Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании 17-24.05.2021 с объявлением перерыва апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-834/2021, 13АП-835/2021, 13АП-837/2021, 13АП-836/2021) общества с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «СВАМ», конкурсного управляющего должником, открытого акционерного общества «Асфальтобетонный завод № 1» и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Гарант» ФИО11 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2020 по делу № А56-88068/2018/суб.1 (судья Новоселова В.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЛСК» ФИО4 к:

1) бывшему генеральному директору и участнику должника ФИО7;

2) бывшему генеральному директору должника ФИО1;

3) бывшему генеральному директору и участнику должника ФИО12;

4) бывшему генеральному директору должника ФИО5;

5) бывшему генеральному директору должника ФИО13;

о привлечении к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЛСК»,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ЛСК» (далее – ООО «ЛСК») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением суда первой инстанции от 11.10.2018, резолютивная часть которого объявлена 10.10.2018, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта упрощенная процедура конкурсного производства ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

03.09.2019 конкурсный управляющий ООО «ЛСК» ФИО4 обратилась в суд первой инстанции с заявлением к бывшему генеральному директору и участнику ООО «ЛСК» ФИО7, бывшему генеральному директору ООО «ЛСК» ФИО1, бывшему генеральному директору и участнику ООО «ЛСК» ФИО12, бывшему генеральному директору ООО «ЛСК» ФИО5, бывшему генеральному директору ООО «ЛСК» ФИО13 о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛСК» за невозможность полного погашения требований кредиторов и взыскании с них в пользу должника 48 730 048 руб. 16 коп., а также о привлечении ФИО7 в размере 44 363 994 руб. 26 коп., ФИО1 в размере 38 712 200 руб. 77 коп., ФИО12 в размере 5 652 873 руб. 79 коп., ФИО5 в размере 5 652 873 руб. 79 коп., ФИО13 в размере 5000 руб. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за несвоевременную подачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 09.12.2020 заявление конкурсного управляющего ООО «ЛСК» ФИО4 о привлечении бывшего генерального директора ООО «ЛСК» ФИО13 к субсидиарной ответственности признано обоснованным. Установлено наличие оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛСК» по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. Приостановлено производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «ЛСК» ФИО4 о привлечении бывшего руководителя ООО «ЛСК» ФИО13 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «ЛСК». В остальной части в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционных жалобах и письменных пояснениях к ним общество с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «СВАМ» (далее – ООО «Юридическая фирма «СВАМ»), конкурсный управляющий ООО «ЛСК», открытое акционерное общество «Асфальтобетонный завод № 1» (далее – ОАО «Асфальтобетонный завод № 1») и конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Гарант» (далее – ООО «Гарант») ФИО11, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просят определение суда первой инстанции от 09.12.2020 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО1, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалоб указывают, что совершенные указанными лицами от имени должника сделки, которые впоследствии признаны судом недействительными, являлись в масштабах деятельности ООО «ЛСК» значимыми, существенными и убыточными и фактически привели к объективному банкротству должника и невозможности последнего исполнять обязательства перед своими кредиторами, что влечет применение к указанным лицам субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отзыве ФИО7 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

В отзыве ФИО12 ссылается на то, что ФИО1, зная, что его полномочия прекращены, обратил в свою пользу и в пользу аффилированной ему структуры 1 194 500 руб., которые могли быть направлены ООО «ЛСК» на погашение задолженности по заработной плате и уплате налогов.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 произведена замена судьи Ракчеевой М.А., находящейся в очередном ежегодном отпуске, на судью Морозову Н.А., в связи с чем рассмотрение апелляционных жалоб начато сначала.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «ЛСК», конкурсного управляющего ООО «Гарант», ОАО «Асфальтобетонный завод № 1», ФИО5 и ликвидатор ООО «Юридическая фирма «СВАМ» поддержали доводы, приведенные в соответствующих апелляционных жалобах и пояснениях к ним. Представители ФИО1 и ФИО7 возражали, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, предметом настоящего заявления является, в том числе требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков ФИО7 и ФИО1 на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения убыточных сделок.

Принимая во внимание, что в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Конкурсный управляющий ООО «ЛСК» ссылается на совершение ФИО7 и ФИО1 как контролирующими должника лицами убыточных сделок, приведших к банкротству должника, в период с мая 2016 года по сентябрь 2017 года. Следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы как статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, так и статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции.

По правилам абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Аналогичные положения в действующей редакции закреплены в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума № 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В обоснование требований о привлечении ответчиков ФИО7 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЛСК» конкурсный управляющий ссылается на то, что указанные контролирующие должника лица своими действиями способствовали доведению ООО «ЛСК» до банкротства.

Так, АО «Гарант» (продавец) и ООО «ЛСК» (покупатель) заключили договор от 26.05.2016 № 2-05/2016 купли-продажи фрезы Wirtgen W 2000 по цене 9 610 000 руб. Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.08.2019 по делу № А56-75865/2016/сд.1, вступившим в законную силу, указанный договор и соглашение о прекращении обязательств зачетом от 27.05.2016 признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Фреза Wirtgen W 2000, заводской № 96.20.11004789.0202, являвшаяся предметом залога ОАО «Асфальтобетонный завод № 1», истребована у АО «Гарант» в конкурсную массу АО «ЛСК». Указанные документы со стороны ООО «ЛСК» подписаны ФИО7

В результате совершения указанной сделки из конкурсной массы ООО «ЛСК» выбыло наиболее ликвидное имущество должника на сумму 9 610 000 руб.

Кроме того, ООО «ЛСК» (продавец) и ООО «Дортехника» (покупатель) заключили договор купли-продажи от 01.06.2016 № 14, а также соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований от 30.11.2016. Определениями Арбитражного суда города Санкт-Петербурга от 22.08.2019 по делу № А56-75865/2016/сд.1 и от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.2, вступившими в законную силу, названный договор и соглашение о зачете признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Определением от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд. суд первой инстанции взыскал с ООО «Дортехника» в пользу ООО «ЛСК» 6 348 593 руб.

Заключением оспоренного соглашения о зачете фактически создана ситуация безвозмездного отчуждения имущества должника.

Со стороны ООО «ЛСК» договор купли-продажи от 01.06.2016 № 14 подписан ФИО7 Соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований от 30.11.2016 со стороны ООО «ЛСК» подписан ФИО1, а со стороны ООО «Дортехника» – ФИО7

Далее, ООО «ЛСК» (продавец) и ООО «Дортехника» (покупатель) заключили договор купли-продажи от 29.09.2017 № б/н, признанный недействительным определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.08.2019 по делу № А56-75865/2016/сд.1, вступившим в законную силу. Соглашение о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований от 30.09.2017 признано недействительным по определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга Ленинградской области от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.3, вступившему в законную силу. Сделки признаны недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закон о банкротстве. Определением от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.2 с ООО «Дортехника» в пользу ООО «ЛСК» взыскано 966 325 руб.

Заключением соглашения фактически создана ситуация безвозмездного отчуждения имущества должника.

Указанные документы со стороны ООО «ЛСК» подписаны ФИО1, а со стороны ООО «Дортехника» – ФИО7 Акт подписан Л-выми, которые являются супругами, в связи с чем им был подконтролен документооборот как ООО «ЛСК», так и ООО «Дортехника».

Затем ООО «ЛСК» (продавец) и ООО «Дортехника» (покупатель) заключили договоры купли-продажи (поставки) от 15.08.2017 № 15/08/2017, от 15.08.2017 № 15/09/2017, от 29.09.2017 № 29/09/2017/1, от 29.09.2017 № 29/09/2017/2 и от 29.09.2017 № б/н. Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.4, вступившим в законную силу, сделки признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве. Определением от 25.10.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.4 с ООО «Дортехника» в пользу ООО «ЛСК» взыскано 1 846 827 руб. Суд посчитал доказанным и подтвержденным факт причинения вреда имущественным правам кредиторов при полной осведомленности другой стороны сделки о целях причинения вреда.

Указанные документы со стороны ООО «ЛСК» подписаны ФИО1, а со стороны ООО «Дортехника» – ФИО7

Помимо прочего ООО «ЛСК» (наниматель) и ИП ФИО7 (наймодатель) заключены идентичные договоры найма жилого помещения от 11.10.2016. Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.5, вступившим в законную силу, сделки признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Определением от 24.03.2019 по делу № А56-88068/2018/сд.5 с ФИО7 взыскано 280 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2019 по делу № А56-88068/2018/тр.14 отменен по новым обстоятельствам судебный акт о включении в реестр требований кредиторов требования ФИО7 на сумму 2 068 877 руб. 39 коп.

Ущерб по сделке составил 2 348 877 руб. 39 коп. Суд посчитал доказанным и подтвержденным факт причинения вреда имущественным правам кредиторов при полной осведомленности другой стороны сделки о целях причинения вреда вследствие того, что сделка была совершена с заинтересованным лицом.

Указанные документы со стороны ООО «ЛСК» подписаны ФИО1, а со стороны ИП ФИО7 – ФИО7

Также ООО «ЛСК» (арендатор) и ФИО1 (арендодатель) заключили договор на оказание услуг по аренде строительной техники без оператора от 27.05.2016 № 01-ХА и договор на оказание услуг по аренде строительной техники без оператора от 11.10.2016 № 01-ХА. Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2021 по делу № А56-88068/2018/сд.6, вступившим в законную силу, сделки признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закон о банкротстве. Определением от 05.03.2021 по делу № А56-88068/2018/сд.6 с ФИО1 взыскано 7 104 450 руб. судом установлено, что договоры аренды заключены формально, с целью создания видимости оказания должнику услуг по предоставлению строительной техники в аренду для легализации вывода из конкурсной массы должника денежных средств.

Указанные документы с обеих сторон подписаны ФИО1

Таким образом, общая сумма сделок, совершенных ФИО1 и ФИО7 от имени должника и аффилированных по отношению к нему лиц, впоследствии признанных недействительными в настоящем банкротом деле, составляет 18 615 072 руб. 39 коп. (6 348 593 руб. + 966 325 руб. + 1 846 827 руб. + 2 348 877 руб. 39 коп. + 7 104 450 руб.).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.).

Крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Как указывает конкурсный управляющий ООО «ЛСК», в периоды совершения оспоренных сделок (2016-2017 годы) размер балансовых активов должника составлял 142 198 тыс. руб. по состоянию на 31.12.2016.

При этом в 2016–2017 годах в качестве активов на балансе должника числилась стоимость арендованной (лизинговой) техники, не принадлежавшей должнику, в размере 8467 тыс. руб., а также на балансе должника числилась стоимость Фрезы Wirtgen W 2000, заводской № 96.20.11004789.0202 в размере 6515 тыс. руб. (сделка с данным активом признана недействительной по определению от 22.08.2019 по делу № А56-75865/2016/сд.1). Впоследствии указанные активы выбыли из владения должника без какой-либо компенсации.

За вычетом стоимости выбывшей строительной техники, реальный размер активов, находящихся в собственности должника, по состоянию на 31.12.2017 не превышал 63 872 тыс. руб.

Таким образом, супруги Л-вы, будучи контролирующими должника лицами, причинили должнику ущерб в размере, превышающем 29% от стоимости реальных активов должника.

Апелляционный суд считает, что данный ущерб в масштабах деятельности должника является существенным, поскольку все ликвидное имущество выбыло из владения должника в пользу аффилированных лиц, равноценного встречного предоставления которыми не предоставлено. Доказательств наличия у ООО «ЛСК» имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов, не представлено.

В настоящее время в реестр требований кредиторов должника включены требования 13 кредиторов, обладающих требованиями к должнику в размере 31 584 000 руб., в том числе 25 458 000 руб. основного долга.

Таким образом, в результате совершения Л-выми оспоренных сделок должнику и его кредиторам был причинен ущерб в размере, превышающем 50% от размера всех требований кредиторов к должнику.

В случае, если бы сделки с причинением вреда и неравноценным встречным исполнением не были бы совершены, ООО «ЛСК» смогло бы погасить половину требований своих кредиторов, что позволяет говорить о том, что именно совершенные убыточные сделки привели к объективному банкротству должника и невозможности исполнить обязательства перед кредиторами.

Кроме того, апелляционный суд считает заслуживающими внимания доводы конкурсного управляющего о том, что производственная деятельность должника велась лишь в период контроля супругов Л-вых.

Период прекращения производственной деятельности должника совпадает с периодом потери контроля супругами Л-выми над должником

Как указывает управляющий, согласно выписке из ЕГРЮЛ ФИО1 являлся в период с 26.09.2016 по 18.12.2017 генеральным директором должника. В то же время документы и имущество должника ФИО1 передавались в период с 10.01.2018 по 15.02.2018 (дата направления документов посредством почты России), что подтверждается актами приема-передачи, представленными в материалы дела в качестве приложения к уточненному заявлению конкурсного управляющего к судебному заседанию 07.10.2020.

При этом в актах приема-передачи не содержатся данные о передаче электронного ключа доступа к расчетному счету и печати должника. Карточка подписей к расчетному счету последующим директором должника оформлена 18.02.2018. Тем не менее, должником производились расходные операции с расчетного счета в период с 18.12.2017 (дата внесения изменений в ЕГРЮЛ) по 18.02.2018 (дата переоформления карточки подписей).

Сотрудники должника массово уволены в первом квартале 2018 года, что подтверждается выписками с расчетных счетов должника.

В результате совершения сделок, признанных недействительными, стоимость основных средств уменьшилась практически в два раза, что подтверждается бухгалтерской отчетностью должника.

В результате действий супругов Л-вых к концу 2017 года на балансе должника остались лизинговая техника (изъята в начале февраля 2018 года), залоговая фреза, изъятая в конкурсную массу АО «Гарант», и 4 (четыре) автомобиля МАЗ (в 2017 году был наложен арест судебными приставами-исполнителями), два из которых до сих пор в розыске, а оставшиеся два реализованы по общей стоимости 790 000 руб.

Таким образом, к концу 2017 года вся не обремененная техника была выведена, отсутствовали оборотные денежные средства, соответственно, дальнейшая производственная деятельность должника стала невозможной.

Основная масса требований кредиторов возникла в период 2016–2017 годов. В первом квартале 2018 года возникли лишь налоговые требования по результатам финансово-хозяйственной деятельности должника за 2017 год и в связи с увольнением сотрудников в первом квартале 2018 года, то есть прирост требований кредиторов должника по основному долгу в соответствии с хозяйственными договорами прекратился с конца 2017 года.

Данные пояснения конкурсного управляющего относительно ведения должником хозяйственной деятельности и возникновения требований кредиторов ФИО1 и ФИО7 не оспорены, какие-либо доказательства, опровергающие доводы конкурсного управляющего, не представлены.

Таким образом, апелляционный суд считает обоснованной позицию подателей апелляционных жалоб о том, что причиной банкротства ООО «ЛСК» стали согласованные действия ФИО1 и ФИО14 и ООО «Дортехника», направленные на вывод из общества-должника наиболее ценных активов – денежных средств и основных средств, без которых продолжение производственной деятельности стало невозможной.

При этом ФИО7 и ФИО1 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности не только как лица, заключившее договоры, по которым отчуждено имущество должника (основные средства и денежные средства), но и как лица, контролировавшие организации (ООО «Дортехника» и ИП), в которые выведена техника и денежные средства должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760).

В рассматриваемом случае банкротство должника возникло в результате действий супругов Л-вых по разработке/внедрению бизнес-модели, направленной на вывод активов должника через аффилированных лиц.

При этом материалы дела не содержат каких-либо доказательств наступления банкротства вследствие объективно сложившейся экономической ситуации, обстоятельств непреодолимой силы, разумного предпринимательского риска (например, принятая предприятием стратегия ведения бизнеса не принесла желаемых результатов, план вообще не представлен) и тому подобных факторов, при наличии которых субсидиарная ответственность по обязательствам должника исключается.

При таких условиях апелляционная инстанция полагает, что судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО7 по обязательствам ООО «ЛСК» принят при неполном выяснении фактических обстоятельств дела, а потому подлежит отмене.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Однако если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Поскольку на дату вынесения настоящего судебного акта невозможно определить размер субсидиарной ответственности, поскольку расчеты с кредиторами не произведены, производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами с направлением вопроса о возобновлении производства в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2020 по обособленному спору № А56-88068/2018/суб.1 в обжалуемой части отменить.

Установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЛСК» ФИО7 и ФИО1.

Приостановить производство по обособленному спору до завершения расчетов с кредиторами.

Вопрос о возобновлении производства по обособленному спору направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

Н.А. Морозова

И.Ю. Тойвонен