Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области
от 07.09.2021 по делу № А60-14984/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.02.2019 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.05.2019 утвержден финансовый управляющий ФИО3 (далее – финансовый управляющий ФИО3, управляющий).

В арбитражный суд поступила жалоба ФИО1 на действия финансового управляющего ФИО3, в которой заявитель просил:

– признать действия финансового управляющего ФИО3, направленные на продажу залогового имущества ФИО1 в виде квартиры через торги, незаконными, необеспеченными действиями кредитора –акционерного общества «Банк Интеза» (далее – общество «Банк Интеза», кредитор), и правовыми основаниями;

– признать результаты торгов, объявленных 04.02.2021, незаконными;

– признать порядок обеспечения ФИО1 жилой площадью на случай признания факта продажи ее квартиры законным, отсутствующим;

– признать отсутствующими основания для законной государственной регистрации квартиры ФИО1 за правообладателем по итогам проведенных ФИО3 торгов.

– признать действия финансового управляющего ФИО3, направленные на продажу залогового имущества ФИО1 в виде квартиры через торги, незаконными, необеспеченными действиями кредитора – общества «Банк Интеза» и правовыми основаниями.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда
от 22.09.2021 определение суда первой инстанции от 07.07.2021 оставлено без изменения.

Ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также на неправильное применение норм права, должник обратился в суд округа с кассационной жалобой.

В кассационной жалобе должник просит суд округа отменить определение суда первой инстанции от 07.07.2021 и постановление апелляционного суда от 22.09.2021, направив обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что обжалуемыми судебными актами изменен порядок исполнения реализации предмета залога с торгов, установленный определениями Свердловского областного суда от 25.10.2013 и 14.08.2013. Заявитель жалобы ссылается на то, что судами обеих инстанций при вынесении обжалуемых судебных актов не учтены положения пункта 1 статьи 350 Гражданского кодекса Российской Федерации и
пункта 1 статьи 56 Федерального закона № 102-ФЗ «Об ипотеки (залоге недвижимости)», отмечая, что материалы дела не содержат соглашений между Банком и должником о возможности внесудебной реализации предмета залога. По мнению ФИО1, единственное жилье может быть реализовано только путем проведения публичных торгов; кроме того, должник обращает внимание, что сообщение о торгах опубликовано на сайте ЕФРСБ (№ 6130500) о проведении торгов 25.03.2021, на сайте ФССП данная информация не опубликовывалась, в связи с чем данные торги не являются публичными. Финансовый управляющий ФИО3 не мог являться организатором торгов и реализовывать квартиру, являющуюся единственным жильем должника, иным способом. ФИО1 в кассационной жалобе указывает на то, что исполнительное производство по обращению взыскания на предмет залога (квартиру) в течение трех лет не возбуждалось, соответственно, право Банка на реализацию предмета залога утрачено; кроме того, квартира реализована путем открытого аукциона без вынесения судом обязательных судебных актов по включению квартиры в конкурсную массу, что также противоречат действующему законодательству. При этом податель жалобы отмечает, что участником торгов был ИП ФИО4, а договор купли-продажи заключен с ФИО5, который впоследствии признан судами победителем в отсутствие на то правовых оснований. Задаток, установленный управляющим в размере 10 %, противоречит положениям Закона «Об ипотеке», который не может быть больше 5 %. Судами первой и апелляционной инстанций не дана правовая оценка доводам о том, что задаток участником торгов не оплачен, не представлены документы, свидетельствующие о законной возможности подписания договора купли-продажи с лицом, которое не заявлялось на участие в торгах. Должник считает незаконным отказ в признании за квартирой исполнительского иммунитета, выводы судов сделаны без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 15.07.2010 № 978-О-О, от 19.10.2010 № 1341-О-О, от 17.01.2012 № 13-О-О.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судами установлено, что определением арбитражного суда от 24.06.18 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. В состав третьей очереди реестра требований кредиторов ФИО1 включены требования общества «Банк Интеза» в сумме 2 760 912 руб. 55 коп., в том числе: 2 538 363 руб. 67 коп. – основанной долг, обеспеченный залогом имущества должника - двухкомнатной квартирой, расположенной по адресу: <...> (договор о залоге от 29.04.2011 № LD 1111600008/3-1); 125 548 руб. 88 коп. – основанной долг, 97 000 руб. – пени, обеспеченные залогом имущества должника: автомобиль Тойота Аурис, VIN
№ SB1KV56E70F0855141, двигатель N 1ZRU128460, 2008 года выпуска, кузов № SB1KV56E70F0855141, серебристого цвета (договор о залоге от 18.10.2011
№ LD1129000026/3-2).

Данные требования основаны на договорах залога от 28.04.2011
№ №LD1111600008 и от 18.10.2011, №№LD1129000026, на основании которых ФИО1 (залогодатель) в обеспечение обязательств общества «Медфармсервис Т» передала в залог акционерному обществу «Банк Интеза» (залогодержатель) квартиру и автомобиль, и договорах поручительства
от 28.04.2011 №№LD1111600008/П-6, от 25.10.2010, №LD1029500020, по которым ФИО1 поручилась отвечать перед кредитором за исполнение указанным обществом его обязательств по кредитным договорам от 28.04.2011 № LD1111600008 и от 18.10.2011, № LD1129000026, а также на вступивших в законную силу судебных актах: апелляционное определение Свердловского областного суда от 25.10.2013, решение Ленинского районного суда
г. Екатеринбурга от 20.08.2013 (вступило в законную силу 29.10.2013) и апелляционное определение Свердловского областного суда от 14.08.2014.

Финансовым управляющим ФИО3 на сайте ЕФРСБ произведена публикация сообщений о проведении торгов: 26.06.2019 (отменено), 30.12.2019 (аннулировано), 04.02.2021. На сайте ЕФРСБ 04.02.2021 опубликовано сообщение № 6130500 о проведении торгов, дата и время начала аукциона 25.03.2021 в 10 ч. 00 мин.

На рассмотрении суда находился обособленный спор о разрешении разногласий с управляющим, в ходе которого судом первой инстанции установлено, что торги, назначенные на 25.03.2021, признаны несостоявшимися по причине допуска к торгам только одного заявителя. В объявлении о проведении торгов установлен окончательный срок приема заявок – 18.03.2021, однако заявка подана только одним потенциальным покупателем. Финансовый управляющий ФИО3 пояснил, что договор купли-продажи квартиры будет заключен с подавшим заявку покупателем.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, ФИО1 обратилась с заявлением по настоящему обособленному спору.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование общества «Банк Интеза» признано судом залоговым, указанная выше квартира правомерно реализована в рамках дела о банкротстве должника; утвержденное залоговым кредитором положение о порядке продажи имущества должника признано судом соответствующим закону, не нарушающим права должника; залоговое имущество должника (квартира) реализована на торгах, по результатам торгов с победителем заключен договор купли-продажи от 26.03.2021; оснований для признания незаконной государственной регистрации прав на квартиру за ФИО5 не имеется.

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился, признал их законными и обоснованными.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий арбитражного управляющего незаконными.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсных кредиторов, должника обжаловать действия (бездействие) финансового управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству о банкротстве, требованиям разумности и добросовестности, а также нарушение этими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов либо должника.

Особенности реализации залогового имущества гражданина установлены в пункте 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Согласно устоявшейся в правоприменительной практике правовой позиции, неоднократно сформулированной в судебных актах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, базирующейся на положениях абзацев 2 и 3 пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и статей 50 и 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом договорной или законной ипотеки.

В рассматриваемом случае судами обеих инстанций установлено, что в рамках рассмотрения обособленного спора об имущественном иммунитете в отношении принадлежащей ФИО1 квартиры констатировано, что спорная квартира является предметом ипотеки в пользу общества «Банк Интеза», требования которого вступившим в законную силу определением суда от 24.06.2018, включены в реестр требований кредиторов должника как обеспеченные залогом данной квартиры.

Разрешая обособленный спор, суд первой инстанции руководствовался положениями части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации, статьями 60, 213.25, 231.27 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 50, 78 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», разъяснениями, изложенными в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.04.2021 № 15-П, принципом приоритетной защиты конституционных прав человека на жилище и исходил из того, что выручка от обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания помещение должника, оставшаяся после расчетов с залоговым кредитором, должна поступить должнику для приобретения иного жилища взамен реализованного и не может быть распределена между иными кредиторами до приобретения нового жилища.

С указанными выводами впоследствии согласился суд апелляционной инстанции.

Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права, влекущих за собой безусловную отмену указанных судебных актов, судами не допущено.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Доводы ФИО1 о совершении управляющим противоправных действий по организации и проведению незаконных торгов по реализации залогового имущества отклоняются, поскольку они не связаны с применением норм материального или процессуального права, а направлены на переоценку доказательств по делу. Вопреки позиции кассатора, все названные им обстоятельства были исследованы судами и получили правовую оценку.

В частности, судами установлено, что залоговое имущество должника (квартира) реализовано на торгах, по результатам которых победителем признан ФИО5, с ним же впоследствии заключен договор купли-продажи от 26.03.2021. Залоговым кредитором – обществом «Банк Интеза» направлено в адрес финансового управляющего должника положение о порядке, сроках и условиях проведения торгов по реализации предмета залога (квартиры). Поскольку разногласий между финансовым управляющим должника и залоговым кредитором относительно порядка, условий и сроков реализации имущества должника, а также начальной цены продажи имущества должника не возникло, оснований для вынесения определения об утверждении Положения об установлении начальной продажной цены и условий реализации не имелось. Вступившим в законную силу определением от 06 мая 2021 года по настоящему делу в удовлетворении заявления должника об исключении из конкурсной массы спорного недвижимого имущества отказано. Тем же определением ФИО1 отказано в удовлетворении требований о признании торгов заложенным имуществом, объявленных 04.02.2021 на 25.03.2021, недействительными (пункт 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод подателя жалобы о том, что финансовый управляющий не мог являться организатором торгов, не имел права реализовывать квартиру, являющуюся предметом залога, иным способом, кроме как установленным законом и судебным актом, отклоняются. Торги, проводимые в процедуре банкротства в целях продажи имущества должника, являются публичными, их организатором может выступать арбитражный управляющий (статьи 213.26, 110, 139 Закона о банкротстве).

Довод ФИО1 о нарушении управляющим порядка реализации спорного имущества в рамках исполнительного производства в порядке, установленном апелляционными определениями Свердловского областного суда от 25.10.2013 и от 14.08.2014, судом округа отклонен, поскольку наличие вступивших в законную силу судебных актов судов общей юрисдикции об обращении взыскания на спорную квартиру в порядке исполнительного производства, принятых до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, не являются ни препятствием, ни ограничением для реализации данного имущества по специальным правилам, установленным Законом о банкротстве.

Ссылка заявителя жалобы на то, что победителем торгов является не ФИО5, а какое - то другое лицо, в связи с чем договор купли-продажи был заключен не с тем лицом (единственным участником торгов), судом округа также не принимается, поскольку материалы обособленного спора соответствующих доказательств не содержат. У суда округа полномочий по переоценке доказательств не имеется (пункт 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Довод ФИО1 о реализации предмета залога путем проведения открытого аукциона подлежит отклонению как ошибочный. Из содержания обжалуемых судебных актов следует, что залоговое имущество должника (квартира) реализована на торгах.

Иные доводы заявителя жалобы о том, что приведенные им обстоятельства и доказательства судам следовало оценить иным образом, о нарушении судами при принятии обжалуемых судебных актов норм права не свидетельствует, в связи с чем не может служить основанием для отмены определения и постановления. Позиция ФИО1 сводится к несогласию с тем, что требования Банка подлежат удовлетворению за счет реализации предмета залога – квартиры, между тем наличие у Банка Интеза статуса залогового кредитора установлен вступившим в законную силу определением от 24.06.2018.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций исследовали все приведенные сторонами спора доводы, дали им надлежащую и мотивированную правовую оценку, нормы законодательства о банкротстве применены судами правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 по делу № А60-14984/2018 по подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021 по
делу № А60-14984/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.А. Павлова

Судьи Ю.А. Оденцова

Ю.В. Кудинова