Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО5 (далее - ответчик) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.03.2023 (судья Мельникова А.О.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 (судьи Фролова Н.Н., Апциаури Л.Н., Кудряшева Е.В.) по делу № А45-13301/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «НСТ-Инжиниринг» (ИНН<***>, ОГРН <***>, далее – ООО «НСТ-Инжиниринг», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО5 - ФИО2 по доверенности от 10.10.2022.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Санекст.Про» (далее - ООО «Санекст.Про»), принятого определением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.06.2020.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.04.2021 в отношении ООО «НСТ-Инжиниринг» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее - конкурсный управляющий), который обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении ФИО5 и ФИО4 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании солидарно в конкурсную массу 25 424 958,82 руб.

Определением Арбитражный суд Новосибирской области от 13.03.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного

суда от 08.06.2023, требования удовлетворены, признано доказанным наличие оснований для привлечения Телятникова А.С. и Поясока А.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по рассмотрению вопроса о размере субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО5 обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.03.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023, направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы полагает, что выводы судов не соответствуют представленным в дело доказательствам, поскольку совокупность обстоятельств, необходимых для признания ФИО5 лицом, контролирующим должника не установлена. По мнению кассатора, объективной причиной банкротства должника являлись неправомерные действия ФИО4, выразившиеся в выводе денежных средств компании. Указывает на ошибочность выводов о том, что банкротство должника обусловлено непринятием ФИО5 мер по взысканию дебиторской задолженности. При наличии в распоряжении ФИО4 денежных средств, размещенных на расчетных счетах ООО «НСТ-Инжиниринг» и совершении им последовательных сделок, в результате которых сделалось невозможным исполнение обязательств перед кредиторами, именно действия ФИО4 послужили объективной причиной банкротства.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3, считает доводы, изложенные в ней, несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «НСТ-Инжиниринг» учреждено 19.03.2015, единственным участником которого, а также до открытия процедуры конкурсного производства директором должника являлся ФИО4

Согласно представленному трудовому договору от 01.04.2017 ФИО5 занимал должность коммерческого директора общества.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий ссылается на непередачу документации номинальным директором ФИО4

так и бенефициаром Поясоком А.В., невозможности формирования конкурсной массы, признанием недействительными сделок в рамках дела о банкротстве, причинивших существенный вред кредиторам путем вывода денежных средств должника на счета ИП, невзыскание дебиторской задолженности на значительную сумму более 30 млн. руб., обязанность по взысканию которой предусмотрена трудовым договором, что, в отсутствие доказательств обратного, повлекло банкротство должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, пришел к выводу о доказанности конкурсным управляющим оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 по статье 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве).

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.
Суд кассационной инстанции считает выводы судов правильными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как разъяснено в пунктах 16 и 17 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие

действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Из пункта 2.2.1 трудового договора следует, что в обязанности ФИО5 входил, в том числе, контроль дебиторской задолженности, инициирование и организация процедуры взыскания дебиторской задолженности.

В решении Дзержинского районного суда города Новосибирска от 21.09.2020 по делу № 2-2696/2020 отражены пояснения ФИО5 о том, что он занимал должность коммерческого директора должника, в его обязанности входили организация сбыта товара, контроль дебиторской задолженности, организация процедуры взыскания дебиторской задолженности. Исполняя свои трудовые обязанности, ФИО5 инициировал заключение договора поставки с обществом с ограниченной ответственностью «Вентхолдинг» (далее - ООО «Вентхолдинг»), а в последующем, пообещал, что не будет инициировать процесс взыскания дебиторской задолженности с указанного общества на сумму более 4 млн. руб.

Доказательства взыскания указанной кредиторской задолженности не представлены.

Делая вывод о том, что ФИО5 принимал ключевые решения в деятельности общества наравне с ФИО4, суды приняли во внимание пояснения кредитора должника о том, что все переговоры при взаимодействии компаний проводились непосредственно ФИО5 ФИО4 никогда не представлял интересы компании. Аналогично, переговоры со стороны должника велись ФИО5 с акционерным обществом «Реттиг Варме Рус» (подтверждено представленной перепиской). ФИО5 использовал корпоративную карту общества,

что подтверждается оплатой проживания лично Поясока А.В. (без Телятникова А.С.) в отеле Mercure в городе Москва, а также оплатой банкета.

Кроме того, ФИО5 неоднократно выступал поручителем по договорам, заключенным с контрагентами должника. Данное обстоятельство подтверждается, в частности, решением Дзержинского районного суда города Новосибирска от 09.11.2021 по делу № 2-1340/2021, в котором установлено, что 10.07.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Реттиг Варме Рус» и ФИО5 заключен договор поручительства к дилерскому договору, согласно которому ФИО5 несет вместе с ООО «НСТ-Инжиниринг» солидарную ответственность перед ООО «Реттиг Варме Рус» за исполнение данного договора.

Согласно представленной в дело распечатки с сайта подбора персонала LinkidlN ФИО5 определял себя как руководитель группы компаний НСТ.

Судами также обоснованно учтено, что после образования задолженности должника перед кредитором, договорные взаимоотношения сторон были переведены в общество с ограниченной ответственностью «ПСК Групп», созданное ФИО5 в марте 2018 года, с аналогичным кодом ОКВЭД. В подтверждение данных пояснений в дело представлены акты сверки обществ, доверенности и товарные накладные, из анализа которых усматривается, что менеджер ФИО6 получал товар от контрагента по доверенности, выданной должником, а в последующем по доверенности ООО «ПСК Групп».

Кроме этого, при вынесении определения суда от 07.11.2022 о признании недействительной сделки должника, истребованы сведения по счетам ответчика индивидуального предпринимателя ФИО7 из анализа которых конкурсным управляющим установлено, что денежные средства через ИП ФИО7 в один промежуток времени выводились как со счетов должника, так и со счетов ООО «ПСК Групп», в котором ФИО5 является учредителем и директором.

Оценив указанные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций обосновано указали на то, что ФИО5 подпадает под признаки контролирующего должника лица, указанные в статье 61.10 Закона о банкротстве, в связи с чем может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

При этом доказательств того, что размер дебиторской задолженности был существенно меньше размера, отраженного в бухгалтерской документации (содержит недостоверные сведения) не представлено, как и не доказана невозможность взыскания либо не ликвидность таковой.

Доводы кассационной жалобы о том, что ФИО5 не определял хозяйственную деятельность должника, не является контролирующим должника лицом, суд округа отклоняет как направленный на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами. Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления

судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Оценив в совокупности изложенные выше обстоятельства суды пришли к верному выводу что ФИО5 в том числе также являлся контролирующим должника лицом, принимающим ключевые решения в деятельности общества.

Доказательств того, что размер дебиторской задолженности был существенно меньше размера, отраженного в бухгалтерской документации (содержит недостоверные сведения) не представлено, как и не доказана невозможность взыскания либо неликвидность таковой.

Таким образом, суд, с учетом размера невзысканной дебиторской задолженности – более 30 млн руб., размера реестровой задолженности более 25 млн. руб. верно установил, что непринятие мер по взысканию задолженности, отсутствие разумных и убедительных пояснений относительно причин не взыскания, а также того, что подобное бездействие было разумным и добросовестным поведением, является основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Довод о том, что не взыскание вызвано решением ФИО4а судами отклонен, поскольку целью предпринимательской деятельности является получение дохода, в свою очередь прощение либо не взыскание дебиторской задолженности, очевидно, влечет негативные последствия для общества.

Суд верно указал, что ФИО4, организуя свою правовую защиту, пытается оправдать действия Поясока, возложив вину за все действия исключительно на себя. Между тем, каких-либо убедительных доказательств того, что ФИО4 давал распоряжения Поясоку не взыскивать дебиторскую задолженность, помимо устных пояснений сторон, в дело не представлено.

Наличие обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность контролирующих должника лиц, устанавливается судами первой и апелляционной инстанций путем оценки представленных доказательств и доводов лиц, участвующих в обособленном споре.

Фактические обстоятельства, в том числе недобросовестное поведение ответчиков, установлены судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, нарушений норм процессуального права не допущено.

В связи с изложенным суд округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам, изложенным в кассационной жалобе ФИО5

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.03.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А45-13301/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий В.А. Зюков

Судьи О.В. Ишутина

ФИО1