Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» (далее – общество «Балтийский лизинг») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2017 по делу № А50-8875/2017 Арбитражного суда Пермского края .

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла участие представитель публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» (далее – общество СК «Росгосстрах») ФИО1 (доверенность от 09.01.2018 № 119-Д).

Общество «Балтийский лизинг» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к обществу СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения в размере 4 135 000 рублей.

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Ремакс» (далее – общество «Ремакс»).

Решением суда от 01.08.2017 (судья Герасименко Т.С.) исковые требования удовлетворены.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2017 (судьи Щеклеина Л.Ю., Васева Е.Е., Трефилова Е.М.) решение суда отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе общество «Балтийский лизинг», ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение судом норм материального и процессуального права, просит постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2017 отменить, оставить в силе решение Арбитражного суда Пермского края от 01.08.2017.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, заявитель указывает, что застрахованное имущество было утрачено в результате неправомерных действий третьих лиц, что, в свою очередь, представляет собой хищение, утрату, является объективно наступившим событием, соответствующим как общему определению страхового случая, данному в Законе Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее – Закон № 4015-1), так и определению такого события в качестве страхового в заключенном договоре страхования.

Кроме того, заявитель полагает, что предварительная уголовно-правовая квалификация совершенного хищения груза по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании постановления о возбуждении уголовного дела не является бесспорным доказательством факта освобождения страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение. Возбуждение уголовного дела по признакам мошенничества, как отмечает заявитель жалобы, не свидетельствует о том, что противоправные действия, совершенные в отношении застрахованного имущества (груза), будут квалифицироваться именно по ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, а соответственно, не свидетельствует о наличии обстоятельств, позволяющих исключить произошедшую утрату из числа страховых случаев, предусмотренных договором страхования, и не устраняет объективности утраты застрахованного груза.

Ввиду изложенного, по мнению заявителя, право страхователя (выгодоприобретателя) на получение страхового возмещения по договору страхования не может быть поставлено в безусловную зависимость от указанной в постановлении о возбуждении уголовного дела уголовно-правовой квалификации деяния (определение Верховного суда Российской Федерации от 21.04.2015 № 18-КГ15-47).

В отзыве на кассационную жалобу общество СК «Росгосстрах», возражая против доводов заявителя, просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив в соответствии с положениями ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, 09.07.2015 между обществом «Балтийский лизинг» (страхователь) и обществом СК «Росгосстрах» (страховщик) заключен договор добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (полис от 09.07.2015 серии 4000 № 3313993 (далее – договор страхования), по которому застрахован самосвал КАМАЗ 6520-43 2015 года выпуска, (идентификационный номер XТС652004F1317679), переданный в пользование общества «Ремакс» (лизингополучатель) в соответствии с договором лизинга от 10.07.2015 № 36/15-ПРМ (впоследствии расторгнут в связи просрочкой по оплате лизинговых платежей решением Арбитражного суда Пермского края от 05.02.2016 по делу № А50-28158/2015).

Договор страхования заключен между сторонами на основании и в соответствии с Правилами добровольного страхования транспортных средств и спецтехники № 171 (типовые (единые) от 01.09.2008 в редакции, утвержденной Приказом общества с ограниченной ответственностью «Росгосстрах» от 25.09.2014 № 526хк (далее – Правила).

В разделе 8 договора страхования стороны предусмотрели поквартальную оплату страховой премии в соответствии с графиком платежей.

Общая страховая премия составила 274 150 руб. 56 коп.

Договор страхования заключен на срок с 00 ч 00 мин 15.07.2015 по 24 ч 00 мин 14.07.2018.

Выгодоприобретателем на случай полной гибели или утраты имущества в соответствии с договором страхования (раздел 4) является общество «Балтийский лизинг».

В соответствии с п. 3.2.2 Правил страхование производится по следующим страховым рискам - по риску «Хищение» - если договором страхования не предусмотрен иной перечень, то есть утрата застрахованного транспортного средства и дополнительного оборудования в результате следующих событий, наступление которых подтверждается соответствующими документами компетентных органов: а) кражи, не связанной с невозвратом застрахованного транспортного средства, переданного в аренду (субаренду), прокат или лизинг (сублизинг), б) грабежа, в) разбоя.

В период действия договора страхования застрахованное имущество было похищено, в связи с чем 01.12.2015 общество «Балтийский лизинг» обратилось в Отдел полиции № 7 УМВД России по г. Перми (Свердловский район) с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту утраты имущества (заявление от 01.12.2015 № 553 о возбуждении уголовного дела, талон-уведомление от 01.12.2015 № 024807 о регистрации заявления в Книге учета сообщений о преступлениях).

02.12.2015 общество «Балтийский лизинг» обратилось с заявлением к ответчику о наступлении события, имеющего признаки страхового случая (письмом от 07.02.2017 № 46 были предоставлены дополнительные документы).

03.02.2017 старшим следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории Свердловского района СУ УМВД России по г. Перми майором юстиции ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

21.02.2017 обществом «Балтийский лизинг» от общества СК «Росгосстрах» получен ответ с отказом в выплате страхового возмещения в связи с отсутствием правовых оснований для признания произошедшего события страховым случаем, поскольку риск наступления события, в результате которого похищено застрахованное имущество, не предусмотрен договором страхования.

01.03.2017 общество «Балтийский лизинг» направило в адрес общества СК «Росгосстрах» претензию № 79 о выплате страхового возмещения.

Письмом от 09.03.2017 № 1995/12569920 ответчик повторно отказал в выплате страхового возмещения.

Поскольку страховое возмещение ответчиком выплачено не было, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, сославшись на положения ст. 929, 930, 941 - 942 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, не является бесспорным и надлежащим доказательством факта освобождения страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение, так как,
в отличие от приговора по уголовному делу, не имеет преюдициального значения (ст. 68, ч. 4 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Установив отсутствие оснований для отказа в выплате страхового возмещения со ссылкой на совершение мошеннических действий в отношении застрахованного имущества до вступления в законную силу соответствующего приговора, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции указал, что, несмотря на то, что постановление о возбуждении уголовного дела содержит предварительную квалификацию преступления, в результате которого страхователю причинены убытки, каких-либо иных доказательств, свидетельствующих об иной форме хищения, не представлено. При этом постановление о возбуждении уголовного дела в связи с неверной квалификацией не оспорено. Кроме того, суд отметил, что истец не лишен возможности обратиться с заявлением по правилам ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если впоследствии судом будет дана иная квалификация совершенному преступлению.

Выводы суда апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

В силу п. 1 ст. 927 Гражданского кодекса Российской Федерации страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

По договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы) (п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключенный между обществом и страховой компанией договор являлся договором страхования имущества – транспортного средства КАМАЗ 6520-43 (ст. 930 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 427 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре может быть предусмотрено, что его отдельные условия определяются примерными условиями, разработанными для договоров соответствующего вида и опубликованными в печати. Примерные условия могут быть изложены в форме примерного договора или иного документа, содержащего эти условия.

По смыслу требований ст. 421, 422, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода граждан в заключении договора означает свободный выбор стороны договора, условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании.

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый). Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (абзац второй).

Согласно подп. 2, 4 п. 1 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая), и о сроке действия договора.

Согласно п. 2 ст. 9 Закона № 4015-1 страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему.

Руководствуясь принципами допустимости и относимости доказательств, установленными ст. 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, воспользовавшись предоставленным ст. 431 Кодекса правом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договор страхования доступен пониманию и не допускает каких-либо двояких толкований и формулировок, перечень страхового покрытия является исчерпывающим, стороны договора страхования, исходя из достигнутых условий установили, что событие, приведшее к утрате застрахованного транспортного средства в результате мошенничества (квалифицированного по ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации), не является страховым случаем.

Довод заявителя жалобы о том, что предварительная уголовно-правовая квалификация совершенного хищения груза по ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании постановления о возбуждении уголовного дела не является бесспорным доказательством факта освобождения страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение, отклоняется судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.10.2017 № 309-ЭС17-9038, при рассмотрении гражданского иска о взыскании страхового возмещения вопрос о том, имело ли место причинение убытков в результате совершения мошеннических действий, может быть разрешен арбитражным судом и при отсутствии вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу.

Судом апелляционной инстанции верно отмечено, что в целях доказывания соответствующих обстоятельств сторонами в материалы дела было представлено постановление следователя о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту мошенничества в отношении общества «Балтийский лизинг», что соответствует Правилам страхования, с которыми согласился страхователь, вступая в договорные отношения со страховщиком.

Подобное постановление выносится на основании ст. 146 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и содержит в себе вывод следователя о наличии преступления при принятии решения о возбуждении уголовного дела. Содержащаяся в постановлении предварительная квалификация преступления создает в гражданском деле о взыскании страхового возмещения презумпцию по вопросу о юридической квалификации деяния, в результате которого возникли убытки.

Вместе с тем, поскольку даваемая следователем в таком постановлении юридическая оценка деянию не является окончательной и его суждение носит вероятностный характер как по поводу квалификации, так и по поводу самого факта совершения преступления, названная презумпция может быть опровергнута лицом, против которого она установлена, путем представления в арбитражный суд доказательств, свидетельствующих, например, об иной форме хищения имущества.

Следует обратить внимание на то, что в силу ч. 4 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. С учетом приведенной нормы можно прийти к выводу о том, что зафиксированные в постановлении следователя о возбуждении уголовного дела выводы не имеют преюдициального значения, но данное постановление подлежит исследованию и оценке в рамках судебного разбирательства арбитражным судом наряду с другими доказательствами, представленными сторонами.

В рассматриваемом случае помимо постановления следователя истцом как страховщику, так и в материалы настоящего дела не представлено каких-либо доказательств, направленных на опровержение гражданско-правовой презумпции совершения мошенничества (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Более того, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 05.02.2016 по делу № А50-28158/2015 подтверждена обоснованность расторжения обществом «Балтийский лизинг» в одностороннем порядке договора лизинга от 10.07.2015 № 26/15-ПРМ с обществом «Ремакс», установлено, что предмет лизинга
не возвращен лизингодателю, в связи с чем удовлетворены требования общества «Балтийский лизинг» об его изъятии. Доказательства окончания исполнительного производства по данному делу материалы дела не содержат.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

При этом правовая квалификация апелляционного суда, данная причине возникновения убытков, не создает преюдиции по уголовному делу,
в частности, не предрешает виновности какого-либо лица, не освобождает от доказывания того, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Кроме того, если впоследствии вступит в законную силу приговор по уголовному делу, согласно которому совершенному деянию, вызвавшему убытки, будет дана иная уголовно-правовая квалификация (например, суд установит, что вместо мошенничества имела место кража), заинтересованное лицо имеет возможность обратиться в арбитражный суд о пересмотре судебного акта по спору о взыскании страхового возмещения по правилам гл. 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ссылка заявителя на судебную практику подлежит отклонению, поскольку в каждом конкретном случае суд применяет нормы права к установленным обстоятельствам с учетом установленных фактических обстоятельства дела.

Доводы заявителя кассационной жалобы не опровергают выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, были предметом исследования в суде апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судом норм права и по существу сводятся к переоценке доказательств и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 05.03.2013 № 13031/12. При таких обстоятельствах доводы общества «Балтийский лизинг» отклоняются судом кассационной инстанции, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «Балтийский лизинг» – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2017 по делу № А50-8875/2017 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.В. Сидорова

Судьи Л.Н. Черемных

А.Д. Тимофеева