Гражданский кодекс часть 1

общества с ограниченной ответственностью «Поларис-Нева» (197349, Санкт-Петербург, пр. Испытателей, д. 33, лит. А, кв. 91; ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице общества с ограниченной ответственностью «Логика» (197349, Санкт-Петербург, пр. Испытателей, д. 33, лит. А, кв. 91; ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО3 (Санкт-Петербург)

о взыскании убытков и процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

участник общества с ограниченной ответственностью «Поларис-Нева» (далее – Компания) общество с ограниченной ответственностью «Логика» (далее – Общество) обратилось в арбитражный суд с иском с учетом его уточнения к ФИО3 о взыскании 12 000 000 руб. убытков, 2 248 914 руб. 43 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Компания.

Решением от 17.12.2021 (судья Е.Е. Бойкова) исковые требования удовлетворены, с ФИО3 в пользу Компании в взысканы 12 000 000 руб. убытков и 2 248 914 руб. 43 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 16.11.2021, с ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 94 245 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с указанным решением, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что отношения сторон регулировались договором займа, заключенным 01.10.2018 между Компанией и ФИО3, на основании финансового поручения денежные средства перечислены Обществу по договору купли-продажи доли в уставном капитале Компании, договор займа не оспорен, недействительным не признан, платежное поручение содержит указание на назначение платежа, указанное в финансовом поручении, при рассмотрении дела № А56-50515/2020 совместно с отзывом была представлена копия финансового поручения, из текста которого следует, что оплата производится в счет договора займа, сам договор у ответчика не запрашивался, перечисление денег по финансовому поручению не оспаривалось, истец не доказал совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

В отзыве на апелляционную жалобу Общество против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, указывает, что ответчик использовал денежные средства Компании для исполнения собственных обязательств, сведения о наличии кредитных обязательств ФИО3 перед Компанией не содержатся в бухгалтерской отчетности Компании, решение единственного участника об одобрении сделки подлежало нотариальному удостоверению.

В судебном заседании представители Общества и Компании поддержали исковые требования, указали, что в соответствии с представленным ФИО3 договором займа денежные средства подлежали перечислению на расчетный счет ФИО3, платежное поручение о перечислении денежных средств не содержит указание о перечислении денежных средств за третье лицо, указанные обязательства не отражены в бухгалтерской отчетности, в связи с чем полагали, что договор займа изготовлен после возбуждения Обществом дела о расторжении договора купли-продажи долей.

Представитель ФИО3 против удовлетворения исковых требований возражал, указал, что между Компанией и ФИО3 заключен договор займа, по поручению заемщика денежные средства перечислены Обществу в счет оплаты по договору купли-продажи долей, корректировка бухгалтерской отчетности имела место по причине изменения данных о правообладателе недвижимого имущества в Едином государственном реестре недвижимости.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 53, пунктом 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков, действует от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25), участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). Между тем, Компания привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В связи с этим суд апелляционной инстанции определением от 22.03.2022 перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции, уточнил правовое положение сторон.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом (продавцом) и ФИО3 (покупателем) 28.12.2017 заключен договор купли-продажи 100 % долей в уставном капитале Компании.

Согласно пункту 1.4 договора цена договора составляет 107 000 000 руб., из которых 20 000 000 руб. уплачены до подписания договора, оставшиеся 87 000 000 руб. подлежат уплате в течение года с момента заключения договора путем безналичного перечисления денежных средств на расчетный счет продавца либо иным другим способом, не запрещенным законодательством Российской Федерации; днем оплаты считается день поступления денежных средств на счет продавца.

В Единый государственный реестр юридических лиц 16.01.2018 внесена запись о ФИО3 как единственном участнике Компании, 15.02.2018 – о ФИО3 как генеральном директоре Компании.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2021 по делу № А56-50515/2020 вышеуказанный договор купли-продажи от 28.12.2017 расторгнут; за Обществом признано право собственности на долю в уставном капитале Компании в размере 100 %; с Общества в пользу ФИО3 взыскано 33 500 000 руб., полученных по договору от 28.12.2017.

Впоследствии Обществом установлено, что оплата по договору купли-продажи от 28.12.2017 в размере 12 000 000 руб. произведена ФИО3 с расчетного счета Компании платежным поручением от 17.10.2018 № 9.

Ссылаясь на использование ФИО3 денежных средств Компании в своих интересах, при том, что судебным актом по делу № А56-50515/2020 Общество обязано возвратить денежные средства ФИО3, в связи с чем на стороне Компании возникли убытки, причиненные ответчиком в связи с исполнением последним своих личных обязательств за счет Компании и без надлежащего последующего возмещения понесенных расходов, Общество как единственный участник Компании обратилось в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Из совокупного толкования положений части 3 статьи 40, части 1 статьи 44, части 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) единоличный исполнительный орган общества, представляя его интересы, должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Таким образом, применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом, принимая во внимание положения статьи 65 АПК РФ, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица. В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие вины в причиненных убытках.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно пункту 2 названного Постановления недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Под убытками, согласно данной норме права, понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Взыскание убытков возможно только при доказанности совокупности фактов, подтверждающих наличие и размер причиненных убытков, виновный характер действий (бездействия) генерального директора, а также причинно-следственную связь между этим противоправным поведением ответчика и наступившими для общества неблагоприятными последствиями.

В обоснование заявленных требований Общество указывает, что ФИО3, являясь исполнительным органом Компании и его единственным участником, действуя в своем интересе, перечислил в счет исполнения собственных обязательств перед Обществом, возникших из договора купли-продажи долей в уставном капитале, денежные средства в размере 12 000 000 руб. со счета Компании, что повлекло уменьшение имущества Компании, которое не может быть восполнено иным способом, поскольку суд, расторгнув договор купли-продажи, обязал Общество возвратить указанные средства ФИО3, который получил таким образом неосновательное обогащение.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО3 сослался на наличие между Компанией и ФИО3 заемных обязательств, основанных на договоре займа от 01.10.2018 № Z01/10/2018, согласно которому Компания в лице генерального директора ФИО3 (займодавец) передает ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 12 000 000 руб. на срок до 01.10.2023, плата за пользование составляет 3 %, которые уплачиваются заемщиком одновременно с возвратом суммы займа.

Согласно статье 807 ГК РФ договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу пункта 5 названной статьи сумма займа или другой предмет договора займа, переданные указанному заемщиком третьему лицу, считаются переданными заемщику. Факт перечисления Обществу Компанией по поручению ФИО3 денежных средств за ФИО3 в счет оплаты долей в уставном капитале сторонами не оспаривается.

Сам по себе факт получения директором денежных средств на условиях займа не влечет возникновение у Общества убытков.

В силу статьи 50 Закона № 14-ФЗ общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества, в том числе документы бухгалтерской отчетности, а также односторонние сделки и договоры, в совершении которых имеется заинтересованность.

Материалами дела подтверждается, что подписанный экземпляр указанного договора займа в Компании отсутствует, а в представленных по запросу суда апелляционной инстанции налоговыми органами бухгалтерских балансах за 2018, 2019 годы наличие заемных обязательств не отражено.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о том, что подписание договора займа осуществлено после возникновения спора для создания видимости законного основания платежа без намерения у его сторон создать реальные заемные отношения, а действительная воля сторон была направлена на освобождение ответчика от оплаты приобретенных им долей в уставном капитале Компании.

Между тем, истец о фальсификации представленного договора займа при рассмотрении настоящего дела не заявлял, о назначении экспертизы в целях определения давности изготовления названного документа не ходатайствовал. Требование о признании недействительной сделки, которая, по мнению истца, прикрывается договором займа, истцом не заявлялось.

Из представленного ответчиком в материалы дела бухгалтерского баланса Компании на 31.12.2020, следует, что в графе финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов) по состоянию на 31.12.2018 отражены 12 250 000 руб.

Согласно пункту 2 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» хозяйственные операции должны отражаться в регистрах бухгалтерского учета в хронологической последовательности и группироваться по соответствующим счетам бухгалтерского учета.

Положение по бухгалтерскому учету «Исправление ошибок в бухгалтерском учете и отчетности» (ПБУ 22/2010), утвержденное приказом Минфина РФ от 28.06.2010 № 63н (далее - Положение), устанавливает правила исправления ошибок и порядок раскрытия информации об ошибках в бухгалтерском учете и отчетности организаций, являющихся юридическими лицами по законодательству Российской Федерации.

Пунктом 9 Положения предусмотрено, что существенная ошибка предшествующего отчетного года, выявленная после утверждения бухгалтерской отчетности за этот год, исправляется:

записями по соответствующим счетам бухгалтерского учета в текущем отчетном периоде. При этом корреспондирующим счетом в записях является счет учета нераспределенной прибыли (непокрытого убытка);

путем пересчета сравнительных показателей бухгалтерской отчетности за отчетные периоды, отраженные в бухгалтерской отчетности организации за текущий отчетный год, за исключением случаев, когда невозможно установить связь этой ошибки с конкретным периодом либо невозможно определить влияние этой ошибки накопительным итогом в отношении всех предшествующих отчетных периодов.

Пунктом 10 Положения предусмотрено, что в случае исправления существенной ошибки предшествующего отчетного года, выявленной после утверждения бухгалтерской отчетности, утвержденная бухгалтерская отчетность за предшествующие отчетные периоды не подлежит пересмотру, замене и повторному представлению пользователям бухгалтерской отчетности.

Таким образом, законодательством о бухгалтерском учете не предусмотрено представление в налоговые органы корректирующих деклараций за прошедшие периоды, а все изменения в бухгалтерской отчетности, относящиеся как к отчетному году, так и к предшествовавшим периодам (после ее утверждения), производятся в отчетности, составляемой за отчетный период, в котором были обнаружены искажения ее данных (пункт 39 Приказа Минфина РФ от 29.07.1998 № 34н «Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации».

Как следует из объяснений ответчика, содержащаяся в годовой бухгалтерской отчетности Компании за 2018, 2019 годы ошибка была обнаружена в 2020 году, в связи с чем сведения о корректировке обоснованно учтены в 2020 году, что подтверждается представленным налоговым органом по запросу суда апелляционной инстанции бухгалтерским балансом за 2020 год.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 ГК РФ). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 2 сатьи. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Однако истец не привел никаких доводов, свидетельствующих о недобросовестности ФИО3 либо о его намерении совершить эту сделку – договор займа исключительно для вида, без ее реального исполнения.

Учитывая вышеизложенное, имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют безусловно констатировать отсутствие между Компанией и ФИО3 заемных обязательств.

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Однако договор займа по указанным основаниям истец не оспаривает, на невыгодность для Компании сделки не ссылается, в установленном порядке договор займа недействительным по данному основанию не признан.

При таких обстоятельствах истец не доказал наличие условий ни для взыскания убытков с ответчика, ни для взыскания с него неосновательного обогащения.

Несостоятельна ссылка истца на недействительность решения единственного участника об одобрении сделки с заинтересованностью в связи с несоблюдением нотариальной формы.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, требование о нотариальном удостоверении, установленное подпунктом 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ, распространяется и на решение единственного участника.

Между тем согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.12.2019 № 306-ЭС19-25147, в целях защиты правовой определенности и разумных ожиданий участников гражданского оборота, разъяснения, приведенные в пунктах 2 и 3 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, подлежат применению только при рассмотрении споров, связанных с оспариванием решений единственного участника, принятых после указанной даты.

В данном случае решение единственного участника ободобрении сделки принято 01.10.2018.

Кроме того, сделка с заинтересованностью, заключенная в отсутствие ее одобрения в порядке, предусмотренном законом, является оспоримой.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы за подачу апелляционной жалобе, понесенные ответчиком, подлежат возмещению за счет истца.

Определением суда первой инстанции от 15.08.2021 истцу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в связи с чем государственная пошлина за подачу иска подлежит взысканию в доход федерального бюджета с Общества.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.12.2021 по делу №А56-73590/2021 отменить.

В иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Логика» в доход федерального бюджета 94 245 руб. государственной пошлины по иску.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Логика» в пользу ФИО3 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

С.В. Изотова

Судьи

С.М. Кротов

М.А. Ракчеева