Гражданский кодекс часть 1

Суд по интеллектуальным правам в составе:
председательствующего судьи – Булгакова Д.А.,
судей – Борисовой Ю.В., Погадаева Н.Н.
при ведении протокола помощником судьи Борисовой А.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Уфа, Республика Башкортостан, ОГРНИП <***>) на решение Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2023 по делу № А40-263169/2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по тому же делу

по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки.

В судебном заседании принял участие индивидуальный предприниматель ФИО1 (паспорт) посредством системы веб-конференции, размещенной в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ФИО1) обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ФИО2) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 299509, № 647502 в размере 600 000 рублей (с учетом принятых судом первой инстанции уточнений исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с судебными актами, принятыми по делу, истец обратился в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по делу № А40-263169/2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обосновании кассационной жалобы, поданной в Суд по интеллектуальным правам, ФИО1 ссылается на нарушение судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и норм процессуального права, на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

ФИО2 отзыв на кассационную жалобу не представил.

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемые судебные акты.

ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства по рассмотрению кассационной жалобы, в том числе путем публичного уведомления на официальном сайте Суда по интеллектуальным правам http://ipc.arbitr.ru, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явилс, своего представителя не направил, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

Законность обжалуемых решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из материалов и установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО1 является правообладателем следующих средств индивидуализации:

знака обслуживания « » по свидетельству Российской Федерации № 299509, зарегистрированного 14.12.2005 с приоритетом от 05.03.2004 в отношении услуг 35-го класса «снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического,

пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торгово-закупочная деятельность» Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ);

знака обслуживания « » по свидетельству Российской Федерации № 647502, зарегистрированного 13.03.2018 с приоритетом от 14.05.2015 в отношении услуг 35-го «розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; продвижение товаров (для третьих лиц); снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация выставок в коммерческих целях; организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа; дистанционная продажа товаров потребителям», 36-го «страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду», 41-го «воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурно-просветительных мероприятий», 43-го класса «агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские» классов МКТУ.

Согласно доводам ФИО1, названные знаки обслуживания используются лицензиатами, с которыми ФИО1 заключил договоры о предоставлении права использования товарного знака, в частности:

- для индивидуализации услуг товарного центра «Планета», находящегося по адресу, д. Николаевка, Уфимского района, Республики Башкортостан, лицензиатом, индивидуальным предпринимателем ФИО3;

- для индивидуализации услуг товарного центра «Планета»,

находящегося по адресу, Республика Башкортостан, г. Октябрьский, ул. Островского, д. 4, лицензиатом, индивидуальным предпринимателем Гильмановым Салаватом Марсильевичем.

Истцом установлено, что ФИО2 незаконно используется обозначение «ПЛАНЕТА» для индивидуализации услуг магазина, находящегося по адресу, <...>, поскольку данное обозначение является сходным до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам Российской Федерации № 299509, № 647502, права на которые принадлежат истцу.

Полагая, что ответчиком нарушены исключительные права на вышеуказанные товарные знаки, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием прекратить использование обозначения «Планета» и выплатить компенсацию за незаконное использование товарных знаков.

Претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, в силу чего истец обратился в арбитражный суд с требованиями по настоящему делу.

При этом истец избрал вид компенсации, предусмотренной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, рассчитав ее исходя из двукратного размера выручки от реализации товаров в торговой точке ответчика за предшествующие три года. Истец указал выручку ответчика в размере 5 000 000 рублей, в связи с чем полагал, что может требовать компенсацию в размере 10 000 000 рублей, но самостоятельно снизил размер компенсации до 600 000 рублей.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что имеющиеся визуальные (графические) отличия словесного элемента «Планета», используемого ответчиком изображении, а также характер изобразительных элементов, входящих в состав этого обозначения, прямо свидетельствуют об отличительном характере указанных изображений и не позволяют сделать вывод о наличии сходства до степени смешения с товарными знаками (знаками обслуживания) истца.

Кроме того, суд сослался на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также указал, что решением Суда по интеллектуальным правам от 19.04.2023 по делу № СИП-51/2023 правовая охрана товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 647502 в отношении услуг 35-го класса досрочно прекращена.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассматривавший дело в соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оставил решение суда без изменения.

Однако суд апелляционной инстанции исходил из доказанности принадлежности истцу исключительных прав на заявленные товарные знаки (знаки обслуживания) и нарушения этих прав ответчиком путем использования сходного обозначения для индивидуализации деятельности, однородной услугам, в отношении которых зарегистрированы знаки.

Апелляционный суд сделал вывод о том, что использованное ответчиком обозначение включает словесный элемент «ПЛАНЕТА», являющийся тождественным с защищаемым словесным знаком по свидетельству № 647502 по всем признакам сходства, а также имеет высокую степень сходства с защищаемым знаком по свидетельству № 299509 за счет фонетического и семантического тождества и высокой степени сходства по графическому признаку сходства, поскольку они выполнены практически одинаковым видом шрифта, печатными заглавными буквами русского алфавита, а все буквы расположены в сравниваемых обозначениях одинаково (поскольку составляют идентичное слово «ПЛАНЕТА»).

Помимо изложенного, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны истца, указав, что исходя из анализа имеющихся в деле доказательств, доводов и возражений участвующих в деле лиц, не может быть установлена недобросовестность поведения истца, его отклонение от разумно ожидаемого в обстоятельствах правоотношений сторон спора.

При этом суд апелляционной инстанции, отметил, что выводы суда первой инстанции об обратном не привели к принятию неправильного решения.

При повторном рассмотрении дела апелляционный суд сделал вывод о необоснованности произведенного расчета компенсации, установив, что заявленный истцом размер компенсации основан исключительно на предположениях истца относительно полученной ответчиком выручки от реализации товаров с использованием спорного обозначения за последние три года до дня направления досудебной претензии.

В виду отсутствия других доказательств, подтверждающих размер заявленной компенсации, суд апелляционной инстанции указал, что представленный расчет не может служить основанием для взыскания компенсации в заявленном размере.

В связи с этим суд апелляционной инстанции оставил без изменения судебный акт суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами,

указанными в пункте 2 данной статьи.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 названной статьи).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

В положениях пункта 4 статьи 1515 ГК РФ законодатель предусмотрел три способа расчета компенсации, предоставив правообладателю выбор одного из них. Суд не вправе изменять по своей инициативе способ расчета компенсации, изложенный в исковом заявлении истца (пункт 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее ‒ Постановления № 10), пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо

возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

В постановлении от 02.04.2013 № 15187/12 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отметил, что согласно пункту 2 статьи 1477 ГК РФ правила о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, т.е. к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг, поэтому при применении нормы подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 названного Кодекса денежная компенсация в отношении знаков обслуживания может определяться исходя из двукратной стоимости выполняемых работ или оказываемых услуг.

С экономической точки зрения различают два вида услуг: одни вызывают изменения в состоянии товаров, в физическом или интеллектуальном состоянии отдельных лиц (например, бани общественные, услуги парикмахерских, ремонт одежды), другие связаны с операциями по обмену (Система национальных счетов 2008, Официальная статистическая методология формирования официальной статистической информации об объеме платных услуг населению, утвержденная приказом Федеральной службы государственной статистики от 17.12.2021 № 927). Под услугой, связанной с операциями по обмену, подразумевается содействие в передаче прав собственности на товары, продукты или финансовые активы.

В постановлениях от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П, от 24.07.2020 № 40-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Суд по интеллектуальным правам считает необходимым отметить, что, самостоятельную стоимость услуг оптовой и розничной торговли товаров для целей правоприменения не представляется возможным выделить из стоимости реализуемых товаров, доход торговой организации (выручка от продажи товаров за определенный промежуток времени) не отражает стоимость оказываемой услуги «реализация товаров» при применении подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ совместно с пунктом 2 статьи 1477 названного Кодекса.

Согласно абзацу второму пункта 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости

контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

При продаже товаров ответчик оказывает различные сопутствующие услуги (упаковка, доставка, расфасовка, выкладка, предоставление информации и т.п.), в отношении которых не заключаются самостоятельные договоры, их цена не указана на ценнике, в прейскуранте или на товарном чеке. Как следствие, самостоятельную стоимость этих услуг определить невозможно. Доход от деятельности магазина, основной функцией которого является продажа товаров, непосредственно связан с характеристиками и со стоимостью продаваемых товаров, при этом цена услуг, связанных с реализацией товаров, не равна цене реализуемых товаров. Для целей правоприменения не представляется возможным отделить в составе выручки ответчика стоимость услуг, связанных с реализацией товаров, от цены этих товаров.

Следовательно, выручка от деятельности по продаже товаров, т.е. доход от совокупности сделок купли-продажи, произведенных ответчиком, в частности в магазине, за определенный период, не может быть принята за основу для расчета компенсации в двукратной стоимости услуг, оказываемых при продаже товаров. В описываемой ситуации доход организации за определенный период не эквивалентен стоимости оказываемых в магазине услуг, не отражает сведения ни о количестве таких услуг, ни об их цене.

С учетом невозможности определения самостоятельной стоимости услуг, оказываемых при реализации товаров, а также неравнозначности стоимости реализованного товара и стоимости оказанных при продаже товаров услуг суд не может удовлетворить требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости услуг по реализации товаров исходя из представленных истцом сведений о выручке ответчика.

Таким образом, суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих заявленный размер компенсации, определенной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по переоценке фактических обстоятельств дела, установленных нижестоящими судами на основании собранных по делу доказательств.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

С учетом изложенного, рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в ней доводов, судебная коллегия полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов судов первой и апелляционной инстанций в любом случае, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемые судебные акты являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя этой жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2023 по делу № А40-263169/2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2023 по тому же делу оставить без изменения,

кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Ибатуллина Азамата Валерьяновича (ОГРНИП 311028012400084) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий

судья Д.А. Булгаков Судья Ю.В. Борисова Судья Н.Н. Погадаев