Гражданский кодекс часть 1

установил: индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – заявитель, декларант, предприниматель, ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением

о признании незаконными решения Владивостокской таможни

(далее – таможня, таможенный орган) от 14.12.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары

№ 10702070/101022/3342518 (далее – спорная декларация, ДТ № 2518),

и решения от 07.03.2023 № 08-22/38.

Решением суда от 02.06.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023,

в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами, предприниматель обратилась в Арбитражный суд Дальневосточного округа

с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции

и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе заявитель настаивает на отсутствии

у таможенного органа оснований для принятия оспариваемого решения, поскольку с запрошенными документами декларант представила письмо

с разъяснениями, указав на документы, которые не были представлены на обозрение таможенному органу ввиду направления документов

с техническими ошибками. Утверждает, что условия оплаты при условиях поставки FCA и FOB – идентичны. Обращает внимание, что поскольку повторный запрос направлен таможней в электронном виде, декларант

не имел возможности ознакомится с запросом ввиду существенной удаленности от места нахождения таможенного брокера и отсутствия электронного взаимодействия между таможней и брокером. Считает, что

у таможенного органа отсутствовали основания для проведения дополнительной проверки. Полагает, что таможня неправомерно произвела сравнение ввезенного предпринимателем товара в первичной упаковке с товаром в источнике таможенной стоимости без упаковки. Не согласен с источником ценовой информации, выбранным и примененным таможней при корректировке таможенной стоимости.

Таможня в отзыве на кассационную жалобу против доводов предпринимателя возражает, просит принятые по делу судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании, проведенном путем использования системы

веб-конференции по ходатайству таможни, представитель таможенного органа поддержал свою позицию, дав суду соответствующие пояснения.

ИП ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе с учетом размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда, явку своего представителя в суд не обеспечила, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не явилось препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,

а также отзыва на нее, заслушав представителя таможни, проверив в порядке

и пределах статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права, Арбитражный суд Дальневосточного округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в октябре 2022 года во исполнение заключенного между предпринимателем и компанией «Yixing Gemei Electronics Co., LTD» внешнеторгового контракта

от 28.05.2021 № 3 на таможенную территорию Евразийского экономического союза в Российскую Федерацию на условиях FCA Shanghai ввезены товары –

«электрическое осветительное оборудование в виде светодиодной ленты (гирлянды) в корпусе из полимерного материала для освещения и декорации зданий и торговых залов» производителя «лампа светодиодная SKYLED, состоит из пластикового цоколя ОХ53, размещённых в одном корпусе нескольких светодиодов и печатной платы для преобразования напряжения, закрытых крышкой, напряжение 220-240V 50/60HZ, мощность 9-13W»; вес нетто товара – 13 331,61 кг; классификационный код – 8539 52 000 9 ТН ВЭД ЕАЭС.

В целях таможенного оформления товара декларант подал в таможню ДТ № 2518, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости – «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза

(далее – ТК ЕАЭС) в адрес декларанта направлен запрос от 11.10.2022

о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости.

Во исполнение требований таможенного органа предприниматель представила имеющиеся в её распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дала пояснения относительно невозможности представления иных запрошенных документов; 07.11.2022 в адрес таможни поступили документы на бумажном носителе.

Для целей установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным органом 27.11.2022 запрошены дополнительные документы и (или) сведения.

В ответ на запрос декларантом запрашиваемые документы не представлены.

Посчитав, что использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости сведения не основаны на количественно определяемой

и документально подтвержденной информации, таможня 14.12.2022 приняла

решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные

в спорной декларации, определив ее по третьему методу – по стоимости сделки с однородными товарами.

Основаниями для принятия решения явились следующие обстоятельства: отклонение индекса таможенной стоимости ввезенного товара от средних значений по ФТС и ДВТУ; цена реализации однородного товара в сети Интернет в сравнении с ввозимыми товарами многократно превышает цену ввезенного товара; предоставленная экспортная декларация без перевода оформлена с нарушением установленного порядка, отсутствует QR-код, условия поставки указаны FCA; невозможно идентифицировать оплату товара по инвойсу от 20.08.2022 № SK12; в представленном прайс-листе отсутствуют модели GX53N11P, GX53C11P, которые заявлены в графе 31 спорной декларации и инвойсе от 20.08.2022 № SK12; модели GX53N11G, GX53C11G продублированы в прайс-листе и имеют разную цену.

Не согласившись с решением таможни предприниматель обратилась

с жалобой во Владивостокскую таможню, приложив дополнительные документы: проформу-инвойс от 11.10.2022 № SK11 и корректный

прайс-лист.
Решением Владивостокской таможни от 07.03.2023 № 08-22/38
в удовлетворении жалобы предпринимателя отказано.

Не согласившись с решением таможенного органа предприниматель обратилась с заявлением в арбитражный суд, который, придя к выводу

о наличии у таможни оснований для корректировки таможенной стоимости,
в удовлетворении требования отказал.
Выводы суда первой инстанции поддержаны апелляционным судом.

Суд округа соглашается с выводами судов обеих инстанций с учетом следующего.

Согласно пунктам 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

Из пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС следует, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при

их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная

в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий: отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя

на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

Как установлено статьей 104 ТК ЕАЭС товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары указываются сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС (подпункты 1, 4, 9, пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

Статья 313 ТК ЕАЭС отражает особенности проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, в пункте 1 которой закреплено, что при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме

о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза (пункт 2 статьи 313 ТК ЕАЭС).

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные

в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения

о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы

и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии

с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений данного Кодекса

и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах (пункт 4 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Если представленные в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного абзацем вторым пункта 14 настоящей статьи, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса (пункт 15 статьи 325 ТК ЕАЭС).

При завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования

и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его

распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса (пункт 17 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

В рассматриваемом случае анализ приведенных положений таможенного законодательства позволил судам прийти к правильному выводу о том, что декларант при подаче декларации должен документально подтвердить сведения, заявленные в декларации, и эти сведения должны достоверно свидетельствовать о наличии оснований для применения первого метода таможенной оценки, а таможня, в случае возникновения сомнений

в их достоверности, должна подтвердить право на внесение изменений в заявленные декларантом сведения.

Судами установлено, что в результате использования ИСС «Малахит» таможенный орган выявил занижение декларантом уровня таможенной стоимости ввозимого товара относительно средних показателей стоимости идентичных/однородных товаров в долл. США за килограмм, как в целом

по ФТС России, так и по ДВТУ. Отклонение заявленной таможенной стоимости за 1 кг веса нетто по товару составило 52,81 процента по ДВТУ, 54,86 процента по ФТС России, а цена реализации однородного товара в сети Интернет в сравнении с ввозимыми лампами из пластикового цоколя GX53 различных моделей многократно превышает цену ввезенного товара – от 6,5 до 12,7 раза.

В этой связи, вопреки доводам кассационной жалобы, суды первой инстанции и апелляционной инстанции обоснованно сочли, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости и запроса у декларанта дополнительных пояснений

и документов по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Данный вывод судов согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49

«О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи

с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 49), согласно которой отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок – данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая

сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного

из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС декларант вправе предоставить пояснения об экономических

и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки

с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения (пункт 11 постановления Пленума ВС РФ № 49).

В связи с этим судам следует исходить из того, что лицо, ввозящее

на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся

от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара

по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 постановления Пленума ВС РФ № 49).

Вместе с этим достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены декларантом

в ходе таможенного контроля исходя из содержания и характера документов, представленных с декларацией.

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что по условиям пункта 1.1 контракта продавец продает, а покупатель покупает осветительное оборудование на условиях FOB Shanghai, Китай (Инкотермс 2000) по наименованию, количеству и цене указанных в проформе инвойса, являющейся неотъемлемой частью контракта.

В соответствии с пунктом 3.1 контракта оплата за товар производится посредством предоплаты следующим образом: 30 процентов от стоимости проформы инвойса в течение 10 дней после согласования проформы инвойса; 70 процентов стоимости или оставшуюся стоимость проформы инвойса, если проформа инвойс был изменен, в течение 10 дней после уведомления продавцом покупателя о готовности товара к отгрузке, если иное не указано в проформе инвойсе.

В силу пунктов 5.5, 5.6 контракта частичная поставка разрешена только с письменного подтверждения покупателя; если в момент загрузки товара либо после нее продавцу стало известно о несоответствии отгруженного товара выставленному инвойсу, то продавец должен незамедлительно уведомить об этом покупателя, направив в его адрес скорректированный инвойс.

В силу пункта 13.8 контракта все изменения и дополнения к нему имеют силу только в том случае, если они оформлены в письменной форме и подписаны уполномоченными представителями сторон.

В данном случае во исполнение достигнутых договоренностей между заявителем и его инопартнером, продавцом покупателю выставлена проформа инвойса от 30.05.2022 № SK12 на сумму 572 530 Китайских юаней

(15 товарных позиций) на условиях FCA; сроки поставки товара определены в течение 70-75 дней со дня получения предоплаты, условия платежа указаны следующим образом: 536 665 Китайских юаней подготовлено, остаток перед отправкой.

№ SK12 на сумму 588 091 Китайских юаней (16 товарных позиций), на тех же условиях поставки – FCA Shanghai.

Учитывая изложенное, судами установлено, что условия поставки, названные в проформе инвойсе и инвойсе, не соответствую контрактным условиям поставки; какие-либо дополнения к контракту, изменяющие условия поставки, заявителем не представлены.

Как указывалось выше товарная партия формируется в проформе инвойса.

В ответе на запрос таможни (пояснительная записка от 17.10.2022 № 3) декларант пояснила, что согласно инвойсу от 30.12.2021 № SK211230 на сумму 104 229,9 долл. США в действительности было отгружено ламп модели GX53N11P 15 700 шт. на сумму 5 918,9 долл. США, а остальные

Вместе с тем судами верно отмечено, что такое формирование товарных партий не соответствует положениям пунктов 5.5, 5.6 контракта. Доказательств письменного подтверждения покупателем разрешения

на частичную поставку по инвойсу от 30.12.2021 № SK211230
и скорректированный инвойс предпринимателем не представлены.

Доводы заявителя жалобы относительно подтверждения оплаты спорной партии товара отклонены судами ввиду невозможности идентифицировать оплату модели GX53N11P в размере 15 561 Китайский юань (2 375,1 долл. США), ввезенной по инвойсу от 20.08.2022 № SK12.

Из материалов дела следует, что поручениям на перевод от 02.06.2022 № 2 на сумму 536 665 Китайских юаней и от 18.08.2022 № 7 на сумму 35 865 Китайских юаней, в которых имеются ссылки на проформу инвойса от 30.05.2022 № SK12, оплата произведена всего в сумме 572 530 Китайских юаней, что не соотносится со стоимостью товара по инвойсу от 20.08.2022 № SK12 на сумму 588 091 Китайский юань.

Из пояснений предпринимателя установлено, что декларантом была представлена проформа инвойс от 11.10.2021 № SK11 на сумму 107 115 долл. США, в которой поименованы лампы модели GX53N11P в количестве

инвойс таможенному посту при декларировании и при ответе на запрос документов декларантом не представлялась.

По инвойсу от 11.10.2021 № SK11 на сумму 107 115 долл. США оплата произведена согласно заявлениям на перевод от 27.12.2021 № 11 на сумму 74 020,5 долл. США и от 11.10.2021 № 8 на сумму 32 134,5 долл. США, всего на сумму 106 155 долл. США; оба заявления на перевод в разделе 70 «Назначение платежа» содержат ссылку на контракт от 28.05.2021 № 3

и проформу инвойса от 11.10.2021 № SK11, в связи с чем сумма оплаты составляет 106 155 долл. США, что меньше суммы, указанной в проформе инвойсе от 11.10.2021 № SK11 (107 115 долл. США).

Согласно коммерческому инвойсу от 30.12.2021 № SK211230 на сумму 104 229,9 долл. США в действительности было отгружено ламп модели GX53N11P только 157 00 шт. на сумму 5 918,9 долл. США, а остальные

Проанализировав ведомость банковского контроля (далее – ВБК), суды установили, что в раздела III «Сведения о подтверждающих документах» содержится информация об оплате суммы в размере 104 229,9 долл. США

по декларации № 10317120/110422/3049863, в связи с чем переплата суммы по проформе инвойсу от 11.10.2021 № SK11 составила 2 885,1 долл. США.

Сведения в инвойсе от 20.08.2022 № SK12 соответствуют заявленным в спорной декларации, в том числе всего поставлено ламп модели GX53N11P в количестве 21 300 шт. на сумму 588 091 Китайский юань.

Кроме того согласно дополнительному соглашению от 29.11.2021 № 1 поставка товаров на сумму 450 долл. США, оплаченных поручением

на перевод от 06.09.2021 № 7, будет произведена не позднее 31.07.2022; поставка по проформе инвойсу от 28.05.2021 № SK10 оплачена платежными поручениями от 06.09.2021 № 7 на сумму 69 027 долл. США и от 31.05.2021 № 4 на сумму 29 583 долл. США, всего на сумму 98 610 долл. США. В графе 70 «Назначение платежа» названных заявлений имеется ссылка на контракт и проформу инвойса от 28.05.2021 № SK10. В разделе ВБК III «Сведения

о подтверждающих документах» содержится информация об оплате суммы в размере 98 160 долл. США по декларации на товары

№ 10317120/221121/3006588, в связи с чем, переплата суммы по проформе инвойсу от 28.05.2021 № SK10 составила 450 долл. США.

Всего переплата по проформе инвойсу 28.05.2021 № SK10 и проформе инвойсу от 11.10.2021 № SK11 составила 3 335,1 долл. США.

В соответствии с информацией раздела V «Итоговые данные расчетов по контракту» судами установлена переплата составила 2 375, 1 долл. США, что соответствует стоимости ламп модели GX53N11P в количестве 6 300 шт. на сумму 15 561 Китайский юань (2 375,1 долл. США), поименованных

отдельной строкой в инвойсе от 20.08.2022 № SK12 по рассматриваемой партии товаров.

При этом проформа инвойс от 11.10.2021 № SK11 на сумму 106 155 долл. США представлена декларантом только в приложениях к жалобе

на решение таможенного поста, в связи с чем таможней в качестве доказательства не рассматривалась, поскольку данный документ не был положен в основу обжалуемого решения.

Представленная экспортная декларация обоснованно не принята таможенным органом в качестве обоснования заявленной таможенной стоимости, поскольку она составлена с нарушениями порядка ее заполнения (отсутствует перевод и QR-код) и не корреспондирует со сведениями, указанными в иных документах.

Так, в представленной экспортной декларации указаны условия поставки FCA Shanghai, тогда как в спорном контракте – FOB Shanghai. документы, согласующие изменение условий поставки декларантом не представлены, в связи с чем суды правомерно отклонили довод предпринимателя о представлении надлежащего доказательства, поскольку экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Представление предпринимателем декларации страны отправления с иными сведениями, отличными от сведений, указанных в таможенной декларации, в совокупности с не подтверждением факта оплаты спорной партии товара не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

При таких обстоятельствах, поскольку декларантом факт оплаты спорной партии товара допустимыми и достоверными доказательствами не подтвержден, учитывая низкий индекс таможенной стоимости ввезенного товара, отсутствие документов, обосновывающих объективный характер отличия цены ввезенного товара от ценовой информации, имеющейся

в распоряжении таможни, суды сделали правомерный вывод о том, что декларант обязанность по подтверждению достоверности заявленной таможенной стоимости не исполнил, следовательно, таможенный орган

в соответствии с указанными выше нормами таможенного законодательства имел безусловные основания для принятия оспариваемого решения.

Принимая во внимания положения статьи 37, абзаца 2 пункта 15 статьи 38, пункта 18 статьи 325 ТК ЕАЭС, проверяя соблюдение таможней принципа последовательного применения метода определения таможенной

стоимости и сопоставимость примененной при корректировке информации, суды обоснованно признали, что третий метод определения таможенной стоимости выбран таможней последовательно, а примененные источники ценовой информации сопоставимы по коммерческим, качественным

и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных

в спорной декларации; при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС таможней соблюдены.

Оценив по правилам, предусмотренным статьями 65, 67, 68, 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства и установленные по делу фактические обстоятельства, суды пришли к верному выводу

о подтверждении таможней факта недостоверности заявленных предпринимателем сведений о таможенной стоимости ввозимых товаров

и наличии оснований для принятия оспариваемого решения, которое признано соответствующим закону и не нарушающим права и законные интересы заявителя.

Выводы судов подробно мотивированы и аргументированы, соответствуют содержанию исследованных доказательств и нормам материального права, регулирующим рассматриваемые правоотношения.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьей 288 АПК РФ оснований для отмены обжалуемых судебных актов,

не опровергают выводы судов предыдущих инстанций и направлены

по существу на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа не установил оснований, предусмотренных частями 1 – 4 статьи 288 АПК РФ, для отмены (изменения) обжалуемых судебных актов, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании части 1 статьи 110 АПК РФ в связи с оставлением судебных актов без изменения, ходатайство ИП ФИО1

о взыскании с таможни судебных расходов на оплату услуг представителя удовлетворению не подлежит, а судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 02.06.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по делу № А51-4184/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Л.М. Черняк

Судьи Н.В. Меркулова

Е.П. Филимонова