Гражданский кодекс часть 1

об отмене определения Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2020 в части привлечения ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп" и взыскания с них денежных средств; о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; взыскании с ФИО3, ФИО4 в пользу ООО «Алкогрупп» денежных средств в размере 7 270 684, 54 руб. солидарно с ФИО8, ФИО1; об отказе в остальной части требования,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Алкогрупп»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.04.2017 принято к производству заявление ФИО9 о признании несостоятельным (банкротом) ООО "Алкогрупп".

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2017 ликвидируемый должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО10 Сообщение о признании должника банкротом опубликовано конкурсным управляющим в газете "КоммерсантЪ" N 147 от 12.08.2017, стр. 82.

Определением того же суда от 09.09.2020 ФИО10 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ООО "Алкогрупп", конкурсным управляющим ООО "Алкогрупп" утверждена ФИО11

Арбитражным судом г. Москвы рассмотрены заявления конкурсного управляющего ООО "Алкогрупп" ФИО10 и ОАО "Цимлянские вина" о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 648.970.749,16 рублей; заявление ООО "Агрофирма "Золотая Балка" о привлечении ФИО4, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 648.970.749,16 рублей.

Арбитражный суд города Москвы определением от 23 сентября 2020 года привлек ФИО8, ФИО4, ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп", взыскал солидарно с ФИО8, ФИО4, ФИО3, ФИО1 в пользу ООО "Алкогрупп" денежные средства в размере 648.970.749,16 рублей.

Не согласившись с принятым определением, ФИО8, а позднее ФИО3, а также ФИО4 подали апелляционные жалобы.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2020: отказано ФИО4, ФИО3 в восстановлении процессуального срока подачи апелляционной жалобы, прекращено производство по апелляционным жалобам ФИО4, ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 сентября 2020 года, определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 сентября 2020 года в обжалуемой части оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО8 - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.02.2021 г. Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда в части прекращения производства по апелляционным жалобам ФИО3 и ФИО4 по делу N А40-71354/2017 отменено. В отмененной части обособленный спор направлен на рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Определение от 23.09.2020 Арбитражного суда города Москвы, постановление от 14.12.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу N А40-71354/2017 в части привлечения к ответственности ФИО8 оставлено без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Определением от 07.04.2021 Девятый арбитражный апелляционный суд восстановил ФИО4 и ФИО3 пропущенный срок на подачу апелляционных жалоб. Перешел к рассмотрению дела № А40-71354/17 по спору в отношении ФИО4 и ФИО3 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021 года определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 сентября 2020 года по делу N А40-71354/17 отменено в части привлечения ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп" и взыскания с них денежных средств.

Привлечены ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп". Взысканы с ФИО3, ФИО4 в пользу ООО "Алкогрупп" денежные средства в размере 7 270 684 руб. 54 коп. солидарно с ФИО8, ФИО1. В остальной части требований к ФИО3, ФИО4 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4, ФИО3, ФИО12 обратились в арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

В судебном заседании представители кассаторов поддержали доводы кассационных жалоб.

Конкурсный управляющий должником оставил разрешение кассационных жалоб на усмотрение суда.

Представитель ООО «Агрофирма «Золотая балка» возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

От кредитора ООО «Агрофирма «Золотая Балка» поступило ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе ФИО1

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд кассационной инстанции считает его подлежащим отклонению, ввиду ошибочного толкования положений пункта 1 статьи 61.15 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 14, 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35, поскольку ФИО1 является солидарным ответчиком, в отношении которого в рамках дела о банкротстве рассмотрен спор о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационных жалоб и отзывов, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если иное не предусмотрено Законом, в целях Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 5 ст. 61.10 Закона арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, ФИО13 давал указания по распределению денежных потоков ООО "Алкогрупп", переводу безналичных денежных средств и передачи наличных денежных средств лично ему или ФИО14

Данный вывод сделан судом апелляционной инстанции, в том числе на основании протокола допроса свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 являлся учредителем ООО "Алкогрупп" совместно с ФИО14 (т.е. осуществлял фактический контроль ООО "Алкогрупп"), на основании протокола допроса ФИО19, ФИО18 осуществлял корпоративное управление ООО "Алкогрупп" посредством смены и определения долей учредителей в ООО "Алкогрупп", осуществлял координацию смены генеральных директоров в ООО "Алкогрупп".

Согласно сведениям, указанным в протоколе очной ставки ФИО8 и ФИО14, ФИО18 совместно с ФИО14 получал денежные средства от ФИО8; имел доступ и передавал электронный ключ клиент-банка ООО "Алкогрупп" сотрудникам ООО "Алкогрупп"; давал указания на отгрузку продукции ООО "Алкогрупп" в пользу ОАО "Цимлянские вина".

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об аффилированности ФИО18 и ООО "Алкогрупп" на основании следующего.

Участником ООО "Алкогрупп" являлась ФИО20, которая приходится матерью ФИО21 - акционера ОАО "Цимлянские вина" (отзыв на заявления о привлечении ФИО20 к субсидиарной ответственности); ФИО21 являлась супругой ФИО18, что подтверждается копией апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда по делу N 33-15562/19; согласно тексту постановления Пятнадцатого арбитражного суда от 08.06.2017 по делу N А53-131/2017, ОАО "Цимлянские вина" и ООО "Алкогрупп" являются аффилированными лицами.

При этом судом отклонена ссылка ответчиков на признание определением Московского областного суда от 24.04.2019 по иску ответчицы ФИО1 - дочери ФИО18 (умершего 17.10.2017), недействительным зарегистрированного 04.04.1998 брака между ФИО21 и ФИО18, поскольку данные судебный акт не отменяет фактических семейных отношений между ними.

Судом учтено, что в определении Московского областного суда от 24.04.2019 отмечено, что "Представленными истцом документами, не оспоренными ответчиками и третьими лицами, подтвержден факт заключения в г. Вене Австрийской Республики брака между ФИО18 и ФИО22 02 мая 1995 г.".

Следует отметить, что ответчиком по указанному делу являлась мать истцы, а третьими лицами - братья (ФИО4, ФИО3). Причем, полное имя ФИО22, а также сведения о привлечении ее к участию в деле в судебном акте не указаны.

В связи с чем, отклонили доводы о наличии преюдиции в соответствии с п.3 статьи 69 АПК РФ для иных лиц, участвующих в настоящем обособленном споре.

Судом учтено, что в указанном деле N 33 - 13998/2019 истец ФИО1 в обоснование мотивов иска не указывала на цель заявления в рамках дела о банкротстве ООО "Алкогрупп" об отсутствии аффилированности должника с ФИО18, а заявляла лишь о заинтересованности в оспаривании брака, по сути, в целях исключении матери из числа наследников ФИО18

ФИО18 входил в состав совета директоров ОАО "Цимлянские вина", о чем указано в списке аффилированных лиц, составленном на дату окончания отчетного периода (на 2016 г.), опубликованном в сети "Интернет" на сайте https://www.e-disclosure.ru/3.

ФИО18 совместно с ФИО14 получали денежные средства со счета должника посредством действий ФИО8 Согласно сведениям, указанным в платежных документах ФИО18 получал денежные средства от ФИО8 Таким образом, ФИО18 является контролирующим должника лицом.

Как следует из заявления, заявители просят привлечь ответчиков ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 2 ст. 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а именно, в связи с совершением действий, повлекших несостоятельность должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и /или бездействия контролирующего должника лица, если в результате совершения сделок по указанию такого лица причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости имущества должника, а также иные последствия совершенных участником юридически значимых действий, приведшие утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 6 ПП ВС РФ N 53 от 21.12.2017).

Судом установлено, что ФИО18, будучи в составе совета директоров ОАО "Цимлянские вина" -крупнейшего кредитора должника и аффилированного с должником лица, имел возможность определять действия должника. Под влиянием ФИО18 были оформлены экономически нецелесообразные договоры поручительства, поставки, выгодоприобретателем по которым являлись ОАО "Цимлянские вина" - организация, подконтрольная, в том числе, ФИО18

При указанных обстоятельствах ФИО18 была создана и поддерживалась система управления должником, нацеленная на систематическое извлечение выгоды третьим лицом - ОАО "Цимлянские вина" во вред ООО "АлкоГрупп" и его кредиторам, что заключалось в следующих действиях: в пользу ФИО18 ФИО8 перечислялись денежные средства со счетов должника; должник под влиянием ФИО18 совершал сделки, результатом которых стал вывод денежных средств из ООО "АлкоГрупп", вследствие чего должник стал неспособен рассчитаться с кредиторами; вследствие совершения ФИО23 и ФИО24 под влиянием ФИО18. сделок должника причинен вред имущественным правам кредиторов общества на общую сумму 588 млн руб.

С 01.01.2015 по 22.12.2016 должником также заключались договоры с множеством юридических лиц ("фирм-однодневок") с целью вывода денежных средств по мнимым сделкам. По состоянию на момент составления настоящего ходатайства все подобные юридические лица были ликвидированы по решению налоговых органов.

Из текста письменных пояснений ФИО23 и ФИО14, рассмотренных в рамках обособленного спора по привлечению к субсидиарной ответственности ФИО19, ФИО14, ФИО23., ФИО20, ФИО25, ФИО26 и ФИО24, следует, что всеми действиями ФИО14 и ФИО23 руководил ФИО18

При указанных обстоятельствах под влиянием ФИО18 действовали ФИО23, ФИО14, которые были признаны контролирующими должника лицами и привлечены ранее к субсидиарной ответственности.

Таким образом, вследствие совершения ФИО18 действий по контролю деятельности должника причинен существенный вред имущественным правам кредиторов ООО "АлкоГрупп", в связи с чем, ФИО18 подлежал привлечению к субсидиарной ответственности.

Судом установлено, что ФИО18 умер, его наследниками помимо уже привлеченной к субсидиарной ответственности ФИО1, являются ФИО4; ФИО3.

По общему правилу в состав наследства входит все имущество и долги наследодателя, за исключением случаев, когда имущественные права и обязанности неразрывно связаны с личностью наследодателя либо если их переход в порядке наследования не допускается федеральным законом (статьи 18 и 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").

Из этого следует, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, должен быть подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Равным образом гражданское законодательство не содержит запрета на переход спорных обязательств в порядке наследования.

Таким образом, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.

Суд апелляционной инстанции обоснованно учел правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2019 N 303-ЭС19-15056 по делу N А04-7886/2016.

Для реализации права кредитора на судебную защиту не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина - § 4 главы X Закона о банкротстве) и может быть удовлетворен только в пределах стоимости наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не имеет значения, вошло ли непосредственно в состав наследственной массы то имущество, которое было приобретено (сохранено) наследодателем за счет кредиторов в результате незаконных действий, повлекших субсидиарную ответственность."

То обстоятельство, что на момент открытия наследства могло быть известно о наличии соответствующего долга наследодателя, также само по себе не препятствует удовлетворению требования, поскольку под долгами наследодателя понимаются не только обязательства с наступившим сроком исполнения, но и все иные обязательства наследодателя, которые не прекращаются его смертью. Соответственно, риск взыскания долга, связанного с привлечением к субсидиарной ответственности, также возлагается на наследников.

Пунктом 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В соответствии с реестром требований кредиторов должника, совокупный размер требований кредиторов должника, а также требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника, составляет 648.970.749,16 рублей.

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Фактические обстоятельства по делу в отношении наследодателя ответчиков (ФИО4, ФИО3) ФИО18 также установлены вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда г. Москвы от 23 сентября 2020 года по делу N А40-71354/17, которым ФИО8, ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп" со взысканием солидарно с ФИО8, ФИО1 в пользу ООО "Алкогрупп" денежных средств в размере 648.970.749,16 рублей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу, что наследники ФИО18 - ФИО4, ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Алкогрупп" в пределах стоимости наследственного имущества.

Ранее вступившими в законную силу решениями Одинцовского городского суда Московской области N 2-8120/2018 от 12.12.2018, N 2-4160 от 08.07.2019, N 2-16/2019 от 30.01.2019, N 2-7769 от 04.09.2019 с ФИО4, ФИО3 как наследников, принявших наследство после смерти ФИО18, взыскано в пользу АО "Альфа-Банк" 804 311,95 руб. и 784 668,30 руб., в пользу ООО "Паритет" 5 681 704,29 руб.

Согласно вышеназванным Решениям Одинцовского городского суда, наследственное имущество после смерти ФИО18 состоит из следующего имущества: Земельного участка площадью 476 кв. м, доли в размере 4/6 в праве собственности на земельный участок площадью 555 кв. м жилого дома общей площадью 70,6 кв. м., Автомобиля "Мерседес-Бенз Виано" 2012 года выпуска, VIN <***>, Прицеп к легковому автомобилю N 829440 ПР VIN <***>, 2009 года выпуска, Денежные средства в ПАО "Сбербанк" в сумме 14 256 руб. 54 коп., в том числе: на счете N Юго-Западного банка ПАО Сбербанк 1 033 руб. 20 коп.; на счете N Юго-Западного банка ПАО "Сбербанк" 13 223 руб. 34 коп.

Согласно отчетам об оценке, подготовленным ООО "Консалт Про Оценка", представленным в судебное заседание Одинцовского городского суда, стоимость наследственной массы составляет 7 270 684 руб. 54 коп., из которых: стоимость Земельного участка площадью 476 кв. м, кадастровый N 61:44:00315646:1, расположенного по адресу: <...> составляет 2 760 000 руб. (два миллиона семьсот шестьдесят тысяч рублей); Стоимость доли в размере 4/6 в праве собственности на земельный участок площадью 555 кв. м, кадастровый N 61:44:9931564:4, расположенный по адресу: <...> составляет 2 020 000 руб. (два миллиона двадцать тысяч рублей); Стоимость жилого дома площадью 70,6 кв. м, кадастровый N 61:44:0032069:95, расположенный по адресу: <...> составляет 1 450 000 руб.; Стоимость автомобиля "Мерседес-Бенз Виано" VIN <***> N 2012 года выпуска составляет 1 016 600 руб. (один миллион шестнадцать тысяч шестьсот рублей); Стоимость Прицепа к легковому автомобилю N 829440 VIN <***>, 2009 года выпуска, составляет 9 828 руб.

Доказательств, свидетельствующих об ином размере наследственного имущества, перешедшего после смерти ФИО18, не представлено.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 60, 61 своего постановления от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

При этом за свидетельством о праве на наследство по закону ответчики не обращались. Согласно предоставленной копии наследственного дела, в нем отсутствуют акции и доли любых юридических лиц, а также другое имущество, не учтенное в Решениях Одинцовского городского суда, представленных ранее.

Суд, при определении размера наследственной массы учел стоимость оцененного имущества ФИО18 при открытии наследства, установленную в решениях Одинцовского городского суда Московской области N 2-8120/2018 от 12.12.2018, N 2-4160 от 08.07.2019, N 2-16/2019 от 30.01.2019, N 2-7769 от 04.09.2019.

В связи с чем, пришел к выводу, что с ФИО4, ФИО3 подлежат взысканию в пользу ООО "Алкогрупп" денежные средства в размере 7 270 684 руб. 54 коп. солидарно с ФИО8, ФИО1.

В остальной части требований к ФИО3, ФИО4 отказано.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем, оснований для иной оценки выводов суда у суда кассационной инстанции не имеется.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 13 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции" с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой и апелляционной инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителей кассационных жалоб с судебными актами не свидетельствует о неправильном применении судами норм процессуального права и не может служить достаточным основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанции сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и о нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 N 305-ЭС16-7224.

При этом судом округа учитывается правовая позиция Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженная в постановлении от 23.04.2013 N 16549/12, согласно которой исходя из принципа правовой определенности, решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Указанная правовая позиция также подлежит учету судом кассационной инстанции при пересмотре в порядке кассационного производства вступивших в законную силу судебных актов.

Коллегия судей полагает, что судом верно определен круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу; правильно применены законы и иные нормативные акты, регулирующие спорные правоотношения; дана оценка всем имеющимся в материалах дела доказательствам с соблюдением требований процессуального законодательства.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Довод о неисполнимости включения в наследственную массу дополнительных обязательств перед ООО «Алкогруп» отклоняется, поскольку основан на ошибочном толковании норм права, не входит в круг обстоятельств, подлежащих установлению в настоящем споре и не свидетельствует о наличии судебной ошибки в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора.

Довод о несогласии с отнесением ФИО18 к контролирующим должника лицам сводится к несогласию с установленными судом обстоятельствами, что не входит в круг полномочий суда кассационной инстанции.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2021 по делу № А41-98243/17 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Ю.Е. Холодкова

Судьи: Е.Л. Зенькова

Н.Я. Мысак