Гражданский кодекс часть 1

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 07.03.2022), от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителей ФИО3 (доверенность от 11.05.2022) и ФИО4 (доверенность от 11.05.2022), от финансового управляющего ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 19.07.2022),

рассмотрев 27.07.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А56-36477/2021,

у с т а н о в и л:

акционерное общество Международный банк Санкт-Петербурга в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО1 (адрес регистрации: 191015, Санкт-Петербург, Таврическая <...>, ИНН <***>), несостоятельной (банкротом). Банк также просил включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр) требование Банка в размере 44 508 402,17 руб.

Определением от 13.09.2021 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, требование Банка о включении в реестр заявленных требований признано обоснованным.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 определение от 13.09.2021 отменено. Суд апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по заявлению и отложении судебного разбирательства отказал. Заявление Банка о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом) признано обоснованным. В отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Признал обоснованным подлежащим включению в третью очередь реестра требование Банка в размере 44 508 402 руб., из которых: 3 500 000 руб. задолженности, установленой определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.07.2020 по делу № А56-140063/2018/сд.24, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 10.12.2020, постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.03.2021; 3000 руб. расходов по оплате государственной пошлины в рамках обособленного спора № А56-140063/2018/сд.24; 36 285 000 руб. задолженности, установленной определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.10.2020 по делу № А56-140063/2018/сд.25, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 01.03.2021; 3000 руб. расходов по оплате государственной пошлины в рамках обособленного спора № А56-140063/2018/сд.25; 4 717 402 руб. процентов за пользование денежными средствами, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Требование в части неустойки (процентов) учитывается в составе третьей очереди отдельно и подлежит удовлетворению после погашения требований в части основного долга и причитающихся процентов. Суд утвердил финансовым управляющим ФИО5 и взыскал с ФИО1 в пользу Банка расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, а также на нарушение судами норм материального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении заявления Банка о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом) отказать, производство по делу прекратить.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО1 указывает, что судом апелляционной инстанции не применен пункт 3 статьи 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), подлежащий применению. Стоимость имущества, принадлежащего должнику, многократно превышает размер требований кредитора (Банка), основанных на реституционных требованиях по делам А56-140063/2018/сд.24 и А56-140063/2018/сд.25, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для введения в отношении ФИО1 процедуры несостоятельности (банкротства).

ФИО1 не согласна с выводами апелляционного суда о достаточных основаниях полагать, что должник может быть признан неплатежеспособным, поскольку указанный вывод являются ошибочными и сделан без учета фактических обстоятельств и доказательств, представленных в материалы дела. Податель кассационной жалобы указывает, что невозможность погашения требований Банка обусловлена процессуальным поведением самого кредитора, а доказательства уклонения ФИО1 от исполнения судебных актов, принятых арбитражным судом в пользу кредитора, Банком суду не представлены.ФИО1 располагает денежными средствами, размещенными на счетах в банковских учреждениях, за счет которых возможно погашение требования кредитора, положенного в основу заявления о признании должника банкротом.

По мнению подателя кассационной жалобы, действия Банка не являются добросовестными, поскольку хотя и совершены в пределах предоставленных законом прав, но причиняют вред другим лицам. Так, именно его действия не позволили ФИО1 до настоящего времени погасить образовавшуюся задолженность.

ФИО1 считает, что требования Банка о включении в реестр процентов, исчисленных заявителем в размере 4 717 402 руб., удовлетворению не подлежат. Основания для осуществления расчета процентов на реституционные требования к ФИО1 с момента совершения оспоримых сделок отсутствуют.

В отзывах, поступивших в суд в электронном виде, Банк и финансовый управляющий возражают против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы, а представители Банка и финансового управляющего возражали против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность судебных актов, принятых в рамках данного дела, проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, основанием для обращения Банка в суд с заявлением о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом), послужило реституционное требование к должнику, подтвержденное судебными актами по делам № А56-140063/2018/сд.24 и № А56-140063/2018/сд.25 (о банкротстве Банка).

Возражая против обоснованности заявления кредитора, ФИО1 приводила аргументы о том, что она обладает совокупным имущественным комплексом, кратно превышающим заявленное требование, независимо от того, что это имущество является общим с ее супругом. Также она имеет имущественные претензии (требования) к самому Банку о возврате денежных средств в общей сумме 581 265 459 руб., находящихся на ее счете в этой же кредитной организации.

При данных обстоятельствах у Банка нет оснований считать ФИО1 банкротом, к тому же она готова произвести расчет после снятия арестов с имущества, наложенного в рамках обеспечительных мер по заявлению Банка о субсидиарной ответственности должника. ФИО1 полагает, что именно Банк, заявляя о принятии в отношении ФИО1 обеспечительных мер, препятствует ей осуществить расчеты.

Кроме того, должник возражала против размера требования в части суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, говоря о том, что в момент совершения платежей она не могла знать об их незаконности, так как информацией о действительном финансовом положении Банка не располагала. Недостаточность денежных средств у Банка была вызвана действиями Центрального Банка Российской Федерации по начислению резервов по фактам проведенной проверки деятельности кредитной организации.

Не соглашаясь с доводами ФИО1 о принятых обеспечительных мерах, Банк указал, что при привлечении должника к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве самого Банка (в рамках которого наложены аресты на имущество должника и ее супруга) стоимость арестованных активов значительно меньше субсидиарных требований.

По существу обоснованности требований Банка суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что бремя доказывания при опровержении подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом презумпций неплатежеспособности возлагается на должника.

Суд первой инстанции посчитал, что ФИО1 не представила достаточных и определенных доказательств стоимости принадлежащего ему имущества, а также наличия денежных средств и постоянного источника дохода, достаточного для расчетов с Банком в разумные сроки.

Суд первой инстанции учел принятые в отношении ФИО1 обеспечительные меры в рамках заявления о привлечении контролирующих Банк лиц к субсидиарной ответственности и открытие конкурсного производства в отношении Банка как обстоятельства, затрудняющие получение ФИО1 от него удовлетворение встречных требований, а также предъявленных к должнику требований другими кредиторами в данном деле.

Поскольку требования Банка подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, суд первой инстанции счел их обоснованными и ввел в отношении ФИО1 процедуру банкротства – процедуру реструктуризации долгов гражданина.

Апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции, установив, что ФИО1 не воспользовалась возможностью добровольно исполнить судебные акты, в том числе и до вступления их в законную силу, равно как и возможностью добровольно возвратить Банку полученное от него имущество по оспариваемым в деле о банкротстве сделкам, пришел к выводу, что фактическое неисполнение ФИО1 денежного обязательства перед Банком в течение длительного времени соответствует закрепленным в статье 2 Закона о банкротстве признакам неплатежеспособности.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражения на нее, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

Как видно из материалов дела и установлено судебными инстанциями, сам факт неисполненного и просроченного обязательства перед Банком в части основной задолженности, размер которой отвечает требованиям пункта 2 статьи 213.3 Закона о банкротстве, ФИО1 не отрицает.

В этой связи заявление Банка по своей сути и требованиям соответствует положениям пункта 2 статьи 213.3 и статьи 213.5 Закона о банкротстве, поэтому у апелляционного суда имелись объективные правовые основания для признания заявления кредитора обоснованным (пункт 2 статьи 213.6 Закона о банкротстве).

Возможностью добровольно исполнить судебные акты, в том числе и до вступления их в законную силу, ФИО1 не воспользовалась, равно как и возможностью добровольно возвратить Банку полученное от него имущество по оспариваемым в деле о банкротстве сделкам в порядке разъяснений, данных в пункте 29.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Учитывая изложенное, конкурсный управляющий Банка имел основания для заключения об отсутствии у ФИО1 намерения или возможности добровольно уплатить Банку денежную сумму по недействительной сделке, выбрав один из предусмотренных законом способов побудить должника исполнить это обязательство.

Фактическое неисполнение ФИО1 указанного денежного обязательства перед Банком в течение длительного периода времени соответствует закрепленным в статье 2 Закона о банкротстве признакам неплатежеспособности.

Отсутствие денежных средств у должника в качестве причины неосуществления расчетов с кредитором в таком случае предполагается.

Доказательств обратного в ходе судебного разбирательства ФИО1 не представила, ссылаясь лишь на наличие у нее дорогостоящего имущества, но не денежных средств.

При этом исполнение денежного обязательства за счет реализации имущества должника, на которое указывает должник, в отличие от денежных расчетов, занимает значительно более длительный период времени.

По смыслу абзаца седьмого пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве, вывод об отсутствии у гражданина признака неплатежеспособности может быть сделан в случае, если имеются достаточные основания полагать, что с учетом планируемых поступлений денежных средств, в том числе доходов от деятельности гражданина и погашения задолженности перед ним, гражданин в течение непродолжительного времени сможет исполнить в полном объеме денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

С учетом изложенного, доводы подателя жалобы о возможности погашения спорной задолженности за счет реализации принадлежащего ей имущества о таких обстоятельствах не свидетельствуют, так как данный способ не позволяет оперативно погасить существующую задолженность.

Между тем, сокращенный период погашения задолженности, как следует из буквального смысла приведенного положения пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве, является одним из квалифицирующих признаков возможности применения указанной нормы.

Необходимость установления состава и осуществления оценки принадлежащего должнику имущества, на которые указывает податель жалобы, как раз свидетельствует о целесообразности введения в отношении него процедуры реструктуризации задолженности, целью которой и является оценка имущественного положения должника и возможности восстановления его платежеспособности. Данные обстоятельства, с учетом установленных по делу, не должны были являться предметом оценки на стадии рассмотрения вопроса обоснованности заявления кредитора.

Из материалов дела о банкротстве Банка, а также из пояснений Агентства и самого должника следует, что между ними имеется ряд взаимных претензий, в том числе связанных со статусом ФИО1 как контролирующего Банк лица и несостоятельностью данной кредитной организации. При этом обращение Агентства в деле о банкротстве Банка с заявлением о применении к ФИО1 субсидиарной ответственности и о принятии обеспечительных мер до рассмотрения по существу данного заявления само по себе не может расцениваться как злоупотребление кредитором правом.

Обстоятельств, которые бы бесспорно свидетельствовали о заведомой необоснованности требования Агентства привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, подателем жалобы не приведено.

Необходимость принятия обеспечительных мер в рамках спора о привлечении должника к субсидиарной ответственности установлена вступившими в законную силу судебными актами.

Следует отметить, что именно в рамках производства о банкротстве ФИО1 данное обстоятельство не будет являться препятствием для осуществления расчетов с кредиторами должника за счет принадлежащего ему имущества в силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве.

По мнению суда кассационной инстанции, при названных и установленных по делу обстоятельствах, апелляционный суд сделал обоснованный вывод о том, что ФИО1 не опровергла наличие у нее признаков неплатежеспособности и обстоятельств, препятствующих введению процедуры реструктуризации долгов гражданина.

В этой связи оснований для отмены апелляционного постановления от 06.04.2022 не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2022 по делу № А56-36477/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

В.В. Мирошниченко

И.М. Тарасюк