Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев 28.02.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по делу № А56-87365/2020/тр.5,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.10.2020 принято к производству заявление ФИО2 о признании его банкротом.

Решением суда от 22.12.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Сведения об этом 16.01.2021 опубликованы в издании «Коммерсантъ».

ФИО1 08.07.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил включить в реестр требований кредиторов ФИО2 (далее – Реестр) требование в размере 351 949,79 руб.

Определением суда первой инстанции от 03.09.2021 требование ФИО1 в размере 351 849,79 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 определение от 03.09.2021 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 03.09.2021 и постановление от 30.11.2021 в части учета его требования в размере 351 949,79 руб. в составе требований, заявленных после закрытия Реестра и подлежащих удовлетворению за счет имущества ФИО2, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр; признать срок подачи заявления о включении требования в Реестр непропущенным и включить требование в размере 351 949,79 руб. в третью очередь Реестра.

Податель жалобы указывает, что срок подачи заявления о включении требования в Реестр не может считаться пропущенным, так как финансовый управляющий ФИО3 не проинформировал ФИО1 о невозможности продолжения взыскания по исполнительному производству от 23.07.2018 № 12232/18/69037-ИП, которое до настоящего времени не окончено.

ФИО1 полагает, что уведомление финансового управляющего от 29.12.2020 не соответствует требованиям, установленным пунктом 2.1 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так как не разъясняет порядок заявления требований в деле о банкротстве, в результате чего ФИО1 был введен в заблуждение, полагая, что исполнительные действия продолжают осуществляться.

В представленном в электронном виде отзыве финансовый управляющий ФИО3 считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, решением Печорского городского суда Республики Коми от 30.05.2018 по делу № 2-9/2018 с ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы убытки в размере 262 416 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 27 835,87 руб., неустойка за нарушение сроков выполнения работ в размере 131 160 руб., компенсация морального вреда в размере 5000 руб., штраф в сумме 106 602,86 руб., судебные расходы в размере 6800 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленные с 31.05.2018 по день фактического исполнения обязательства.

На основании исполнительного листа, выданного в соответствии с названным решением, Калининским районным отделом судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу 23.07.2018 возбуждено исполнительное производство № 12232/18/69037-ИП.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ФИО1 сослался на то, что с учетом частичного погашения задолженность ФИО2 составляет 262 416 руб. убытков, 18 301,17 руб. штрафа и 71 232, 62 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В представленном в электронном виде отзыве финансовый управляющий ФИО3, возражавший против включения заявленного требования в Реестр, ссылался на пропуск ФИО1 срока на предъявление требования к должнику.

С учетом того, что требование ФИО1 в размере 351 949,79 руб. подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, суд первой инстанции признал данное требование обоснованным; вместе с тем пришел к выводу о пропуске заявителем срока на подачу заявления о включении требования в Реестр, в связи с чем определением от 03.09.2021 признал данное требование подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанным выводом, в связи с чем постановлением от 30.11.2021 оставил определение от 03.09.2021 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве.

Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

В данном случае сведения о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) опубликованы 16.01.2021, таким образом, Реестр закрыт 16.03.2021; с настоящим заявлением ФИО1 обратился в арбитражный суд 08.07.2021, то есть после закрытия Реестра.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ФИО1 являлся взыскателем по исполнительному производству, в рамках которого взыскивалась спорная задолженность.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве», конкурсный управляющий обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления указанного уведомления конкурсным управляющим кредитору. В том случае, если взыскатели не обращаются с заявлениями о включении требований в реестр требований кредиторов, конкурсный управляющий по их заявлениям передает им исполнительные документы.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, взыскатель, поручивший исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, имеет право на разумные ожидания того, что он будет проинформирован путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по его заявлению, в связи с банкротством должника. Возложение на подобного взыскателя обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным, а срок закрытия реестра требований кредиторов должника для такого непроинформированного взыскателя нельзя признать пропущенным.

При прекращении исполнения требования взыскателя в исполнительном производстве, о котором кредитор узнает после открытия процедуры конкурсного производства (реализации имущества), для правильного определения начала течения срока закрытия реестра требований кредиторов правовое значение имеет не момент опубликования информационного сообщения о введении процедуры, а обстоятельства, связанные с направлением арбитражным управляющим извещения взыскателю, его индивидуальная осведомленность о банкротстве должника и необходимости обращения с требованием в реестр требований редиторов. Суды должны выяснить и оценить отсутствие или наличие доказательств возврата исполнительного документа взыскателю или поступления исполнительного документа в адрес должника от службы судебных приставов; уведомления взыскателя о передаче исполнительных документов арбитражному управляющему и информирования последним взыскателя о порядке обращения с соответствующим требованием к должнику.

Судом первой инстанции установлено, что финансовым управляющим ФИО3 в адрес ФИО1 направлено уведомление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина, которое получено ФИО1 лично 12.01.2021.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, о том, что заявителем пропущен срок подачи заявления о включении требования в Реестр, в связи с чем признал требование ФИО1 в размере 351 949,79 руб. подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в Реестр.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на правильном применении норм Закона о банкротстве.

Доводы, содержащиеся в кассационной жалобе ФИО1, сводятся к тому, что срок подачи заявления о включении требования в Реестр не был им пропущен.

В обоснование указанных доводов податель жалобы ссылается на то, что финансовый управляющий ФИО3 не проинформировал ФИО1 о невозможности продолжения процедуры взыскания по исполнительному производству от 23.07.2018 № 12232/18/69037-ИП, которое до настоящего времени не окончено, считает, что уведомление финансового управляющего от 29.12.2020 не соответствует требованиям, установленным пунктом 2.1 статьи 213.24 Закона о банкротстве, так как не разъясняет порядок заявления требований в деле о банкротстве.

Как полагает суд кассационной инстанции, указанные доводы не соответствуют содержанию уведомления финансового управляющего от 29.12.2020, которое, как установлено судами первой и апелляционной инстанций, было ФИО1 лично 12.01.2021; названное доказательство оценено судами полно, всесторонне и объективно.

Поскольку основания для иной оценки данного доказательства у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.09.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2021 по делу № А56-87365/2020/тр.5 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Т.В. Кравченко

М.В. Трохова