Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Издательский дом «Типография Купца Тарасова» (ул. Челюскинцев, д. 25, г. Березники, Пермский край, 618419, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда Пермского края от 25.02.2019 по делу № А50-36246/2018 (судья Истомина Ю.В.) и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 по тому же делу (судьи Дружинина Л.В., Гребенкина Н.А., Григорьева Н.П.)

по иску иностранного лица Carte Blanche Greetings Limited (Unit 3, Chichester Business Park, Tangmere, Chichester, West Sussex, PO20 2FT, England)

к обществу с ограниченной ответственностью «Издательский дом «Типография Купца Тарасова» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и на объект авторского права.

В судебном заседании принял участие представитель иностранного лица Carte Blanche Greetings Limited – Сибирских А.В. (по доверенности от 05.04.2019 № 77 АВ 7605822).

Суд по интеллектуальным правам
УСТАНОВИЛ:

иностранное лицо Carte Blanche Greetings Limited (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Издательский дом «Типография Купца Тарасова» (далее – общество) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак по международной регистрации

№ 855249 в размере 10 000 руб., а также компенсации за нарушение исключительного права на объект авторского права (рисунок медвежонка

Ми Ту Ю / Me To You Bear) в размере 10 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения иска в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 25.02.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019, иск удовлетворен: с общества в пользу компании взыскана компенсация в размере 20 000 руб., в том числе за нарушение исключительного права на товарный знак 10 000 руб. и за нарушение исключительного права на рисунок 10 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт, отказав в удовлетворении иска.

Общество указывает на то, что по смыслу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) рисунок, не признанный в установленном порядке произведением науки, литературы либо искусства, не является самостоятельным объектом авторского права, в связи с чем взыскание компенсации за нарушение права компании на этот рисунок незаконно. Общество полагает, что судами в отношении него применена двойная ответственность за одно нарушение.

Заявитель кассационной жалобы также ссылается на то, что у судов не имелось правовых оснований для удовлетворения заявленных требований,

поскольку фактически нарушение исключительных прав истца было совершено по воле компании в результате провокации его представителя. Общество указывает на то, что если бы представитель компании не осуществил заказ спорного типографского товара, общество не нарушило бы права истца. Указанные обстоятельства, как полагает общество, свидетельствуют о том, что истцом намеренно создана ситуация нарушения его прав, а также незаконно получены доказательства нарушения этих прав, в связи с чем суды должны были отказать в удовлетворении настоящего иска ввиду злоупотребления компанией правом.

По мнению заявителя кассационной жалобы, в рамках настоящего дела истцом не был доказан факт сходства до степени смешения его товарного знака с обозначением, размещенным обществом на спорном товаре. Данное обстоятельство, указывает общество, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Общество полагает, что истец не подтвердил свой юридический статус ни при подаче заявления, ни в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции. Общество ссылается на то, что данное обстоятельство препятствовало рассмотрению искового заявления, однако судами во внимание принято не было.

Заявитель кассационной жалобы также обращает внимание на то, что судом первой инстанции неправомерно отнесены на него расходы истца на отправку документов в размере 183 руб., а судом апелляционной инстанции – не рассмотрены изложенные в его апелляционной жалобе доводы.

В отзыве на кассационную жалобу компания просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность.

Явившийся в судебное заседание представитель истца выступил по доводам, изложенным в отзыве, просил оставить кассационную жалобу без удовлетворения.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания суда кассационной инстанции, в том числе путем публичного

уведомления на официальном сайте Суда по интеллектуальным правам http://ipc.arbitr.ru, своего представителя в суд кассационной инстанции не направило, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в его отсутствие.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судами норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

Как следует из материалов дела и установлено судами, компания является обладателем исключительных прав на товарный знак по международной регистрации № 855249, зарегистрированный, в том числе в отношении товаров 16-го (книги, канцелярские товары, издания печатным и продукция печатная) и 28-го (игрушки, плюшевые, мягкие игрушки) классов Международной классификации для регистрации знаков, а также на объект авторского права – изображение медвежонка Me To You Bear.

Общество, как установлено судами, 16.08.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, реализовало товар (учебный календарь на 2018-2019 годы), на котором размещено изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком, право на который принадлежит истцу, а также воспроизводящее объект авторского права (изображение), право на который также принадлежит компании.

Указанные обстоятельства подтверждены товарным чеком общества от 16.08.2018, на котором имеется указание идентификационного номера налогоплательщика общества, видеозаписью закупки товара, а также спорным товаром.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, руководствовался положениями статей 1229, 1233, 1252, 1256, 1259, 1270, 1277, 1301, 1484, 1515 ГК РФ и исходил из доказанности фактов принадлежности компании исключительных прав на товарный знак и объект авторского права, а также нарушения этих прав обществом.

Суд первой инстанции, устанавливая факт нарушения обществом исключительных прав истца отметил, что доказательств наличия законных оснований к использованию объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу, ответчиком не представлено. При этом обозначение, размещенное на реализованном ответчиком товаре, признано имитирующим изображение (объект авторского права) и сходным до степени смешения с товарным знаком. Устанавливая такое сходство, суд первой инстанции руководствовался, в числе прочего, разъяснениями, содержащимися в Обзоре практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденным информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 (далее – Обзор), в Методических рекомендациях по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам от 31.12.2009

№ 197, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009

№ 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Удовлетворяя иск в полном объеме, суд первой инстанции также отметил, что заявленный размер компенсации соответствует минимально установленному законом размеру, в связи с чем снижению не подлежит.

Злоупотребления в действиях компании правом по смыслу статьи 10 ГК РФ суд первой инстанции не установил.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, отметив при этом, что они соответствуют также и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10).

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее, проверив в соответствии со статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и норм процессуального права, соответствие выводов судов имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, Суд по интеллектуальным правам приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных

ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

В силу пункта 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой

форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения.

Согласно пункту 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно- пространственной форме.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 80 постановления

№ 10, перечень объектов авторского права, содержащийся в пункте 1 статьи 1259 ГК РФ, не является исчерпывающим.

При разрешении вопроса об отнесении конкретного результата интеллектуальной деятельности к объектам авторского права следует учитывать, что по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 ГК РФ в их взаимосвязи таковым является только тот результат, который создан творческим трудом.

Пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом. При этом само по себе отсутствие новизны, уникальности и (или) оригинальности результата интеллектуальной деятельности не может свидетельствовать о том, что такой результат создан не творческим трудом и, следовательно, не является объектом авторского права.

Общество, полагая, что изображение, в защиту которого предъявлен иск, не является объектом авторского права, ссылается на то, что указанное

изображение не признано в установленном порядке произведением науки, литературы либо искусства.

Суд кассационной инстанции отклоняет данный довод как основанный на неверном толковании норм права, в частности, пункта 4 статьи 1259 ГК РФ, в соответствии с которым для возникновения исключительного права регистрация произведения либо соблюдение каких-либо иных формальностей не требуется.

У суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для переоценки доказательств и несогласия с выводами судов о том, что изображение, в защиту исключительного права на которое компания обратилась в суд с иском по настоящему делу, является объектом авторского права.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252 и 1253 ГК РФ, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ признается исключительное право на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена статьей 1515 ГК РФ, при этом истец вправе выбрать способ защиты своего нарушенного права по своему усмотрению. В силу пункта 4 указанной статьи правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначения и товарного знака является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы с позиции рядового потребителя, как разъяснено Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 13 Обзора, на что верно сослались суды, разрешая настоящий спор.

Оценивая довод общества о том, что суды пришли к неверному выводу относительно того, что обозначение, размещенное на товаре, является сходным до степени смешения с товарным знаком компании, судебная коллегия исходит из следующего.

Как разъяснено в пункте 162 постановления № 10, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве

соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Суд по интеллектуальным правам полагает, что выводы судов о сходстве товарного знака и спорного обозначения до степени смешения основаны на верной методологии сравнения, сделаны с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов сторон и в достаточной степени мотивированы.

Аргументы общества об обратном по существу направлены на переоценку доказательств и сделанных на их основании выводов, к которым пришли суды в результате проведенного сравнения, однако такое несогласие само по себе не свидетельствует о неверности либо незаконности соответствующих выводов судов.

В соответствии с положениями статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не вправе пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что установленные судами факты принадлежности компании исключительных прав, в защиту которых предъявлен иск, и нарушения обществом этих прав путем размещения на товаре обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком и имитирующего объект авторского права, и последующей реализации этого товара, основаны на нормах права и имеющихся в материалах дела доказательствах.

Компанией при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 статьи 1301 (в отношении защиты исключительных прав на изображение, являющееся объектом авторского права), подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (в отношении защиты исключительных прав на товарный знак).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления

№ 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Соответственно, в предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на объект авторского права и на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и не оспаривается лицами, участвующими в деле, компания является правообладателем товарного знака и объекта авторского права, в защиту прав на

которые предъявлен иск по настоящему делу. Факт реализации обществом товара, на котором размещено спорное обозначение, также установлен и участвующими в деле лицами не оспаривается.

Поскольку в силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в отношении вышеназванных выводов судов Судом по интеллектуальным правам не проверяется.

Общество ссылается на то, что, несмотря на реализацию товара со спорным обозначением, в его действиях отсутствует состав нарушения исключительных прав компании, поскольку компания была заинтересована в нарушении этих прав. Данный аргумент общество связывает с тем, что представитель компании намеренно спровоцировал общество нанести на товар спорное обозначение. В названном обстоятельстве общество усматривает злоупотребление компанией принадлежащим ей правом и полагает, что это являлось основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований на основании статьи 10 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как отмечено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 154 постановления № 10, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака

(по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого- либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное

осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

На необходимость учета цели действий при анализе добросовестности поведения обращено внимание, в частности, в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011

№ 11 «О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Суд по интеллектуальным правам отмечает, что судами первой и апелляционной инстанций довод общества о наличии в действиях компании злоупотребления правом был исследован и получил оценку.

Как следует из постановления суда апелляционной инстанции, суд, исследовав имеющуюся в материалах дела видеозапись покупки товара, установил, что покупатель (заказчик) товара просил разместить на товаре изображение, предложенное именно сотрудником общества из имеющегося у общества арсенала различных изображений.

При названном обстоятельстве Суд по интеллектуальным правам не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что в данном случае злоупотребление истцом правом по смыслу статьи 10 ГК РФ не установлено.

В кассационной жалобе данный вывод судов содержательно не опровергается, не имеется также ссылок на обстоятельства, позволивших бы установить, что умысел компании при обращении с иском в защиту своих нарушенных прав был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда ответчику.

Суд по интеллектуальным правам также отклоняет довод общества о том, что в отношении него применены двойная ответственность за одно нарушение – продажу товара, на котором размещен одно обозначение.

Действующими правовыми нормами установлен принцип раздельного определения размера компенсации по каждому объекту, исключительное право на который нарушено.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Поскольку судами установлено, что размещение на товаре, реализацию которого осуществило общество, спорного обозначения является нарушением исключительных прав компании одновременно на товарный знак и на объект авторского права, взыскание компенсации за каждое из этих нарушений является законным.

Суд по интеллектуальным правам также отклоняет доводы общества о том, что судами не был надлежащим образом установлен юридический статус компании.

Из взаимосвязанных положений пункта 9 части 1 статьи 126, части 1 статьи 253, части 3 статьи 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что в случае, когда истцом или ответчиком является иностранное лицо, к исковому заявлению прилагается документ, подтверждающий нахождение лица под юрисдикцией иностранного государства, его организационно-правовую форму, правоспособность и содержащий сведения о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия гражданских обязанностей. Такой документ определяется на основании личного закона иностранного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах19, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – постановление № 23) арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

На основании положений статьи 255 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, выданные, составленные или удостоверенные по установленной форме компетентными органами иностранных государств вне пределов Российской Федерации по нормам иностранного права в отношении российских организаций и граждан или иностранных лиц, принимаются арбитражными судами в Российской Федерации при наличии легализации указанных документов или проставлении апостиля, если иное не установлено международным договором Российской Федерации.

Статьей 3 Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов (заключена в г. Гааге 05.10.1961) предусмотрено проставление апостиля компетентным органом государства, в котором этот документ был совершен, что является единственной формальностью, которая может быть потребована для удостоверения подлинности подписи, качества, в котором выступало лицо, подписавшего документ, и, в надлежащем случае, подлинности печати и штампа, которыми скреплен этот документ.

Пунктом 24 постановления № 23 разъясняется, что в случае если документы требуют консульской легализации или проставления апостиля, такая легализация должна быть совершена или апостиль должен быть проставлен не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, а сам документ при этом должен быть получен в разумные сроки до начала осуществления консульской легализации или до проставления апостиля.

Доводы заявителя кассационной жалобы в рассматриваемой части сводятся к тому, что компанией не соблюдены требования, предъявляемые к документам, на основании которых может быть установлен правовой статус иностранного лица.

Суд по интеллектуальным правам приходит к выводу, что, вопреки доводам общества, в материалах дела имеются актуальные на период рассмотрения спора документы, подтверждающие юридический статус компании и ее право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, указанное обстоятельство установлено судом апелляционной инстанции, в связи с чем довод общества об отсутствии таких документов и неисследовании их судами не может быть признан судебной коллегией основанием для отмены судебных актов.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в ней доводов, судебная коллегия полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Суд по интеллектуальным правам также принимает во внимание правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судами.

Обжалуемые судебные акты являются законными и отмене не подлежат. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Судебные расходы за подачу кассационной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Пермского края от 25.02.2019 по делу № А50-36246/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Издательский дом «Типография Купца Тарасова» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья Д.И. Мындря

Судья Р.В. Силаев Судья А.А. Снегур