Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Мордасова Е.В. и Стахановой В.Н,,при ведении протокола судебного заседания секретарем Овчинниковой И.В., при участии представителей истца – общества с ограниченной ответственностью «Вакуумные технологии» (г. Рязань, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО1 (доверенность от 15.08.2017) и ФИО2 (доверенность от 22.08.2017) и ответчика – общества с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Этна» (г. Саратов, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО3 (доверенность от 19.05..2017), в отсутствие представителей третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – общества с ограниченной ответственностью «Деловые линии» (г. Санкт-Петербург, ОГРН <***>, ИНН <***>) и общества с ограниченной ответственностью «Остров СКВ» (г. Мытищи, ОГРН <***>, ИНН <***>), уведомленных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Этна» на решение Арбитражного суда Рязанской области от 11.04.2019 по делу № А54-3827/2017 (судья Котлова Л.И.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Вакуумные технологии» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью научно-производственная фирма «Этна» (далее –ответчик) о взыскании задолженности по договору поставки от 26.01.2016 № 105/ВТ в сумме 1 131 556 рублей 50 копеек и неустойки в сумме 789 449 рублей 25 копеек (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Деловые линии» (далее – ООО «Деловые линии») и общество с ограниченной ответственностью «Остров СКВ» (далее – ООО «Остров СКВ»).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 11.04.2019 требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить решение и принять по делу новый судебный акт. В обоснование своих доводов указывает на то, что спорные контакторы поставляются во исполнение обязательств истца по протоколу от 01.02.2017 № РС-02-17 для создания неснижаемого запаса блоков для создания переходного комплекта, а также для замены вышедших из строя контакторов и для последующей замены всех контакторов в работающих блоках. Полагает, что суд первой инстанции неправомерно отклонил довод ответчика о том, что передача 26 контакторов произведена истцом во исполнение своих обязательств по протоколу от 01.02.2017 № РС-02-17, который не содержит соглашения о неустойке, а не в рамках спорного договора поставки.

От истца в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) 26.01.2016 заключен договор поставки № 105/ВТ (далее – договор), в соответствии с которым поставщик обязуется в течение срока действия договора поставить и передать в собственность покупателя контакторы вакуумные высоковольтные КБВ-3-25 УХЛ2 (товар), а покупатель обязуется принять и оплатить поставленный товар в установленном договором порядке (т. 1, л. 15 – 18).

В соответствии с пунктом 4.1 договора поставщик гарантирует, что товары, подлежащие поставке покупателю по договору, будут соответствовать Техническим регламентам, ГОСТ, ОСТ, ТУ, описанию и чертежам, а также другим документам на товар, указанным в заказе, а если такие документы не содержат требования к товару, то обычно предъявляемым требованиям; не будут иметь дефектов, в том числе дефектов конструкции, материалов или изготовления.

В силу пункта 4.3 договора техническая и прочая документация, необходимая для эксплуатации, установки, ремонта, и документация, удостоверяющая качество (паспорт завода-изготовителя или сертификат качества и др.), передается покупателю в момент получения им товара. При отсутствии сертификатов и/или иных документов, которые должны предоставляться вместе с товаром, покупатель вправе отказаться от приемки товара. В случае непередачи указанной документации вместе с товаром поставщик обязан направить такую документацию покупателю в кратчайший срок.

В пункте 4.6 договора стороны согласовали, что срок действия гарантии на товар составляет 24 месяца с даты получения товара покупателем, если более длительный срок не предусмотрен спецификацией. Если покупатель требует устранения дефектов или замены товаров, то все дефекты устраняются бесплатно для покупателя, включая затраты на вывоз, ремонт и замену недоброкачественных товаров, а также установку новых товаров, в сроки, согласованные сторонами дополнительно. Поставщик вправе требовать возврата ему заменяемых деталей и комплектующих в месте нахождения покупателя. На все отремонтированные или заменённые товары распространяется изложенная выше гарантия.

Пунктом 1.3 договора установлено, что перечень ТМЦ, которые могут являться товаром по договору, с ценами указан в спецификации, подписанной уполномоченными представителями сторон договора.

Согласно пункту 6.8 договора все письма, извещения, уведомления и прочие документы стороны направляют друг другу только по адресам, факсам, адресам электронной почты, указанным в настоящем договоре или приложениях к нему.

В пункте 6.9 договора стороны условились о том, что договор или согласованный заказ, переданные по факсимильной связи, по электронной почте, имеют юридическую силу (с последующим обязательством обменом экземплярами посредством курьерской заказной почты) до момента получения сторонами оригиналов документов.

Истцом и ответчиком 26.01.2016 оформлены и подписаны спецификации (приложение № 1 к договору), в которых определены наименование, цена, стоимость поставляемого товара, срок поставки и иные существенные условия (в том числе протокол разногласий, т. 1, л. 19, 21 – 22).

Стороны 23.08.2016 заключили дополнительное соглашение к договору, пунктом 2 которого определили, что цена за единицу поставляемого товара для всех последующих заказов установлена в размере 37 718 рублей 55 копеек (т. 1, л. 20).

В рамках исполнения договора поставки истцом в адрес ответчика регулярно поставлялся товар, в том числе был отгружен:

– в количестве 10 штук 08.02.2017 по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 08.02.2017 № 50, доверенность от 08.02.2017 № 19 (т. 1, л. 23 – 24);

– в количестве 10 штук 10.02.2017 по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 10.02.2017 № 52, накладная от 13.02.2017 № 17-00721008648 (т. 1, л. 25 – 26);

– в количестве 10 штук 17.02.2017 по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 17.02.2017 № 58, накладная от 20.02.2017 № 17-00721010288 (т. 1, л. 27 – 28).

По указанным накладным товар был отгружен на общую сумму 1 131 556 рублей 50 копеек.

По товарной накладной от 08.02.2017 № 50 товар поставлен на условиях самовывоза со склада истца по адресу: <...>. По товарным накладным от 10.02.2017 № 52 и от 17.02.2017 № 58 – товар доставлялся с помощью привлеченной ответчиком транспортной компании ООО «Деловые линии» по указанному ответчиком адресу в г. Саратове Саратовской области, что подтверждается накладными от 13.02.2017 № 17-00721008648 и от 20.02.2017 № 17-00721010288 (т. 1, л. 26 и 28).

Товар принят ответчиком без замечаний.

В силу пункта 5.2 договора за нарушение сроков оплаты за поставленный товар покупатель уплачивает поставщику неустойку в размере 0,1 % от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, начиная со дня, когда оплата должна была быть произведена, и до дня, когда оплата произведена фактически.

Товар ответчиком по товарной накладной от 08.02.2017 № 50 был получен 09.02.2017, по товарной накладной от 10.02.2017 № 52 – 10.02.2017 и по товарной накладной от 17.02.2017 № 58 – 17.02.2017.

Следовательно, истец должен был получить оплату за товар 16.02.2017, 17.02.2017 и 24.02.2017 соответственно.

Истец в адрес ответчика направил письма от 16.03.2017 № 141, от 28.03.2017 № 172 и от 05.04.2017 №189, в которых просил его просит погасить задолженность в сумме 1 131 556 рублей 50 копеек. Однако указанные письма оставлены ответчиком без удовлетворения (т. 1, л. 29 – 34 и т. 3, л. 58 – 59).

Ссылаясь на неисполнение ответчиком обязательств по оплате поставленного товара, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Рассматривая спор по существу и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

На основании статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Статьей 506 ГК РФ предусмотрено, что по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Из статьи 516 ГК РФ следует, что покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из материалов дела усматривается, что истец исполнил обязательства по договору надлежащим образом, поставив ответчику товар на общую сумму 1 131 556 рублей 50 копеек.

Факт поставки товара подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными.

В статье 486 ГК РФ указано, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему товара продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями (пункт 1 статьи 516 ГК РФ).

Между тем ответчик в нарушение условий договора и статьи 309 ГК РФ не оплатил полученный от истца на указанную сумму товар.

Как установлено судом первой инстанции, ответчик в обоснование неоплаты товара указал, что поставляемые истцом по договору товары использовались им в изделиях – высоковольтных коммутационных блоках «ВВКБ-3000» (по 2 контактора в каждом блоке «ВВКБ-3000»). Указанные изделия входили в состав климатического оборудования «УКВ-48-ЭС2Г», производимого ООО «Остров СКВ» и устанавливаемого в электропоездах «ЭС2Г» («Ласточка»). За период с октября 2016 года по февраль 2017 года произошли возгорания контакторов в составе систем климата «УКВ-48-ЭС2Г», в т. ч. в процессе эксплуатации электропоездов, что привело к выходу из строя блоков «ВВКБ-3000».

При этом ответчик ссылается на извещение от 28.02.2017 № 2-2017 Центра технического аудита – структурного подразделения ОАО «РЖД» об устранении, в котором сообщается, что при проведении пробного пробега электропоездов «ЭС2Г» выявлен ряд несоответствий, значительная часть которых относилась к низкой надежности работы климатических установок производства ООО «Остров СКВ», вызванных выходом из строя контакторов «КБВ 3-25 УХЛ 2» (в том числе письмо ООО «Остров СКВ» от 10.03.2017 № ОСКВ/Исх-245-17, распоряжение от 09.03.2016 № 381р и перечень продукции (т. 1, л. 118 – 125).

Вместе с тем в письме истца от 13.04.2017 № 225 указано, что согласно акту о результатах проверки состояния производства от 03.03.2017 нарушений технологических процессов изготовления, сборки и испытаний контактов не выявлено; согласно протоколу коммутационных испытаний проведенных ООО «НПО «Эковакуум» неправильное подключение выводов контакторов к силовым цепям приводит к значительному увеличению времени горения дуги; согласно акту исследования причины выхода из строя контакторов «КБВ-3-25» возможна потеря вакуума у незначительного числа камер вследствие межкристаллитной коррозии металла сильфонов; на основании проведенных исследований можно предположить, что отказ носил не системный характер, а вызван случайным стечением обстоятельств, что подтверждается дальнейшей эксплуатацией контакторов.

Однако ответчик пришел к выводу о том, что данные обстоятельства свидетельствуют о низком качестве поставленных истцом товаров, в связи с чем им истцу направлена претензия от 01.03.2017 № 101 с требованием безвозмездно заменить некачественные товары с приложением рекламационных актов, в которой указано, что согласно протоколу совместного технического совещания ООО «Остров СКВ», ООО НПФ «ЭТНА» и истца от 01.02.2017 № РС-02-17 принято решение в срок до 13.02.2017 создать переходный комплект «ВВКБ-3000» в количестве 10 штук, создать неснижаемый запас «ВВКБ-3000» в количестве 3 штук; обеспечить необходимый для этого запас контакторов; провести замену всех вышедших из строя «ВВКБ-3000» (с контакторами по пункту 3 раздела «Общие вопросы»). Данное решение принято с целью недопущения срыва эксплуатации электропоездов на МЦК до момента установления причин выхода из строя блоков «ВВКБ-3000».

Причем, по мнению ответчика, согласно протоколу технического совещания от 01.02.2017 № РС-02-17 истец был обязан обеспечить необходимый для этого запас контакторов, в связи с чем обязанностью истца являлась безвозмездная замена некачественных контакторов.

Помимо этого ответчик полагает, что поскольку блоки «ВВКБ-3000» комплектуются двумя контакторами, то для создания переходного комплекта и неснижаемого запаса «ВВКБ-3000», истец взял на себя обязательства поставить 26 контакторов.

Также ответчик указывает, что поставка 30 контакторов оформлена товарными накладными от 08.02.2017 № 50 (10 штук), от 10.02.2017 № 52 (10 штук) и от 17.02.2017 № 58 (10 штук). Однако 4 контактора, поставленные по накладной от 17.02.2017 № 58, были ненадлежащего качества (2 с разбитыми капролоновыми стаканами и 2 не включались при подаче управляющего напряжения), о чем истцу сообщено в письме от 20.02.2017 № 87 (т. 3, л. 72 – 73). Бракованные контакторы в количестве 4 штук возвращены истцу по накладной от 21.02.2017 (т. 3, л. 71), что подтверждается письмом от 16.03.2017 № 141 (т. 1, л. 29-31 и т. 3, л. 110).

Ответчик считает, что поставленные истцом в феврале 2017 года контакторы были приняты им для комплектации переходного комплекта «ВВКБ-3000» в количестве 10 штук (20 контакторов) и для комплектации неснижаемого запаса «ВВКБ-3000» в количестве 3 штук (6 контакторов), при этом протоколом от 01.02.2017 № РС-02-17 обязательств оплачивать создание переходного комплекта и неснижаемого запаса из 13 блоков «ВВКБ-3000» на стороны не возлагалось, о чем сообщалось истцу в письмах от 20.02.2017 № 87 и от 04.04.2017 № 171.

В суде первой инстанции ответчик также пояснил, что письмом от 07.12.2018 № 720 он просил истца рассмотреть вопрос о заключении с ним мирового соглашения на условиях возврата ему 26 контакторов.

Кроме того, ответчик считает, что истцом блоки «ВВКБ-3000» и контакторы поставлялись не в рамках договора, заключенного ответчиком и ООО «Остров СКВ», а во исполнение протокола от 01.02.2017 № РС-02-17 и является самостоятельной сделкой.

Ответчик в суде первой инстанции пояснил, что ранее возвратить контакторы он не имел возможности, поскольку причины выхода из строя блоков ВВКБ-3000 устанавливались судебной экспертизой, назначенной Арбитражным судом Саратовской области по делу №А57-11014/2017, в связи с чем полагает, что поставка контакторов по спорным накладным осуществлена для замены ранее поставленных истцом контакторов и 26 контакторов подлежат возврату истцу.

Возражая на вышеизложенные доводы ответчика, истец пояснил следующее:

– поскольку товар, поставленный по договору производится серийным производством, то во исполнение пункта 4.3 договора он предоставлял ответчику сертификат соответствия № ТС RU С- RU.ЖТ02.В.01107 (т. 2, л. 104), подтверждающий, что товар изготовлен по Техническим условиям ТУ 3414-001-44918182-2006 (ТЦФК674272,001ТУ) «Контактор вакуумный высоковольтный КБВ-3-25 УХЛ2. Технические условия», конструкторская документация ТЦФК 674272.001 (исполнение ТЦФК 674272,001 и ТЦФК 674272.001-01) «Контактор вакуумный высоковольтный КБВ-3-25 УХЛ2» (т. 2, л. 16 – 43), соответствует требованиям TP ТС 001/2011 «О безопасности железнодорожного подвижного состава» и требованиям в условиях эксплуатации умеренно-холодного климата исполнения «УХЛ 2» по ГОСТ-15150;

– ответчиком товар использовался в качестве комплектующих при производстве высоковольтного коммутационного блока «ВВКБ-3000»; блоки «ВВКБ-3000», производимые ответчиком, должны были соответствовать техническим условиям ТУ 3456-001-12250201-2016 (т. 2, л. 116 – 118), прошедшим согласование непосредственно с ООО «Остров СКВ» – покупателем таких блоков у ответчика в рамках заключенного между ними договора от 04.07.2016 № Э-4-16 ЖД (т. 2, л. 127 – 137); при этом вид климатического исполнения изделий «ВВКБ-3000» был определен как УЗ ГОСТ-15150; для определения вида климатического исполнения как истцом для производства контакторов, так и ответчиком, но уже для производства «ВВКБ-3000», в составе которых использовались контакторы, использован один и тот же ГОСТ-15150, но виды климатического использования в рамках этого ГОСТа заявлены разные, при этом ответчик с истцом никаких дополнительных требований к условиям эксплуатации климатического исполнения товара, поставляемого истцом, не согласовывал. В процессе эксплуатации согласно рекламационным актам от 2017 года, представленным ответчиком суду, из строя вышли 12 контакторов вакуумных высоковольтных «КБВ-3-25 УХЛ2», среди которых 8 контакторов имеют следы термического воздействия, а по оставшимся 4 контакторам в актах указаны иные причины ненадлежащей работы блока ВВКБ, а 4 были разбиты при транспортировке (т. 1, л. 97 –116);

– с целью предотвратить остановку реализуемого ответчиком проекта по поставке «ВВКБ-3000», в которых применялись контакторы в качестве комплектующих, еще до момента установления причин выхода из строя этих контакторов, истец добровольно произвел замену вышедших из строя 12-ти контакторов и 4-х, разбитых в процессе транспортировке по товарным накладным от 10.03.2017 № 85 и от 23.03.2017 № 99; при осуществлении замены указанных 16-ти контакторов, поскольку эти контакторы отгружались в рамках гарантийных обязательств по договору поставки от 26.01.2016 № 105/ВТ, они и не подлежали отплате со стороны ответчика; в товарных накладных цена и стоимость поставленных 16-ти контакторов указана 0,00 рублей (т. 3, л. 60 – 61);

– с целью установления причин выхода из строя блоков «ВВКБ-3000» проведена совместная встреча представителей истца, ответчика и ООО «Остров СКВ», по результатам которой составлен протокол от 01.02.2017 № РС-02-17, в силу которого ответчику необходимо создать переходный комплект доработанных и испытанных «ВВКБ-3000» в депо Подмосковная в количестве 10 штук, создать неснижаемый запас «ВВКБ-3000» для оперативного ремонта в количестве 3 штук, а истцу – обеспечить необходимый для этого запас контакторов улучшенной конструкции;

– ответчик своим суждением об обязанности истца заменить безвозмездно 40 штук контакторов вводит суд в заблуждение, поскольку, как следует из протоколов рекламационных актов ответчика (т. 1, л. 97 – 116) и рекламационных актов ООО «Остров СКВ» (т. 2, л. 105 – 112), воспламенились и оплавились в составе «ВВКБ 3000.БНШИ.421259.006» контакторы, замена которых была осуществлена по накладным от 10.03.2017 № 85 и от 23.03.2017 № 99;

– указывая на необходимость доработки контакторов, ответчик пытается «заставить» доработать контакторы с условий климатического исполнения «УХЛ 2» до условий «УЗ», при которых надлежит эксплуатировать продукцию ответчика. Вместе с тем установить однозначные причины выходя из строя блоков «ВВКБ-3000» не удалось;

– в протоколе от 01.02.2017 № РС-02-17 определено о создании переходного комплекта и неснижаемого остатка «ВВКБ 3000, БНШИ.421259.006». Причем то, на каких условиях будет исполнена эта договоренность между ответчиком и ООО «Остров СКВ» (покупателем производимого ответчиком оборудования) для истца как третьей стороны в данном случае не имеет значения и данный вопрос лежит за пределами прав и обязанностей истца; при этом в протоколе указано, что истцу необходимо обеспечить необходимый для этого запас контакторов. Наличие, то есть запас, истец своей продукции обеспечил, значит, выполнил условия договоренности;

– истец, являясь коммерческой организацией, не может заниматься бесплатной поставкой производимых товаров в чей-либо адрес; безвозмездная передача контакторов в собственность ответчика – это дарение, что запрещено между коммерческими организациями; в протоколе не говорится о необходимости заменить некачественные контакторы в количестве 40 штук, тем более, что «из строя вышли» значительно меньше контакторов не по причине их некачественности;

– со стороны ответчика даже не предъявлялись претензии относительно некачественности 40 штук контакторов и необходимости произвести такую замену.

Судом первой инстанции установлено, что ответчиком в адрес истца по электронной почте (пункт 6.8 договора), действительно, направлялась претензия от 01.03.2017 № 101 с приложением рекламационных актов и расчетом с требованием безвозмездно заменить недоброкачественные товары (поставить контакторы в количестве 14 штук взамен вышедших из строя); безвозмездно скомплектовать и отгрузить в адрес ответчика контакторы для создания переходного комплекта «ВВКБ-3000» в количестве 10 штук (20 контакторов) и создания неснижаемого запаса «ВВКБ-3000» в количестве 3 штук (6 контакторов), всего поставить 40 контакторов; возместить расходы, связанные с изготовлением «ВВКБ-3000 «в количестве 7 штук в сумме 180 635 рублей 42 копеек (т. 1, л. 95 – 117). При этом из нее не усматривается некачественность 40 штук контакторов (речь идет о недоброкачественности 14 контакторов).

Как пояснил истец, в протоколе от 01.02.2017 № РС-02-17 указано о создании переходного комплекта и неснижаемого остатка ВВКБ 3000 и о том, на каких условиях будет исполнена эта договоренность между ответчиком и ООО «Остров СКВ» (покупателем производимого ответчиком оборудования), что для истца как третьей стороны в данном случае не имеет значения и данный вопрос лежит за пределами его прав и обязанностей.

Суд первой инстанции поддержал позицию истца, признав, что истец обеспечил своей продукцией ответчика; с ответчиком были согласованы сроки поставки товара по договору от 26.01.2016 №105/ВТ по цене, ранее определенной по договоренности сторонами; истцом был поставлен товар в адрес ответчика:

– 08.02.2017 в количестве 10 штук по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 08.02.2017 № 50;

– 10.02.2017 в количестве 10 штук по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 10.02.2017 № 52;

– 17.02.2017 в количестве 10 штук по цене 37 718 рублей 55 копеек на сумму 377 185 рублей 50 копеек по товарной накладной от 17.02.2017 № 58. По указанным накладным товар был отгружен на общую сумму 1 131 556 рублей 50 копеек, что подтверждено документально. Товар по товарным накладным от 08.02.2017 № 50, от 10.02.2017 № 52 и от 17.02.2017 № 58 был принят ответчиком вместе с сертификатом соответствия №ТС RU С-RU.ЖТ02.В.01107 без замечаний по количеству, качеству и комплектности.

Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Из пояснений истца также следует следующее:

– технические требования к высоковольтному блоку «ВВКБ-3000» определены в ТУ 3456-001-12250201-2016, согласно которым климатическое исполнение блоков «ВВКБ-3000» умеренное, категория размещения – 3 (УЗ), что предусматривает расположение блока «ВВКБ-3000 внутри кузова подвижного состава (вагонах – закрытых помещениях), то есть с допущением резкого изменения влажности и температуры, как бывает, в случае запуска работы климатической установки «УКВ-48-ЭС2Г»;

– на его территории в присутствии его представителей, а также представителей ответчика и ООО «Остров СКВ» проведены испытания контакторов «КБВ-3-25 УХЛ 2», где сымитированы условия эксплуатации контактора под нагрузкой в соответствии с требованиями климатического размещения «УЗ», в результате проведенных испытаний контактор «КБВ-3-25 УХЛ 2» вышел из строя из-за пробоя в высоковольтной его части по причине выпадения росы на поверхности контактора, что допустимо при климатических условиях эксплуатации «УЗ», но недопустимо при условиях «УХЛ 2»;

– вывод о допустимости выпадения росы на поверхности при климатических условиях эксплуатации «УЗ» и недопустимости при условиях «УХЛ 2» подтвердил и эксперт ФИО4 при его опросе в судебном заседании Арбитражного суда Саратовской области;

– технические требования к вакуумному контактору «КБВ-3-25 УХЛ 2» определены в ТУ 3414-001-44918182-2006 (ТЦФК.674272,001 ТУ), согласно которым определены условия эксплуатации умеренно-холодного климата исполнения «УХЛ 2», то есть климатическое исполнение «УХЛ», категория размещения – 2, что означает, что контактор может применяться под навесом в помещениях, где колебания температуры и влажности внутри помещения и с наружи существенно не отличаются, соответственно, исключается возможность конденсации влаги;

– в ГОСТ-15150 прямо предусмотрено, что использование оборудования с категорией размещения 2, не предназначено для эксплуатации изделий в категории 3, при этом сам вакуумный контактор «КБВ-3-25 УХЛ 2» состоит из двух частей: высоковольтный блок (вакуумная камера с приводом) размещенный в корпусе, который не является оболочкой по определению, и низковольтный блок (панель управления), размещенный в оболочке; в электротехнике под уровнем стойкости IP имеется в виду определенный уровень показателей защиты электрооборудования, находящегося в оболочке, от внешних влияний; этими показателями являются влагозащищенность (водонепроницаемость) и защищенность объекта от проникновения пыли (пылевлагозащиты) внутрь оболочки; в высоковольтных контакторах «КБВ-3-25 УХЛ 2» требование IP выполнено путем помещения низковольтного блока управления в соответствующую оболочку (ГОСТ 14254-96);

– требования по климатическому исполнению и категории размещения высоковольтных контакторов «КБВ-3-25 УХЛ 2» не имеют никакого отношения к требованиям безопасности, предъявляемым к оболочкам, в которых располагается низковольтная часть (IP) и эти требования не могут подменяться одно другим; при эксплуатации высоковольтных контакторов «КБВ-3-25 УХЛ 2» должны учитываться как технические требования предъявляемые к климатике и размещению контактора в целом, так и условиям безопасного исполнения низковольтного блока (панели управления), которое находится в оболочке, и эти понятия не могут подменять друг друга, что фактически сделано экспертом в его заключении.

Оценивая заявленные доводы истца и ответчика, суд первой инстанции установил, что при рассмотрении Арбитражным судом Саратовской области дела № А57-11014/2017 по иску ответчика к ООО «Остров СКВ», при участии третьего лица – истца, о взыскании задолженности по договору от 04.07.2016 № Э-4-16ЖД по оплате за поставленные товары и встречному исковому заявлению ООО «Остров СКВ» к ответчику о расторжении указанного договора для установления причин выхода из строя блоков «ВВКБ-3000» назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено автономной некоммерческой организации «Центр судебных экспертиз» экспертам: ФИО4, ФИО5 и ФИО6.

Результаты проведенной экспертизы изложены в заключение от 11.07.2018 № 151/18, которое подписано с особым мнением экспертов ФИО5 и ФИО6

Арбитражным судом Саратовской области по названному делу 17.09.2018 принято решение, оставленное без изменения постановлениями Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2018 и Арбитражного суда Поволжского округа от 22.03.2019.

В судебных актах по данному делу отражено, что из системного анализа экспертного заключения с особым мнением в совокупности с иными представленными в дело доказательствами, усматривается, что выход из строя высоковольтных коммутационных блоков является следствием причин, связанных с их эксплуатацией. Дефектов самих блоков в ходе проведения технической экспертизы не обнаружено.

Экспертизой установлено, что наиболее вероятной причиной выхода из строя этих блоков являются многочисленные ошибки в конструкции и схемотехническом решении разработанных и поставляемых самим ООО «Остров СКВ» системах климата «УКВ-48-ЭС2Г», а также некорректными подходами к монтажу и подключению входящих в них блоков «ВВКБ-3000» и дефектами их эксплуатации в составе этой системы.

При рассмотрении указанного дела установлено, что экспертиза проведена в условиях, максимально приближенных к условиям эксплуатации, заданным в согласованной с ООО «Остров СКВ» технической документации на блоки масштабные испытания по проверке блоков «ВВКБ-3000». Испытания проведены на многократные включения и выключения 14 блоков, при этом не было зафиксировано ни одного отказа блоков. По результатам экспертных исследований эксперты ФИО5 и ФИО6. пришли к мнению, что причина выхода из строя блоков не связана с их собственными дефектами.

При таких обстоятельствах и с учетом положений части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд первой инстанции правильно указал, что в ходе арбитражного производства не подлежат доказыванию и не допускают опровержения преюдициально установленные обстоятельства – обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения арбитражного суда, когда они имеют юридическое значение для разрешения спора в позднее возникшем арбитражном процессе. Факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебном акте, приобретают качества достоверности, если судебный акт не изменен и не отменен.

В связи с этим и с учетом представленных в дело доказательств суд первой инстанции пришел к верным выводам о том, что, во-первых, товар, поставленный в адрес ответчика, производится серийно и качество его подтверждено сертификатом соответствия № ТС RU С-RU.ЖТ02.B.01107, в котором отражено, что товар изготовлен согласно Техническим условиям ТУ 3414-001-44918182-2006 (ТЦФК674272.001ТУ) «Контактор вакуумный высоковольтный КБВ-3-25 УХЛ2. Технические условия», конструкторской документации ТЦФК 674272.001 (исполнение ТЦФК 674272.001. ТЦФК 674272.001-01) «Контактор вакуумный высоковольтный КБВ-3-25 УХЛ2» и соответствует требованиям TP ТС 001/201 1 «О безопасности железнодорожного подвижного состава». Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих об обратном. Во-вторых, что истцом подтвержден факт поставки ответчику товара по товарным накладным от 08.02.2017 № 50, от 10.02.2017 № 52 и от 17.02.2017 № 58. Контакторы по указанным товарным накладным отгружались истцом в адрес ответчика по договору поставки в рамках обязательств по продаже (поставке) контакторов ответчику (покупателю). Доказательств обратного ответчиком также не представлено.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание тот факт, что на дату рассмотрения спора в материалы дела не представлены доказательства оплаты ответчиком своего дога перед истцом, суд первой инстанции правомерно взыскал задолженность в сумме 1 131 556 рублей 50 копеек

Довод апелляционной жалобы о том, что спорные контакторы поставляются во исполнение обязательств истца по протоколу от 01.02.2017 № РС-02-17 для создания неснижаемого запаса блоков, для создания переходного комплекта, а также для замены вышедших из строя контакторов и для последующей замены всех контакторов в работающих блоках, является несостоятельным ввиду следующего.

В указанном протоколе определено о создании переходного комплекта и неснижаемого остатка ВВКБ-3000, БНШИ.421259.006, на каких условиях будет исполнена эта договоренность между ответчиком и ООО «Остров СКВ» (покупателем производимого ответчиком оборудования) для истца как третьей стороны в данном случае не имеет значения и данный вопрос лежит за пределами его прав и обязанностей.

Вместе с тем в этом протоколе указано, что истцу необходимо обеспечить необходимый для этого запас контакторов. Причем наличие, то есть запас своей продукции, обеспечил истец, а значит, выполнил условия договоренности.

С ответчиком были согласованы сроки поставки товара по договору по цене, ранее определенной по договоренности сторонами.

Тот факт, что истец согласился доработать контакторы до требований условий эксплуатации УЗ, на которые впоследствии, как утверждает ответчик в апелляционной жалобе, он намеревался заменить контакторы, которые уже использовались в составе «ВВКБ-3000», вовсе не означает, что качественный товар, поставленный истцом ранее, будет возвращен обратно, а другие контакторы будут поставлены взамен на безвозмездной основе.

Намерение ответчика заменить качественные контакторы истца в составе своей продукции на контакторы с доработанной конструкцией, не свидетельствует о том, что истец должен был взять на себя убытки в связи с доработкой контакторов.

Помимо этого ответчик в апелляционной жалобе указывает на то, что от истца ему будут поступать новые доработанные контакторы, он будет изготавливать и поставлять в ООО «Остров СКВ» новые блоки «ВВКБ-3000» (с контакторами модернизированной конструкции), ООО «Остров СКВ» будет снимать с находящихся в эксплуатации поездов старые блоки с контакторами используемой ранее конструкции, ставить вместо них новые блоки «ВВКБ-3000» (с контакторами модернизированной конструкции), а снятые с поездов блоки отправлять ему на замену находящихся в них контакторов на контакторы модернизированной конструкции. При этом ответчик после каждой такой операции должен отправлять снятые контакторы старой конструкции истцу, а истец должен на замену присылать ему контакторы модернизированной конструкции.

Относительно данного мнения суд апелляционной инстанции отметает, что такое утверждение ответчика не основано на имеющихся в материалах дела доказательствах и не вытекает из буквального толкования протокола от 01.02.2017 № РС-02-17.

Кроме того, в связи с несвоевременной оплатой поставленного товара истцом заявлено требование о взыскании с ответчика за период с 17.02.2017 по 30.01.2019 неустойки в сумме 789 449 рублей 25 копеек.

В силу статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как усматривается из пункта 5.2 договора, сторонами определено, что за нарушение сроков оплаты за поставленный товар покупатель уплачивает поставщику неустойку в размере 0,1 % от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, начиная со дня, когда оплата должна была быть произведена, и до дня, когда оплата произведена фактически.

Ввиду того, что факт нарушения ответчиком сроков оплаты поставленного товара установлен и подтвержден материалами дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что требование истца о взыскании неустойки является обоснованным.

Расчет суммы неустойки судом проверен и признан не противоречащим статье 330 ГК РФ и условиям договора поставки.

Из материалов дела следует, что ответчик в суде первой инстанции заявил ходатайство об уменьшении размера неустойки до 358 021 рубля 38 копеек (до двукратной суммы процентов, определенных ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды) в связи с несоразмерностью в порядке статьи 333 ГК РФ.

Рассмотрев указанное ходатайство, руководствуясь статьей 333 ГК РФ, суд первой инстанции правильно указал следующее.

Согласно статье 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Ввиду того, что требование о применении статьи 333 ГК РФ заявлено ответчиком, то именно на нем, в силу статьи 65 АПК РФ, лежит бремя представления доказательств, подтверждающих как явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, так и получение кредитором необоснованной выгоды в связи с этим.

Однако в материалы дела ответчиком не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Причем ответчиком также не представлены доказательства невозможности своевременной уплаты своей задолженности.

Суд первой инстанции справедливо указал, что при решении вопроса об уменьшении неустойки критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть учтены такие обстоятельства как чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.

Вместе с тем решение суда о снижении неустойки не может быть произвольным. Уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ), а также с принципом состязательности (статья 9 АПК РФ). Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

В силу стать 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора.

Как следует из материалов дела, размер пени оговорен сторонами при заключении спорного договора, разногласий при его подписании у сторон не возникло. Ответчик, подписывая договор, подтвердил свое согласие с предусмотренным договором размером неустойки (0,1 %).

Необоснованное уменьшение неустойки судом с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия, в том числе неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Между тем, как верно отметил суд первой инстанции, в настоящем случае отсутствуют основания для снижения размера взыскиваемой неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ и применении двукратной ставки рефинансирования при определении размера неустойки, поскольку судом в ходе рассмотрения дела с учетом установленных фактических обстоятельств не установлена несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Исходя из анализа всех обстоятельств дела и оценки соразмерности предъявленной к взысканию суммы, с учетом необходимости соблюдения баланса интересов истца и ответчика, принимая во внимание длительность периода неуплаты задолженности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что подлежащая взысканию неустойка является справедливой, достаточной и соразмерной, так как служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства.

В связи с этим суд справедливо указал на отсутствие правовых оснований для уменьшения размера неустойки.

Помимо этого суд правомерно обратил внимание на то, что согласованный в договоре размер неустойки (0,1 %) является обычно применяемым в деловом обороте.

Отклоняя довод ответчика, продублированный в апелляционной жалобе, о том, что передача 26 контакторов произведена истцом во исполнение своих обязательств по протоколу от 01.02.2017 № РС-02-17, не содержащему соглашения о неустойке, а не в рамках спорного договора поставки, что не позволяет взыскать неустойку, суд первой инстанции верно указал, что данный довод противоречит доказательствам, имеющимся в материалах дела.

Заявляя в апелляционной жалобе о несогласии с указанным выводом суда первой инстанции, ответчик не представил в материалы дела надлежащие доказательства, свидетельствующие об обоснованности его возражений.

Доводы подателя жалобы с учетом отзыва истца не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Рязанской области от 11.04.2019 по делу № А54-3827/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи

Е.Н. Тимашкова

Е.В. Мордасов

В. Н. Стаханова