Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (регистрационный номер 13АП-17400/2023) на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.05.2023 по делу №А56-8100/2023 (судья Заварзина М.А.), принятое по исковому заявлению ФИО1 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Асгард-СПб» и взыскании с него денежных средств в размере 1117075,65 рублей,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ФИО1 (далее - заявитель) о привлечении ФИО3 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Асгард-СПб» (далее – Общество) и взыскании 1 117 075,65 рублей.

Определением от 08.02.2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 АПК РФ).

Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

Соответствующее сообщение опубликовано ФИО1 на ЕФРСБ 14.02.2023 №10782596.

В ходе рассмотрения искового заявления иные лица не изъявили желания присоединиться к заявленным требованиям.

Решением арбитражного суда от 03.05.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции решением, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование жалобы ее податель указывает на то, что суд первой инстанции не дал полной оценки его доводам, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, действия бывшего руководителя должника привели к возникновению условий финансового кризиса, в результате чего истец понес убытки, столкнувшись с невозможностью удовлетворения своих законных требований. ФИО3 фактически была скрыта от публичного контроля информация о реальном финансовом положении общества, отсутствовали достоверные данные бухгалтерского учета должника.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ не направлен.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал, сослался на определение арбитражного суда от 22.08.2023 по обособленному спору №А56-111130/2022/суб.отв.1, в рамках которого ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АСГАРД» в размере 7 442 934,81 рублей, включая задолженность перед ФИО1 Представитель подателя жалобы полагает, что обстоятельства указанного спора аналогичны обстоятельствам настоящего дела.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ранее в арбитражный суд поступило заявление ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Асгард-СПб», которому присвоен номер дела №А56-111127/2022.

Определением от 08.12.2022 по делу №А56-111127/2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Асгард-СПб».

Определением от 20.01.2023 (резолютивная часть объявлена 17.01.2023) производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено в связи с отсутствием у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и отсутствием согласия истца, как заявителя по делу, на финансирование процедуры банкротства должника.

Руководителем должника и его участником с 13.04.2018 по настоящее время является ФИО3

Как следует из искового заявления, основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Асгард-СПб» послужило необращение ответчика, который является руководителем должника, в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) после возникновения признаков неплатежеспособности. По мнению ФИО1, ФИО3 должен был обратиться с заявлением о признании Общества банкротом не позднее 01.02.2022, поскольку не позднее указанной даты у ООО «Асгард-СПб» возникли признаки неплатежеспособности - в результате вступления в законную силу решения Выборгского районного суда Санкт-Петербурга по делу №2-9839/2021, которым с ООО «Асгард-СПб» в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 942 910,02 рублей, проценты в размере 161 237,46 рублей, проценты начиная с 09.12.2021 по дату фактического исполнения обязательств, расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 928 рублей.

ФИО1 также просит привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность погашения требований кредитороввследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

В качестве правового обоснования заявленных требований кредитор ссылается на нормы статей 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и объективным банкротством общества, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов.

Оценив довод о невыполнении ФИО3 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного ему общества, суд первой инстанции сослался на непредставление доказательств наличия у должника обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

На основании пункта 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с приведенными в пунктах 1, 9 Постановления №53 разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N4 (2016)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 16 Постановления №53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как верно указал суд первой инстанции, заявитель не выполнил бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица, не привел ссылок на конкретные действия ответчика, с которыми он связывает наступление признаков неплатежеспособности должника, поскольку сам по себе судебный акт о взыскании задолженности таким достаточным доказательством не является. При этом, иные кредиторы к рассмотрению настоящего спора не присоединились, несмотря на публичное раскрытие информации на ЕФРСБ о возбуждении соответствующего производства. Доказательств наличия у должника задолженности на сумму более 9 млн рублей истец вопреки положениям статьи 65 АПК РФ не представил.

В виду изложенного, суд обоснованно отказал в удовлетворении заявления по основаниям пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а доводы апеллянта об ином, несостоятельны.

Ссылка заявителя на результаты рассмотрения обособленного спора №А56-111130/2022/суб.отв.1 подлежит отклонению, поскольку в приведенном деле речь идет об иной организации - ООО «Асгард» (ИНН <***>), со схожим наименованием и тем же руководителем, однако доказательств полного совпадения контрагентов, хозяйственных связей и иных фактических обстоятельств, связанных с появлением признаков несостоятельности, не представлено. Следовательно, определение от 22.08.2023 по обособленному спору №А56-111130/2022/суб.отв.1 не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего дела (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

В качестве другого основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности ФИО1 также указал на невыполнение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Асгард-СПб» банкротом.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления №53).

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как верно сослался суд первой инстанции, заявителем не указано, какие конкретно просроченные обязательства ООО «Асгард-СПб» и в каком объеме возникли после наступления срока исполнения обязанности о обращению в суд и до момента возбуждения дела о банкротстве. При этом, даже если согласиться с доводом о том, что обязанность ответчика по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Асгард-СПб» банкротом наступила не позднее 01.02.2022, то в размер ответственности по указанному основанию не подлежит включению задолженность перед заявителем, так как обязательства перед ним возникли гораздо раньше указанной даты.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 №14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Наличие у Общества неисполненного обязательства перед заявителем не свидетельствует о наступлении критического момента, с которым Закон о банкротстве связывает необходимость подачи заявления о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной кредиторской задолженности сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что за период исполнения ответчиком обязанностей единоличного исполнительного органа к должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Доказательств того, что по состоянию на 01.02.2022 должник обладал признаками неплатежеспособности, суду первой инстанции не представлено, следовательно, нельзя признать обязанность ФИО3 по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Асгард-СПб» несостоятельным (банкротом) наступившей не позднее 01.02.2022.

Кроме того, заявителем не представлено доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и участника и наступившими последствиями в виде непогашения задолженности перед ФИО1

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел совокупности условий, необходимой для привлечения руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности по его обязательствам на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий (иные, поименованные в Законе о банкротстве лица) прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу, не представлено доказательств неправомерных действий руководителя должника, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредитора.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующего должника лица и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредитора.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не было достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Доводы об обратном, изложенные в апелляционной жалобе, отклоняются судом апелляционной инстанции как несостоятельные.

Оснований для отмены судебного акта не имеется, в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, не допущено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления и апелляционной жалобы в судах первой и апелляционной инстанций подлежат распределению по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.05.2023 по делу №А56-8100/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

С.М. Кротов