ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09
e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Тула | Дело № А54-2543/2016 |
Резолютивная часть постановления объявлена 17.01.2017
Постановление изготовлено в полном объеме 20.01.2017
Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Стахановой В.Н., судей Еремичевой Н.В. и Мордасова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Акимовой Ю.И., при участии от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Мукомол» (Рязанская область, Рязанский район, г. Кораблино, ОГРН 1026200662707, ИНН 6206002034) – Клишиной Л.В. (доверенность от 01.08.2016), от заинтересованного лица – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Рязанской области (Рязанская область, Кораблинский район, г. Кораблино, ОГРН 1046226007300, ИНН 6214004927) – Гореловой Л.Р. (доверенность от 13.01.2017 № 2.2-19/00224), Куколева В.А. (доверенность от 28.09.2016 № 2.2-26/6605), рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №7 по Рязанской области на решение Арбитражного суда Рязанской области от 27.10.2016 по делу № А54-2543/2016 (судья Шишков Ю.М.), установил следующее.
Общество с ограниченной ответственностью «Мукомол» (далее – ООО «Мукомол», общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Рязанской области (далее – инспекция, налоговый орган) от 02.03.2016 № 2.9-43/5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.
Решением Арбитражного суда Рязанской области от 27.10.2016 заявленные требования удовлетворены частично, решение инспекции от 02.03.2016 № 2.9-43/5 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения признано недействительным в части доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 4 009 474 рублей, пени по налогу на добавленную стоимость в сумме 1 170 149 рублей, привлечения к ответственности на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату (неполную уплату) налога на добавленную стоимость в виде штрафа в размере 158 741 рублей, в удовлетворении остальной части заявленного требования отказано.
Инспекция обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит принять по делу новый судебный акт.
Налоговый орган указывает, что в отношении контрагента заявителя собраны сведения, свидетельствующие о том, что данная организация не осуществляет финансово-хозяйственную деятельность и не имеет такой возможности ввиду отсутствия необходимого имущественного, материального и трудового ресурсов.
Кроме того, заявитель жалобы обращает внимание на то, что счета-фактуры, договоры и акты подписаны неустановленным лицом, учредитель и руководитель контрагента являются «массовыми», а в налоговые органы предоставляется недостоверная налоговая отчетность.
По мнению инспекции, по факту непроявления ООО «Мукомол» должной осмотрительности суд первой инстанции не дает должную оценку доказательствам, а именно протокол допроса Белавкина С.В. от 17.06.2015 № 58.
Заявитель апелляционной жалобы считает, что первичные документы составлены обществом с нарушением установленного порядка, в связи с чем, не могут быть надлежащими доказательствами для принятия предъявленных сумм налога к вычету.
Также налоговый орган обращает внимание на отсутствие товарно-транспортных накладных, по которым осуществлялась доставка товара от ООО «Агровектор».
ООО «Мукомол» отзыв на апелляционную жалобу в суд не представило.
В ходе рассмотрения апелляционной жалобы по существу от инспекции поступило ходатайство о приобщении дополнений к апелляционной жалобе, в которых налоговый орган ссылается на то, что Федеральная налоговая служба в решении от 05.10.2016 № СА-4-9/18839@, ознакомившись в материалами проверки при рассмотрении жалобы ООО «Мукомол», поддержало выводы о получении обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с ООО «Агровекто», а также неподтверждении права на получение налоговых вычетов.
Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы жалобы и дополнений к ней, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения либо отмены обжалуемого судебного акта.
Из материалов дела следует, что инспекцией на основании решения от 23.03.2015 № 5 проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО «Мукомол» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов.
По результатам проверки составлен акт от 15.01.2016 № 2.9-43/2.
Не согласившись с выводами проверяющих, обществом представлены возражения на акт проверки.
Представитель общества на рассмотрение материалов проверки и представленных возражений 25.02.2016 не явился, в связи с этим рассмотрение перенесено на 02.03.2016.
О переносе рассмотрения материалов проверки налогоплательщик был уведомлен извещением от 26.02.2016 № 2.9-43/27.
По результатам рассмотрения материалов проверки, представленных налогоплательщиком возражений, инспекцией принято решение от 03.03.2016 № 2.9-43/5, согласно которому общество привлечено к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за не уплату (неполную) уплату НДС в размере 158 741 рублей, по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации за неперечисление в установленный срок НДФЛ в размере 29 089 рублей. Указанным решением обществу предложено уплатить налог на добавленную стоимость в сумме 4 009 474 рублей, пени по указанному налогу – 1 170 149 рублей.
Обществом в вышестоящий налоговый орган подана апелляционная жалоба.
Решением Управления Федеральной налоговой службы по Рязанской области № 2.15-12 жалоба ООО «Мукомол» оставлена без удовлетворения.
Не согласившись с решением инспекции, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.
Рассматривая спор по существу и частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обосновано руководствовался следующим.
В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в порядке, предусмотренном статьей 166 Кодекса, на установленные данной статьей налоговые вычеты. В силу п. 2 данной статьи Кодекса вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с положениями статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога. При этом вычетам подлежат только те суммы налога, которые предъявлены налогоплательщику и уплачены им при приобретении товаров (работ, услуг) после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.
На основании пункта 1 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия сумм налога к вычету или возмещению в порядке, установленном главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации.
Перечень сведений и реквизитов, которые должны быть указаны в счете-фактуре, приведен в пунктах 5 и 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 2 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 данной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.
Таким образом, право налогоплательщика на налоговые вычеты обусловлено приобретением им товаров (работ, услуг), используемых для осуществления деятельности, являющейся объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость, принятием данных товаров (работ, услуг) на учет и наличием счетов-фактур и соответствующих первичных документов, достоверно подтверждающих факт совершения хозяйственной операции.
Положениями пункта 1 статьи 11 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что «первичные учетные документы» следует определять в соответствии с законодательством о бухгалтерском учете.
Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (в редакции, действовавшей в спорный период) предусмотрено, что все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.
Предоставление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации, является основанием для получения налоговой выгоды, если налоговым органом не будет доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.
При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, указанных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53).
О необоснованности налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.
В Постановлении № 53 отмечено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.
Действующее законодательство возлагает на налоговые органы обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщика.
Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.
При этом пунктом 1 названной статьи и пунктом 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на орган, который принял решение.
Как следует из текста оспариваемого решения, общество необоснованно получило налоговую выгоду в виде уменьшения размера налоговой обязанности вследствие получения права на вычет по налогу на добавленную стоимость по взаимоотношениям с ООО «Агровектор», предоставляя в ходе выездной налоговой проверке документы, содержащие недостоверные сведения.
В ходе анализа полученных в ходе проведения мероприятий налогового контроля документов и информации инспекцией установлено, что документы, оформленные в адрес налогоплательщика от имени его контрагента и представленные обществом для подтверждения налоговых вычетов по НДС, подписаны неустановленными лицами.
Физическое лицо, числящееся учредителем и руководителем ООО «Агровектор» (Кузнецов В.Е.), отрицает факт заключения с налогоплательщиком каких-либо договоров. Руководство обществом осуществлял номинально.
По результатам проведенной почерковедческой экспертизы экспертом сделан вывод о том, что подписи от имени Кузнецова В.Е., в представленных документах, оформленных в адрес налогоплательщика ООО «Агровектор», выполнены не данным руководителем, а другим лицом.
Также инспекцией установлено, что ООО «Агровектор» 24.03.2014 сменило адрес регистрации на адрес массовой регистрации. Денежные средства, полученные от ООО «Мукомол» перечислялись физическому лицу.
Более того, у контрагента общества отсутствует управленческий и технический персонал и имущество (собственные и арендованные основные средства), необходимые для осуществления ими финансово-хозяйственной деятельности, а также расходы на оплату коммунальных услуг (отопление, электроснабжение), на заработную плату работникам, на услуги связи, хозяйственные и иные расходы, свидетельствующие о реальном ведении ими финансово-хозяйственной деятельности.
По сделкам, совершенным обществом со спорным контрагентом, отсутствует источник возмещения НДС, поскольку ООО «Агровектор» в налоговой отчетности не отразило сумму доходов, полученных от заявителя по спорным сделкам.
Налогоплательщиком и его контрагентом не представлено документов, подтверждающих фактическую поставку товара (товарно-транспортные накладные, путевые листы и т.д.).
Как установлено судом и следует из материалов дела, между обществом и ООО «Агровектор» были заключены договоры поставки.
По условиям указанных договоров поставщик (ООО «Агровектор») обязуется поставить покупателю (ООО «Мукомол») товар – пшеницу.
Договорами предусматривалась доставка товара самовывозом либо силами поставщика.
Товар обществом оприходован и использован в производстве либо реализован. В подтверждение указанных обстоятельств заявителем представлены справки движения зерна и выпуска продукции, приходные ордера, оборотно-сальдовые ведомости, требования-накладные, акты о зачистке производственного корпуса и результатах переработки зерна.
Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О возмещение из бюджета возможно при условии, что налогоплательщик действовал добросовестно. В сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков, и в случае, если установлена недобросовестность налогоплательщика, ему может быть отказано в защите его прав, в том числе права на возмещение налога.
Как следует из содержания определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.04 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О, о недобросовестности налогоплательщиков может свидетельствовать ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что может привести к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков. Оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности, особенно в тех случаях, когда они не имеют разумной деловой цели. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.
В обоснование проявления должной осмотрительности заявитель ссылается на то, что спорный контрагент зарегистрирован в установленном порядке и состоит на налоговом учете, не является по отношению к обществу аффилированным либо взаимозависимым лицом, в связи с чем, ООО «Мукомол» не могло быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом как с точки зрения налогового законодательства, так и гражданского оборота.
Рассматривая данный довод, суд первой инстанции справедливо исходил из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.10.2003 № 329-О, согласно которой налогоплательщик не несет ответственность за действия (бездействие) третьих лиц по выполнению возложенных на них обязанностей.
Кроме того, инспекцией в нарушении требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено суду доказательств того, что общество знало или должно было знать о нарушениях допущенных спорным контрагентом.
С учетом изложенного судом первой инстанции обоснованно отклонен довод инспекции о подписании первичных документов от имени спорного контрагента неустановленным лицом, со ссылкой на результаты почерковедческой экспертизы от 10.11.2015 № 3185.
Между тем, лица, указанные в первичных документах в качестве подписавших эти документы лиц, отражены в данных Единого государственного реестра юридических лиц.
При этом ООО «Мукомол» не наделен полномочиями по проверке достоверности сведений, содержащихся в федеральных информационных ресурсах. На него не могут быть возложены публично-правовые обязанности по контролю при регистрации юридического лица.
Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком – покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 Налогового кодекса Российской Федерации, возлагается на продавца.
Следовательно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.
Вывод о недостоверности представленных обществом документов, подписанных, как это установлено экспертизой, не лицом, значащимся в учредительных документах контрагента в качестве его руководителя, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.
Бесспорных доказательств того, что лицо, подписавшее спорные документы, не имело таких полномочий, а также того, что об этих обстоятельствах было или должно было быть известно обществу, налоговым органом суду не представлено, как не доказано им и то, что налоговая выгода является в данном случае необоснованной, полученной вне связи с осуществлением обществом реальной предпринимательской деятельности, а также то, что для целей налогообложения налогоплательщиком учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).
Все обстоятельства, установленные налоговым органом в отношении спорного контрагента, могут лишь свидетельствовать о возможной недобросовестности самого контрагента, но не могут являться основанием для привлечения общества к налоговой ответственности в установленном законом порядке.
Налоговым законодательством Российской Федерации не предусмотрено наступление для налогоплательщика негативных налоговых последствий в случае неправомерных действий его контрагента, в том числе по исполнению им налоговых обязательств перед бюджетом, если сам налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений действует добросовестно.
Инспекцией не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентом, не исполняющим своих налоговых обязательств.
Отсутствие у контрагента технического, управленческого персонала и имущества на дату наличия взаимоотношений с обществом, не опровергает возможность поставки товара.
К показаниям лица, значащегося в качестве учредителя либо руководителя контрагента, суд первой инстанции правомерно отнесся критически, поскольку не следует принимать за аксиому отрицание учредителем и руководителем организации, уклоняющейся от уплаты законно установленных налогов и сборов, своей причастности к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности созданных либо руководимых ими юридических лиц, так как указанные лица могут давать не соответствующие действительности показания из-за боязни уголовного преследования.
То обстоятельство, что руководитель общества не вступал в личные контакты с руководителем контрагента при заключении с ним договора и подписании счетов-фактур и товарных накладных, не может свидетельствовать о непроявлении обществом должной степени осмотрительности и осторожности, поскольку в обязанности руководителя юридического лица входит общее руководство хозяйственной деятельностью организации. Данные о допросе конкретных должностных лиц, в обязанности которых входит поиск поставщиков и покупателей в качестве свидетелей налоговым органом не представлены.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в отсутствие доказательств того, что общество знало или должно было знать о допущенных спорным контрагентом нарушениях при исполнении налоговых обязательств, основания признать действия ООО «Мукомол» недобросовестными отсутствуют.
Налоговым органом не доказано, что указанные сделки совершены ООО «Мукомол» лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия. Напротив, правовые последствия договоров поставок наступили: товар поставлен, оприходован, платежи осуществлены.
Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 04.06.2007 № 320-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.
Обществом в материалы дела и в ходе проверки представлены доказательства реальности осуществления хозяйственных операций со спорными контрагентами: договоры поставки, счета-фактуры, товарные накладные. ТМЦ учтены и использованы обществом в хозяйственной деятельности. Осуществление расчетов с контрагентами осуществлены безналичном путем.
Инспекцией в ходе судебного разбирательства не оспаривалась реальность приобретения ТМЦ у спорного контрагента.
Сам факт непредставления обществом документов, подтверждающих факт перемещения (доставки) товара, не может служить основанием для отказа в применении вычета по НДС, поскольку налогоплательщик расходов по доставке товара не понес, к вычету соответствующие расходы не предъявлял.
При указанных обстоятельствах, учитывая, что инспекцией не представлено безусловных и достоверных доказательств, свидетельствующих о недобросовестности действий налогоплательщика или создания обществом и его контрагентом согласованных действий, направленных на искусственное создание условий для возмещения из бюджета налога на добавленную стоимость, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии у налогового органа правовых оснований для доначисления НДС в сумме 4 009 474 рублей, пеней – 1 170 149 рублей и привлечения к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 158 741 рублей.
Как установлено судом и следует из оспариваемого решения, основанием для привлечения общества к ответственности по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации послужил вывод инспекции о несвоевременном перечислении сумм исчисленного и удержанного налога на доходы физических лиц в бюджет.
Согласно положениям статьи 24 Налогового кодекса Российской Федерации налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации. Налоговые агенты перечисляют удержанные налоги в порядке, предусмотренном Налоговым кодексом Российской Федерации для уплаты налога налогоплательщиком. За неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей налоговый агент несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, от которых или в результате взаимоотношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму НДФЛ.
Согласно пункту 4 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.
Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам.
В соответствии со статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации неправомерное неудержание и (или) неперечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный настоящим Кодексом срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.
Таким образом, диспозиция статьи предусматривает наступление ответственности как в случае неперечисления налоговым агентом НДФЛ в бюджет, так и при несвоевременном перечислении.
При этом санкция предусматривает одинаковую ответственность независимо от того, допущено налоговым агентом неперечисление НДФЛ или несвоевременное перечисление, вне зависимости от длительности совершения нарушения.
В ходе налоговой проверки установлено и из материалов дела следует, что ООО «Мукомол» в проверяемый период неоднократно несвоевременно не исполняло обязанности налогового агента по уплате в бюджет удержанного из доходов физических лиц НДФЛ.
Указанные обстоятельства заявителем не оспариваются.
Статья 123 Налогового кодекса Российской Федерации имеет императивный характер и предусматривает безусловное привлечение к ответственности в случае неправомерного неудержания и (или) неперечисления (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный Налоговым кодексом Российской Федерации срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, что влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.
Обстоятельств, освобождающих от ответственности, предусмотренной статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации, судом не установлено.
Кроме того, судом первой инстанции справедливо учтено, что общество не представило доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, объективно препятствовавших своевременному исполнению им обязанности по перечислению удержанного налога.
При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что инспекция правомерно привлекла общество к ответственности по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 29 089 рублей.
Доводы апелляционной жалобы являлись обоснованием позиции налогового органа по делу, они не опровергают выводов суда, а направлены на переоценку фактических обстоятельств и доказательств, исследованных судом и получивших надлежащую правовую оценку.
Принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения оспариваемого судебного акта.
Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловную отмену судебного акта, апелляционной инстанцией не выявлено.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение Арбитражного суда Рязанской области от 27.10.2016 по делу № А54-2543/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу с момента его принятия.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий В.Н. Стаханова
Судьи Н.В. Еремичева
Е.В. Мордасов