Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Епифанова В.Е., судей Драбо Т.Н. и Сидоровой И.В., при участии в судебном заседании от истца (ответчика по встречному иску) – ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 24.05.2021), в отсутствие ответчика (истца по встречному иску) – ФИО3, извещенного о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.12.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 по делу № А32-28606/2021, установил следующее.

ФИО1 (далее – ФИО1) обратился в Новокубанский районный суд Краснодарского края к ФИО3 (далее – ФИО3) с исковым заявлением, в котором просил:

– взыскать задолженность по арендной плате в размере 5400 тыс. рублей по договору от 01.11.2014 №-01-2014, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 368 269 рублей;

– обязать ФИО3 передать оборудование: дробилку макулатуры, конвейер ленточный, дозатор минералов, сепаратор магнитный, комплект ДЭ-500, шкаф электрический, пульт управления конвейером, циклоны СИОТ, бункер упаковщик, пульт управления, весы 1 тыс. кг со всеми его принадлежностями и технико-эксплуатационной документацией по акту приема-передачи в исправном состоянии по адресу: <...>;

– взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 40 тыс. рублей.

Иск основан на положениях статей 309, 310, 395, 606, 614, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). Требования мотивированы неисполнением ФИО3 обязательства по внесению арендной платы за пользование оборудованием, предоставленным ФИО1 по договору от 01.11.2014 №-01-2014.

ФИО3 предъявил к ФИО1 встречный иск, в котором просил признать договор аренды от 01.11.2014 №-01-2014 недействительной сделкой в силу ничтожности.

Встречное исковое заявление основано на положениях статей 166, 168 и 170 Гражданского кодекса. Встречные требования мотивированы тем, что оборудование ФИО3 фактически не предоставлялось, между сторонами отсутствовали реальные хозяйственные отношения, связанные с исполнением договора аренды.

Определением Новокубанского районного суда от 16.12.2020 назначена судебно-техническая экспертиза договора аренды оборудования от 01.11.2014 №-01-2014.

Согласно заключению эксперта от 25.02.2021 № 03/2021, на договоре аренды оборудования от 01.11.2014 №-01-2014 имеются признаки монтажа в виде подмены одного (последнего) листа договора и листов приложений или трех первых листов договора. Установить единовременно ли нанесены печатные текст и реквизиты в указанных документах не представляется возможным, ввиду того, что определить давность нанесения печатного текста, также не представляется возможным из-за наличия признаков внешних воздействий, приводящих к ускоренному старению документа. Порядок нанесения рукописных подписей от имени арендодателя и от имени арендатора, оттисков печати на указанных документах и печатного текста не нарушен. Рукописные подписи и оттиски печати на указанных документах нанесены после печатного текста данных документов. Печатный текст и реквизиты сторон в указанных документах выполнены на различных печатающих устройствах, первые три листа договора – на одном, а четвертый лист договора и листы приложений к нему – на другом печатающем устройстве. Печатный текст и реквизиты сторон в указанных документах нанесены с применением одинакового форматирования. На листах договора и приложений к нему обнаружены косвенные признаки, свидетельствующие о наличии неинтенсивного внешнего термического и/или светового воздействия. Для изготовления первых трех листов договора и для изготовления четвертого листа договора, листов приложений к нему использована бумага различных партий/марок производителя.

Определением Новокубанского районного суда Краснодарского края от 20.05.2021 дело № 2-12/2021 передано в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.08.2021 первоначальное и встречное исковые заявления приняты к производству.

ФИО1 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) уточнил требования в части взыскания денежных средств. Просил взыскать с ФИО3 задолженность по арендной плате с 28.02.2017 по 01.11.2019 в размере 4 630 060 рублей по договору от 01.10.2014 №-01-2014, проценты за пользование чужими денежными средствами с 28.02.2017 по 14.09.2021 в размере 928 629 рублей 75 копеек.

ФИО3 также уточнил требования встречного иска, просил признать договор аренды от 01.10.2014 №-01-2014 ничтожной (мнимой) сделкой.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.12.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда
от 28.02.2022, в удовлетворении первоначального иска отказано. С предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина
в размере 40 793 рублей. Встречный иск удовлетворен. Признан недействительным договор аренды оборудования от 01.10.2021 №-01-2014, заключенный между ФИО3 и ФИО1 С предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 тыс. рублей.

Суды установили, что между ФИО1 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор) заключен договор от 01.10.2014 №-01-2014 аренды оборудования, а именно: дробилки макулатуры, конвейера ленточного, дозатора минералов, сепаратора магнитного, комплекта ДЭ-500, шкафа электрического, пульта управления, автопогрузчика № 110315982, весов. По условиям договора стоимость пользования оборудованием составляет 150 тыс. рублей в месяц (пункт 4.1). Арендатор обязан оплатить сумму арендной платы в срок не позднее следующего дня с момента подписания договора, ежемесячно не позднее 2-го числа расчетного месяца аренды оборудования (пункт 4.3). Договор вступает в силу со дня его подписания сторонами и действует с 01.12.2014 по 01.12.2019 до выполнения сторонами в полном объеме взятых на себя обязательств по договору (пункт 8.1). ФИО1 указывает на то, что ФИО3 не исполнял обязательство по внесению арендной платы после заключения договора, его задолженность составляет 4 630 060 рублей. В целях досудебного урегулирования спора ФИО1 направил ФИО3 претензию с требованием о погашении задолженности. Неисполнение ФИО3 требований, указанных в претензии, послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с исковым заявлением. ФИО3 во встречном исковом заявлении сослался на то, что договор от 01.10.2014 №-01-2014 аренды оборудования является ничтожной (мнимой) сделкой. Оборудование фактически ФИО3 не передавалось, автопогрузчик № 110315982 продан ФИО1 ООО «Экофайбер», что подтверждается счетом от 21.05.2019 № 5, актом от 21.05.2021 № 5 и товарной накладной от 03.06.2021 № 13. Между сторонами отсутствовали какие-либо фактические отношения по договору аренды. ФИО3 никогда не вносил арендную плату за оборудование, не производил страхование имущества, не обращался к ФИО1 за консультационной или иной поддержкой по использованию оборудования. При разрешении спора судебные инстанции руководствовались статьями 10, 166 – 168, 170, 181, 199, 309, 310, 328, 606, 614 Гражданского кодекса. Учтены судами также разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25) и в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой». Из материалов дела следует, что ФИО3 с 2013 года являлся исполнительным директором индивидуального предпринимателя ФИО1 и осуществлял полномочия руководителя с правом подписи в расчетно-денежных документах. С 2013 года ФИО1 начал осуществление предпринимательской деятельности по производству утеплителя (эковаты) в г. Ростове-на-Дону. Между ФИО1 с ООО «Деловой дом» заключен договор от 01.04.2014 № 5/14 аренды складского помещения по адресу: <...>. В целях производства утеплителя ФИО3 на основании доверенности в интересах ФИО1 приобретено у индивидуального предпринимателя ФИО4 спорное оборудование (дробилка макулатуры, дозатор минералов, сепаратор магнитный, диспергатор, шкаф электрический, пульт управления, транспортер ленточный, бункер-упаковщик, ШУ с доп. оборудованием). Данное обстоятельство подтверждается товарной накладной от 24.05.2013 № 27, счетом-фактурой от 24.05.2013 № 34, накладной от 24.05.2013 № 6. Как указал ФИО1, после заключения договора аренды от 01.10.2014 №-01-2014 оборудование передано ФИО3, поскольку последний, используя оборудование, намеревался продолжать осуществлять самостоятельно деятельность по производству утеплителя. ФИО1, в свою очередь, прекратил осуществление указанной деятельности. Однако суды установили, что ФИО1 после заключения договора аренды велась деятельность по производству эковаты. Это подтверждается перепиской сторон, договором от 29.12.2014 поставки боросодержащих продуктов для производства эковаты, выставленными счетами на оплату от имени ФИО1 по реализации утеплителя (счет от 30.12.2014 № 10, счет от 12.02.2015 № 1), а также перепиской ФИО1 с индивидуальным предпринимателем ФИО5 Кроме того, на ФИО1 оформлен сертификат соответствия сроком действия с 25.09.2014 по 24.09.2019. Представленная ФИО1 статья (опубликована 20.09.2020 в сетевом издании «bataysk-gorod») о том, что ФИО3 решил в 2013 году открыть бизнес по производству эковаты и ему за семь лет удалось занять высокие позиции на этом рынке, не принята судами в качестве надлежащего (достоверного) доказательства по делу. Судебные инстанции также установили, что ФИО1 реализован автопогрузчик № 110315982 в 2019 году (в последний год действия договора аренды) ООО «Экофайбер», что подтверждается паспортом ТС, счетом от 21.09.2019 № 5, товарной накладной от 03.06.2020 № 13, актом от 21.05.2020 № 5. ФИО3 на момент отчуждения автопогрузчика был трудоустроен в ООО «Экофайбер» в качестве заместителя директора. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства изменения договора аренды от 01.10.2014 №-01-2014 в связи с отчуждением части оборудования, являющегося предметом данного договора, что не соответствует обычаям делового оборота. Учитывая осуществление ФИО1 в спорный период деятельности по производству утеплителя, суды пришли к выводу о том, что оборудование фактически ФИО3 не передавалось. Также ФИО1 до направления досудебной претензии от 21.11.2019, то есть в течение пяти лет, не востребовал арендную плату и оборудование, в том числе, в судебном порядке. Истец не выставлял ответчику счета на оплату, не воспользовался также правом на односторонний внесудебный порядок досрочного расторжения договора, что противоречит обычному деловому обороту. Представленные ФИО1 доказательства в обоснование реальности сделки (реестр оплаты арендной платы, история операций по дебетовой карте, отчет по карте, акт сверки) не позволяют отнести их к договору аренды от 01.10.2014 №-01-2014, поскольку отсутствуют указание на назначения платежа, идентификацию лиц, осуществлявших переводы, а также ссылки на реквизиты договора аренды. Таким образом, истцом не представлено достаточных доказательств осуществления ответчиком платежей по договору аренды. Судебные инстанции также отметили, что изначально в исковом заявлении ФИО1 ссылался на договор аренды оборудования от 01.11.2014 №-01-2014. В рамках дела № 2-12/2021 судом общей юрисдикции назначена судебно-техническая экспертиза договора от 01.11.2014 №-01-2014. Согласно заключению эксперта от 25.02.2021 № 03/2021, на договоре аренды имеются признаки монтажа в виде подмены одного (последнего) листа договора и листов приложений или трех первых листов договора. Установить единовременно ли нанесены печатные текст и реквизиты в указанных документах не представляется возможным, ввиду того, что определить давность нанесения печатного текста, также не представляется возможным из-за наличия признаков внешних воздействий, приводящих к ускоренному старению документа. Печатный текст и реквизиты сторон в указанных документах выполнены на различных печатающих устройствах, первые три листа договора – на одном, а четвертый лист договора и листы приложений к нему – на другом печатающем устройстве. На листах договора и приложений к нему обнаружены косвенные признаки, свидетельствующие о наличии неинтенсивного внешнего термического и/или светового воздействия. Для изготовления первых трех листов договора и для изготовления четвертого листа договора, листов приложений к нему использована бумага различных партий/марок производителя. После получения судом экспертного заключения от 25.02.2021 № 03/2021, ФИО1 представлен иной договор аренды от 01.10.2014 №-01-2014, из которого, как он пояснил, и возникла задолженность ФИО3 по арендной плате. Такое противоречивое поведение истца ставит под сомнение добросовестность его поведения в рамках правоотношений сторон, возникших на основании договора аренды оборудования. Доводы ФИО1 о том, что пароль и логин от электронной почты ecovata-rnd@yandex.ru был предоставлен самим ФИО3, свидетельствует лишь о том, что ответчик по первоначальному иску был исполнительным директором истца. Более того, из переписки сторон следует, что ФИО1 сам предоставил пароль и логин от почты ecovata-rnd@yandex.ru с целью осуществления ФИО3 своих должностных обязанностей исполнительного директора истца. Принадлежность электронного адреса почты ФИО1 подтверждена вступившим в силу решением Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-1955/2021. Ссылка ФИО1 на то, что письмо с электронного адреса «Ekaterina ERETSKAY» не свидетельствует о том, что ФИО1 осуществлял деятельность по производству эковаты, не принята апелляционным судом. Из договора поставки от 29.12.2014 следует, что ФИО1 закупил у ООО «Этипродактс» борсодержащие продукты (борная кислота и антиперен (бура)), которые входят в состав эковаты. Данная продукция была поставлена ООО «Этипродактс», что подтверждается товарной накладной от 31.12.2014 № 1154, счетом-фактурой от 31.12.2014 № 1523, счетом на оплату от 29.12.2014 № 673. Доказательства того, что данные товары приобретены ФИО1 для иной предпринимательской деятельности, в материалы дела не представлены. Не принята и ссылка ФИО1 на письмо с электронного адреса kireewowa@yandex.ru с вложенными счетами на оплату, свидетельствующие, по его мнению, о том, что после выхода из совместного бизнеса до заключения договора аренды осталась нереализованная продукция, которая ФИО1 продана мелкими партиями. Наоборот, пояснения истца подтверждают, что он осуществлял производство и продажу утеплителя, поскольку счет от 30.12.2014 № 10 и счет от 12.02.2015 № 1 оформлены и выставлены от имени ФИО1 Более того, между ФИО1 и ООО «Этипродактс» был заключен договор на поставку от 29.12.2014 боросодержащих продуктов для эковаты. В случае реализации оставшейся части продукции, как указывает на это истец, целесообразность произведенной ФИО1 закупки товара, входящего в состав эковаты, отсутствует. Кроме того, согласно счету от 12.02.2015 № 1 эковата была реализована ФИО1 в 2015 году ООО «СтройЭнерго», то есть после заключения договора аренды оборудования. Также к нотариальному протоколу приложена переписка между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и ФИО1, подтверждающая факт продажи последним эковаты. Таким образом, довод ФИО1, заявленный в опросе, проведенном адвокатом истца, о прекращении осуществления деятельности по производству утеплителя в 2014 году и передачи оборудования ФИО3 для единоличного осуществления производственной деятельности, опровергается материалами дела. Утверждение ФИО1 о том, что спорное оборудование находится по адресу: <...>, объект принадлежит ФИО3, не подтверждено документально. Судом первой инстанции установлено отсутствие доказательств нахождении спорного оборудования по указанному адресу. При этом из материалов дела следует, что по адресу: <...>, объект принадлежит иному лицу. В тоже время истец просит осуществить возврат оборудования по адресу: <...>, на основании договора аренды от 01.01.2015 № 01/15, заключенного им с ООО «Деловой Дом». Однако суд первой инстанции не принял во внимание договор аренды от 01.01.2015 № 01/15, указав на наличие в деле доказательств, подтверждающих, что на дату его заключения ООО «Деловой Дом» не являлось собственником складского помещения с кадастровым номером 61:44:0072602:129. Собственником помещения являлось ООО «Авангард», что подтверждается свидетельством о государственной регистрации от 02.12.2014, выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 10.12.2020. Признав, что в материалы дела не представлено надлежащих (относимых, достоверных и достаточных) доказательств, подтверждающих фактическую передачу оборудования ответчику, исполнение сторонами договора аренды и наличие у ФИО3 задолженности, судебные инстанции отказали ФИО1 в удовлетворении первоначального иска. При проверке доводов встречного искового заявления судебные инстанции отметили, что поведение ФИО1 противоречило деловому обороту. При этом ФИО3 не вносил денежные средства по договору аренды в течение пяти лет. Оборудование фактически не передавалось ФИО3, при этом присутствовала аффилированность участников сделки. В этой связи суды признали, что заключение договора аренды произведено фиктивно. Исходя из установленных обстоятельств, суды удовлетворили встречный иск, признав договор аренды оборудования от 01.10.2014 №-01-2014 ничтожной (мнимой) сделкой. Суд апелляционной инстанции отказал ФИО1 в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля ФИО6. Из материалов дела усматривается, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО1 ходатайство о вызове свидетеля заявлено не было, поэтому заявленное впервые в апелляционном суде ходатайство не может быть удовлетворено (часть 3 статьи 268 Кодекса). Кроме того, суд апелляционной инстанции, исходя из имеющихся в деле доказательств, пришел к выводу об отсутствии необходимости вызова свидетеля.

ФИО1 обжаловал решение и апелляционное постановление в кассационном порядке. Податель жалобы просит указанные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение (нарушение) судами норм права, а также несоответствие судебных выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Жалоба мотивирована следующим. Выводы судов о том, что договор аренды заключен без реального намерения его исполнения сторонами, отсутствовал факт передачи оборудования ответчику, истец продолжал деятельность по производству утеплителя, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Суды неверно оценили представленные сторонами в материалы дела доказательства, в которых отсутствуют относимые доказательства производства утеплителя именно на спорном оборудовании и именно истцом. Напротив, из имеющейся в деле электронной переписки сторон и иных доказательств следует, что деятельность по производству утеплителя велась в спорный период ответчиком. В частности, это подтверждается опубликованной 20.09.2020 в сетевом издании «bataysk-gorod» (батайск-город) статьей о том, что ФИО3 решил в 2013 году открыть бизнес по производству эковаты и ему за семь лет удалось занять высокие позиции на этом рынке. Судебные инстанции не установили место нахождения данного оборудования, а также наличие доступа истца к нему. Договор аренды оборудования от 01.10.2014 №-01-2014 с актом приема-передачи, в которых проставлены подписи сторон, свидетельствуют о фактической передаче ответчику (арендатору) спорного оборудования и выбытия его из владения и пользования истца. ФИО3 обязанность по внесению арендной платы за пользование предоставленным ему имуществом не исполнена, ФИО1 оборудование не возвращено. При этом ФИО3 не отрицал факт заключения с ФИО1 договора аренды. Кроме того, суд апелляционной инстанции необоснованно отклонил ходатайство ФИО1 о допросе свидетеля, который мог бы дать пояснения по существу рассмотренных судами требований сторон.

ФИО3 в отзыве указал на несостоятельность доводов жалобы, а также законность и обоснованность принятых по делу судебных актов. ФИО3 полагает, что материалы дела не содержат надлежащих доказательств реального исполнения сторонами договора аренды оборудования от 01.10.2014 №-01-2014. Поэтому выводы судов по существу спора соответствуют закону и материалам дела, подтверждающим ничтожность (в силу мнимости) названного договора и отсутствие, в этой связи, оснований для удовлетворения требований ФИО1 Все доказательства, на которые в жалобе ссылается ФИО1, были исследованы судебными инстанциями и получили надлежащую правовую оценку.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддерживал доводы кассационной жалобы, уточнив ее просительную часть. Просил суд округа отменить судебные акты и не передавая дело на новое рассмотрение принять новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска и об отказе в удовлетворении встречного иска.

От представителя ФИО3 поступило ходатайство (телефонограмма) о рассмотрении жалобы в его отсутствие в связи с произошедшим по пути следования в суд округа дорожно-транспортным происшествием.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва, выслушав представителя ФИО1, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как видно из материалов дела и установлено судами, между ФИО1 (арендодатель) и ФИО3 (арендатор) заключен договор от 01.10.2014 №-01-2014 аренды оборудования, а именно: дробилки макулатуры, конвейера ленточного, дозатора минералов, сепаратора магнитного, комплекта ДЭ-500, шкафа электрического, пульта управления, автопогрузчика № 110315982, весов. По условиям договора стоимость пользования оборудованием составляет 150 тыс. рублей в месяц (пункт 4.1). Арендатор обязан оплатить сумму арендной платы в срок не позднее следующего дня с момента подписания договора, ежемесячно не позднее 2-го числа расчетного месяца аренды оборудования (пункт 4.3). Договор вступает в силу со дня его подписания сторонами и действует с 01.12.2014 по 01.12.2019 до выполнения сторонами в полном объеме взятых на себя обязательств по договору (пункт 8.1).

ФИО1, обращаясь в суд с первоначальным иском, указал на то, что ФИО3 не исполнял обязательство по внесению арендной платы после заключения договора (с учетом срока исковой давности – с 28.02.2017 по 01.11.2019), его задолженность составляет 4 630 060 рублей.

В целях досудебного урегулирования спора ФИО1 направил ФИО3 претензию с требованием о погашении задолженности. Неисполнение требований, указанных в претензии, послужило основанием для обращения ФИО1 в суд с исковым заявлением.

ФИО3 во встречном исковом заявлении сослался на то, что договор аренды оборудования от 01.10.2014 №-01-2014 является ничтожной (мнимой) сделкой. Оборудование фактически ФИО3 не передавалось, автопогрузчик № 110315982 продан ФИО1 ООО «Экофайбер», что подтверждается счетом от 21.05.2019 № 5, актом от 21.05.2021 № 5 и товарной накладной от 03.06.2021 № 13. Между сторонами отсутствовали какие-либо фактические отношения по договору аренды. ФИО3 никогда не вносил арендную плату за оборудование, не производил страхование имущества, не обращался к ФИО1 за консультационной или иной поддержкой по использованию оборудования.

В силу части 1 статьи 4 Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном данным Кодексом.

Гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота и регулирует, в частности, договорные и иные обязательства
(пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса).

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (подпункт 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса).

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (пункт 1 статьи 1
Гражданского кодекса).

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 420, пункты 1, 2 статьи 421 Гражданского кодекса).

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (статья 606 Гражданского кодекса).

Договор аренды заключается на срок, определенный договором. Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды (пункт 1 статьи 610, пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса).

ФИО1 в обоснование требований по первоначальному иску ссылается на заключенный с ФИО3 договор аренды от 01.10.2014 №-01-2014, подписанный сторонами акт приема-передачи оборудования от 01.12.2014 и спецификацию на оборудование, передаваемое в аренду от 01.12.2014. ФИО3 в опровержение доводов ФИО1 указывает на фиктивность (мнимость) договора аренды, отсутствие между сторонами фактических отношений по использованию спорного оборудования.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 166, пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170
Гражданского кодекса).

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса (пункт 86 постановления от 23.06.2015 № 25).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

Исследовав представленные сторонами доказательства, оценив их по правилам статьи 71 Кодекса, судебные инстанции пришли к выводам об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований, заявленных ФИО1, в связи с доказанностью заявленного ФИО3 встречного иска. Суды первой и апелляционной инстанций при разрешении спора установили, что договор от 01.10.2021 №-01-2014 сторонами не исполнялся, оборудование в аренду ФИО3 фактически не передавалось. Из электронной переписки сторон и иных представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО1 в этот период продолжал предпринимательскую деятельность по производству утеплителя, на которого оформлен сертификат соответствия сроком действия с 25.09.2014 по 24.09.2019. ФИО3 на момент заключения договора аренды являлся исполнительным директором истца и осуществлял полномочия руководителя с правом подписи в расчетно-денежных документах. ФИО1 выдавались ФИО3 доверенности на представление интересов последнего. В целях производства утеплителя ФИО3 на основании выданной доверенности спорное оборудование приобреталось в интересах ФИО1 у индивидуального предпринимателя ФИО4 ФИО1 часть оборудования (автопогрузчик № 110315982) была продана в 2019 году (в последний год действия договора аренды) ООО «Экофайбер». На момент отчуждения ФИО1 автопогрузчика ФИО3 был трудоустроен в ООО «Экофайбер» в качестве заместителя директора. ФИО1 до направления ФИО3 досудебной претензии от 21.11.2019, то есть в течение пяти лет, не востребовал арендную плату и оборудование, в том числе, в судебном порядке. Истец (арендодатель) не выставлял счета на оплату (пункт 4.2 договора), не воспользовался правом на одностороннее внесудебное досрочное расторжение договора (пункт 8.3), что противоречит обычному деловому обороту. Представленные ФИО1 доказательства в обоснование реальности сделки исследовались судами, которыми не признаны надлежащими (относимыми) доказательствами фактического исполнения договора аренды от 01.10.2014 №-01-2014. Установив отсутствие реальных договорных отношений, судебные инстанции пришли к выводу о ничтожности (в силу мнимости) договора аренды оборудования от 01.10.2021 №-01-2014.

Кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее (часть 1 статьи 286 Кодекса).

Доводы кассационной жалобы ФИО1 (о доказанности им первоначального иска и отсутствии оснований для удовлетворения встречных требований ФИО3 ввиду неправильной оценки судами представленных в материалы дела доказательств) подлежат отклонению судом округа. Приведенные доводы не опровергают выводы судебных инстанций по существу спора, они направлены на переоценку обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций, что исходя из положений главы 35 Кодекса недопустимо при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанций (часть 2 статьи 287 Кодекса). Наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу. Поэтому переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу не допускается (пункт 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нормы материального права применены судебными инстанциями правильно, которыми исполнена и обязанность по определению обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора. Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам спора, они основаны на исследовании материалов дела и им не противоречат. Нарушений норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, приведших к судебной ошибке (часть 3 статьи 288 Кодекса), не выявлено. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Кодекса), также не установлено. Исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не усматривает оснований для отмены решения и (или) апелляционного постановления.

Государственная пошлина уплачена ФИО1 в доход федерального бюджета при подаче кассационной жалобы (чек от 15.04.2022).

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 20.12.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2022 по делу № А32-28606/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий В.Е. Епифанов

Судьи Т.Н. Драбо

И.В. Сидорова