо изменения принятых по делу судебных актов, предусмотренные статьей 288 АПК РФ, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 25.05.2017 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 11.10.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-10728/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Обеспечительные меры, принятые определением от 15.11.2017 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий М.Ф. Лукьяненко

Судьи Е.В. Клат

Э.В. Ткаченко