Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной ИФНС России №8 по Кемеровской области (рег.№07АП-9255/17) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 12 сентября 2017 года (судья Фаттахова С.И.) по делу № А27-1274/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибтехбизнес» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 652842, <...>)

(по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении бывшего руководителя должника – ликвидатора ФИО3 к субсидиарной ответственности),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 18 апреля 2017 года общество с ограниченной ответственностью «Сибтехбизнес»признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на четыре месяца до 11 августа 2017 года. Конкурсным управляющим ООО «Сибтехбизнес» утвержден ФИО1.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 71 от 22 апреля 2017 года.

31.05.2017 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении бывшего руководителя – ликвидатора ООО «Сибтехбизнес» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сибтехбизнес» в общей сумме 12 224 614 руб. 12 коп., с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.07.2017 заявленное требование удовлетворено в части.Взыскано с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сибтехбизнес» 495 460 руб. 70 коп.

Не согласившись с данным определением, Межрайонная ИФНС России №8 по Кемеровской области обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы апеллянт ссылается на то, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Так, по результатам налоговых проверок выявлены фиктивные взаимоотношения должника с контрагентами. Представленные документы факт выполнения работ не подтверждают.

До дня судебного заседания от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, просил оспариваемое определение оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Представитель ФИО3 поддержал доводы отзыва на апелляционную жалобу, возражал против ее удовлетворения.

Представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей не направили. Согласно частям 3 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие их представителей.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, проверив в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции считает его подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Для привлечения руководителя должника (ликвидатора) к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющейся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

В определении № 302-ЭС14-1472 от 21.04.2016 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, что нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения фактов, на наличие которых аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Арбитражный суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности основаны на неправильном истолковании закона и неправильном применении норм процессуального права в части распределения бремени доказывания.

Из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ) следует, что в рассматриваемом деле предполагается доведение должника до банкротства в результате действий контролирующих должника лиц, поскольку должник привлечён к ответственности за совершение налогового правонарушения, в реестр требований кредиторов включены преимущественно требования уполномоченного органа.

Такое толкование положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве соответствует смыслу разъяснений, данных в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому, если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Арбитражный суд апелляционной инстанции полагает, что указанное толкование не противоречит правовой позиции, высказанной в определении Верховного Суда Российской Федерации № 302-ЭС14-1472 от 21.04.2016, согласно которой субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Вывод суда первой инстанции, что доказывать наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности обязан конкурсный управляющий, противоречит установленной нормой Закона о банкротстве презумпции, поскольку опровергать наличие причинной связи между привлечением должника к налоговой ответственности обязаны контролирующие должника лица.

Такие доказательства в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представлены не были.

Как следует из материалов дела, определением от 18 апреля 2017 года в реестр требований кредиторов должника включены требования общества с ограниченной ответственностью «ТСКК» в размере 795758 руб. 61 коп., определением от 20 июля 2017 года требования Федеральной налоговой службы (уполномоченный орган) установлены в реестр требований кредиторов должника в размере 88 416 руб. 63 коп. основного долга по НДФЛ во вторую очередь реестра требований кредиторов должника, в размере 7 167 179 руб. 99 коп. основного долга в третью очередь реестра требований кредиторов должника, требования по пени в размере 1 387 337 руб. 64 коп., по штрафам в размере 2 785 921 руб. 75 коп. Суд определил учесть отдельно в реестре требований кредиторов и признать их подлежащими удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. Общий размер требований кредиторов и уполномоченных органов составляет 12 224 614 руб. 62 коп.

Размер требований Федеральной налоговой службы установлен, в том числе на основании решений налогового органа № 77 от 29 сентября 2016 года, № 2665 от 29 ноября 2016 года, № 43 от 12 января 2017 года, № 45 от 13 января 2017 года, № 592 от 17 марта 2017 года.

По результатам налоговых проверок выявлены взаимоотношения должника с контрагентами, налоговый орган пришел к выводу, что эти взаимоотношения носили «фиктивный» характер, что представленные документы факт выполнения работ не подтверждают.

Принятые по результатам выездных налоговых проверок решения обжалованы ООО «Сибтехбизнес» в судебном порядке, признаны законными и обоснованными.

ФИО3 являлся руководителем ООО «Сибтехбизнес» в спорном периоде с 02 октября 2013 года.

Арбитражный суд апелляционной инстанции полагает, что вывод суда первой инстанции о недоказанности того, что действия (бездействие) ответчика были направлены на причинение вреда возглавляемому им обществу, основан на неправильном истолковании закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведённых в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 27 Налогового кодекса Российской Федерации законными представителями налогоплательщика-организации признаются лица, уполномоченные представлять указанную организацию на основании закона или её учредительных документов.

В пункте 2 статьи 110 Налогового кодекса налоговое правонарушение признаётся совершённым умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало, либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Обязанность директора организации осознавать противоправность своего поведения основывается на должностном статусе этого лица, установленном законодательством, в частности Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте».

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причинённые юридическому лицу. Единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несёт ответственность перед обществом за убытки, причинённые обществу его виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума от 30.07.2013 № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесённые в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Апелляционный суд считает, что установленные в решении налогового органа обстоятельства являются преюдициальными для ФИО3, поскольку он в данном случае выступает как орган управления общества «Сибтехбизнес» и несёт ответственность за деятельность общества в проверяемый налоговым органом период.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Выносимое по результатам выездной налоговой проверки в соответствии со статьёй 101 Налогового кодекса решение является ненормативным правовым актом, принятым в установленной законом процедуре компетентным должностным лицом и после своего вступления в силу порождает правовые последствия для налогоплательщика.

При этом руководитель организации-налогоплательщика вправе представлять доказательства отсутствия своей вины в привлечении общества к ответственности.

Как разъяснено в абзацах третьем и четвёртом пункта 1 Постановления Пленума от 30.07.2013 № 62, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтёт такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Недобросовестность действий директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (абзацы первый и шестой пункта 2 Постановления Пленума от 30.07.2013 № 62).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учёта известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункт 3 Постановления Пленума от 30.07.2013 № 62).

Таким образом, свою невиновность обязано было в рассматриваемом обособленном споре доказывать контролирующее должника лицо. Доказательства своей невиновности ФИО3 не представил.

Таким образом, обжалуемое определение подлежит изменениюв части размера субсидиарной ответственности ФИО3

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от «12» сентября 2017г. по делу №А27-1274/2017 изменить в части размера субсидиарной ответственности ФИО3, изложив эту часть в следующей редакции:

взыскать с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Сибтехбизнес» 12 224 614,62руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Кемеровской области от «12» сентября 2017г. по делу №А27-1274/2017 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Логачев К.Д.

Судьи Иванов О.А.

Фролова Н.Н.